Мой выбор - Новогодняя трилогия

Женской ролью проблемы Дика не закончились. В доме культуры, где самодеятельная творческая группа собралась на одну из финальных репетиций, и куда Иван доставил послушного-братика-деловой-сестренки, нашего героя ждала еще одна напасть… – Я не буду с ним играть! – злобно топнул ногой Дик, подкрепляя тем самым серьезность своего ультиматума. – Никогда и ни за что! И это – мое последнее слово! – Я тоже ценю тебя, как актера, друже! – сквозь смех выдавил Стас. Его вся эта ситуация дико веселила. – Особенно поражает то, как ты быстро вжился в роль! Порога не успел переступить – а капризной сучкой так и веет! Если бы Дик умел сжигать взглядом – от обидчика давно бы осталась кучка пепла. Но увы! – Я все сказал, – он скрестил руки и отвернулся. – Что за шум – а драки нет? – к ним подскочила невысокая Видящая с потрепанным сценарием в руке. Последний, вкупе с фанатичным блеском в глазах и уверенной деловитостью, выдавали режиссера всего этого безобразия. Иначе, чем безобразием, спектакль, в котором Кая изображал Стас, Дик назвать не мог. – Сейчас будет, – буркнул он. – Я не могу играть с ним в паре. – Почему? – на всякий случай уточнила девушка. – Неприязнь будет мешать мне изображать дружеские чувства на сцене, – повернувшись к ней, четко, чуть ли не по слогам, произнес Дикон. – Может быть, даже случится мордобой. – О, – Видящая вроде бы даже приняла это к сведению. – Но ты же понимаешь, что за такое короткое время до выступления поменять исполнителя одной из главных ролей только потому, что он тебе не нравится – непозволительная роскошь? – У меня роль больше – заменить будет хлопотнее, – пожал плечами Дик. – Без пяти минут прима уже ставит условия! Какая прелесть! – не удержался от комментария Стас. Мордобоя прямо сейчас не случилось исключительно чудом и железной выдержкой Дикона, который пообещал напарнику, что не будет нападать на ненавистного вражину в одиночку. – Так. Все понятно, – устало махнула на них сценарием режиссер. – Никакого молока с вас… – Тонко, – оценил Стас. – Но зря. Айрис, вполглаза наблюдающая за благополучием братца, поманила соратницу к себе и что-то шепнула ей на ухо. Та задумчиво обозрела полутемный зрительный зал, остановила свой взгляд на одном из немногочисленных зрителей. Подошла поближе к краю сцены и позвала: – Молодой человек, можно вас на минутку? Иван, оторвавшись от книжки в мобильном телефоне, с которой он коротал время ожидания, недоуменно повертел головой. Вроде бы рядом больше никого не наблюдалось, а дама смотрит именно в его сторону. На всякий случай он уточнил: – Я?.. – Вы-вы, поднимайтесь сюда. Смотрящий пожал плечами и проследовал весь путь от кресел до маленькой лестницы на сцену под взглядами всех троих. Режиссер открыла было рот, чтобы, видимо, попросить Ивана приструнить разбушевавшегося напарника, но на ходу передумала: – Э… Тридцать три корабля лавировали, лавировали да не вылавировали. Повтори. Повелитель пожал плечами и сделал, как просили. – А четыре черненьких чумазеньких чертенка чертили черными чернилами чертеж? И это он воспроизвел в точности. – На дворе трава, на траве дрова, раз – дрова, два – дрова, три – дрова, – победоносно произнесла Видящая по слогам. Иван сбился на вторых дровах, но с третьего раза и эта фраза ему покорилась. – Прекрасно… – девушка окинула его оценивающим взглядом с головы до ног. Дик предупреждающе насупился. – Не хотите попробовать себя в искусстве? Раз уж ваш друг отказывается работать в паре с нашим Каем? Иван вздохнул. Корячиться на сцене в непонятной постановке было до жути лениво, однако и кровопролития он допустить не мог. А оно обязательно состоится, если мелкому придется изображать любящую сестренку ненавистного братика. Смотрящий поймал полный надежды взгляд напарника. И решился. – А почему бы и нет? – Чудесно! – с энтузиазмом отозвался Стас. – Тогда я буду оленем! У меня и задница для этого есть… – он поискал глазами напарника и свистнул, тот послушно подорвался с места. Иван перехватил возмущенного Дика на подлете и оттащил в сторону. – Не делай глупостей, ага? – попросил он, внимательно глядя напарнику в глаза. – А чего он? – буркнул тот. – Я не могу спокойно смотреть, как он издевается над… своим напарником. – А придется. Ты же у нас взрослый, разумный человек, да? – Ну наверное… – неуверенно протянул Дикон. – Вот и все. Поверь, он и меня раздражает. Можешь отлупить его там, за пределами театра. А здесь ты не должен срывать репетиции и скандалить… Э? – Иван заметил, что Дик смотрит в сторону и совсем его не слушает. Проследив за его взглядом, Повелитель заметил, что Стаса взял в оборот Бульдозер. Похоже, ему тоже пришлись не по нраву «прогрессивные методы», которые тот проповедовал в отношении Оружия. Жан в сценическом образе смотрелся непривычно, но силы убеждения не потерял. Стас нервно сглотнул и послушно кивнул. – Ну, что встали? – командирский тон голоса вернул Ивана в реальность. – Ты – на примерку, ты – отыгрывать сцену. Живо-живо-живо! – режиссер появилась буквально из ниоткуда и мигом навела порядок, никому не давая бездельничать ни секунды.

