Путь к себе

      По всему зелёному лугу белеют ромашки, желтеют одуванчики, цветёт мышиный горошек. Сладким мёдом пахнет розовый клевер и тихо журчит вдали ручеёк. Там и тут, деловито звенят ранние пчёлы, с цветка на цветок перелетают тяжёлые мохнатые шмели. Летают над зелёным, залитым восходящим солнцем полотном, стрекозы, порхают бабочки. Чудесная картина!       Компанию маленьких кузнечиков, потревожили ботинки, взявшиеся неизвестно откуда. Бестелесные ноги, уже промокшие от утренней росы, тихонько передвигались, стараясь оставаться незамеченными.       — Ты мне ногу отдавил!       — А я, что, специально? Мантия для одного предназначена. Я подписался на полный бред! — обречённо вздохнул Гарри.       — Тшш, тихо ты! Достаточно того, что ты и ночью меня поучал!       — С чего ты ринулась помогать ему? Надо было оставить хорька, разбираться самому, в своём же дерьме! Он это заслужил.       — Перестань Гарри. Ты бы тоже помог… — парень притих и обдумывал сказанное.       — Может быть. Хотя знаешь, мой план был блестящий.       — С твоим планом, Люциус раскусил бы нас, как орешки!       — Я так не думаю… Вот мы зашли, допустим, сказали, что нас направили из отдела надзора…       — Ага, нас и к Малфою… Гарри, что ты несёшь?       — Ты даже не дослушала… Я его отвлекаю, а ты находишь дневник! Вуаля! И не пришлось бы тащиться в такую рань… — добавил под нос уставший парень.        Девушка резко остановилась, причём так, что Гарри впечатался носом ей в плечо. Гермиона уже кипела, как чайник на плите, не хватало только пара. Гриффиндорка сжала кулачки и зашипела, как змея:       — Да сколько можно повторять! Во-первых, он бы и на порог нас не пустил; во-вторых, я просто не смогу найти дневник за такое короткое время, а в-третьих, не забывай, что, у Малфоев по меньшей мере десяток домовиков, которые засекут меня, не успею я и шагу сделать!       — Гермиона, я просто чувствую себя грабителем!       — Мы и так грабители.       — Скажи, почему ты так переживаешь за него?       — Сейчас я больше переживаю за тебя. — зло проговорила девушка, давая понять, что пора помолчать.       Они уже подходили к длинному, железному забору, окружающему всё поместье.       — Видишь как хорошо, что я отговорил тебя идти ночью и одной!       — И чего хорошего? Никто бы над ухом не жужжал!       — Это пчёлы.       Гермиона нервно хохотнула, а сама уже практически не слышала Гарри, из-за шума в ушах, что долбил свой набат в постоянном бум-бум.       Бедное сердце, то замирало, то стучало о рёбра с такой силой, будто желало вырваться из тела девчонки-самоубийцы и найти кого-нибудь поумнее. Ноги наливались свинцом, коленки предательских дрожали, губы давно кровоточат от укусов.       Они разрабатывали этот план всю ночь, но в любой момент могло произойти что угодно. Величественные чёрные ворота, с витиеватой огромной буквой «М», выглядели устрашающе, даже в таком чудесном месте, как графство Уилтшир с утра.       Девчонка громко выдохнула и обняла Гарри. Мозг в это время орал во всю силу:       — Не надо, не ходи! Иди домой и выпей ромашковый чай! — А душа не отставала:       — Гермиона давай вперёд! Не нужен нам чай, нам нужен живой Драко! Ему никто не поможет кроме тебя. Он нравиться тебе больше, чем кто-либо другой! Даже когда Рон ушёл, ты не спешила за ним. А ради Драко можно пойти до самого конца!       Мозг замолчал, а Гермиона уже ставила себе диагноз — раздвоение личности с острым психозом! Девушка тряхнула головой, и вылезла из-под плаща. Сразу исчезли ноги Гарри и наступило острое одиночество. Бедная девушка, задрожала всем телом, от волн страха, накатывающих постоянно.       « Все получится, получится!»        Гостья стояла и смотрела на ворота, раздался громкий хлопок и у ног появился домовик-дворецкий, о котором говорил белобрысый.       — Доброго утро молодая мисс. Чем могу помочь?       — Доброе утро Барни — улыбнулась девушка, а эльф выпучил глаза мячики:       — Молодая мисс знает Барни?       — Я добрый друг хозяина Люциуса. И он попросил меня, доставить ему одну вещь из дома.       — Молодая мисс должна знать, что хозяин Драко, приказал не слушаться больше хозяина Люциуса…       — Барни… Он всегда будет твоим хозяином, и он очень просил меня взять одну вещь. Разве ты хочешь, чтобы хозяин Люциус расстроился?       — Нет, нет. Простите молодая мисс, я мигом доложу хозяину Драко и он отдаст вам эту вещь.       — Нет! — громче, чем нужно воскликнула Гермиона.       — Это своего рода сюрприз и для Драко, так что он, ни в коем случае не должен знать, или подарка не получиться. Я просто возьму её и отдам Люциусу, пожалуйста.        Глаза домовика наполнились слезами.       — Молодая мисс сказала, пожалуйста… Я помогу молодой мисс, идёмте со мной!       — Гермиона вздохнула с облегчением: «первая фаза пройдена».       — А мистер Малфой…       — Молодой хозяин спит мисс.        Эльф щёлкнул пальцами и ворота послушно отворились. Девушка вздрогнула, когда кто-то ухватил её за руку выше локтя, отругала себя за нервозность, и немного расслабилась.        