Судьба

Тишина. Окна гостиничного номера были задернуты плотными шторами, преграждающими путь солнечных лучей. Предатель-телефон предусмотрительно выключен с вечера. И казалось ничто не могло прервать столь сладкий сон лидер-гитариста в этом царстве Морфея… - Рихард! Подъем!!! Голос противно врезался в тишину. Шторы резко распахнулись, и яркое солнце осветило комнату. - Мммм, - Рихард недовольно промычал и накрылся одеялом, переворачиваясь на другой бок. - Вставай!!! - Мммм, - снова послышалось мычание уже из-под одеяла. Совсем рядом послышалось недовольное сопение стоящего у кровати, а затем удаляющиеся шаги гулким эхом разнеслись по тишине номера, скрываясь где-то у выхода. Рихард улыбнулся, мысленно поблагодарив утреннего гостя за то, что тот оставил его в покое и продолжил свой сладкий сон. Но длилось это умиротворение не долго. Хлопнула дверца шкафчика, что-то брякнуло и… Гитарист вскочил с кровати и кинулся в ванную, сшибая все углы, попадающиеся на его пути. - Не надо! Я встал! – на бегу выкрикнул он, подлетая к ванной и замирая в дверях. Перед ним, победно улыбаясь, стояла девушка. Едва заметив помятого, перепуганого гитариста она улыбнулась еще шире и, склонив голову на бок, сунула в руки Круспе его драгоценную косметичку. - Вот видишь, это всегда работает, - усмехнулась она, наблюдая, как мужчина судорожно перебирает содержимое своей «драгоценности». – Хотя, на этот раз ты превзошел самого себя. Даже выкидывать ничего не пришлось, - она протиснулась между косяком и Рихардом, направляясь к входной двери. - Ну почему всегда первый я!? – капризно протянул тот. - Потому что вы собираетесь дольше всех, герр Круспе! - последовал ответ, перед тем как дверь закрылась. *** Пауль, так же как и его коллега-гитарист, мирно спал в своей теплой постели, когда утреннее пробуждение добралось и до него. - Уйди, девушка из моего кошмарного сна! – простонал Пауль, швырнув подушку в сторону, как ему казалось, стоящей утренней «заразы». - Не хочешь по хорошему, будет как обычно! – прошипела та самая «зараза», направляясь прямиком к мини-бару, где через несколько секунд жалобно зазвенели бутылки. - Пауль, если ты сейчас же не встанешь, твой старичок 39-ого года отправится в унитаз! Угроза прозвучала так убедительно, что долго ждать не пришлось. Ландерс пулей подлетел к девушке и, выхватив бутылку виски из ее рук, выпучил глаза. - Совсем одурела?! Это же Макаллан! – ставя бутылку обратно в бар, недовольно пробурчал гитарист. Но она лишь усмехнулась, передернула плечами и вышла из номера, собираясь продолжить свои утренние пытки. *** Следующей на очереди жертвой пробуждения числился номер Шнайдера. Да и тут особых усилий и бурной фантазии прилагать не пришлось. Как только до чуткого слуха донесся звук открывающего окна и постукивание барабанных палочек, ударник как ошпаренный подлетел из постели, выхватывая свои ценности из рук «жестоких, наглых, самоуверенных» и еще каких-то там девиц. Он еще долго бурчал что-то ей в след, выглянув в коридор из своего номера. Но все его слова словно пролетали мимо ее ушей, и девушка продолжала свой путь к оставшимся номерам. *** Для Оливера и Флаке хватало всего лишь одного звонка… Ну двух… Ну трех… Ну иногда с сопровождающимися пинками в дверь. Поэтому, постояв у дверей и собравшись с силами, девушка вошла в последний по плану номер и замерла у дверей. Было темно и душно, а воздух был пропитан разнообразными парами алкоголя, который обитатель этого номера дегустировал накануне и видимо совершенно не задумывался о скором утреннем пробуждении. Запнувшись о пару тройку бутылок, запутавшись каблуками в каких-то предметах гардероба, девушка кое-как добралась до спальни и в задумчивости остановилась у кровати, разглядывая покоящуюся на ней гору. Постояв так с пару минут, обдумывая план своих действий, девушка вздохнула и принялась за свою работу. Пробуждение путем открывания штор, окон, бара, угроз оставить без завтрака, обеда, ужина, на этот раз не подействовало. Поэтому, закатив глаза, девушка устало плюхнулась на стул и произнесла: - Хорошо же вы провели вчера вечер, герр Линдеманн! Вдохнув, она принялась оглядывать спальню в поисках того, чем еще можно разбудить великого и далеко не немножко перебравшего фронтмена. Решение пришло в виде бутылки с водой, мирно стоящей на прикроватной тумбочке, которая незамедлительно была вылита на великую и могучую голову ничего не подозревающего вокалиста. Тут же, тело, безмятежно лежащее на кровати, зашевелилось, застонало и после бессмысленных поисков пластикового спасительного чуда на тумбочке, приоткрыло один глаз. - Где? – выдало «тело» заплетающимся языком. - На твоей многострадальной голове, - девушка закрутила пробку и поставила пустую бутылку на место. «Тело», постанывая, перевернулось и открыло второй глаз: - Опять ты! – с новой силой застонало оно, проводя огромными ручищами по мокрому лицу. - Ну когда я уже проснусь и не буду лицезреть твое милое личико?! - Ну, хоть на этом спасибо, а то с утра я уже кем только не побывала, - усмехнулась девушка, уперев руки в боки и наблюдая за вокалистом. - Не удивительно, - буркнул Тилль, сморщив нос и пытаясь поглубже зарыться в одеяло. Такое телодвижение вокалиста заставило девушку тихо рассмеяться. И она бы еще долго могла наблюдать, как этот