Point of no return.

« Не знаю, что бы я без тебя делала…»

       К утру все пришли в себя, даже не спав, принялись очищать улицы от трупов. Проламывая им голову на всякий случай они оттаскивали своих, чтобы похоронить, а волков — сжечь. Хоронили они за стеной, где еще задолго до этого сделали небольшое кладбище, всего из восьми могил, но теперь их станет намного больше. Сэм стоял над недавно зарытой могилой Скота и с тоской в покрасневших в глазах, долго смотрел на нее. Лидия подошла к нему тихо, как будто не мешая смотреть. Понимая, какую боль он испытывает. Сэм все равно заметил ее, но ничего не сказал. — Он тоже любил тебя, Сэм. — тихо заговорила она. — Когда ты с Тайлером и Андреа не вернулись Скот долго не хотел уходить, а даже собирался самому, в одиночку идти за вами. Ему тяжело далось это и он долго был в депрессии. До самой Александрии он почти ничего не ел и не говорил. Но он был храбр и защищал нас, потому что знал, что больше не кому, что сами мы не выжили бы. Скот был сильным из-за тебя, потому что ты просил его об этом. — замолчала. — И ты тоже должен быть сильным ради него, Сэм. Она обошла его, встречаясь с ним взглядом и обняла. Сэм ничего не ответил, он обнял девушку в ответ, прикрывая глаза. — Ему тяжело. — сказала Елена, стоящая с Дином и Стайлзом позади. — Он справится. — ответил Дин. — Как это произошло? Как они попали сюда? Я думал эти стены… — Возможно сделали подкоп или еще что-нибудь. — Диана подошла к ним. — Эти стены в основном сделаны от мертвецов, но нет неприступных стен. — Сколько тел сожгли? — спросил Стайлз. — Из было больше двадцати, а мы лишись четырнадцати человек. Из них в этот список попали: Кэрол, Андреа, Скот и Лорел… Дин потемнел узнав об этом. Лорел погибла. Да он действительно ненавидел ее, но они все-таки когда-то были близки и он не желал ей такой участи. — Кто это были? Вы встречали их раньше? — спросила Елена. — Волки. — кратко бросил Дин, заставляя троих удивленно посмотреть на него. — Волки? — У них на лбах вырезана буква «В». Они живут в лесах, как одичалые, нападают, грабят и убивают людей. Один из них все еще живой сидит в подвале, я займусь им сегодня. — ответил Винчестер. — Откуда ты все это знаешь? — удивленно спросила Диана. — Догадался. Я видел в лесу до этого несколько таких, но они были уже ходячими, но не придал этому особое значение. — ответил он. — Ты будешь пытать его? — спросила Елена. — Если потребуется. — Дин перевел взгляд с Елены на брата и ушел. Он хотел пытать его, даже если это не потребуется. Это месть которую он заслужил, за то что делал он и его люди.

***

       Винчестер спустился в подвал, приоткрывая решетчатую дверь в совсем пустое помещение с голыми стенами и лишь маленькими окошками под потолком, через которые проходило немного света. Он падал в центр подвала, где привязанный руками и ногами к стулу мужчина, поднял голову, прищурившись, рассматривая вошедшего. Лицо пленника было изувечено от ударов, которые ему нанесли при налете и вырубили. Грязные отросшие волосы его спадали на глаза, закрывая этим яркий шрам на лбу в виде «В», а кровь и синяки сливались с грязью на его лице, что даже его близкие, наверное, ни за что даже не узнали бы его. Дин закрыл за собой решетку и подошел ближе. — Кто ты? — начал он. Ответа не последовало, лишь отстраненный взгляд темно-синих глаз. Удар и голова пленника дернулась в сторону, но он снова медленно вернул ее в прежнее положение. — Кто ты? — громче и внятнее повторил мужчина. — Один из Волков. — впервые заговорил один из них. Дин уже начинал думать, что они вообще разучились говорить. — Как вы сюда проникли? Опять молчание. Дин подошел еще ближе и достал нож. — Как вы сюда проникли? Ответа снова не было, тогда Винчестер неглубоко воткнул нож ему в ногу, выше колена. Волк взвыл, убийственно сверля его глазами.  — Заметил, что я не повторяю вопрос третий раз? — спокойно произнес Дин и чуть провернул нож в ноге. — Подкоп… И дырка в стене… — простонал он и Дин остановился, но нож не вынул. — Где ваша община? Сколько вас еще? Но тот снова молчал. Эта игра начала забавлять Винчестера. — Я задал тебе вопрос. — прорычал Дин и с размаха ударил Волка в лицо, но тот продолжал молчать, оскалив грязные зубы. — Выбираешь сложный путь? — он пожал плечами и снова взялся за нож в ноге, медленно проворачивая. — Знаешь, я вижу, что ты не один из них. — сквозь стиснутые зубы от боли, заговорил пленник. — Отвечай на вопрос! — прорыл Дин и чуть надавил на нож. — Ты не такой как они… Подумай, тебе здесь нет места. — Дин остановился и вынул нож у него из ноги. Тот с облегчением выдохнул и поднял на него глаза. — Ты такой как и мы. Тебе нужна свобода, опасность, адреналин, анархия. — Ты глубоко заблуждаешься. — кинул в ответ Дин. — Правда? Тогда почему грязной работой занимаешься ты и почему я уверен, что за стеной ты чувствуешь себя намного лучше, чем здесь? — Мне надоело это слушать. Либо ты отвечаешь на мои вопрос, либо медленно дохнешь. Выбирай. — угрожающе произнес Винчестер, наклонившись к нему. — Можешь пытать меня, я ничего тебе не скажу. — Мы это проверим.

