Мой кровавый изумруд

      Всё началось с соседки, Саи, милой школьницы-старшеклассницы, чей приёмный отец держал бар Оморо. Норико, студентка второго курса, часто заходила к Джорджу пропустить пару стаканчиков, пожаловаться на несчастную любовь, проблемы в учёбе, или просто поболтать и поделиться последними новостями. Они прекрасно ладили с Саей, несмотря на то, что Норико была старше на несколько лет. Жизнь была такой идеальной, словно искусственной. Будто бы кто-то наверху создал прекрасный, совершенный мир для Норико Каямы, чтобы потом разрушить его одним небрежным взмахом руки.       Звон стекла, грохот, выстрелы. Норико недоумённо выглянула в окно: в баре Оморо горел свет и, кажется, вся кутерьма разворачивалась именно там. Но какого чёрта происходило в маленьком заведении, где даже пьяные драки были невероятной редкостью, потому что всех буянов Джордж Миягуску не стеснялся лично выпроваживать на улицу?       Норико выскочила на улицу, на ходу набрасывая куртку. Крик умер на губах, потому что увиденное было настолько нелепым и страшным, что не могло существовать в реальности.       Американский военный, известный как Плакса Форрест, завсегдатай бара Оморо, стоял в десятке метров от испуганных, жмущихся друг к другу Саи и Джорджа. Его руки с непропорционально огромными пальцами и когтями свисали чуть ли не до земли, рубашка была изодрана в клочья. «Так не бывает! У людей такого не бывает!», — Катаяма в ужасе замерла на месте, в то время как нечто, так похожее на Форреста, не обращало на неё внимания, всецело занятое Саей и Джорджем.       Сорвавшись с места, тварь бросилась на дочь и отца, покрывая десяток метров одним прыжком, но вместо мягкой живой плоти страшные когти со звоном высекли искры из стального футляра: на сцене появилось ещё одно действующее лицо — хрупкий черноволосый юноша с тонким лицом одним небрежным движением отшвырнул Форреста прочь. Норико испуганно пискнула, когда тело американца пролетело мимо неё и шмякнулось на асфальт. Надо было бежать, без оглядки, не чуя под собой ног, но девушка словно приросла к забору и лишь пыталась вжаться в него в надежде, что её не заметят.       Сая держала в руках катану, что-то испуганно крича дрожащим голосом. Всё это напоминало неумелую постановку в школьном театре, вот только кровь была настоящей, когда Джордж выхватил из рук дочери меч, бросился на Форреста и напоролся на взмах огромной когтистой лапы. В свете луны и фонарей она казалась почти чёрной и маслянисто блестящей. Закрыв нос рукавом, Норико бросилась к Джорджу, превозмогая тошноту и вцепившись в простую мысль, что её сосед ранен и ему нужна помощь.       Сая беспомощно зарыдала, повиснув на плече у девушки, которая дрожащими пальцами одной руки набирала номер телефона скорой помощи. Кровь растекалась из-под тела умирающего, её густой медный запах бил в ноздри, мешая думать. Эта была лишь первая капля в алых потоках, очень скоро заливших жизнь Норико.       Рик ворвался в приёмный покой больницы, взъерошенный и испуганный. — Сая, беда! Кай забрал папин Кольт и исчез! — Он хочет убить Форреста, — чертыхнулась Норико. — Надо срочно найти его! Катаяма погнала прочь образ когтистой твари с острыми иглами-зубами. Ей просто показалось в неверном свете фонарей от стресса, шока и недосыпа. Монстров не бывает, они есть только в книжках и в детских страхах, а Норико давно уже не была ребёнком.       Они сбились с ног, разыскивая Кая по всему городу, пока не узнали, что он приходил в бар Кацуко к Реми, своей бывшей жене. Выдохнув, Норико воздала хвалу небесам за то, что пока она подрабатывала по ночам в этом баре, она успела сдружиться с Реми. — Да, я слушаю, — голос Реми в телефонной трубке был напряжённым. — Реми, привет, это Норико. Помнишь студентку, которая работала летом у вас в баре? Слушай, у тебя есть планы на вечер? Может, встретимся, посидим где-нибудь? — Знаешь, я не могу. Мне позвонил Форрест, ему нужно увидеться со мной, так что давай в другой раз, ладно? — У него проблемы? Реми, где ты, давай я приеду, может… — Не нужно, спасибо. Норико, я не могу говорить, прости.       Она повесила трубку, но Катаяма успела услышать шум моря на заднем фоне, лязг металлических подъёмных дверей и пофыркивание погрузчика. Реми явно направлялась на склад на пристани; отстав от своих спутников, Норико стремительно прыгнула в такси. Уже подъезжая к ангару, она вновь услышала грохот и выстрелы.       