Когда объятий становится мало

Кастиэль снова вздохнул, за последние пару минут уже пятый или шестой раз. Сэм заинтересованно посмотрел на него и отложил книгу. — Что-то случилось, Кас? Друг перевёл на него взгляд, оторвавшись от своей книги и неловко улыбнулся: — Извини, я мешаю тебе учиться. — Всё нормально, пора сделать перерыв. Так что такое? Тебя что-то беспокоит? — Дин. Сэм улыбнулся уголками губ и понимающе кивнул. Его брат и лучший друг этим летом наконец-то разрешили все свои недопонимания и начали встречаться. Не сказать, что для него это стало полной неожиданностью, но он был всё-таки удивлён. Учитывая предпочтения его брата на любовном фронте, он не мог бы со стопроцентной уверенностью утверждать, что ему дорог бывший лучший друг настолько, что он признается тому в любви. Но Дин изменился за четыре года с их с Кастиэлем ссоры. Да и как можно не любить такого нежного, внимательного, искреннего человека? Кастиэль был воплощением чего-то ангельского, даром что назван в честь ангела, как и все его братья. — Что с Дином? — Он перестал звонить каждый день. Он звонит тебе? — Кастиэль грустно и с надеждой заглянул ему в глаза. — Нет, мы больше переписываемся, да и то не каждый день. Я учусь, он работает. Он очень много работает, Кас. — Я понимаю, — мужчина опустил плечи и снова вздохнул. — Но я скучаю. Мы не виделись уже три месяца, и раньше я хотя бы засыпал, поговорив с ним, а теперь он звонит только по средам и иногда в воскресение. — Звони ему сам. — Я пробовал, он не берёт трубку, а утром пишет смс, извиняется и говорит, что не слышал. Сэм нахмурился, он не знал, что Дин стал избегать разговоров со своим парнем, это было очень странно. — Быть может он действительно не слышит, ставит на беззвучный режим и спать ложится? — Да, наверное. В голосе Кастиэля было столько тоски и грусти, что Сэм не выдержал и подсел ближе, чтобы приобнять. Это лучшее успокоительное для Кастиэля. Он откликается на объятья, немного расслабляется и гладит Сэма по руке. — Он любит тебя, Кас, и всему есть объяснение. — Конечно, Сэм. Я только… — он мнётся, одна мысль уже очень давно не даёт ему покоя. — Я думал и хотел спросить тебя. — Спрашивай. Сэм отпускает его из объятий и заглядывает в глаза, не сильно отодвигаясь на диване. — У Дина ведь естественные потребности, ну ты понимаешь. В сексуальном плане. — Кас, я уверен, что он прекрасно с этим справляется. Он не изменяет тебе, если ты об этом. Кастиэль смущен, очень сильно смущен. — У него ведь были девушки, Сэм? Или парни? Когда мы не общались. Он ведь часто встречался с кем-то? Сэм нервно потёр шею, вот чёрт, он совершенно не готов обсуждать распутное прошлое своего брата с его парнем. — Кас, это ведь нормально, так ведь? У Дина были, кхм, девушки. — Он с кем-то встречался? — Я бы не стал так это формулировать. Ничего серьезного. Скорее даже вообще не серьезно всё. Так, чисто для секса. Кастиэль удручённо вздохнул и Сэм напрягся ещё больше. — Я так и думал. — Что ты думал? Кас, что тебя так сильно тревожит? — Дин очень красивый, молодой мужчина с естественными для этого возраста потребностями. И получается, что у него уже очень долго ничего не было, слишком долго. — Слушай, ну перерыв в три месяца — это не смертельно. Кастиэль покраснел и отвел глаза, его пальцы нервно начали теребить край рубашки и он становился уже багровым. Сэм удивленно захлопал ресницами и приоткрыл рот. — Ты хочешь сказать, что у вас ничего не было? — Нет. Я… — как же неловко, но это Сэм, он не будет смеяться. — Я не смог… Я… У меня… — Ты, кхм, никогда это не делал? — Нет. Дин первый и единственный человек, с которым мне хотелось быть. Во всех смыслах. Винчестер с уважением посмотрел на друга, его преданность брату была настоящим чудом и он искренне восхищался им. — Кас, это нормально. Ты любишь его и хотел быть с ним, я понимаю. — Вообще-то, когда он оттолкнул меня, я решил, что у меня никогда и не с кем ничего не будет. Я даже думал пойти в духовную семинарию, но решил, что будет неправильно служить Господу и любить мужчину больше него. Но этим летом я не смог, Дин хотел, а я… Он боялся, очень сильно боялся, что его отказ заняться сексом мог привести к тому, что Дин нашёл кого-то другого, кто с готовностью согласился. Он любит его, очень сильно любит, но он не смог дать любимому больше физического контакта. Они целовались, жарко обнимались, и Дин даже трогал его, очень интимно, просил раздеться и позволить зацеловать с ног до головы, но Кастиэль был смущен и не позволил. Желание внутри него подавлялось годами и он не смог отпустить себя, не смог дать волю чувствам так, как этого просил Дин. Он шептал ему нежности, ласкал, успокаивал и говорил, что всё хорошо, что он понимает и потерпит сколько потребуется. И Кастиэль верил ему, смотря в ласковые глаза и принимая заботливые нежности. Но вот уже больше месяца он чувствует, что что-то изменилось. Дин очень часто не отвечает на звонки, не перезванивает, а когда они разговаривают, то часто отвлекается и он почти всегда хочет спать. Он говорит, что скучает, что считает дни до Рождества, потому что Кастиэль приедет домой и они смогут наконец-то прикоснуться друг к другу. — Дин любит тебя, Кас. Каким-то бы беспутным он ни был после школы, сейчас он серьёзный и ответственный. Это его первые настоящие отношения, но уверен, что он не наделает глупостей. — Он ни с кем не встречался так, как со мной? — Нет, Кас. Думаю, он всегда любил только тебя и весь его опыт с девушками, это попытки справиться с тем, что казалось ему неправильным. Но прошло уже пять лет, он изменился, он дал себе право испытывать любовь к тебе, без оглядки на чужое мнение. Все это приняли, даже папа. Поэтому тебе не стоит волноваться. Кастиэль снова прильнул к нему и заключил в объятьях, Сэм приобнял друга за плечи и почувствовал, как тот расслабляется. — Спасибо, Сэм, мне стало легче. — Пожалуйста, Кас. Ты ведь знаешь, что можешь поговорить со мной в любой момент. Не замыкайся, если тебе сложно. — Не буду. Вечером Сэм взял в руки телефон и написал брату сообщение: «Какого черта ты творишь, Дин? Почему не отвечаешь, когда звонит Кас? Надеюсь, ты не натворил глупостей, потому что если натворил, я приеду и сам оторву тебе голову». В ответ пришло: «Не драматизируй, Саманта, я не идиот. Позвоню Касу вечером, сейчас занят». Сэм вздохнул и приобнял Джесс, брат вёл себя странно. Нужно поговорить с ним, Кастиэль не должен страдать.

