Ты свободен, Блейк

День суда начался с утренней спешки. «Самый главный член команды» проспал. А вчера вечером забрал нужные бумаги, чтобы что-то детально осмотреть. По этому, сейчас, Гриффин с клиентом уже сидят в зале суда. А остальные ждут Кайла, у входа в здание. — И как он мог проспать? — нервно говорит Харпер, выглядывая в толпе проходящих нужного человека. — Ничего удивительного, это же Вик, — спокойно произносит Линкольн. — Ну наконец-то! — недовольным голосом восклицает Рейвен, замечая подбегающего к ним виновника такого переполоха и выхватив папку с документами, бежит в зал суда. Все остальные наградив недовольным взглядом друга, следуют за шатенкой. — Встать, суд идёт! — слышится голос мужчины и все поднимаются. В зал тут же заходит быстрыми шагами Рейес, направляясь к Гриффин и передавая нужные для той бумаги. Все садятся, когда судья оказывается на своём привычном месте: — Сторона обвинителя, начинайте, — вещает судья, внимательно смотря на всех присутствующих. Норрис с привычной для него ухмылкой поднимается с места и кивнув в знак приветствия Кларк и её клиенту, проходит в центр, делая деловитое лицо и начиная свои обвинения.

***

— Что значит «Повторное рассмотрение дела»?! — удивляется Кайл. — Разве судье было мало фактов невиновности? Что за вздор?! — бурно обсуждает сам с собой тот, меря шагами гостиную дома-офиса. — В последний момент Норрис крикнул что-то о новых доказательствах. Судья дал им двадцать четыре часа для регистрации этих доказательств. А ведь всё так хорошо шло, — буркнула себе под нос Рейвен, наблюдая за нервным Виком. — Да ладно вам. Наша Кларк в любом случае выиграет это дело. Верно? — Харпер подняла взгляд на молчавшую ранее блондинку с надеждой в глазах. — Ничего не могу сказать точно, — ответила, наверное слишком, резко Гриффин и направилась к лестнице, в свою комнату. Все молча проводили её взглядом. — Разве у нас есть время для её психов? — внезапно прекратив бегать из угла в угол, задал вопрос Кайл. Все пожали плечами. И в гостиной настигла некая тишина. — Кларк? — лёгкий стук в дверь вернул сидящую на подоконнике блондинку на Землю. В проёме дверей стоял Блейк со слабой усмешкой. — Да? — отозвалась девушка и встала во весь рост. — Прости. Я не ожидала, что они найдут ещё что-то против тебя. Кажется, ты кому-то хорошо насолил. Беллами молча преодолел разделяющие метры между ними и встал вплотную: — Раз уж так. Не хочешь со мной сегодня поужинать? — Мне нужно обдумать защиту… — А вдруг, это мой последний день на свободе? — слабо усмехнулся брюнет. — Не говори глупостей, — пнула того в бок Кларк со слабой улыбкой. Честно сказать, Гриффин не понимала себя, когда находилась рядом с ним. Когда Блейк находился рядом с ней и они были один на один — блондинка чувствовала расслабление, некую защиту и умиротворение. Это было очень странно.

***

Этот ужин запомнится Кларк надолго. Она ещё никогда так громко и задиристо не смеялась в присутствии мужчины. Никогда раньше не опускала смущенно глаза в пол. И её рука никогда ещё не чувствовала такого лёгкого и нежного прикосновения мужской руки, когда пальцы переплетаются и вы просто напросто идёте за руки, по ночным улицам города, которые украшены к подступающему Новому году. В этот вечер Блейк проводил девушку лишь до двери её дома. Кларк явно намекала на то, чтоб тот зашёл, но брюнет лишь улыбается и целует ту, и этот поцелуй напоминает прощание. Беллами уверен, что завтра он сядет в тюрьму за то, что не делал. Возможно, в его голове всплывает определённая ситуация, за которую он поплатится свободой, но эти догадки быстро улетают куда-то. А Кларк. Она смотрит на уходящего мужчину и закрывая дверь, спешит сесть за своё рабочее место. Внутри появляется желание: во что бы то не стало, защитить Блейка и освободить от лживых фактов. Этой ночью эти двое не спят. Кларк увлечённо изучает дело мужчины, который слишком неожиданно ворвался в её жизнь и слишком быстро занял значительную часть в сердце девушки. А Беллами ходит по ночным улицам. Иногда в его голове всплывают воспоминания. Некоторые напоминают о сестре, о детстве. А другие напоминают об одной белокурой персоне, которая засела, кажется, надолго, где-то внутри. Их сегодняшний вечер прокручивается с начала до конца, будто стоя на перемотке. А ещё. В какой-то момент, в голову ударяет воспоминание, которое сейчас грозится забрать у него свободу, а возможно и жизнь. Тринадцать лет назад, тогда Блейк был семнадцатилетним парнем с множеством веснушек на лице, которые, к слову, через много лет не пропали и на вряд ли пропадут.

