Не такая простая магическая Британия

      — Сириус. Какая нелицеприятная встреча, — проскрипел Снейп.       — Нюниус. Какими судьбами? Ты решил осчастливить нас своим присутствием? Или убить безграничной радостью от того, что умрёшь?       — Так, Сириус, Снейп, успокойтесь. Тут дети, не забывайте это, — поспешил вмешаться Ремус.       — Мне плевать на детей. Просто отойди, Люпин, и дай сделать то, что я пообещал себе ещё много лет назад.       Сириус не выдерживает, и первым кидается на Снейпа, абсолютно позабыв, что на него направлена палочка, которая может швырнуть в него совершенно неприятнейшим, или даже тёмным заклинанием. Снейп, на секунду опешив от такого обращения к своей персоне, тут же приходит в себя, и тоже бросается на Блэка.       Люпин кидается к ним, чтобы успеть разъединить их, пока они друг другу не переломали носы, а может и чего похуже не натворили, как это обычно бывало в школе. Они даже всему Хогвартсу умудрились испортить прощальный выпускной бал. Как маленькие дети! Вечно с ними нужно носиться, вечно следить, чтобы те не перегрызли друг другу глотки.       И ладно Снейп, при всём отвратном отношении к нему, тот был намного сдержаннее, чем Сириус Блэк — лучший друг Лунатика. Бродяга как только видел Нюниуса, сразу же заводился и начинал унижать его. Вот это качество — так остро реагировать на появление врагов, в поле зрения, Ремуса часто напрягало, если не сказать, что оно иногда выводила из себя.       Но Люпин никак не мог понять, что же так влияло на его друга? Инстинкты, передавшиеся с приобретением анимагической формы? Резко негативное, хоть и на словах, отношение Джеймса к Снейпу, которое блохастый воплощал в жизнь из-за своей огненной натуры? Или что-то другое?       Но факт оставался фактом, но сейчас был вынужден отцеплять друг от друга дерущихся врагов. Сириус уже успел занести ногу для удара в живот. Снейп — освободить свои руки из капкана Блэковских, и направить свои прямиком к горлу.       Хорошо, что Люпин — оборотень. Если бы не его сила, он не смог бы разнять этих ополоумевших.       — Остолбеней! — выкрикнул Гарри Поттер, стоя за их спиной, — Крыса!       И двое ранее дерущихся, забыв о разногласиях, бросились ловить общего врага — Питера Педдигрю.