Приятные мелочи

В тот особенно гадостный по всем показателям день поскорее оказаться дома Джону хотелось как никогда сильно. Голова раскалывалась от недосыпа, кучи заполненных накануне документов и, казалось, нескончаемого потока пациентов с до жути банальными проблемами. Плечо предательски ныло, реагируя на типичную для осеннего Лондона вечернюю сырость, да ещё и чёртово такси пришлось ждать непростительно долго. Успев за это время порядком замёрзнуть от пронизывающего до костей ледяного ветра, он на удивление успешно спрятался под ближайшим деревом от ожидаемо начавшегося дождя, стремительно перерастающего в ливень. На большой скорости и прямиком по приличных размеров луже, непонятным образом успевшей образоваться в добрых пяти метрах от притаившегося в тени мужчины, пронеслась машина. Имевшееся расстояние не помешало окатить грязными брызгами так старательно до этого оберегаемые от влаги любимые брюки и недавно купленные туфли. Чертыхнувшись, Джон невольно прищурился от бьющих по лицу капель, покидая ставшее совершенно бессмысленным убежище, заметив приближающийся кэб, дразняще медленно прошелестевший по той самой луже и услужливо останавившийся чуть поодаль. Смирившись с паршивостью почти завершившегося, к счастью, дня, пригревшись в сухом салоне автомобиля, он, наконец, расслабленно выдохнул, выуживая из кармана куртки тихонько мурлыкнувший телефон. Дело раскрыто! ШХ Незаметно для него самого, губы растянулись в слабой, но оттого не менее светлой улыбке. Без труда он смог представить мечущееся по квартире торжествующее кудрявое недоразумение, грозящее ненароком снести добрую половину мебели, оказывающейся на пути, чудом при этом не переламывающее свои длиннющие конечности. А бедная миссис Хадсон какое-то время наверняка недовольно и достаточно громко причитала, не рассчитывая при этом быть услышанной. Что ж, значит, не зря они прошлую ночь провели в засаде, рискуя нарваться на каких-нибудь ублюдков. О, да он даже готов простить, что и в этот раз, как случалось достаточно часто, детектив не стал делиться наблюдениями и сложившимися выводами, предварительно втянув во всё это своего соседа. И одному Богу известно, до какой степени Джону не терпится поскорее выслушать торопливо изливаемый бархатным баритоном поток информации, чтобы поразиться в очередной раз собственной невнимательности и неповторимой великолепности Шерлока, ждущего его в уютной и родной квартирке. И, чёрт подери, Джон с такой же отчётливостью видит грядущее утро, когда эйфория покинет гениального детектива, оставляя после себя доходящую до крайности, всепоглощающую тоску… И последствия такого развития событий в полной мере ощутит на себе, конечно же, сам Джон. Поддавшись внезапно возникшей в голове идее, Ватсон попросил водителя свернуть к «Теско», где приобрёл баночку любимого лакомства Холмса-младшего, способного самую малость поднять тому настроение и хоть на какое-то время в дальнейшем отвлечь от мрачных мыслей. «В самом деле, почему бы не разбавить привычный список восхищённых фраз такой вот простой и приятной мелочью?» С этого всё и началось...