Учеба занимает много времени, хорошо что они с Джесс на одном потоке и проводят большую часть дня вместе. Они сняли небольшой домик и живут в нём с начала семестра, он звал Каса жить с ними, но тот деликатно отказался. У него времени на учебу уходит ещё больше, только это и заставляет не сходить с ума. Кастиэль с трепетом ждал каждого звонка, каждого сообщения и пытался не придумывать себе ничего лишнего. Дин звонил обычно в среду и воскресенье, в другие дни не мог, много работы. — Привет, солнце, — любимый голос уставший, немного хриплый. — Здравствуй, любимый. Как ты? — Нормально, Кас. Как ты? — Скучаю по тебе. — Я тоже скучаю, прости, что так редко звоню, очень много работы. — Я понимаю, Дин. Но отдыхать тоже нужно, ты такой усталый всегда. Это неправильно. — Всё нормально, Кас. Я просто взял подработку, хочу накопить немного денег. — Дин, что-то случилось? Зачем тебе копить деньги? Дин выдаёт смешок и проводит рукой по лицу. Конечно, Кастиэль не понимает, его семья не нуждается в деньгах, родители оставили им всем огромное наследство и старшие братья приумножили его. Кастиэль никогда и ни в чем не испытывал острой потребности, кроме как в нежных объятьях. А ему придется постараться, чтобы обеспечить избраннику такой же уровень жизни, когда они начнут жить вместе. — Ничего не случилось, но скоро случится. Ты вернешься и мы будем жить вместе, я хочу снять квартиру поближе к работе. Ты ведь не против? Кастиэль мягко улыбается: — Дин, мы можем жить у меня, это достаточно близко к твоей работе. — Вот уж нет, Кас. Мы будем жить отдельно, я не хочу делить тебя с кем-либо, а твоя семья постоянно будет лезть к нам. И у меня мы жить не будем, потому что хоть отец и принял наши отношения, но видеть, как я постоянно трогаю тебя и целую, он не сможет. Поверь мне. — Я верю тебе, Дин. Хорошо, будем жить отдельно. Но тебе не нужно работать так много, нам хватит на всё. Я ведь тоже пойду работать, плюс у меня есть счет в банке, я его никогда не трогал. — Нет, Кас. Это только твои деньги, а нашу семью буду содержать я. И не спорь. — Я не спорю, Дин. Только зачем мне эти деньги, если я не могу их потратить? Дин вздохнул и пожал плечами, хотя парень его и не видел. — Будешь тратить их на наших детей. — А у нас будут дети? — Кастиэль широко заулыбался и мечтательно откинулся на подушку. — Если захочешь, солнце. Всё что захочешь, ты же знаешь. — Люблю тебя. — Я тоже люблю тебя. И скучаю. — И я скучаю, Дин. Мне так хочется обнять тебя. — Я знаю, мне хочется этого не меньше. И не только этого… — он говорит немного тише и представляет, как он будет соблазнять Каса. Он пытался всё лето, гладил его, нежно, иногда даже удавалось залезть Касу в штаны, но он упорно не разрешал ему большего. А Дин хотел его, до умопомрачения хотел обладать любимым. От одного только предвкушения он почувствовал возбуждение. У него уже год не было секса, когда они помирились с Касом, все женщины померкли и исчезли. Он даже не помышлял о них и только надеялся, что Кастиэль захочет быть с ним. Он ответил взаимностью, но был слишком стеснительным. — Кас… — Да, Дин. — Ты лежишь? — Да, а что? — Ты одет? Кастиэль начал медленно краснеть, голос Дина был вкрадчивый и томный. Таким голосом он просил его разрешить облизать ему член, пока он трогал его и ласкал рукой. Кас не разрешил. Они были у него в комнате и дом был полон народу. Он просто испугался, что кто-то может войти или услышать. Но сейчас он почувствовал приятное возбуждение от голоса, от намёка. — Да, на мне пижама. — А я полностью обнажен, — Дин облизал пересохшие губы и провел рукой по животу к паховым волоскам. Главное не напугать Каса. — Я очень соскучился по тебе, солнце. И я так хочу дотронуться до тебя. Хочу ощутить вкус твоих губ, слизать вкус твоей кожи с шеи и хочу дотронуться до тебя там. Хочу ощутить, как ты становишься твёрдым. — Наградой ему был протяжный вздох любимого и он улыбнулся. Собственный член возбужденно наливался желанием. — Ты бы позволил мне облизать его? Кастиэль чувствовал, как желание приливает к паху и немного поёрзал в постели. Голос Дина обволакивал его, заставляя желать большего. Он хотел его ласк, его губ, его нежности. — Да, Дин. Всё что угодно. — Правда? И ты бы разрешил мне взять его в рот и сосать, слизывая смазку? Кастиэль не сдержал стона и почувствовал, что член упёрся в шов на пижамных штанах. — Ди-и-ин, не нужно, пожалуйста. — Ты возбужден, Кас? — Да, мне теперь тесно в штанах. Дин посмеялся и провел пальцами по своему стоящему члену. — Это же прекрасно, любимый. Дотронься до себя и представь, что это моя рука. А я буду ласкать себя и думать, что это ты трогаешь меня. Ты ведь сможешь взять мой член в руку? Кастиэль вжался в матрас и застонал. — Да, Дин, всё что ты скажешь. Я хочу сделать тебе приятно. — Хорошо, солнце. И ты сделаешь, я уверен. А сейчас сожми свой член в ладони и проведи по всей длине. Кас повинуясь вкрадчивому приказу, засунул руку в штаны и обхватил член рукой. Он очень редко прикасался к себе, считая, что ему это не нужно, но сейчас он был в восторге от ситуации. Ему так хотелось выполнять всё то, что говорит Дин. — Тебе нравится, любимый? — Да, Дин, — полувсхлип-полустон. — Можно я достану его из штанов? У Дина срывает крышу от этого вопроса, от доверия, которое испытывает к нему Кастиэль, от его невинности. — Да, Кас, достань его. Приспусти штаны и расскажи мне, какой он. — Он крепкий, — Кастиэль зажимает телефон плечом и двумя руками стягивает штаны, откидывая одеяло пониже. Потом берёт член снова в руку и чуть отводит наверх, потому что от возбуждения член упирается в живот. — Он такой чувствительный, я чувствую какая нежная кожа. — Ох, Кас… Проведи большим пальцем по краю головки и размажь смазку по ней же. Кастиэль делал всё так, как велел ему Дин и от этого желание ещё сильнее сводило его с ума. — Ди-и-ин… — Всё хорошо, малыш. Я здесь. Разведи ноги в стороны и согни в коленях. Продолжай гладить себя, — он представляет себе любимого в такой позе и немного убыстряет темп. Кастиэль снимает штаны окончательно и делает, как велит Дин. Он томно стонет прямо в трубку. От его стона сводит пах и Дин продолжает. — Опусти руку вниз и приподними яички, сжимая их. Кастиэль краснеет, голос Дина заставляет его делать то, что он никогда прежде не делал. — Дин… — Не стесняйся, тебе ведь приятно? Думай, что это делаю я… Я ласкаю твой член, провожу пальцами по всей длине и опускаюсь вниз, сжимаю твои яички и провожу пальцем ниже… дотрагиваясь до дырочки… второй рукой ласкаю твой член, всё быстрее и быстрее… Кастиэль теряется в ощущениях и словах, ему никогда не было так хорошо и страшно одновременно. Он пылает от смущения и тягучего желания. — Дин… Дин… — он еле дышит и только стонет. — Давай, Кас… Ты же готов кончить для меня? — Да… — он быстро двигает рукой и чувствует, как член содрогается и из него выплескивается сперма прямо на живот и грудь. — Ди-и-ин… Дин достигает оргазма в следующую секунду и стонет: — Ка-а-ас... Они приходят в себя, тяжело дыша, и молчат. Кастиэль никогда не делал ничего подобного и ему так прекрасно, что словами не описать. Улыбка не сходит с его лица. — Прости, солнце. — За что? — Кастиэль удивлен, ведь ему сейчас так хорошо. — За то, что меня сейчас нет рядом и я не могу обнять тебя. Мне так хочется сделать всё это и даже больше. — Я знаю, Дин. И мы сделаем, обещаю. Дин счастливо размазывает сперму по животу и улыбается. — Ты самый лучший, ты знаешь? — Наверное, — Кас смущенно трогает себя, ему нужно в душ, но он ощущает приятную негу и он рад, что они сделали это. — Дин? — Что, Кас? — Я люблю тебя, только тебя, навсегда. — Я тоже люблю тебя, ты моя жизнь.

