Речная змея

- Так, дети, пора за стол! – высокий светловолосый мужчина подхватил на руки мальчика лет шести, свою миниатюрную копию в ярко–зеленой футболке с Человеком–Пауком. Его сестренка, наоборот, темноволосая и голубоглазая, печально вздохнула и отложила фломастеры. - Сабрина, детка, потом дорисуешь… - Не буду есть свеклу! – убеждено заявил парнишка, выгибаясь на руках отца. - Что еще за бунт на корабле?! – Джеймс, смеясь, подкинул сына в воздух. Алан, хихикая, вскинул руки, дрыгая в воздухе ногами. - Я Супермен! – выкрикнул он, случайно задевая ногой люстру. Та в ответ мерно закачалась, обиженно скрипя и заставляя пятно тускло–золотистого электрического света плясать по стенам. Джеймс тут же опустил мальчика на пол. - Т-с-с-с! Не шали, а то мама опять разворчится, - мужчина подмигнул детям. Алан серьезно нахмурился и кивнул, а Сабрина же хитро улыбнулась и резво посеменила на кухню. Полураспустившиеся ярко-алые ленточки, вплетенные в иссиня–черные косички, развивались вслед за ней. - Мама, а папа с Аланом люстру качают! - заверещала девочка. - Стой, ябеда! – мальчик кинулся за сестричкой, которая заливалась веселым смехом и с неожиданной ловкостью для пятилетнего ребенка петляла между диваном и ногами отца. - Ну–ну, молодежь, притормозите, а то уроните старика! – Джеймс безуспешно пытался поймать расшалившихся отпрысков, но безуспешно. Алан сердито пыхтел, хмуря светлые брови, и протянул руку, чтобы схватить Сабрину за косичку, но она юркнула под руку отца и кинулась к вошедшей в гостиную женщине. Обняв ее колени, девочка лукаво косилась на отца и брата. - Что за шум?! Там ужин стынет, а они в салки затеяли поиграть, - Мелиз тряхнула копной черных кудрей и скрестила руки на груди. Несмотря на поджатые губы и нахмуренное чело, в ее ярко–голубых глазах мелькали насмешливые искорки. - А чего Бри жалуется? – прогундосил Алан, шмыгая носом. Джеймс взъерошил волосы сына. - Привыкай, парень. Девушки, они такие. Вот, к примеру, мама твоя… - Так! – Мелиз шутливо ударила мужа кулаком в плечо, в ответ он хлопнул ее ладонью пониже спины. Женщина тонко взвизгнула и покраснела. - Все за стол! Пока папа не разошелся… - Разошелся куда? - Алан поднял на отца любопытные карие глаза. - А можно мне с ним? - Потом, сынок, когда подрастешь, - Джеймс тут же охнул от очередного тумака жены, - ну, чего ты? Знаешь, как быстро взрослеют современные дети?       Брюнетка не ответила, лишь скорчила рожицу и прошествовала на кухню, держа Сабрину за руку. Джеймс проводил жену ласковым взглядом, который плавно опустился на покачивающиеся бедра Мелиз. Даже в простой хлопчатобумажной майке и старых джинсах она выглядела до ужаса привлекательно. Стройная ладная фигура, густые вьющиеся волосы, искрящиеся небесно–голубые глаза… в нее невозможно не влюбиться! Когда Джеймс впервые увидел ее в старом парке у реки, он понял – это его женщина. - Можно я не буду есть свеклу? – Алан брезгливо поковырял вилкой кусочки овоща. - Можно, - Мелиз вздохнула, - и в кого он только растет таким привередой? - Наверняка в тебя, - выпалил Джеймс, опускаясь на стул рядом с женой, - ты жуткая капризуля. - Нет уж, скорее, в тебя, - брюнетка ехидно улыбнулась, - тебя в последнее время что-нибудь да не устраивает. - Клевета! – руки мужчины обвились вокруг талии Мелиз. - У меня все есть! Лучшего и желать нельзя!       После того, как он встретил Мелиз, его жизнь действительно пошла в гору. Его повысили на работе, цены на акции, оставленные отцом, резко выросли… а если прибавить к этому идеальную жену и пару детей – вот она, американская мечта! Джеймс, едва не облизываясь, положил себе в тарелку бифштекс с кровью и картофельный салат, перед Сабриной Мелиз поставила тарелку овсяной каши с медом. Девочка воткнула ложку в кашу и потянулась за стаканом молока. Алан чуть снисходительно наблюдал за сестрой, самодовольно выпятив грудь. Как же, она еще маленькая, мама ей отдельно готовит, а он уже большой и ест вместе с родителями. Джеймс уже хотел было приступить к еде, как вдруг его тело словно пронзил разряд тока. Ударил по нервным окончаниям, прокатившись ознобом по спине. Мужчину охватило странное напряжение, пальцы сжали столовые приборы, лицо свело судорогой. Мелиз коснулась его плеча. - Родной, ты в порядке? – в ее голосе звучала тревога. - Да… - Джеймс рассеянно кивнул. Вилка и нож с тихим звоном упали на стол. Блондин провел рукой по волосам и широко улыбнулся. - Знаешь, когда я был маленький, перед едой мы произносили молитву. - Молитву? – небесно–голубые глаза чуть расширились. - Да, - слова буквально жгли ему язык, требуя вознести хвалу Господу. Его бросило в жар. Джеймс сомкнул ладони и прикрыл глаза, - благодарим тебя, Господи, за этот скромный ужин. Да ниспошлешь ты нам милость свою… - завершающее молитву «Аминь» потонуло в диком истошном женском визге. Мужчина испуганно распахнул глаза – Мелиз, зажимая уши, трясла головой, волосы хлестали ее по щекам. Алан кинулся к отцу. - Что с мамой? Ей плохо? - Быстро к себе! – отрезал Джеймс. - И сестру забери! Алан, ты слышишь?! Немедленно! – мальчик сморгнул слезы и потянул хныкающую Сабрину за руку. Девочка всхлипывала и вырывалась.       Мужчина вскочил на ноги. Отчаянный, полный боли крик жены острыми шипами впивался в сердце, страх давил на грудь. Что делать?! Звонить «911»? Попытаться самому успокоить Мелиз? Мысли лихорадочно метались в голове, паника вязкой ледяной волной окатила Джеймса. Он словно окаменел. Лишь беспомощно наблюдал, как Мелиз бьется в припадке.       Внезапно женщина подскочила к плачущей дочери. Протяжно воя на одной ноте, она прижала Сабрину к груди и бросилась мимо мужа к окну, выходящему в сад. Раздался звон бьющегося стекла, искрящиеся осколки дождем посыпались на пол, и это словно отрезвило Джеймса. Он запоздало бросился вслед за женой. - Мелиз! – он подавился прохладным ночным воздухом и закашлялся. Сквозь пелену слез, застлавшую глаза, мужчина видел стремительно удаляющуюся фигуру супруги. Тихий плач Сабрины таял во мраке.