Тринадцать лет назад

— Мама, почему ты позволяешь ему бить себя? Где твоя гордость? — кричит Беллами, смотря на яркие синяки на лице Авроры Блейк. — Беллами, не лезь не в своё дело и иди учи уроки, — резко отвечает женщина и быстро скрывается за закрытой дверью своей комнаты. Парень резко бьёт стену, тяжело выдыхает. В коридоре появляется младшая сестра и хочет что-то сказать, но брюнет лишь говорит: — Всё будет хорошо, — и схватив куртку с крючка, идёт на выход и немного позже слышится звук закрытия двери. Два месяца назад, к матери Беллами стал захаживать какой-то чернокожий мужчина. На первый взгляд статный и самодостаточный. И сложно было понять, что он нашёл такого в обычной женщине с хрущоб. Где-то месяц назад Блейк задал ему этот вопрос, когда он появился у них в квартире, на ужин. На что тот ответил, что она его зацепила своей простотой и что она спасла ему жизнь, когда он попал в аварию. Беллами поверил этому мужчине. Вот только не прошло и месяца после того разговора, как он начал замечать на лице матери побои. Она ссылалась на слишком острые углы мебели и уставшие ноги, которые подкашиваются раз за разом. Но Блейк то понимал, что это были синяки и ссадины далеко не из-за мебели. И вот сегодня, Аврора опять пришла домой, после встречи с этим мужчиной. На левое щеке красовался слабый порез. А колготки были слегка порваны. Данный вид матери вовсе не устраивал Блейка. Поэтому, он направился прямиком в офис к этому самому мужчине. Время было позднее. Но он не раз слышал от Авроры, что тот задерживается там до круглой ночи. И он искренне надеялся, что сегодняшний день будет не исключением. Его надежды оправдались. Когда он быстрыми шагами миновал холл, даже сразу не замеченный охранником. Поднимаясь на самый последний этаж офисного здания, Блейк заметил секретаршу, что тут же поднялась со своего места и хотела было что-то сказать и преградить путь к двери кабинета собой. Но брюнет оказался быстрее и уже распахнул дверь, видя перед собой свою цель. — Простите, — начала было извиняется секретарша, но мужчина кратко кивнул, заставляя ту покинуть кабинет и закрыть за собой дверь, с той стороны, естественно. — Беллами? — с ноткой вопроса произнёс тот, явно удивляясь столь нежданному гостю. — Чем могу тебе помочь? — Вы бьёте мою мать? — задал вопрос в лоб брюнет, подходя ближе к столу хозяина этого кабинета. — Что за глупости ты говоришь? — спокойно парировал тот, поднимаясь с насиженного места и немного отходя в противоположную сторону от своего гостя. — В последнее время, я замечаю на её лице слишком много побоев, — приближаясь к мужчине, начал Блейк, замечая, как собеседник медленно отдаляется с каждый шагом. — Вы меня боитесь? — усмешка появилась на устах брюнета. — Ты — просто мальчишка и ничего не понимаешь, — голос мужчины слегка дрогнул, но быстро пришёл в норму. — Ты сейчас наделаешь глупостей, Беллами, — произнёс он, наблюдая, как руки его гостя начали сжиматься в кулаки. — Знаете, сначала я думал, что это у вас такие игры, — качая головой, говорил Блейк. — Что вы взрослые люди и тем более вы, мужчина, не опуститесь до того, чтобы бить женщину, — брюнет ткнул в того пальцем, как только добрался ближе, а собеседник упёрся в стену, которая оказалась как нельзя кстати. — Но потом, я, случайно, услышал разговор матери с подругой. Она говорила, что больше так не может и делает всё только ради меня и Октавии. Я не знаю, что именно вы делали с моей матерью, но я никогда не видел, чтобы она так плакала, после похорон отца. Мне казалось, что она ещё тогда выплакала весь запас слёз. Но, оказалось, что какая-то сволочь заставила её вновь плакать. — Беллами, остановись на том, что ты уже сделал, — более чем спокойно произнёс мужчина, убирая руку парня со своего плеча. — Иначе будет хуже. И тебе и твоей матери. Чего уж говорить о Октавии… — Вы мне угрожаете? — слабо засмеялся Блейк, наблюдая за метающимися глазами собеседника. — Чудно, — он резко ударил того в лицо, от чего хозяин кабинета осел на пол, держась за челюсть. — Да как ты смеешь, мальчишка? — взорвался на крик тот, поднимаясь на ноги. — Охрана! Послышался резкий звук открытия дверей, но Беллами успел ещё пару раз ударить мужчину: с ноги в челюсть и после в живот, наступая на спину, будто втаптывая данного человека в землю. Возможно, было бы хорошо, если бы он смог смешать этого человека с грязью. Чтобы он барахтался там, как свинья. Его скрутили. Двое амбалов тут же схватили брюнета, больше не позволяя ему ударить того, кто точно так же относился к его матери. — И только попробуй ей ещё что-то сделать, ублюдок! — выкрикнул Блейк, как только его начали вытягивать из кабинета. — Я тебя убью, если понадобится.