***

Габриэль взял машину Бальтазара, чтобы забрать брата с друзьями из аэропорта. Сначала они завезли вещи Каса домой, а потом он изъявил желание ехать к своему ненаглядному. Габриэль не возражал, братишка светился от предвкушения встречи и он даже удержался от шуточек, пообещав себе высказать их потом Дину. Высадив трио около дома Винчестеров, Габриэль поехал домой, отдать машину Бальту, а затем на работу. На Рождество полно заказов и нужно успеть их выполнить. Сэм с Джессикой поднялись наверх, судя по звукам отец ребят был на кухне и готовил завтрак, Кастиэль пошёл туда, чтобы поздороваться. Каково же было его удивление, когда он увидел там полуголого парня. Тот был в одних трусах и что-то жарил на плите. Сердце словно сжала холодная рука. Рано утром, в доме любимого оказался незнакомец практически голый. Дин привёл кого-то к себе. Парня. Он стоял и смотрел, не в силах пошевелиться. Сердце разбивалось на тысячи кусочков и он задыхался от боли. Все его подозрения оказались сейчас правильными, Дин перестал звонить каждый день, не отвечал на звонки, уставал и что-то скрывал. У него есть любовник, вот в чем причина. Сзади послышался шум и сквозь занавесу оглушающего шока, он услышал Сэма. — Эш? Парень в трусах обернулся и улыбнулся: — Привет, Сэм, вы уже прилетели? — Ну да. А ты чего голышом тут? — Дин куда-то дел мои шмотки, спасибо хоть трусы оставил. Внутри Кастиэля умирала каждая клеточка, он молчал, ничего не мог сделать, ни уйти, ни сказать хоть что-то. В мозгу билась только одна мысль — Дин изменил ему, не смог обойтись без секса. Он почувствовал, как его обнимают сзади и родное, желанное тело прижимается к спине, а любимые губы шепчут на ухо: — Привет, солнце. Наконец-то ты приехал, — и резкое. — Эш, ты какого хрена в одних трусах? — Так ты мои шмотки куда-то спрятал. — Ничего я не прятал, постирал их и они в ванной висят. Иди и оденься, бесстыдник. Дин нежно обнимал Кастиэля, но понимал, что что-то не так. Кас не реагировал на него, он был словно каменный. Дин обошел его и заглянул в глаза. — Вот чёрт, Кас. Что случилось? Кастиэль вздрогнул, увидев зеленый взгляд и словно очнулся. — Ничего, я пойду. Он сделал несколько шагов назад, высвобождая свои руки из рук Дина. Тот смотрел на него и начинал понимать. — Кас, нет, — тревога и ужас отразились на его лице. — Это не то, что ты подумал. Нет, нет, нет. Кастиэль хотел развернуться и убежать, он не хотел слышать оправдания. Но Дин схватил его и начал целовать лицо, пытаясь удержать. — Глупый, ты всё не так понял. Слышишь? Ничего не было, Эш спал на диване. Эш, твою мать, иди и оденься. Одни проблемы от тебя. Кастиэль судорожно вздохнул и хотел вырваться, он не верил. Он несколько недель думал об этом, боялся и вот он увидел это собственными глазами. Звук голоса долетал откуда-то издалека и он никак не мог понять, почему Дин целует его, если должен целовать вон того парня. Дин в ужасе смотрел в отрешенное лицо Кастиэля и никак не мог обратить его внимание на себя. Эш в недоумении смотрел на парочку, Сэм же от всей души сочувствовал и брату, и другу. Такая дурацкая ситуация. — А кто-нибудь объяснит мне, что тут происходит? — Эш почесал живот и посмотрел на Сэма. — Дин встречается с парнем что ли? — А ты не знал? — Неа, но зато это многое объясняет, — он улыбнулся и подошёл к парочке. — Эм, парни. Дин. — Он тронул друга за плечо, но тот скинул его руку. — Как его зовут? — он кивнул на замершего Каса и обернулся к Сэму. — Кастиэль. — Фига себе имечко. Эй, Кастиэль. Кас вздрогнул, незнакомый парень обращался к нему и смущённо почесал нос. — Ты извини, что я в таком виде. Дин вчера вытащил меня из бара, в хлам бухого и привёз сюда, чтобы я проспался. Так, что ты ничего такого не думай. Я вообще-то исключительно по дамочкам. Чужой голос почему-то дошёл до его сознания быстрее, чем голос Дина и он начал густо краснеть. — Из какого бара? Эш посмотрел на Дина с удивлением. — Ты не сказал? — Нет, не хотел волновать. — О чём речь? — Сэм посмотрел на своего брата, он тоже был не в курсе. — Я устроился на вторую работу, в бар. — Дин, — Кас покачал головой и вздохнул. — Всё нормально, Кас. Днем я работаю у Бобби, а вечером выхожу в бар к Эллен. Джо там официантка, а я бармен. А Эш постоянно спит на бильярдном столе. Вчера он просто слишком перебрал и я забрал его с собой. — Мне так неловко, прости, — Кас оказывается ещё мог говорить, чему и сам немного удивился. Дин выдохнул с облегчением, Эш прошлёпал босыми ногами в гостиную и пошёл искать свои шмотки, с этим Винчестером никогда не соскучишься. То он несколько лет уводил у него из-под носа самых красивых цыпочек, потом в монахи записался, а теперь, кажется, спит с парнем. Или это у него до сих пор похмелье? Так и голова уже не болит. Кастиэль наконец-то посмотрел на Дина осмысленным взглядом: — Прости, я не должен был так реагировать. Дин прижал его к себе и Кастиэль наконец-то смог прильнуть нежным объятием к любимому. — И ты прости, я должен был выставить его за дверь до вашего приезда. В дверях кухни появилась Джессика, она разбирала вещи в комнате Сэма и пропустила всю эту сцену. — Привет, Дин. — О, Джесс. Привет, — Дин помахал кистью девушке, не смея разорвать такие трогательные объятья своего парня. — Ты извини, не могу поприветствовать тебя более тепло. Джессика засмеялась и подошла к Сэму. — Это было вполне ожидаемо, вы так давно не виделись. А что за парень прошёл мимо меня на лестнице в одних трусах? Сэм не выдержал и начал судорожно смеяться, в то время, как Дин пообещал вслух оторвать Эшу его дурацкую башку, а Кастиэль с наслаждением обнимал своего парня и пытался унять жгучую ревность и боль. Он слишком быстро принял свои страхи за реальность, так нельзя. Они должны доверять друг другу, особенно сейчас, когда живут так далеко. — Дин, а где отец? — Уехал с утра пораньше, выбирать ёлку. И он настаивает, чтобы мы встретили Рождество здесь, а уже потом поехали к Касу домой. Ты не против, солнце? Кас пожал плечами и прошептал куда-то в шею Дина: — Не знаю, надеюсь, что моя семья не расстроится. — Мы поедем к ним ночью, я не буду пить и отвезу нас. — Хорошо, — Кас понимал, что они уже неприлично долго обнимаются, но ничего не мог с собой поделать. После пережитого ему хотелось сейчас лечь, прижаться к Дину и лежать так несколько часов, чтобы осознать, что всё хорошо и Дин не причинял ему невыносимой боли. — В общем, вы тут разбирайтесь, холодильник полный. Пошли, Кас, — Дин оторвался от него, тут же схватил за руку и потащил за собой. — Эша накормите. — Крикнул Дин через плечо и пошёл наверх, уводя за собой всё ещё смущенного и красного Кастиэля. — Я слишком сильно скучал, Кас. А тут ещё и недоразумение это, прости, но я больше не могу. — Он втолкнул Каса в свою комнату, запер дверь и прижался к нему, впиваясь губами в любимые губы. Кастиэль обвил его за шею и с радостью ответил на поцелуй. Он скучал, он так сильно скучал, что никакая сила не оторвёт его сейчас от Дина. Руки скользили по рубашке, пытаясь вытащить её из брюк, свитер валялся где-то рядом, Дин даже не заметил, как стянул его с Каса. — Ты такой сладкий, такой мягкий. Я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, Дин. Прости меня. — Ш-ш-ш, ты ни в чём не виноват. Я бы тоже так отреагировал. Хотя нет, я бы врезал Эшу по роже, так что имей в виду. Увижу рядом с тобой парня в трусах, изобью его. Кас улыбнулся и выгнулся, потому что Дин уже залез под рубашку и оглаживал его по бокам, поднимаясь выше, сжимая под лопатками и начал вылизывать его шею. — Дин, мы же не будем… прямо сейчас? — Ты не хочешь? — он оторвался от вожделенной шеи и посмотрел в синие от страсти глаза. — Хочу, но в доме много людей и скоро вернётся твой отец с ёлкой. Дин застонал и уткнулся ему в шею, член так давил на джинсы, что сводил с ума. Но Кас был прав, совсем не обязательно ставить в неловкое положение его семью и Эша, который ещё пятнадцать минут назад понятия не имел, что у Дина есть парень. Он тяжело вздохнул и опустил руки. — Ты прав, сейчас совсем не время. — Прости, Дин. Я очень хочу, правда, — Кастиэль выглядел таким расстроенным и немного напуганным, что хотелось затащить его в постель и успокоить заботливыми ласками и поцелуями. — Я рад, что ты хочешь, — он провёл пальцами по небольшой щетине и нежно поцеловал его в щёку. — Я очень люблю тебя, Кас. И мы дождёмся подходящего момента. Да? — Да, Дин.

