У каждого свой Доктор

НА СЛЕДУЮЩИЙ день психиатр проснулся совершенно обновлённым, чистым, словно ангел Господень. Он долго лежал в кровати и разглядывал потолок, думая о том, что наконец-то всё закончилось, вся эта неразбериха, весь этот бред. Он поднялся, заправил постель, побрился, умылся, приготовил завтрак. Всё казалось ему настолько правильным и логичным, что где-то в груди поселилось ощущение умиротворения и счастья. Он не ездил в психиатрическую клинику, его больничный был ещё в силе, а потому душа, которую доктор Войд так отчётливо ощущал в районе груди, казалось, искрилась, словно снег в ясный и солнечный день. Мужчина решил насладиться этим днём в полной мере: собравшись, доктор направился на прогулку. Несмотря на то, что погода была по-английски серой и спокойной, всё вокруг казалось психиатру прекрасным и полным жизни. Он с удовольствием смотрел на детей, которые играли на детской площадке, поглядывал на женщин и девушек, улыбался прохожим, даже бросил несколько монет сидящей у автобусной остановки старухе, мимо которой проходил уже несколько лет подряд. Женщина посмотрела на мужчину своими водянистыми глазами и улыбнулась, её лицо, исполосованное морщинами - шрамами жизни - просияло. Проходя по своему обычному маршруту, доктор Войд подмечал разные мелочи, которые заставляли его улыбаться, чувствовать себя живым человеком. Когда он отошёл достаточно далеко от дома, ноги сами понесли его в парк. Перед глазами нарисовалась обычная, серая картинка, но доктора радовала и она. Он дошёл до деревянной скамьи и сел на неё, откинувшись на скрипучую спинку. Запрокинув голову назад, мученик увидел листву, проглядывающие сквозь облака лучи солнца, ощутил дуновение ветра на своём лице... Как всё его радовало! Мужчина ощущал на языке вкус свободы и не хотел его сглатывать, он смаковал его, пробовал снова и снова, был счастлив, как никогда. Когда доктор опустил голову, перестал разглядывать серое небо с голубыми заплатками, он посмотрел вокруг: напротив него была точно такая же скамья, но на ней сидела молодая девушка с рыжими волосами. Доктор оглядел её с ног до головы, она зачитывалась какой-то книжкой, сжимая её в своих тонких пальцах. Она была прекрасна, мужчина не смог устоять, поднялся и направился к ней. В несколько шагов преодолев расстояние между ними, он вежливо обратился к юной леди. - Извините, - проговорил психиатр и улыбнулся, глядя на особу, что привлекла его внимание. Вообще, он прежде не знакомился на улице и не знакомился в принципе, но теперь он был уверен, что всё так, как должно быть. Девушка подняла на него свои карие глаза и ответила улыбкой, прикрыв книжку, заложив указательный палец между страниц. - Могу я узнать, что Вы читаете? - «Фауст», - коротко обронила рыжая и хлопнула не накрашенными ресницами. - Вы читали? - поинтересовалась она, жестом предлагая сесть. Доктор благодарно кивнул и занял место рядом с ней, однако не нарушая её личного пространства, не желая казаться невоспитанным. - Конечно читал, Гёте, - ответил он. - Эта книга - одна из моих любимых. - Надо же! Перечитываю в третий раз, - улыбнулась незнакомка и добродушно протянула руку психиатру. - Маргарита. - Гретхен, - произнёс мужчина почти шёпотом, называя имя героини трагедии великого автора и, по совместительству, имя девушки, переведённое на немецкий язык. - Джеймс Войд, можно просто Джеймс, - представился психиатр, думая, что его новая знакомая, должно быть, вдвое младше его, однако, это его совсем не беспокоило. Юная особа оказалась чудесной собеседницей, которая разделяла интерес психиатра к литературе и сама училась на врача, она сказала, что её интересует судебная медицина. Это было не так важно, доктор долго не мог наглядеться своей спутницей: рыжие волосы, чуть ниже плеч, прямая чёлка, тонкие черты лица, правильной формы губы, родинка на левой щеке, красивые руки. На её шее красовался камень в виде капли на тонкой серебряной цепочке, а глаза так и искрились, когда она рассказывала о том, что ей так нравится. Мужчина пригласил её в кафе, Маргарита с удовольствием согласилась провести время с умным и порядочным человеком, хоть поначалу он казался ей немного странным. ОНИ провели целый день вместе, наслаждаясь обществом друг друга. Мужчина рассказывал девушке о своей учёбе в медицинском, делился опытом, Гретхен же пожаловалась, что в её окружении слишком мало интересных и умных людей. Дело близилось к вечеру, доктор Войд предложил проводить девушку, она не без удовольствия приняла предложение. Они ещё долго брели по улицам и дворам, продолжая говорить, а иногда просто молчать, разглядывая то, что их окружает. Мужчина не без удовольствия отметил, что колени становятся ватными, а губы растягивает улыбка. У подъезда Маргарита долго теребила ключи, а мужчина улыбался, глядя на покрасневшие щёки девушки. Он чувствовал себя мальчишкой, который никогда в жизни не бывал на свиданиях, а потом сделал шаг навстречу и накрыл губы девушки своими, обнимая её хрупкую талию. Она обняла доктора за шею и улыбнулась в поцелуе, прижимаясь к сильному телу мужчины. ПОТОМ они обменялись номерами, Маргарита подарила лёгкий поцелуй и взлетела вверх по лестнице, оставляя доктора с счастливой улыбкой на лице и ватными коленями. Мужчина посмотрел на часы и понял, что автобусы уже не ходят, но всё равно был счастлив. Он направился пешком через весь город, а когда добрался до квартиры, рухнул на диван и уснул. Совершенно счастливым. С ЭТОГО начались их отношения. Девушку совершенно не смущал возраст мужчины, в нём она находила и поддержку, и опору. Доктор Войд вернулся на работу спустя пару дней, воспринимая теперь её, как данность, а не как пытку. Все вокруг заметили изменения в поведении психиатра, санитары не без удовольствия наблюдали за своим счастливым начальником, но ни о чём не расспрашивали, просто знали. Маргарита дарила мужчине и счастье, и тепло, она даже научилась готовить, и, порой, приезжала к Джеймсу на ночь. Они вели себя, словно подростки, несмотря на разницу в возрасте. Интересы, образ жизни, вкусы - всё совпадало просто идеально. Прошло около года с их знакомства, когда в один из вечеров, лёжа в постели, в объятиях любимого мужчины, девушка призналась ему в любви. - Я люблю тебя, - произнесла она, проводя тонкими пальцами по груди психиатра. Доктор Войд перевёл на неё взгляд, прекратив разглядывать светильник на прикроватной тумбе. Он внимательно посмотрел на девушку и провёл пальцами по её влажным и искусанным губам, она была самим совершенством в полумраке, в теплом свете лампы накаливания. - И я тебя люблю, - ответил мужчина, улыбаясь и укладывая голову девушки на своё плечо. Та обняла его торс и прижалась крепче. Доктор Войд прикрыл глаза и упал во тьму, этой ночью ему снилось что-то беспокойное и пугающее, он проснулся в холодном поту. За окном уже вступала в права осень, часы показывали 7:06*. Мужчина прикусил губу и едва не заскулил: начиналась осень две тысячи шестого года**. *7:06 = 6:66 **Читайте описание, прошёл ровно год с появления Мастера в жизни психиатра.