Том, который попал

      Том проснулся в том же зале. Тело было по-прежнему чужим. И голым (что логично для ритуала). Камни пола почему-то приятно грели, а не отбирали тепло. Зал освещали факелы, прямо как в Хогвартсе.        — Тилли греть пол, когда Хозяин спать. — Домовиха прижала уши.        — Благодарю, Тилли. Принеси мне одежду и еду, — на пробу попросил Том. Он встал и аккуратно выбрался из рисунка, стараясь не стереть больше, чем уже стер, пока спал. Сейчас он чувствовал себя просто отлично.       Получив еду и одежду, Том уже увереннее пожелал вымыться, волшебную палочку и сотню золотых галлеонов. И… незамедлительно получил то, другое и третье.       Палочка от прикосновения едва не сожгла Тома. Видимо, в ней была часть феникса (когда миссис Олливандер подбирала Тому палочку, фениксовая так же попыталась его поджечь). Домовиха никак на это не отреагировала.       Похоже, что бы тут ни случилось, Тилли принимала его за своего хозяина.        — Тилли, я нормально выгляжу?        — Да, Хозяин! Хозяин выглядит здоровым и отдохнувшим, Тилли видеть.       Значит, сейчас внешность Тома соответствовала внешности этого…        — Тилли, назови имя своего Хозяина.        — Хозяин Августус, Хозяин.        — А я?        — Хозяин? Тилли не понимать…        — Назови мое имя.        — Тилли нельзя, Хозяин запретить Тилли!!! Тилли помнить. Хозяин проверять Тилли?       Проклятие на имени? Поисковые чары, завязанные на произнесение имени? Ни о чем подобном Том прежде не слышал.       Ладно, если он оказался в настоящем доме мага, с эльфом, то стоит осмотреться. Интересно, как живут богатенькие чистокровки.       Наверх вела монументальная мраморная лестница. Над ритуальным залом оказалась зельеварня, кладовая и винный погреб, и только над ними был уже нулевой этаж: холл, столовая, кухня, две гостевые спальни, уютная гостиная, и два входа: с улицы и из сада. Том сразу же стал выглядывать в окна. Разрушенных зданий видно не было, как и вообще каких-либо зданий. Может быть, «Фиделиус» был не так уж неуместен. Кто станет сбрасывать бомбы на совершенно пустой холм?..       В прихожей оказалось зеркало, и Том внимательно осмотрел свое новое отражение: парень лет семнадцати, светловолосый, высокий, крепкий такой (если не сказать «пухлый»), зубы кривые, нос картошкой, кожа… ну, хоть кожа в порядке.       На следующем этаже оказались две закрытых комнаты (кабинет «Хозяина Августуса» и его же спальня), три открытых комнаты (одна была обжитой, и домовиха подтвердила, что там живет «Хозяин»), одна общая для всех ванная комната и библиотека. Библиотека! Том быстро пробежался по чердаку с совятней, и вернулся в библиотеку.       Сколько здесь всего!       Сначала Том обошел стеллажи, просто осматриваясь. Два ближайших шкафа заполнены книгами, дневниками и свитками по колдомедицине. На них были чары для сохранности пергамента и против пыли, а на некоторых манускриптах еще и оказалась персональная защита. Том стал видеть магические потоки, но по привычке выставлял вперед руку, чтоб почувствовать холодок, тепло или покалывание. Только как раз рукой-то почти ничего и не чувствовал.       Ладно, с этим он еще разберется.       Следующие два шкафа были с книгами по зельеварению и по чарам соответственно. Шкаф возле стены (длинный, с широкими полками и сильной защитой) оказался занят ветхими свитками и очень старинными рукописями. Самый дальний шкаф возле противоположной стены тоже был оплетен магической защитой, только эта была направлена не на сохранение рукописей, а на защиту посетителей библиотеки от особенно опасных экземпляров. Один короткий шкаф содержал книги о ритуалах (не слишком старые и не очень дорогие, судя по обложкам). Длинный шкаф возле окна содержал, в основном, учебную литературу, хотя Хогвартских учебников тут было не много. И, наконец, два шкафа возле читального столика (возле второго окна) содержали справочники, талмуды с законами, книги родословных и самые разные пособия: от гоблинского этикета до правил квиддича.       Глядя на эти книги, Том вспомнил кое-что важное. Когда-то, курсе на втором, староста девочек рассказала «славному воспитанному полукровке» Тому, что все чистокровные лет с десяти и до конца жизни ведут дневники. Чтоб, если им сотрут память или исказят восприятие, можно было по прежним записям понять, что что-то произошло. А значит…        — Тилли!        — Хозяин зва…        — Принеси мой дневник!        — Да, Хозяин!       Через миг перед Томом лежал большой черный дневник с магическим замком и острым серебряным шипом. Том затаил дыхание и ткнул пальцем в шип. Кровь впиталась, но дневник не открылся.       Том подергал страницы. Тщетно. Том выдохнул и отложил дневник прежнего обитателя своего нового тела.       Интересно, в этой библиотеке есть книги о взломах паролей?..       Том не знал, сколько еще он сможет оставаться в этом месте, потому сосредоточился на самых полезных знаниях, самых тщательно оберегаемых, и дарующих владеющему ими самую большую власть: Том обложился книгами и справочниками по колдомедицине, велел принести перо и пергамент, и стал делать выписки.       С одной стороны, Том нашел, как приживить оторванную конечность, с другой же, разумеется, без множества «но» не обошлось. Во-первых, срез должен быть ровным, то есть, оторванную взрывом ногу так не пришьешь. Во-вторых, свежим, не дольше трех минут без стазиса. В-третьих, приживляемая конечность должна быть отсечена без применения магии. То есть, заклинание оказалось практически бесполезным.       О магическом протезировании Том пока ничего не нашел. Зато подробно остановился на нанесении и заживлении ран, а так же на заклятиях усиления и ослабления свертываемости крови. В книге речь шла о полостных операциях, но сколько полезных применений можно придумать!..       На обед Тилли запретила идти с книгой, и вообще запретила выносить библиотечные книги из библиотеки. Обед в библиотеку подать домовиха тоже отказалась, пришлось Тому отложить колдомедицину и идти в столовую.       Добротный массивный деревянный стол прямо располагал сесть во главе и приказать подать чай и утреннюю газету. Том не удержался, и приказал-таки подать последний выпуск «Пророка». И чуть не подавился супом, увидев дату: 16 июля 1983 года.       Где-то в доме нашлись газеты за последние два года, их домовиха и принесла Тому. В одном из номеров 1981 оказалась и статья о суде над Августусом Руквудом. Невыразимцем. Тем самым «Хозяином Августусом», по словам домовихи.       Том бросился в «свою» комнату и осмотрелся. Обычная комната, наверное. Если бы он еще знал, как выглядят обычные комнаты обычных домашних детишек. Какие-то дергающиеся плакаты на стенах, шкатулка с узорами из змеек, зелено-серебристый балдахин. Шкаф с одеждой.       Интересно, домовиха невыразимца Руквуда зовет «Хозяином» именно его, Тома, или бывшего обитателя этого тела? То есть, этого пухлика притащили сюда невыразимцы именно чтоб поселить на его место Тома (Зачем?)? Или случилось что-то другое (Что?)?       И, если он здесь не в тюрьме… Он же может отсюда выйти?       …А, если выйдет, сможет ли вернуться?