***

Они наряжали ёлку все вместе, Эш правда отчалил к себе, а через час за Касом заехал Михаил и забрал его домой. Семья тоже скучала и нужно было уделить им время, тем более, если он хотел встречать Рождество с Винчестерами. — Я думал он меня ударит, словно конфету у ребенка отбирал. У очень злого и сильного ребенка. Кастиэль рассмеялся и счастливо посмотрел на брата. Михаил шутливо подмигнул ему, забрать Каса у Дина было может и жестоко, но необходимо. — Мистер Винчестер пригласил меня встретить Рождество у них дома, а потом поехать к нам. Ты не против? Михаил вздохнул и покачал головой. — Я не против, Касси. Ты взрослый, у тебя есть парень и я рад, что у вас всё настолько хорошо. Люци и девочки правда расстроятся. — А Бальтазар нет? — Бальт отмечает Рождество с девушкой. Предатель. Кастиэль весь обратился в любопытство. — Он не говорил мне, что у него серьезные отношения с кем-то. — Он никому не говорил. Не знаю в кого он такой скрытный. — Ну, ты тоже очень долго не рассказывал нам про Сару. Выходит в тебя. Брат засмеялся и повернул на их улицу. — Хорошо, что ты не такой скрытный, Касси, и мы прекрасно знаем чья свадьба не за горами. Он подмигнул, а младший брат покраснел. Он поймал букет на свадьбе Михаила и все теперь ждали от них объявления о помолвке, но какая может быть свадьба, если у них с Дином и секса-то ещё ни разу не было. Старших братьев воспитывали в очень религиозной манере, но после смерти родителей они решили, что сами вправе выбирать, как жить, и Кастиэлю никто не прививал мыслей, что перед свадьбой никакого секса, так же как никто не осудил его за то, что он гей. Поэтому он понимал, что для нормальных отношений секс необходим. И ревность, которую он испытал совсем недавно, была тому подтверждением. Они зашли в дом и Кастиэль попал в объятья Ханны, которая ещё спала утром, когда они заезжали. — Привет, солнышко. Как вы долетели? — Хорошо, — он зарылся в её волосы носом и вздохнул приятный запах шампуня. Он так скучал по таким вот родным мелочам. — Габриэль встретил нас и даже не опоздал. — Потому что Бальт вытолкал его и велел вернуть машину до того, как уедет на работу. — Ханна, ты не против, если я встречу Рождество с Дином? Девушка удивленно отстранилась от младшего брата, но тут же улыбнулась. — Я не против, Касси. Ты уже взрослый и можешь поступить по-своему. Вы ведь так давно не виделись. — Потом мы приедем сюда. — Тогда тем более. Сверху спустилась Анна и бросилась на шею брату, целуя и обнимая его. У Кастиэля приятно заполнялась пустота где-то внутри. Он был счастлив рядом с любимыми и родными людьми. Рождество было веселым и теплым. Мистер Винчестер немного смущался, когда его старший сын обнимал и целовал этого робкого паренька, но отдавал им должное, они вели себя прилично. К тому же его младший сын относился к этому парню тоже очень внимательно и заботливо. Они вели себя как дети, смеялись, пели песни и шутили. Мальчики выросли, строили планы и делились ими с отцом. Он понимал, что несмотря ни на что, он правильно их воспитал. Жаль рядом нет Мэри, чтобы порадоваться за их детей и посмотреть, как они оба счастливы и любимы. Джессика умница приготовила им вкуснейший ужин, парни ей помогали и Джон почувствовал, что он счастлив, впервые за долгие годы. Кастиэль прекрасно понимал, что эту ночь они будут спать в одной комнате и в одной кровати. Братья и сестры ничего не имели против и не заостряли на этом внимание. Даже Габриэль вёл себя прилично и не трогал его парня. Дин же был немного взвинчен и не отпускал его ни на минуту, словно бы он мог сбежать куда-то из родного дома. Они первыми ушли наверх, попрощавшись и поблагодарив за подарки. Дин уже еле сдерживался, это был слишком долгий день. Стоило двери закрыться, как он обнял его и страстно впился в губы. — Наконец-то, Господи. Мы одни. — Мы ведь не очень быстро сбежали? — Чёрт, нет, Кас. Уже три часа ночи, мы посидели со всеми, поболтали и теперь мы одни. Только ты и я. Дин водил по желанному телу руками, сжимая его иногда в чувствительных местах. Кастиэль плавился от такой нежности и точности нажимов. Талия, вверх до подмышек и легкое нажатие, потом лопатки и вниз по пояснице, чтобы сжать ягодицы. Дин откуда-то знал его тело, знал на что он реагирует более остро и сейчас сводил его с ума. — Я весь день мечтаю раздеть тебя и вылизать с ног до головы, — горячий шепот прямо рядом с ухом и у Каса ощутимо напрягается в брюках. — Хочу сделать с твоим членом всё то, что говорил по телефону. — Рука опустилась на пах и пальцы очертили уже возбуждённую плоть. — Ох, Кас, ты уже хочешь меня? — Дин, — он простонал имя любимого и поддался бёдрами на нехитрую ласку. — Хочу, чтобы ты сделал всё то, что обещал. Только... Дин закатил глаза: — Что опять? — В доме полно людей, моя семья. — Твоя совершеннолетняя семья, которая живёт с полноценной семьёй под боком, которые занимаются сексом. Кас, все и всё понимают. — Я знаю, Дин. Просто мы даже по телефону такие громкие. — Я тебе кляп куплю, чтобы ты был потише. Кастиэль удивлённо распахнул глаза и залился краской, Дин иногда говорил ему очень странные пошлости и он ещё не знал, как на них реагировать. — Расслабься, если хочешь, сегодня я просто сделаю тебе минет, просто позволь мне хоть что-нибудь. Я устал дрочить в ванной и по телефону, я хочу тебя. Хочу ласкать твоё тело, хочу чтобы и ты ласкал меня. Я не заставляю тебя делать что-то против воли, просто прошу. Кастиэль впился в его губы требовательным поцелуем, он тоже устал отказывать себе в желании увидеть Дина полностью обнажённым и попробовать доставить ему наслаждение. — У нас за городом есть охотничий домик, — он прошептал это в губы. — Мы редко туда ездим, но думаю никто не будет против, если утром мы туда уедем. Дин простонал и крепче сжал парня. — Что ж ты раньше никогда про него не упоминал? — Не знаю, забыл. А сейчас вспомнил. Там хорошо и нет никого вокруг. И у меня там большая кровать. Дин засмеялся и потащил Кастиэля к кровати, которая была тоже вполне большой и удобной. — Тогда завтра у нас будет секс-марафон, готовься. А сейчас иди сюда и я наконец-то смогу взять у тебя в рот. Он сел на покрывало и начал расстёгивать брюки у замершего от предвкушения Каса. Его самого немного потряхивало от осознания, что он хочет сделать. После школы он встречался с девушками, их было много, очень много. Он пытался доказать себе, что только это верно, что только так правильно. Но Кастиэль не выходил у него из головы. Его робкий поцелуй, страх и горечь после гадких слов, всё это не оставляло его. Он вспоминал тёплые и нежные объятья своего друга, его заботу, искренность и понимал, что обидел его совершенно напрасно. Со временем пришло осознание, что он и сам был влюблён в него, но боялся этого, боялся осуждения, позора. Больше он не боится. Он уверенно расстёгивает брюки, оглаживает возбуждённый член через ткань трусов и с удовольствием слышит тихий выдох на грани стона. Он никогда не делал этого, но он не однократно был по другую сторону, чтобы понимать процесс. Наконец он стягивает хлопковую ткань и высвобождает красивый член своего парня. Кастиэль сам снимает с себя рубашку и смотрит вниз. Дин же проводит ладонями по гладко выбритому лобку и с улыбкой поднимает глаза. — Ты