ДонЭйприл (сборник)

      Донателло неловко мялся на лестничной клетке пожарной лестницы перед окном Эйприл. У них была назначена своеобразная встреча по его инициативе, и гений решился кое-что сказать девушке своей мечты. По этому случаю он даже своеобразно принарядился: кожаные ремни, начищенные «волшебной» — очередной разработкой — мазью, выглядели как новые, а на шее у зеленого ниндзя красовался белоснежный манжет и черная бабочка. Жаль смокингов на его размер и комплекцию не достать, иначе он тоже был бы надет.       Эйприл замешкалась и не сразу заметила стоящего за окном Донни. После небольшого промедления девушка открыла ставень:       — Привет, Донни, — улыбнулась и бодро помахала рукой ОʼНил.       — Добрый вечер, — вторил Донателло.       Повисла неловкая пауза. Эйприл витала где-то в облаках, а Донни готовился к тому, что собирался сказать.       Слегка откашлявшись, он все-таки начал:       — Эйприл, я хотел сказать… — но как только его рыжеволосая леди устремила на него пристальный взгляд, он густо покраснел, отвел глаза и залился продолжительным кашлем.       — Так вот, кхем, я хотел сказать, кхе-кхе-кхе, — и ему снова пришлось взять паузу, чтобы прочистить и горло, и легкие.       — Донни, может, тебе дать воды? — запоздало поинтересовалась девушка и попыталась оказать посильную заботу, однако черепашка-мутант её остановил.       — Не стоит. Это, если честно, нервное, — сообщил он, моментально отойдя от своих попыток выплюнуть легкие.       Эйприл понимающе кивнула (недаром она обладала даром Отзывчивости!) и присела на краешек оконной рамы, приготовившись выслушать речь гения.       Донателло еще раз глубоко вздохнул, на долю секунды прикрыл глаза, и все-таки начал (в который раз) свое повествование, решив, во что бы то ни стало, донести свою мысль до девушки, к которой испытывал симпатию.       — Эйприл, знаешь, — не смог удержаться от паузы для еще одного вздоха, — я долго думал над некоторыми вещами и в голове появились навязчивые мысли. — Воздуха сегодня ему явно не хватало. — Думаю, стоит их озвучить тебе, так как они касаются тебя.       ОʼНил напряглась и максимально сосредоточилась на словах Донателло. Она слегка приоткрыла рот, желая что-то произнести, но передумала.       — Мы с тобой мутанты, только ты все-таки человек, а я представитель вида пресмыкающихся, а говоря проще — черепаха.       — Я знаю это, Донни, — не удержалась от комментария Эйприл, но тут же сделала жест «продолжай».       — Однако и ты, и я мутанты.       Донни чуть не допустил ошибку, погрузившись в термины и сложные названия, но вовремя исправился.       — Мы представители разных видов, однако, я хочу, чтобы ты знала, что и черепашка тоже может любить. Да, возможно, это отличается от того, что под этим подразумевают люди, но это чувство свойственно всем… Даже, кхем, животным. Учитель Сплинтер прав в этом: каждое существо способно любить и жаждет этого большого чувства в ответ. Я знаю, что являюсь вонючим страшным монстром из канализации, однако… — тут Донателло выдохнул, так как все предыдущее ему пришлось выпалить на одном дыхании. — Однако черепашки тоже могут любить. По-настоящему, как люди.       — Это вряд ли, — серьёзно произнесла девушка. Гений удивлённо хлопал глазами. Он знал, что ответ может быть резким, но чтобы настолько даже не предполагал. — Я думаю, что черепашки любят гораздо сильнее.       Донателло поднял взгляд на свою возлюбленную и увидел, как светятся её глаза.       Мгновение, и Эйприл оказалась на лестничной клетке, невесомо коснулась щеки мутанта своими губами и с такой же лёгкостью вновь очутилась на оконной раме.       — Я надеюсь, что однажды смогу любить так же, как ты, Донни, — произносит на прощание девушка, оставляя мутанта в сомнениях.       Гений в недоумении прижимал руку к месту поцелуя и понимал, что надежда всё же есть.