Компания не пошла по прямой аллее к главному входу, а огибала дом по каменной брусчатке.       — Чтобы никто не испортил сюрприз молодой мисс. — пояснил домовик.       Поместье было шикарным. Всюду цветы и беседки. Вдали сад и конюшня. В общем красота высшего уровня.        Эльф открыл заднюю дверь, и пустил девушку вперёд, низко поклонившись.       — Барни, пожалуйста не говори никому о моем визите.       — Как прикажет молодая мисс. Хозяин очень любит сюрпризы.       «Да уж».        Эльф снова поклонился и растворился в воздухе.       «Чудненько».       Пара попала в прихожую чёрного хода мэнора и спряталась за высоким шкафом с конными принадлежностями.       — Начинаем. Я в комнату, а на тебе библиотека!       — Гермиона, очень плохая идея! — шептал уже видимый Гарри.       — Нам надо держаться вместе!       — Так мы ничего не успеем! Уже половина шестого, а вдруг он проснётся? Надо спешить!       Гарри снял с себя мантию и протянул девушке. Она покачала головой.       — Бери! Тебе нужнее!        Девушка скривилась, но послушалась и накинула мантию на плечи.       — Повторим. Библиотека, третий стеллаж от входа, нам нужны все предыдущие дневники Люциуса. Их надо размножить и уменьшить.       — Верно. — кивала Гермиона.       — А он не боится, что кто-то из семьи их прочтёт?       — Драко сказал, что их невозможно прочесть, там какой-то особый шифр. Но я разберусь. И хватит разговоров, за дело!       Драко, руками Гермионы, нарисовал подробный план поместья, поэтому молодые люди, без труда проложили себе маршрут, напоследок пожелав друг другу удачи.       Дверь тихо отворилась и девушка заглянула в спальню. Палочка на изготовку, брови нахмурены, взгляд решительный.       Гермиона то подумывала, что увидит скорее камеру пыток, а вместо этого, комната оказалось большой и светлой. Панорамные окна, во всю стену, закрывала тонкая бежевая тюль, в обрамлении зелёных портьеров. Стены в однотонных, отливающих серебром обоях и увесистых портретах. Мебели — минимум. В левом углу — письменный стол, а возле него — комод. Шкаф и Софа — справа от окон, а в центре, на пушистом ковре, пара пуфиков.        Напротив входа, огромная кровать с балдахином на четырёх столбах. Такие кровати, вероятно, заказывали для себя цари и фараоны. Зелёная шёлковая ткань, с гербом рода Малфоев, прятала спящего человека. Девушка поставила оглушающее на кровать, и прошла к письменному столу.        Руки било мелкой дрожью, как в лихорадке, но назад отступать поздно.        На поверхности стола царила чистота и порядок. У Гермионы никогда бы не лежали так ровно листы пергамента! Слишком педантично! Поняв, что на столе нет ничего нужного, девушка перешла к ящикам. Нервный взгляд бегал от рук к шторкам кровати и зацепился за минимальный проем. Тут включился мозг:       — Даже не вздумай! Это риск! Найди что надо и проваливай!       — Просто проверь там ли он… — сказала душа.       — Ну и спящий Малфой, само по себе интересно.        Девушка делала маленькие шаги к своей цели и заламывала пальцы. В просвете меж пологом, показался кусочек обнаженного тела и девушка покраснела. Отодвинула немного шторку и взору предстал красивый парень, в одних пижамных штанах. Он спал на спине с раскинутыми в разные стороны конечностями. Мерлин! За эти руки можно убить.        Гермиона никогда не засматривалась на полуобнаженных парней, хотя видела их предостаточно. Вся мужская половина семейства Уизли (за исключением, слава Мерлину, старшего Уизли), обожала щеголять по утрам в одних труселях.        Но это было совсем другое. Рельефные мускулы. Ухоженное тело. В общем было от чего голову потерять. Лицо парня мирное и беззаботное. Остриженные волосы, падают на глаза, оставляя на обозрение лишь полноватые алые губы и мягкий подбородок. Почему за этим лицом ещё не выстроились в очередь все скульпторы мира?        Неизвестно сколько именно девушка простояла в таком положении, жадно впитывая красоту мужского тела, но парень пошевелился и Гермиона в панике отскочила. Ноги инстинктивно понесли из комнаты и отправились на поиски Гарри. Парня нигде не было. Она обшарила уже весь этаж: библиотека, столовая, гостиная и бальный зал. Все было тщетно.        Гермиона взглянула на часы и охнула. Шесть утра! Время встречи! Гарри будет ждать девушку в назначенное время в её квартире, но Гермиона немного отвлеклась.       «Глупая, глупая, ГЛУПАЯ!»        Она вылетела из кабинета Люциуса, с твердым намерением послать другу патронуса и трансгрессировать домой. За дневником можно и потом вернуться. Но это не сказка, а Гермиона не принцесса. И не будет бала, и не будет принца. Девушка предположила, что уже не будет ничего.        Тело её, шумно упало на мраморный пол и бедро пронзила острая боль. Мантия спала с плеч, а палочка отлетела в сторону.       — Какая встреча мисс Грейнджер.        Ледяной взгляд. Ненависть и отвращение. Брезгливость и презрение. Его серые глаза, отображали все оттенки злости, а губы скривились в хищном оскале истинного убийцы.       — А теперь… Мы поговорим о частной собственности.        Яркая вспышка, новая боль и всё погрузилось во тьму.