побрился. Для меня? Кастиэль уже розовый от смущения, но краснеет ещё больше. — Да, везде. Ты ведь обещал вылизать меня и я подумал… — Ш-ш-ш, мне так нравится. И я вылижу тебя, Кас. Всего. Он опускает трусы ниже, берёт член в лёгкий захват пальцев и наклоняется, чтобы лизнуть головку. Кастиэль приятно пахнет и на вкус он терпимо мускусный. Кас вздрагивает от прикосновения горячего языка к самой нежной части своего тела и смотрит, пытаясь не пропустить ничего из происходящего. Дин ласково проводит языком по уздечке, затем по немного раскрывшейся дырочке и слизывает капельку, выделившейся смазки. По всему телу пробегает волна мурашек и жара. — Дин. — Тебе нравится? — Очень. Винчестер поднимает глаза и сталкивается с глазами своего парня. В них желание, лёгкий испуг и просьба. Для него это ещё более ново, чем для Дина. Он ведь хотя бы был на его месте. — Давай ляжем, если хочешь. Кастиэль мотает головой: — Продолжай, я хочу видеть. — Ого, Кас. Кто-то полюбил пошлые намёки? Кастиэль поддаётся внутреннему порыву и проводит рукой по русому ёжику, подталкивая пальцами к своему члену. — Ты так долго обещал мне это. Я хочу, чтобы ты взял его в рот. — Чёрт возьми, Кастиэль. Дин облизывает губы, стараясь, как можно сильнее увлажнить их и насаживается ртом на разбухшую от желания головку. Член любимого нежно розового цвета, чуть изогнут влево, но идеальной формы и размера. На нём несколько венок, которые он оближет, скоро. Дин мягко вбирает член в рот, стараясь не задевать его зубами и посасывает головку. Кастиэль растворяется в ощущениях, они просто взрывают его сознание и он стонет, прикрыв глаза и откинув голову назад. Это намного больше, чем он представлял себе. Это восторг, абсолютное блаженство и он мечтает, чтобы это никогда не заканчивалось. Дин же помогает себе рукой и мягко продолжает сосать его член, периодически вынимая изо рта и облизывая от самого основания до головки. Кастиэль уже не стесняется, он стонет и плавно толкается бёдрами, прося ещё. Дин улыбается, когда поднимает взгляд и видит, что его парню настолько хорошо. Он заставляет его снять обувь и раздевает до конца. Собственная эрекция жутко давит на джинсы и ему хочется освободить её и показать Касу. — Ложись. Он подталкивает парня к постели, а сам начинает раздеваться. — Мы же ещё не спать? Дин звонко смеётся и притягивает Кастиэля для поцелуя. — Нет, глупый. Мы просто сейчас ляжем и ты потрогаешь меня. Я тоже хочу немного внимания. Кас понимающе кивает и забирается на кровать, смотря во все глаза, как Дин раздевается. У Кастиэля перехватывает дыхание. Он видел своего парня в плавках, но впервые видит его полностью обнажённым. Он прекрасен, словно самая мужественная древнегреческая скульптура. По телу рассыпаны маленькие веснушки, он скользит взглядом по плечам, по груди и животу, пока не упирается в пах. Дин не выбрит как он, но это делает его ещё красивее. У него золотистые кучеряшки и Кастиэль облизывает губы, когда видит его внушительных размеров член. Он настолько возбуждён, что прижат к животу, широкий, со множеством венок и крупной головкой. Кастиэль облизывается ещё раз и неосознанно поддаётся вперёд. Он хочет облизать его. Дин видит интерес со стороны своего парня, видит, как тот рассматривает его и облизывается. И ему от этого настолько хорошо, что член подёргивается от предвкушения. Кастиэль подаётся вперёд и Дин залезает на кровать, чтобы встать перед ним на колени. Тонкие пальцы проводят по всей длине и они оба выдыхают. — Ты такой красивый, Дин. Он гладит нежную плоть и прикрывает глаза, чтобы насладиться этим ощущением. Дин шумно дышит и запускает пальцы ему в волосы, притягивает для поцелуя и страстно, без долгой прелюдии врывается в рот языком. Они прижимаются друг к другу и сладко стонут в поцелуй, а потом Кастиэль медленно наклоняется и, стараясь не зажмуриваться, легонько лижет самый кончик. Их обоих охватывает дрожь и Кас чувствует приятный запах и привкус. От Дина всегда исходит этот запах, такой терпкий, смешанный с запахом масла, железа и мыла. Но в этом месте это только его запах и Кастиэлю нравится. Он лижет ещё раз, ощущая солоноватый привкус, затем устраивается поудобнее, выгнув спину, и, смачивая губы языком, целует широкую головку. Дин не торопит его, он наблюдает, поглаживая вихрастую макушку и наслаждаясь робким ласками. Он боится спугнуть Кастиэля, поэтому не толкается, не стонет и не делает резких движений, хотя ему безумно хочется чуть наклониться и сжать упругие ягодицы брюнета. Привыкнув к ощущениям, Кас мягко вбирает головку в рот и облизывает её языком. Дина пронизывает ток и он тихо стонет, еле слышно. Но Кастиэль улавливает это и начинает скользить губами вниз, мягко сжимая их и заглатывая член так глубоко, как Дин и мечтать не смел. Он ловит себя на мысли, что это более, чем прекрасно. Кастиэль сосёт у него так, что он чувствует, как близок к финалу. Темп ускоряется и он опускает глаза, чтобы увидеть, как Кас отпускает член и начинает лизать его снизу, похотливо и совершенно развратно выгибаясь. Где он этому научился, чёрт возьми? Его тонкие пальцы скользят по влажному стволу и он снова насаживается ртом на член, беря сразу приличный темп. — Кас, Кас, отодвинься, я сейчас… Но Кастиэль не слушается и только сильнее двигает головой и рукой, доводя его до оргазма. Дин не выдерживает и со стоном изливается прямо в рот. Кастиэль ощущает неприятную вязкую субстанцию и он бы скорее всего выплюнул её, но глотает и чуть отодвигается, чтобы сесть на пятки. Дин тяжело дышит и во все глаза смотрит на своего парня. Он тянется к нему и прижимается всем телом, заваливая на спину и впиваясь в губы. Ладони скользят по коже, оглаживая бока и ягодицы, Дин уже вылизывает шею, опускаясь ниже и ниже. — Я люблю тебя, Кас. — Я тоже люблю тебя, Дин. Касу нужны эти ласки, эта нежность и он получает их, выгибаясь в жарких объятьях. Дин опускается всё ниже и ниже и наконец-то берет в плен требующий внимания член. Он сосёт головку, пытается взобрать в рот столько сколько возможно и ловит томные стоны любимого. — Дин… Боже… Он мечется по постели, вжимаясь в покрывало и сходя с ума от настойчивости и нежности любимого. Он плавится от чужого вкуса во рту и языка на члене, который дразнит его дырочку. А сильные пальцы тем временем уверенно гладят по мошонке, опускаясь чуть ниже. Дин вынимает член изо рта и начинает лизать яички, приподнимая их и захватывая одно губами. — Дин… пожалуйста… Кастиэль и сам не знает чего просит. Он хочет ещё и в то же время жаждет разрядки. Дин понимает его лучше и он начинает сильнее надрачивать ему, а потом обхватывает головку губами и принимает сперму. Он глотает и высасывает остатки, пошло причмокивая. Кастиэль словно бы распят. Он нежится в послеоргазменной неге и ему кажется, что он в раю. — Эй, как ты? Дин ложится рядом и обвивает его рукой за талию. — Я не знаю… Я хочу ещё и не могу. Дин смеётся и зарывается носом ему в шею: — Завтра будет ещё, обещаю. А пока лучше лечь спать. — Как скажешь, Дин, — Кас целует его куда-то в волосы и гладит на плечу. — Я так счастлив сейчас. Что же будет после секса? — Ещё лучше, любимый, обещаю. Они находят в себе силы расстелить постель и залезть в неё, жарко обнимаясь и шепча нежности перед сном.