***

       Спустя некоторое время уже стемнело. Дин поднялся из подвала их дома, вытирая кровь на руках полотенцем. Он заметил Елену, которая сидела на крыльце, задумавшись, но увидев его поднялась. — Он не сказал? — тихо спросила она, замечая испачканное кровью полотенце, которое тот сбросил в урну. — Нет. — Дин поднялся на крыльцо, возвышаясь над ней, прошел мимо нее, собираясь зайти в дом, но Гилберт остановила его. — Ты не обязан был это делать. Это мог сделать кто-то другой. — Но больше шансов было у меня разговорить его. — Знаешь, ты был прав. — он подошла ближе к нему и он с любопытством повернулся. — О чем ты? — Обо всем. Ты был прав, что даже за железной стеной мы никогда не будем в безопасности. Никогда нельзя забывать об этом. — Главное, что ты успела это понять. — ответил он, удивляясь, что Гилберт наконец услышала его и приняла его правоту. — И… — она подбирала слова. — Я никогда не благодарила тебя. Ты спас меня там у меня дома, спас когда взял с собой, а потом в Терминусе… Ты не раз спасал мою жизнь и жизнь моего брата… Спасибо. Дин удивился, слегка нахмурившись и улыбнувшись. Эта была первая искренняя, настоящая улыбка, которую она видела на его лице. И она теплом прошлась внутри нее. — Не за что. — Не знаю, что бы я делала и где была бы вообще… если бы не ты. — тихо произнесла она и улыбка прошла с его лица, сменившись приятным удивлением. Девушка медленно приблизилась, приподнимаясь на цыпочках, обнимая его. Дин обвил руками ее тонкую талию, слегка прижимая к себе. Потом она начала медленно отстраняться, но Дин еще не отпускал ее. Елена подняла на него глаза, встречаясь с его. Он смотрел на нее так, как не смотрел еще ни на одну девушку, которую встречал. Елена слегка покраснела и отпустила глаза, которые остановились на его губах. Он медленно приблизился, как будто боясь спугнуть и коснулся своими губами ее. Но она не оттолкнула его, не пыталась остановить, а наоборот чуть приоткрыла губы и Дин воспользовался этим, проникая между ними языком. Ее руки ласково коснулись его затылка, перебирая и поглаживая короткие волосы, а руки Дина сильнее сжали ее талию. Именно такими, хотя даже лучше, Дин не раз представлял ее губы. Мягкие, манящие, опьяняющие. Он углубил поцелуй, набирая обороты и мягко потянул ее в сторону прижимая к двери. Теперь она была как в ловушке, но не была против. Она задыхалась, стараясь попадать в его новый ритм, наслаждаясь тем, как он умело и страстно ее целовал. Ее рука опустилась и сжала его твердое плечо. Они не знали сколько так продолжалось, пока Дин неохотно отстранился, давая себе и ей отдышаться, но продолжая смотреть на нее. Ему понравилось видеть ее такой покрасневшей, с припухшими от его поцелуев губами. Елена не осмеливалась поднять на него взгляд, она смотрела вниз, уставившись на его рубашку. Это позабавило Винчестера и он ухмыльнулся, но она не увидела этого. Он все так же собой прижимал ее к двери, что даже чувствовал ее неровное дыхание и лихорадочное биение сердца. Ухмыляясь он нежно взял ее за подбородок и приподнял ее голову, заставляя ее наконец посмотреть на него, ему хотелось видеть ее глаза. Увидеть, что ей понравилось, что она растеряна и обескуражена. И он увидел это, когда она осмелилась посмотреть ему в глаза. Все так же придерживая ее за подбородок, вновь наклонился и мягко поцеловал ее, а потом неожиданно отпустил ее, отстраняясь и ухмыляясь ее растерянным видом. — Спокойной ночи, Елена. — с улыбкой он последний раз оглядел ее и зашел в дом, оставляя девушку приходить в себя.