Голубой месяц

Пик сидел на кровати, со скукой читая какую-то неинтересную книгу. Как бы ему не хотелось захлопнуть её и пойти выпить кофе, он должен был её прочитать - целый год король её искал, поставив себе цель прочитать её от корки до корки. А восьмой никогда не отказывается от своих целей. – Хей, родная! – воскликнул Вару, резко врываясь в комнату брата, заставляя того сжать книгу в руках сильнее. – А можно взять твой ноутбук, милая? Мой сломался! Хрипло выдохнув сквозь плотно сжатые зубы, Пиковый король кивнул, стараясь сдержать нарастающую злость. Уже целую неделю валет называет его "дорогой", "милой" и прочими прилагательными, что раздражает. Чертовски раздражает. И из-за этого самого раздражения его ни капли не напрягли довольный смешок и ухмылка пятого. – Так-с, что тут у нас? – пробурчал Вару, вводя пароль и заходя на страницу братца в сети. Как и обычно, куча сообщений от девушек, которые король никогда не открывал даже, множество приглашений в какие-то группы - ничего интересного для пятого. Недовольно цокнув языком, он перекинул себе пару новых песен из плейлиста Пика и заглянул в календарь, где тот обычно отмечал все свои планы. – Встреча, повторение инглиша, бла-бла-бла, скукота смертная, – протянул парень, но вдруг улыбнулся и снова открыл страницу короля, разминая пальцы. – Пришло время веселья, хе-хе! Выйдя из комнаты поздно вечером, Пик направился в ванную - смыть все эти эмоции с лица. Под конец книга действительно затянула короля, заставляя чуть ли не грызть ногти от напряжения. Он даже дверь закрыл, чтобы никто не увидел, какие чувства он испытывает. Посмотрев в зеркало, пиковый зажмурился и мотнул головой, отгоняя ненужные мысли. Легонько похлопал себя по щекам, выдохнул и наконец вышел из ванной комнаты, направляясь на кухню. Но там его ждали тихие смешки и загадочные улыбки остальных клонов, что не остались незамеченными и сильно, даже очень напрягли Пикового короля. – Пи-и-ик, я так рад, что ты наконец стал добрым! – вдруг воскликнул Феликс, одним прыжком достигая парня и со всей силы обнял его, счастливо сверкая глазами. – Конечно, веночки это слишком, но на тебе они просто ня! – Что ты несёшь? Какие ещё веночки? – фыркнул восьмой и вырвался из объятий блондина, презрительно щурясь. – Ну, у тебя на аватарке стоит твоё фото, а там веночки, – пролепетал Феликс, непонимающе смотря на брата. Пик нахмурился, ничего не понимая, и, достав телефон, заглянул на свой профиль. Глаз парня нервно задёргался, когда он действительно увидел свою отфотошопленную фотографию и кучу каких-то сопливых цитаток на стене. Первые пару минут он продолжал ничего не понимать, но вдруг сорвался с места и резко ворвался в их с Вару комнату, хрипло дыша и скалясь. Тот обернулся, всем своим видом пытаясь показать, что не в курсе происходящего. – Какого чёрта, Вару?! – крикнул Пик прямо в лицо ненавистному братцу, вцепившись в ворот его свитера. – Ты о чём? – как можно невиннее произнёс валет, глядя в озлобленные глаза короля, но спустя несколько мгновений его таки пробило на смех, даже не так - на дикий ржач. – Ты б-бы видел своё лицо! – вытер слёзы пятый, улыбаясь от уха до уха и заставляя брата чуть ли не рычать от злости. – А с веночком то как ми-и-ило бы было! – Заткнись! – рявкнул Пик, приподнимая шутника в воздух и с силой его встряхивая. Валет вздрогнул, но усмешка и не думала сползать с его довольного лица. – Верни всё как было, сволочь! – А что мне за это будет? – протянул Вару. – Я не твой раб, за бесплатно работать не собираюсь! Простояв недолго в раздумьях, восьмой кинул пятого обратно на постель и забрал ноутбук, тут же что-то набирая и нажимая. Выдохнул, нажал на последнюю кнопку и выключил компьютер, зло сверля глазами валета. – Радуйся, что ты не додумался удалить все мои фото и репостнул лишь пару цитат, – уже более спокойно проговорил лидер клонов, презрительно щурясь, – Иначе ты бы уже никогда не воспользовался ни своим, ни чужим ноутом. – Какие милые угрозы, фиалочка ты моя, – ухмыльнулся валет в след уходящему брату, показушно зевнув. – Кстати, да, чуть не забыл: мы завтра идём в кино! Отказы не принимаются, ибо один я точно на него не пойду!