***

— Ну и когда всё-таки свадьба? — Габриэль намазывал джем на круассан и подмигнул младшему братишке. Дин уехал домой, чтобы собрать вещи, скоро он вернётся за Касом и они уедут на пару дней в лесной домик. Кастиэль нервничает, но он уже попросил у Михаила разрешения уехать и получил мягкий поцелуй в макушку, а потом ключи. Люцифер же только ухмыльнулся и прожёг его взглядом, но ничего не сказал. А теперь он сидит на кухне с Габриэлем, который встал позже всех и весело болтает ногами, сидя на высоком стуле. — Не знаю. Тот факт, что я поймал этот букет, не говорит о том, что нам нужно, как можно быстрее жениться. — Эй, вы ломаете традиции. — Пусть так, но мы ещё не обсуждали это. И потом, чтобы пожениться нужно кое-что помимо букета. Габриэль внимательно уставился на брата: — Он не делал тебе предложения? — Нет, как и я ему. Нам ещё полгода жить отдельно друг от друга, поэтому нет смысла в таких шагах. — Но так ты бы был уверен в серьёзности его намерений. — Я уверен, Габриэль. Дин любит меня, он работает на двух работах, хочет переехать в отдельную квартиру, когда я получу докторскую степень и вернусь сюда. Брат замер и смотрел на него во все глаза, не замечая, как джем капает на стол. — Ты не будешь жить с нами? — Нет, я же сказал. — Чёрт, я совершенно этого не учёл. Михаил с Сарой вполне счастливо живут здесь. Почему это вы с Винчестером не можете? Кастиэль улыбнулся и склонил голову на бок. — Боюсь, что Дин собственник и не хочет делиться. — Вот гад, хочет заграбастать тебя себе, а как же мы? На кухню зашёл Люцифер и прислушался. Габриэль продолжал гневаться. — Мы и так шесть лет тебя толком не видели, а когда ты вернёшься, то выходит вообще больше никогда не увидим? Он запрёт тебя в вашей квартирке и не будет выпускать никуда. Поверь мне, Касси, если он собственник, то так и будет. Будешь сидеть, прикованный к батарее и ждать, пока твой господин придёт с работы. — Прекрати нести чушь, — Люцифер отвесил ему подзатыльник, прежде чем залезть в холодильник и достать пакет молока. — Ничего этого не будет. Не слушай его, Кастиэль. — Эй, я предупреждаю его, он должен знать о таких вещах. Касси, детка, мир не так прост. Это сейчас он нежно обнимает тебя, целует и даже пытается держать себя в руках, но поверь мне, стоит нам всем отвернуться и он свяжет тебя и начнёт пихать свою маленькую пипирку куда можно и куда нельзя. Люцифер рассмеялся и отвесил брату ещё один подзатыльник. — Гейб, ты неисправимая задница. Прекрати смущать его, посмотри он же уже малиновый. Кастиэль действительно плотно и надолго покраснел от слов брата. Он чуть было не ляпнул, что у Дина большой и красивый член. И ему понравилось, куда он пихал его этой ночью, а ещё он надеется, что сегодня он будет пихать его кое-куда ещё. Но такого Гейб ему точно бы не спустил и потешался бы ещё очень долго. — Ничего, пусть привыкает. Я вообще не понимаю, как мы позволили этому Винчестеру растлить нашего малыша. Кас, если он будет предлагать тебе какое-нибудь непотребство, ты должен сказать мне и я с ним разберусь. — Габриэль, Дин мой парень и я сам решаю, чем нам заниматься. — Молодец, мелкий. Врежь ему, — Люцифер был в восторге от ситуации и даже забыл зачем ему молоко. — Я настаиваю на миссионерской позе и никаких ремней, хлыстов и наручников. Не позволяй ему переходить черту. И не смейте заниматься этим в моей комнате в домике. Я прекрасно понимаю, зачем ты выпросил ключи у Михаила. Так вот, моя комната табу. Кастиэль рассмеялся и толкнул брата под столом ногой. — Ты совершенно не знаешь, когда нужно остановиться. Нам хватит и моей комнаты, быть может ещё гостиной, — Касу начинала нравиться эта игра. — Всё, Винчестер полностью развратил нашего ангела. Люц, ты куда смотрел? — Туда же куда и все. Кстати, Бальтазар только что приехал, — он выглянул в окно и заметил, что брат заезжает в гараж. — Он не говорил вам кто эта девушка? — Нет, хранит в секрете и даже имени не называет. Я уже подумываю, что это парень. Хотя странно было бы скрывать это от нас. Через несколько минут Бальтазар вошёл на кухню и застыл, увидев три пары глаз, сверлящих его любопытными взглядами. — Эм, привет, парни. Как Рождество? — Нормально, Кас с Дином стонали не сильно громко. Габриэля толкнули уже двое и синхронно. — Именно эту информацию я и хотел услышать. Зато хоть понятно чего Касси такой пунцовый. Гейб, ты не устал ещё? — Нет, Бальт, ты же знаешь. Кстати, как вы с девушкой повеселились? — Прекрасно, спасибо, что поинтересовался. — Почему не привёз её сюда? Кас вон притащил Винчестера к нам, правда сейчас сообщил, что они собираются жить отдельно, когда он получит докторскую. Бальтазар перевёл взгляд на младшего и улыбнулся. — Молодец, Касси. Я вот уже давно не могу сказать им, что собираюсь жить отдельно, они даже не заметили, что я два чемодана вещей уже вывез. — Что? — хор удивлённых голосов привлёк внимание Анны и она заглянула на кухню. Через десять минут Бальтазару пришлось объяснять всей семье, что он живёт со своей девушкой. Михаил припёр его к стенке и заставил сказать хотя бы имя. Кейси. Ну и встрял надолго, рассказывая какая она. Кастиэль воспользовался суматохой и улизнул из дома, прихватив сумку. Дин уже ждал его около дома.