***

— Зачем ты это сделал, глупый? — тихо спросила Аврора рано утром, когда её сын вернулся домой, с участка полиции. Брюнет поднял взгляд на мать, замечая в глазах той слёзы. Только не горя, а счастья и благодарности. В её глазах читалась благодарность и тревога о будущем. — Всё в порядке? — тихо спросил Беллами, смотря то на мать, то на младшую сестру, что выглядывала из-за угла. — Он приходил. Много ругался и кричал, что он со своими адвокатами посадят тебя, — начала женщина. — А потом ему кто-то позвонил. И он в лице поменялся. Сказал, что ему не до нас и ушёл. — Ну и славно, — улыбнулся парень, протягивая руки и прижимая мать к себе, обнимая. — Я его сам за решетку кину, если понадобиться. Аврора лишь слабо улыбнулась, кратко кивая. Но она даже не понимала, что на самом деле её сын говорил серьёзно и знал что-то, что и правда могло уничтожить того самого мужчину. Под именем Чарльз Пайк.

Наше время

Кларк медленно просматривала бумаги, когда вдруг её телефон начал «ходить» по столу, а взглянув на дисплей, она обнаружила неизвестный номер. Слишком лениво подняв мобильный и приняв вызов, девушка услышала грубый голос мужчины: — Кларк Гриффин? Блондинка обратила внимание на настенные часы. Три часа ночи. — Да, это я, — спокойно ответила та, мысленно удивляясь, кому же она понадобилась в такую глубокую ночь. — Настоятельно вас прошу отказаться от дела Беллами Блейка или вовсе, самостоятельно, завалить его. Мы заплатим вдвое больше, чем вам платит ваш клиент. Кларк было хотела посмеяться и сказать, что данное дело взяла бесплатно. Но, шутки решила оставить на потом. — И кто же меня так настоятельно просит? — Это не столь важно. Надеюсь, вы нас услышали, — некто сам закончил разговор на той стороне телефона, даже не дожидаясь какого-либо ответа от адвоката и послышались короткие, раздражающие, гудки. Гриффин убрала гаджет от уха, слегка удивлённо смотря на дисплей, где так и не определился номер, даже с личной программой Рейес.