Наваждение

Свет в комнате был неестественно ярким. Я четко видела Эшли, сидевшую ко мне спиной, и себя, мирно спавшую в наушниках. Лямка на майке спала, обнажая плечи, я выглядела крепко спавшей, безмолвный свидетель убийства, которому суждено было вот-вот случиться. Эшли не замечала моего присутствия, она со злобой отшвырнула шкатулку, схватив мобильник, набрала чей-то номер, поставив на громкую связь, попутно прихорашиваясь в зеркале. - Эшли, - Мужской незнакомый голос, - Ты открыла ее? - Нет, я пыталась, но не смогла, все легенды о наслаждениях лишь наглая ложь. - Я велел не прикасаться самой, я велел найти человека, что сделает работу за тебя, ты должна страстно возжелать открыть ее, будь плохой девочкой, - проорал голос из телефона, - Живо, ищи разгадку головоломки, глупая шлюха, или возвращай долг за наркоту. Эшли поменялась в лице. -Я не нашла того, кто согласился бы открыть твою поганую игрушку, - прошипела она, как вдруг взгляд ее упал на меня. Внутри все похолодело. -Погоди, - взбудоражено произнесла она, безумные глаза блестели в предвкушении, - Я позвоню позже. После этих слов Эшли, неспешно приблизилась к моей кровати, замерев в нерешительности на пару секунд. Медленно, девушка протянула мои руки к шкатулке, проводя обессиленными пальцами по заветному кругу, едва зазвенел колокол, Эшли шустро притаилась под кроватью, молча наблюдая за происходящим. Я не верила своим глазам и ушам. Получается, это я открыла шкатулку? Увиденное застало врасплох. Увиденное потрясло до глубины души. Сценарий развивался в точности, как и часом раннее – изменившиеся стены, лопнувшая ваза, разлетевшееся на сотни тысяч осколков стекло, голубоватое свечение. Я увидела первого демона, вышедшего слева – плоть косметически истыкана иглами, местами отсутствовала кожа. Судя по очертаниям, женщина в латексе, с растянутым и вживленным в горло кругом из металла. Абсолютно лысая. Лязгая висевшими на поясе ржавыми кинжалами всевозможных форм, она угрожающе нависла над моей кроватью, занося нож. Я вскрикнула, пытаясь предупредить себя, но тщетно, та Амели спала безмятежным сном, доносилась негромкая музыка из наушников. -Стой, - раздался властный голос (судя по всему инженера), ступающего следом за толстым существом без глаз, с изощренно порезанной и зашитой кожей. -Стой? – переспросил возбужденный женский голос, - Ее руки открыли шкатулку, ты знаешь, что это значит. -Нет, - возразил принц Ада, - Нас вызывают не руки, а желание. Женщина сделала шаг назад. Я видела, как Эшли прикрывает рот рукой, чтобы сенобиты не слышали ее громкого дыхания. Взгляд инженера упал на матрас моей кровати, он скривил губы в недоброй улыбке. Раздался лязг цепей, впивающихся в кожу и мышцыЭшли. Подруга истошно вопила, но женщина-сенобит прижала к ее щекам тугую повязку из кожи, заставляющую молчать, издавая лишь хрипы боли. По моим щекам текли слезы, я была не в силах оторваться от мерзкого зрелища – конечности Эшли выворачивали и медлительно разрезали, предварительно проткнув оголенные места толстыми иглами. Инженер стоял надо мной, спрятав руки за спину, и с наслаждением наблюдал за мучениями подруги. Я четко видела, как он смотрит на мое лицо, мое тело и улыбается. В тот момент я осознавала весь ужас происходящего, создавалось двоякое ощущения той меня в кровати, над которой навис сенобит, и той меня, что сейчас, молча наблюдает за трагедией, происходящей в стенах небольшой общажной комнаты университета. Пинхэд провел крюком по моей щеке, отчего я начала вертеться, скидывая одеяло на заляпанный кровью пол и бормоча что-то во сне. После жестокой расправы, сенобиты исчезли, растворяясь во мраке комнаты. Амели встала с кровати, запнувшись об окровавленное одеяло, включила ночник и истошно закричала от увиденного зрелища.