***

Было волнительно и романтично, они ехали по заснеженной дороге через густой лес. Играла музыка, Дин периодически гладил его по коленке и улыбался так, как может улыбаться только любящий человек и только он. — Тебя нормально отпустили? — Да, они даже не заметили. Бальтазар спас. Он рассказал наконец-то кто его девушка и они все переключились на неё. Её зовут Кейси, она дочь издателя газеты. Дин неловко отвернулся и сглотнул. — Эм… — Что такое, Дин? — Ничего особенного, просто я её знаю. — Да? Расскажешь? — Нет. Кастиэль удивлённо захлопал ресницами и попытался заглянуть в глаза своему парню, но тот упорно смотрел на дорогу. — Ты с ней спал? Дин покрылся испариной и шумно вздохнул, надо же так вляпаться. — Давай, не будем это обсуждать? — Дин, я не рассержусь, если ты скажешь мне правду. Я понимаю, что ты спал со многими женщинами. — Я был типа влюблён в неё, мы встречались после школы какое-то время. Но она сказала, что я постоянно думаю о чём-то постороннем, что мешает нам быть вместе. Мы расстались и после этого я даже не пытался встречаться с кем-нибудь серьёзно. Странно, что она сейчас с твоим братом. — Тебе это неприятно? Дин всё-таки повернул к нему лицо и покачал головой. — Просто странно, Кас. Это было давно и я рад, если она счастлива. Я прекрасно понимаю, что нам с ней мешали мои чувства к тебе, но тогда я не понимал их. И возможно сделал ей больно. — Это было давно, ты прав. Бальтазар счастлив и только это главное. А мы счастливы с тобой, — Кастиэль придвинулся поближе и аккуратно провёл рукой по бедру. Дин перехватил его руку, сжал её и поднёс пальцы к губам. — Я люблю тебя, солнце. — Я знаю и я люблю тебя. К дому вела заснеженная дорожка, но они вполне комфортно по ней проехали. Дин загнал машину в гараж и они прошли в дом, через заднюю дверь. Было холодно и Кастиэль включил отопление, а Дин начал топить камин, чтобы нагреть дом побыстрее. Когда огонь весело затрещал и стало жарче, они смогли снять верхнюю одежду и Кастиэль с радостью прижался к любимому. — Наконец-то мы одни, да? — Да, Дин. Целых два дня вместе, только ты и я, — его руки скользнули под тёплую кофту и обвили парня за талию. Было так приятно ощущать его тепло и запах, вперемешку с запахом горящих поленьев. — Идём наверх? — Там ещё прохладно. Дин провёл руками по плечам Кастиэля и начал поглаживать его спину. Желание медленно зарождалось в нём, он вдохнул запах брюнета и опустил одну руку на его ягодицы. — Тогда начнём прямо здесь? — он ласково сжал ткань под ладонью, захватывая упругую мышцу. — Дин… — Кастиэль гладил его руками по спине и повторил чужое движение, но засовывая руку в джинсы, сразу под нижнее бельё. Под ладонью приятно ощущалась нежная кожа с маленькими, шелковистыми волосками. Протиснув руку ниже, он сжал Дина за ягодицу. — Ты маленький развратник, Кас, — Винчестер немного отстранился и припал к заветным губам, Кастиэль тут же откликнулся на поцелуй и проник языком в жаркий рот любовника. Желание и страсть заполняли его так быстро, что он уже стонал в пухлые губы Дина, продолжая сжимать его за задницу. — Я не против начать здесь, я хочу тебя. — Кас, Господи, ты меня с ума сводишь, — Дин начал лихорадочно расстёгивать чужие джинсы, попутно вытаскивая из них рубашку и целуя чуть припухшие губы. Кастиэль помогал раздеть себя, сбрасывая кофту на пол и стараясь не кусаться. Дин страстно перешёл на шею, оглаживая любимого по груди и бокам, он чуть ли не рычал, стягивая узкие джинсы вместе с бельём. Пришлось оторваться от сладкой шеи, чтобы спустить одежду вниз, разуть Каса и встать перед ним на колени. Он провёл языком по ещё не сильно возбуждённому члену и довольно-таки ловко заглотил его целиком в рот, посасывая и облизывая языком. Наградой ему послужил вскрик любимого и его пальцы на голове. — Дин, Дин… Что ты делаешь? Дин медленно оттянул губами крайнюю плоть и, помогая себе рукой, начал двигать головой, плотно сжав губы. Кастиэль возбуждался за считанные секунды и уже постанывал, поджимая пальцы на ногах. Дин облизывал уже крепко стоящий член и поднял глаза. Кас задохнулся от открывшегося вида, это было настолько развратно, что он не удержался и провёл пальцами по щеке Дина. Тот вынул член изо рта и стал водить им по своим губам, продолжая смотреть снизу вверх. — Дин, Боже… — Нравится? — Ты даже не представляешь насколько, я готов кончить от одного только вида. — Ещё рано, солнце, — он встал и прижался к обнажённому телу, впиваясь в губы. Кастиэль обнял его за шею и закинул одну ногу на бедро, Дин провёл по ней рукой, до ягодицы и нежно скользнул пальцами к заветной дырочке. — Я хочу тебя, хочу целовать каждый сантиметр твоего тела, хочу вылизать тебя. — Ди-и-ин, — Кас притёрся членом к не до конца расстёгнутым джинсам и выгнулся, стараясь раскрыться сильнее. — Я хочу, чтобы ты сделал всё, что хочешь. Дин подхватил его за вторую ногу и сжал обеими руками за ягодицы, разводя их в стороны. До дивана было пару шагов и он отнёс туда любимого, плавно опуская его на спину. Тот терся об него и стонал. — Господи, Кас, ты такой красивый, такой желанный. Я буду очень аккуратен, обещаю. — Я знаю, Дин. Я люблю тебя. Дин начал стягивать с себя джинсы, смотря, как развратно лежит его парень, раздвинув ноги. Он готов был рвать на себе одежду и несколько пуговиц всё-таки оторвал, срывая рубашку. Ему казалось, что одежду придумали специально, чтобы он не мог насладиться Кастиэлем, чёртов заговор. Но через несколько секунд, он уже лёг сверху, впиваясь голодным поцелуем в губы. Его руки лихорадочно оглаживали бока Каса и он ощутил, как тот пытался тереться о него своим членом. — Боже, ты такой страстный. Такой нетерпеливый, — Дин отправился в путешествие по разгорячённому телу партнёра языком и губами. Он жадно припал к соску и слегка прикусил его, затем зализал укус. Он опускался всё ниже и ниже, стараясь уделить внимание всему телу, гладя его ладонями. Когда он спустился к паху, первым делом прильнул к выпирающим тазовым косточкам, от этого Кастиэля выгнуло на диване и он шире развёл ноги. Дин целовал внутреннюю сторону бедра, лизал вокруг члена, затем спустился к мошонке и взял в рот одно яичко. За стуком сердца он почти не слышал, как стонет Кас. Выполняя своё обещание, он задрал ему ноги повыше и скользнул языком к розовой дырочке. Вскрик он услышал очень хорошо и, нежно улыбнувшись, лизнул ещё. — Дин, Дин… Кастиэль забывал, как дышать, когда влажный язык лизал и пытался влезть в его нутро самым кончиком. Дин был настойчив, он целовал его там, облизывал, трогал пальцами и ему оставалось только держать себя за ноги, чтобы раскрываться сильнее. Член был прижат к животу и истекал смазкой, он хотел большего, хотел ощутить Дина в себе и он начал просить его. С его губ срывались просьбы, всхлипы и стоны и тогда Дин сделал это. Он мягко проник в него пальцем. Кастиэля выгнуло от неприятного, но желанного ощущения. Дин, мягко пошевелил пальцем и облизал край сфинктера. — Тише, тише. Скоро будет хорошо. Кастиэль и не заметил, что он вскрикивал от лёгкого жжения, как и не заметил, что Дин сумел подтянуть к себе свою кофту и достать оттуда баллончик со смазкой. Приятный гель охладил и вывел его из оцепенения. Дин нежно и легко входил в него смазанным пальцем, прикусывая и облизывая кожу вокруг. — Так лучше? — Да, намного. Дин снова лизнул его около дырочки и согнул палец внутри, Кастиэль всхлипнул. Пытаясь как можно больше раскрыть тугой проход, Дин медленно вставил второй палец и услышал низкий гортанный стон. Он продолжил медленно двигать пальцами и лизнул по мошонке, обхватив одно яичко. Отзываясь на ласку и лёгкую боль, Кастиэль сильнее раскрывался и выгибал спину. Язык и губы ласкали его и вылизывали, перемещаясь к члену. Дин принялся снова сосать, не прекращая поглаживать внутри Каса. Он такой мягкий, податливый, нежный и горячий. С его уст срываются стоны и мольбы. И Дин ласкает его, доводит до нужной черты, чтобы он смог принять его без боли и страха. Через какое-то время Кас сам начинает насаживаться на пальцы, он двигается и просит ещё. Боль отступила и ему нравится это странное и непривычное ощущение внутри. Тогда Дин выдавливает ещё немного геля и пытается протолкнуть его поглубже, огладить им тугие стеночки, расслабить