***

Очень скоро Иван перестал чувствовать себя идиотом и даже позабыл о том, что Кай, вообще-то, был младше своей сестренки и уж всяко меньше в размерах. Все здесь настолько были увлечены делом и предстоящим спектаклем, что, поневоле, заразили этой увлеченностью и его. К тому же, финальные прогоны проходили в костюмах, и Повелитель мог вдоволь полюбоваться на свое Оружие в платьице. Одно только это стоило всех мучений, не говоря уже о том, что, улучив момент, Дика можно было зажать в укромном уголке за кулисами – он так мило краснел и смущался того, что их кто-то может застать, уворачиваясь от жарких поцелуев… Но, увы-увы, у Дикона главная роль, куча слов и практически нет свободного времени. Поэтому Иван много скучал, слонялся по театру и разглядывал остальных участников спектакля. Далеко не всех он знал, в сущности, только Разбойницу, Воронят, Оленя и Принца. Бульдозер в черном парике и высокохудожественных лохмотьях настолько вжился в роль, что окружающие даже перестали похихикивать над тем, что «маленькая разбойница» – дылда под два метра ростом и смотрит на всех сверху вниз. Алек и Сэй в черном трико задорно носились по площадке раскинув руки – сходства с птицами им придавали оранжевые картонные носы. Олень, постоянно рявкая на свою филейную часть, учился слаженно ходить и до хрипоты спорил с режиссером, что для достоверности картины совершенно необязательно возить на себе Герду – достаточно и того, что она будет идти рядом, зрители все поймут. Роль Принца досталась Гансу, Тони же изображал его телохранителя, нося неспособного передвигаться самостоятельно напарника на плече. А вот Снежную королеву, величаво расхаживающую по сцене, Иван видел впервые. Если бы Иван не знал, что у них чисто мужской актерский состав, никогда бы не подумал, что это парень – до того «королевна» была миловидна, стройна и надменна. Кроме того, в зале постоянно сидел какой-то неудачник, постоянно сверливший «королеву» печальным взглядом побитой собаки – но та не удостаивала его ни секундой монаршего внимания.

***

Выступать им предстояло перед маленькими Повелителями и Оружиями, которые еще учились, но уже посвятили свою жизнь защите этого мира. Видящие тоже присутствовали – но сидели отдельной кучкой. Точно так же, как и Ведущие. Дик объяснил, что три факультета вообще очень редко пересекаются между собой, и даже учатся в разных зданиях. А потом поднялся занавес – и им всем стало не до болтовни…

