Мальчик-ветер

Рапунцель, сколько себя помнила, всегда была беспроблемной и послушной девочкой: Она пела, когда мама велела петь, и свет ее дара золотом струился по волосам; Прилежно училась, хотя врожденная неусидчивость превращала это дело в не самое привлекательное занятие; Сидела в башне, коротая время за чтением, рисованием, шитьем, уборкой… Да за чем угодно! У юной героини много свободного времени. Самый главный запрет — никогда-никогда не покидать башню — Рапунцель выполняла безукоризненно. Мир страшен и опасен — так говорит матушка, а у нее нет причин лгать. И хоть Рапунцель была хорошей девочкой, у нее была своя тайна — в ночь своего рождения она устраивалась у окна и рассматривала желтые огоньки, медленно поднимающиеся ввысь. Юная героиня не знала, отчего не говорила единственной-горячо-любимой-матушке о них (ведь ей можно рассказать все-все!), но так получалось, что любовалась она ими исключительно в одиночестве. Да и мама уже спит, зачем ее будить, верно? Годы проходили, необычные огоньки регулярно поднимались в небо, а Рапунцель так и жила в своем маленьком, уютном мире, где известен каждый уголок и каждая вещица. Только в глубине души — так далеко, что даже сама девушка его не осознавала — жило страстное, бунтарское желание увидеть мир. И не через окно башни, а стоя на земле и ловя ветер руками. …и сейчас, крепко сжимая пальцы самого-самого важного человека, Рапунцель понимает, что, возможно, хорошо, что однажды она решилась не послушаться маму; потому что то, что ей открылось на свободе — ни познать даже через самое большое окно высокой башни. Мир — огромный, необъятный. И целой жизни не хватит, чтобы исследовать его. Люди — открытые, добрые. Каждый человек по-своему уникален и интересен. Настроение — прекрасное. Хочется бегать и петь так громко, чтобы голос взлетел к небу… И все это благодаря Юджину, который, когда-то — в другой жизни — проник в ее «клетку» и подтолкнул навстречу мечте. Рапунцель молода, наивна, неопытна и из-за этого ей и не потребовалось много времени, чтобы влюбиться тогда в привлекательного сопровождающего… По крайней мере, так считала мама. Но сама девушка знала, что дело совсем не в этом. Просто Юджин — ветер… Он — такие необходимые перемены. Юджин — ветер, что разогнал застоявшийся воздух ее мыслей, распахнул ставни ее жилища… Ему двадцать шесть (Рапунцель кажется, что он уже совсем-совсем взрослый) и он очень высокий, отчего, чтобы поцеловать бывшего разбойника, девушке приходится вставать на носочки… …Звезды выглядят совсем иначе, когда полотно неба не обрезается оконной рамой. Рапунцель лежит на поляне, раскинув руки-ноги, и чувствует неровность земли под собой, когда трава щекочет голые ступни — слишком уж девушка не любит неудобные туфли — и это отчего-то делает ее счастливой. Глаза ее, в желании захватить взглядом все свободное пространство, были широко-распахнуты, но этого все равно был мало — мир слишком огромен; а звезд так много, что сосчитать их невозможно — Рапунцель уже пыталась однажды. Рука прочно переплетена пальцами с другой — большой и горячей — и ей кажется, что это тепло растекается по всему телу, а потому девушке совсем не холодно. Вот ни капельки. Рапунцель старательно вспоминает для Юджина все, что знает о различных созвездиях, не забывая подкреплять слова жестами. Однако неожиданно приходит понимание, что мужчина витает мыслями явно где-то не здесь. — Юджин! Ты меня слушаешь? — интересуется девушка и переворачивается на живот, ближе к бывшему вору, чтобы заглянуть ему в глаза. — Конечно! — немедля отзывается он с самым невинным видом, отчего понимание приходит мгновенно — врет! Но он тут же так тепло улыбается, что у нее даже пропадает желание пожурить незадачливого разбойника. Рапунцель нарочито-расстроено вздыхает для виду, собирается подниматься, но уже в следующую секунду пищит довольно, когда медвежьи объятья не дают этого сделать. Дыхание сбивается, когда губы ловят теплое, мягкое прикосновение… Еще… Еще одно… Щетина колет лицо и девушке отчего-то хочется хихикать, но она сдерживается изо всех сил и только улыбается… …Рапунцель восемнадцать. Ее жизнь расцвела красками, а мир распахнул свои объятья, и девушка в ответ тянется к нему всей душой. Рапунцель восемнадцать. И ей совсем не страшно, потому что она идет под руку с любимым человеком. Две дороги-судьбы слились в одну. Рапунцель восемнадцать. Ее темные волосы щекочут шею и она верит, что не смотря ни на что — хороших людей в мире больше; Она знает, что на самом деле ей никогда не встретится «мальчик-людоед» или «куст-убийца»; И голос ее по-прежнему звонок, когда она поет, раскрывая ладони навстречу ветру.