большой во всех смыслах человек, словно ребенок пытается спрятаться под одеялом. Но веселье весельем, а работа ждать больше не могла. Поэтому, взглянув на часы и оценив оставшееся время, девушка, будто строгая мать, поднимающая в школу своего нерадивого сына, сказала: - У тебя на сборы ровно 15 минут. Жду внизу, - и с этими она удалилась из номера. И как только до чуткого слуха вокалиста донесся звук захлопнувшейся двери, он со стоном накрыл голову подушкой, в мыслях желая очутиться на необитаемом острове. - Ну когда же это закончится?! *** А началось все пару месяцев назад, когда утренний звонок продюсера, поочередно разбудивший своих подопечных, не предвещал ничего хорошего. Опоздав более чем на час, заспанные, помятые с явным запахом перегара, Rammstein в полном составе ввалились в офис. Якоб мерно вышагивал по комнате, ожидая, когда все рассядутся по местам, и кидал недовольный взгляд на группу. И когда та, наконец-то закончила бойню за место на диване, продюсер перестал нарезать круги и, остановившись, произнес: - Это Ники, моя, так сказать, правая рука, - представил он девушку, стоящую у окна. Все шестеро как по команде уставились на ни чем не примечательную личность женского пола. Ее темные волосы были аккуратно забраны в элегантный пучок. На лице минимум макияжа. Лишь пушистые ресницы, обрамляющие карие глаза, были подчеркнуты тушью. На фигуре, которая ничем особенным не выделялась, серый брючный костюм. На ногах – туфли. Обычный офисный работник. С обычной внешностью. Именно таким, в большинстве случаев, Якоб отдавал свое предпочтение, чтобы не сеять сомнения в голове жены и не будоражить и без того бурную фантазию своих подопечных. Они видели ее пару раз в офисе, но особого внимания не обращали, так как это, и без того незаметное создание имело способность быстро исчезать в неизвестном направлении, так же появляться и снова исчезать. - Ну так вот…к чему это я… - продолжил Якоб, скрещивая руки на груди. - У меня возникли кое-какие неотложные дела и, поэтому, с вами в тур летит Ники. - Что??!!– ошалело изрек диван и парочка кресел. - Надеюсь, хоть перед девушкой у вас хватит совести… - Якоб замолчал, недвусмысленно глянув на своих подопечных, зная, что те и так все поняли… В течение следующего месяца, изучив привычки и повадки своих «питомцев», путем выкидывания и выливания косметико-парфюмерно-алкогольной продукции, лишения завтрака-обеда-ужина любителя поесть, вышвыривания за окна гостиницы палочек и т.д, и т.п, авторитет девушки заметно подрос. А для особо отличившихся, он возрастал еще больше, когда наманикюренные ноготочки с яростью набирали номер продюсера… *** - Рихард, у тебя на сборы был целый час! Но при этом ты опять умудрился придти последним! – роясь в сумке и мельком поглядывая на Кристиана, начала читать нотации Ники, когда группа в полном составе отъехала от гостиницы. - Нашла! – победно изрекла она, доставая баночку из сумки. Подсев к Флаке, девушка покачала головой, созерцая синеву под глазом клавишника. - Давай хоть немного замажу, - с этими словами она принялась скрывать результат вчерашней групповой попойки. - Кто это тебя так?! – Рихард вскинул брови, заметив подпорченное лицо коллеги. - Он еще и спрашивает! – ехидненько усмехнулся со своего места Пауль. - Сам ему фингал поставил и не помнит! Удивлению лидер гитариста не было предела. Рихард усиленно попытался вспомнить события вчерашнего вечера. Вот они пришли в какой-то клуб, выпили, обсудили предстоящий концерт, потом выпили еще… И еще… А потом пришло противное утро в лице Ники. - А почему я ничего не помню, а ты помнишь? – Рихард возвел очи на посмеивающего Ландерса. - Да ничего он не помнит! - недовольно глянул на коллег Шнайдер. - Это Ники всех просветила, пока ты собирался почтить нас своим присутствием. - А меня просветить не желаете? – Круспе с явным любопытством взглянул на девушку, которая закончила гримировать Кристиана. Та вздохнула и во второй раз начала рассказывать, как изрядно набравшиеся гитаристы, решая излюбленный вопрос «кто лажает на концертах», начали понемногу разносить клуб, а не менее набравшийся клавишник полез их разнимать, тем самым получив фонарь под глаз. В тот момент Ники была готова просто порвать группу или, в крайнем случае, бросить все и вернуться домой, в свою маленькую уютную квартиру, где не будет этих шестерых созданий, портящих ее нервы в течение уже нескольких дней. - Я вам поражаюсь, - Ники взглянула на медленно-съезжающего в кресле Круспе. - Взрослые мужики, а ведете себя как дети! Стыдно за вас! - Да мы всего-то по чуть-чуть, - Пауль мило улыбнулся. Ники недовольно усмехнулась, вспоминая внушительных размеров батарею из пустых бутылок, содержимое которых покоилось в организмах музыкантов. - Только от вашего «по чуть-чуть», некоторые до сих пор не могут в себя прийти! - Ники потрясла за колено спящего у окна Тилля. - Ты тексты-то к вечеру вспомнишь, спящая красавица!? Фронтмен, не открывая глаз, недовольно отмахнулся рукой, что-то пробурчал под нос, а вслух сказал: - И откуда ты только взялась на нашу голову?! В который раз за это утро девушка тяжело вздохнула, покачала головой и, отвернувшись к окну, принялась разглядывать мелькающие пейзажи, чтобы хоть как-то отвлечься от негативных мыслей о предстоящем вечернем концерте.