***

Представление шло своим чередом. У Ивана, как у Кая, не такая уж большая роль, поэтому почти все время он может просто любоваться Диком на сцене. Как его «Герда» преодолевает все препятствия, одно за одним. Как встречается с воронятами-близнецами, и те отводят ее к принцу. Светлым волосам Ганса чрезвычайно идет этот бутафорский наряд, да и сам он, такой тонкий и аристократичный, просто идеально подходит для роли царственного мальчика. И молчаливый Тони, который бережно поддерживает свое сокровище, сидящее у него на плече, только придает колориту картине – тут уж Иван не мог оказать в мастерстве режиссеру. При явном дефиците кадров она как-то умудрилась растасовать их всех в самом удачном порядке из возможных. Как Герда попадает в засаду к разбойникам. Не может Иван с удовлетворением не отметить, как сильно достается «благородному оленю» в плену у Разбойницы – Жан о своем обещании не забыл, и прижимал Стаса, пожалуй, чуть сильнее, чем следовало для роли. Да и Дик от него не отставал – будь Стас не головой, а задней частью – пожалуй, сиганул бы на бедного оленя с разбегу. Но Дикон пожалел спину ни в чем не виноватого Оружия, и аккуратно взгромоздился на оленя, как раз так, как приличествует воспитанной девице. Зато уж за шею вцепился так отчаянно, что Иван всерьез испугался – Стас на месте и задохнется. А потом был его выход. Кульминация – Герда просит Снежную королеву отпустить Кая, та усмехается и… Никто совершенно не ждал, что из зала на сцену выберется Дед Мороз – вполне настоящий, в костюме, с бородой и даже с небольшим увесистым мешком. И, что уж совсем добавляло реалистичности явлению – слегка поддатый. Иван краем глаза заметил, как за сценой едва успели поймать их режиссера, которая рванула устранять наглеца, срывающего ее спектакль, а потом увлекся происходящим на сцене. – Инь, ну послушай меня, – между тем, вещал «Дед Мороз». – Мне правда жаль, что так получилось! Ну отзовись, Инь… – Пошел вон! – наморщив носик, махнула веером Королева. – Ты нам не нужен! – А тебя никто и не спрашивал, – огрызнулся Дед. – Инь… Ты говорил, что я стесняюсь показать тебя кому-то, так вот… – он обернулся к удивленно притихшему залу. – Люди! Знайте! Вот этот человек, ну не совсем этот, но не суть, это мой Повелитель! И это самый лучший Повелитель, которого только может желать Оружие! И я готов любить его всем сердцем даже несмотря на его придурочного братца! Я все сказал, – он повернулся обратно и выудил из мешка довольно потрепанный букет синих колокольчиков. – Инь, прости меня, а? – Ну ты, фигляр недоделанный, я тебя уб… – «Королева» изменился в лице на середине фразы, маска холодной и надменной особы слетела с него, как листья в зиму. – Хватит, Ян, – и уже обращаясь к Деду Морозу, он тепло улыбнулся. – Я так рад, что ты смог это сказать, прямо со сцены… – Инь! – Дед Мороз радостно отбросил мешок, рванул прямо к Снежной королеве – и все здесь присутствующие смогли во всей красе пронаблюдать воссоединение влюбленных ледяных стихий. – Ага! – пользуясь всеобщим замешательством, вперед выступил Олень и провозгласил голосом Стаса. – Посмотри, народ, что творится! Снежная королева уже не та, что раньше! – из-за кулис послышалось отчаянное хрипение режиссера. – Куда делась эта холодная красота и безжалостное повеление? Она больше недостойна править Снежным королевством! Поэтому именно я, Благородный северный олень, объявляю себя самопровозглашенным Снежным королем! Отныне… Тут подоспевшая Герда вырубила самопровозглашенного одним точным ударом по затылку. Потом с размаху шлепнулась на возмущенно вздымающуюся спину, заставив оленя смиренно пасть на колени, и заломила ему шею в профессиональном захвате. – Вот так добро всегда побеждает зло! – пропыхтела она. – Люди, любите друг друга, и уважайте свое Оружие! Конец! Такие бурные овации этот концертный зал вряд ли когда-нибудь слышал! А режиссера потом все равно отпоили валерьянкой. Так что она даже смогла выйти на бис и тоже получила свою часть восторженного почитания. И уже почти не сердилась. По крайней мере, актеры выжили все...