их максимально. Ему уже сводит собственные яйца от желания, но он терпит. — Дин, пожалуйста, Дин, я хочу больше, — его парень умоляюще стонет, двигается и оглаживает себя по внутренней стороне бедер проводя пальцами по щекам Дина. Он в свою очередь перехватывает их и начинает сосать, приподнимая голову повыше, чтобы Кас видел. И он видит, как развратно и пошло любимый вылизывает его пальцы, продолжая трахать его своими. — Ты готов, Кас? — Да, пожалуйста. Дин выпрямляется, смазывает член остатками смазки на пальцах и подкладывает одну из подушек на диване под ягодицы Каса. Затем приставляет головку ко входу и пытается войти. Кастиэль дёргается и чуть морщится, тогда он меняет немного угол входа и пробует ещё, головка туго, но верно скользит вовнутрь и он застывает. Нужно дать ему привыкнуть, он смотрит на Каса, тот облизывает губы, прикусывает их зубами и смотрит ему в глаза. Дин разводит большими пальцами края сфинктера и толкается чуть глубже, Кастиэль вскрикивает и они оба замирают. — Больно? — Немного. Он выходит и проникает снова пальцами, чтобы затереть боль, успокоить её. Через минуту делает ещё одну попытку и головка входит легко и быстро, он надавливает и чувствует, как стеночки прохода расширяются под его натиском. Кастиэль задыхается и зажмуривает глаза. — Всё хорошо, солнце, я не сильно. — Да, Дин, продолжай. Он останавливается только когда входит полностью, Кас часто и глубоко дышит, не открывая глаза и пытается привыкнуть к этой наполненности, к непонятному ещё ощущению на грани боли и наслаждения. Дин очень большой, он раздвинул его девственный проход так сильно, что у него больше не стоит, он не думает о своём возбуждении, он приходит в себя. И тут Дин полностью вынимает член. Внутри словно бы какая-то борьба, он чувствует облегчение, что больше нет инородного тела внутри и тут же хочет его назад. Он двигает бёдрами и открывает глаза. Дин смотрит на него с тревогой и заботой, зелень его глаз переливается в отблесках каминного огня и Кастиэль тянется, чтобы получить поцелуй. Дин склоняется над ним и мягко припадает к губам. Они гладят и ласкают друг друга и Кас двигается в поисках члена. Дин улавливает его движение и, помогая себе рукой, снова приставляет член к проходу. — Давай, я хочу этого. В третий раз получается намного приятнее и Кастиэль, продолжая целовать любимого, плавно качается навстречу ему, принимая член полностью, Дин стонет в поцелуй. Ему сложно не срываться, не двигаться быстрее, как хочется, но он держится. Он начинает двигаться медленно и плавно, вынимая и снова вставляя в узкую дырочку. Его парень хнычет, стонет, впивается ногтями ему в спину и обхватывает тело ногами, подпирая ягодицы пятками. Он заставляет его двигаться чуть быстрее и почти что кричит, когда Дин удачно попадает по простате. Уехать в лесной домик было отличной идей, в доме они бы перепугали всех. — Тише, тише, мой хороший. Тебе нравится? — горячий шёпот в ухо и Дин утыкается лбом в плечо Кастиэля. Он набирает темп, он движется в уже хорошо раскрытой дырке так уверенно и свободно, что это сводит с ума. — Да, Дин. Да, ещё. Пожалуйста. Он не может отказать, не может разочаровать его. И Винчестер двигается так, чтобы Кастиэль кричал и стонал его имя. Он сжимает его за талию, притягивает к себе так близко, словно хочет стать одним целым. Он втрахивает его уже чуть грубее, слизывает капельки пота с разгорячённого тела и пытается не сорваться и не начать кусать его. Кастиэль кричит, он плавится в крепких и любимых руках, у него сверкают звёздочки перед глазами каждый раз, когда Дин проезжается членом по простате. Ему так хорошо, что он не понимает отчего совсем недавно было больно. Ведь сейчас самое прекрасное в жизни, это член Дина в его заднице. И он хочет этого каждый день, всю свою жизнь. Дин грубее сжимает его, останутся синяки на этом нежном и податливом теле, но он ничего не может с собой поделать. — Я сейчас кончу, Кас. — Да, Дин, да. Сперма мощным потоком выливается глубоко в проходе и заполняет его. Кастиэль чувствует это и двигает бёдрами, пытаясь сжать сфинктер посильнее. Дин от этого сходит с ума и оргазм длится чуть дольше обычного. Он хрипло и рвано то ли стонет, то ли кричит. И продолжает кончать, сжимая Каса и практически не дыша. Ему настолько хорошо, что он не сразу замечает, что его парень не кончил. Кастиэль расслаблен, его член возбуждён и требует внимания. Не выходя из него, Дин опускает руку на нежную плоть и начинает быстро дрочить ему. Кастиэль вскрикивает от неожиданности и бурно кончает, забрызгивая их тела белёсыми капельками. — Вот теперь всё, солнце. Дин выскальзывает из прохода и отстраняется. Из Кастиэля тонкой струйкой течёт его сперма и он завороженно смотрит на это. — Мы диван испортили. — Я уберу, потом, — Кас медленно размазывает капельки спермы по своему телу и глубоко дышит. — Тебе понравилось? Улыбка расползается по лицу Винчестера и он проводит правой рукой по ноге Каса, потом по его опадающему члену и принимается вместе с ним размазывать сперму. — Спрашиваешь, это было самое лучшее в моей жизни событие, после того, как ты ответил мне взаимностью. Люблю тебя, Кастиэль. Кас счастливо улыбается и прикрывает глаза, так чтобы немного видеть своего парня: — Я тоже люблю тебя, Дин. И мне тоже понравилось. Повторим? Дин смеётся и слезает с дивана, присаживается около лица Каса и целует его: — Обязательно повторим и не один раз, обещаю. И если захочешь, то можешь сделать то же самое. Кас широко распахивает глаза и удивлённо смотрит на Дина. — Ты хочешь этого? — Конечно. Что тебя удивляет? — Я думал, что ты не захочешь такого. — Глупости, Кас. Я хочу от тебя всё, что ты можешь мне дать. И это тоже. Даже не сомневайся. — Хорошо, Дин. — А сейчас в душ. А ещё лучше примем горячую ванную и пожрём. Умираю от голода, — Дин встал и подхватил Кастиэля на руки. Где его комната он уже знал и уверенно понёс парня туда. Было немного прохладно, но после жаркого секса это не сильно мешало. За окном начался снегопад и они, обнявшись, сидели перед камином на пушистом и мягком ковре. Кастиэль сварил какао, а Дин приготовил им сытный обед. Было тепло, уютно и поленья в камине трещали так мелодично. Они поглаживали друг друга через одежду и иногда мягко целовались. — Ты ведь хочешь прожить со мной всю жизнь? — Да, Дин. А ты со мной? — Только с тобой, Кас. Твои ещё не спрашивали про свадьбу? — Габриэль спрашивал, но я сказал, что это ещё не скоро. — Почему? Можем пожениться летом, когда ты вернёшься из Стэнфорда. — Я бы хотел просто пожить с тобой. Без суеты свадебной подготовки. Я помню, как все сходили с ума из-за свадьбы Михаила. — Ну, у нас может быть простая свадьба. Сходим в департамент и просто оформим отношения. Кастиэль немного отодвинулся и обернулся, Дину пришлось опустить руку, которой он держал его за талию. — Ты чего-то стыдишься? — В каком смысле? — В смысле нас. Того, что мы два мужчины и нетрадиционная свадьба может как-то повлиять на мнение окружающих. — Ничего я не стыжусь. Кастиэль внимательно рассматривал любимое лицо и отмечал капельку смущения. — Тогда почему твой друг Эш не знал обо мне? Кто-нибудь кроме наших семей знает о нас с тобой? Джо, например? — Нет, я никому кроме Чарли не говорил. — Хм, я сказал Чаку, ещё летом. Мэг в Европе, а больше друзей у меня и не было. Выходит мы чего-то стыдимся? — Нет, Кас. Но это не просто. Я люблю тебя. — Я знаю, Дин. Но это всё очень просто. Я бы не хотел росписи в департаменте и поверь, моя семья это осудит. Они приняли меня такого, какой я есть и не стесняются всего этого. На свадьбе Михаила и Сары никто не осуждал нас и ты всё внимание уделял мне. Так что не так? — Не знаю. Я просто не хочу это ни с кем обсуждать. Это только наше с тобой дело. — Ладно, давай обсудим наше с тобой дело. Я, конечно же, не мечтал с детства о белой фате и как старший брат поведёт меня к алтарю, — он отметил, как хихикнул и расслабился Дин. — Но мне хотелось бы, чтобы это было красиво и торжественно. Хочу, чтобы наши дети смотрели свадебный альбом и любовались нами через много лет. — Хорошо, Кас. Как скажешь. — Ты не должен делать этого, если не хочешь, я пойму. — Я хочу. Давай сделаем это когда будем оба готовы, согласен? — Согласен, Дин.