Тварь из ночного кошмара не могла существовать в мире рациональной Норико Катаямы, где всё подчинялось строгой логике. Монстры и чудовища не вписывались туда никоим образом и имели право на существование разве что только на страницах книг. Так говорил разум, но нечто куда более древнее, чем сознание, шёпотом звало её искать Кая и Форреста в одиночку. Она убедится, что всё это — сказки и выдумки, или окончательно сойдёт с ума. — Кай, какого чёрта ты здесь? Надо немедленно уходить! — Норико влетела в открытую дверь ангара, едва не врезавшись в Кая. — Я убью его! — запальчиво выкрикнул юноша и подавился словами, увидев Форреста за деревянными ящиками. Нечто, раньше бывшее американским солдатом, прижимало к себе Реми огромными когтистыми лапами и жадно сосало кровь из её шеи.        Закончив с жутким пиром, монстр отпустил её сухое обескровленное тело, и медленно выпрямился. Он был вдвое выше, чем несколько часов назад, а в ярко-красных глазах, горевших под балахоном, не осталось ничего человеческого, только звериный голод. Кай открыл стрельбу, но патроны очень быстро закончились, а монстр бросился на них, словно в него только что не всадили целую обойму. Норико успела оттолкнуть Кая в сторону и с ужасом увидеть, как пули падают на пол из тела монстра, а раны моментально затягиваются грубой коричневой кожей. Вдоль спины, присоединённые к рукам, тянулись широкие кожистые перепонки, составляя единую конструкцию, как у птеродактилей. Каждый палец был увенчан огромным когтем, а рот усеян мелкими острыми иглами зубов. И от него смердело кровью и гнилью. Тело словно было скручено из тугих жгутов мышц, которые бугрились при каждом движении. Тварь занесла руку, собираясь разорвать ребят в клочья, но внезапно остановилась, с удивлённым рычанием уставившись вверх.       Там, на балке под самым потолком, хрустальным изваянием застыла Сая, и в её глазах горел тот же нечеловеческий огонь, что и в зрачках монстра. Шаг — и её спутник с нечеловечески спокойным лицом летит вниз с огромной высоты, приземляясь на спину летящего монстра. Он с потрясающей ловкостью уклоняется от огромных когтистых лап, и привычный мир Норико, выстроенным по строгим логическим правилам, стремительно рушится на куски. Шаг — и Сая легко спрыгивает из-под потолка, держа катану наотлёт в правой руке. Один изящный шаг, взмах лезвия — и монстр падает на пол с распоротым животом, дёргаясь в предсмертных конвульсиях. Стремительно густеющая кровь хлынула на пол бесконечным потоком, следом со смачными шлепками на пол начали вываливаться внутренности. Чудище завалилось назад, неестественно вывернув руки-крылья, перепонки которых почему-то начали твердеть, покрываясь сеткой из мелких трещин. Процесс сопровождался тихим треском, и Норико ещё не знала, что этот треск будет преследовать её потом до конца жизни.       Стало тихо, казалось, Норико слышит звук оседающей пыли и судорожные всхлипы Саи.       Монстр, перерубленный мечом пополам, стал первым телом, через которое они перешагнули в бесконечной войне. Что-то щёлкнуло внутри миловидной девушки с заострённым лицом, пышной волной медно-рыжих волос и огромными, словно прозрачными зелёными глазами. Норико будто поняла, что кроме правильной мирной беззаботной жизни есть ещё и другая. Яркая, пронзительная, насыщенная красками и запахами: Катаяма будто проснулась, как от удара током. — Я поеду с вами, — заявила она непререкаемым тоном Дэвиду, давнему другу Джорджа, который примчался в ангар к самой развязке событий, чтобы сообщить ещё одну новость: американские военные забрали Джорджа на свою закрытую базу. — Нет. Возвращайся к себе домой и забудь всё, что ты тут видела. Считай это дурным сном, — возразил ей мужчина, но Норико не так-то просто было переубедить. — Вот ещё. Сая моя подруга и если ей или её семье что-то угрожает, я обязана помочь им! Это мой долг! — они смотрели друг другу глаза в глаза, серо-голубая сталь и горящий зелёный огонь, и Дэвид сдался первым. — Хорошо. Тогда нам придётся выяснить, где они держат Джорджа, и проникнуть туда. Знаешь, как этим пользоваться? — он протянул Норико пистолет. Девушка только молча кивнула.