Пандемониум

      Благодаря своему «дару» я вижу довольно красочные сны. И могу ощущать в них боль. Как я понимаю, что все происходящее сон? Все просто.       В этом сне я вижу детей выстроенных в один ряд на какой-то странной доске. Мешки на головах и одежда у них была изорвана. Все они поголовно были худыми, будто их давно никто не кормил, и каждый из них не издавал ни звука. Они тряслись от страха и зимнего холода, но вокруг стояла загробная тишина.       Я оглядываюсь и никого не вижу, кроме этих бедных детей. Их что, просто как скот, вывели на убой? Иду вдоль спин, стоящих плотно рядом друг с другом, и вижу торчащие из-под фланелевых мешков отросшие волосы. И зацепил меня крупный мальчик с такими знакомыми пепельными волосами. От странного чувства тревоги по коже пробежал холодок.       Откуда-то появились люди и встали перед детьми. Я не могла рассмотреть их лица, потому что они были в масках демонов они. Одежда незнакомых людей была почти одинаковая, но отличалась поясами — кто-то носил красные, кто-то синие и только один носил белый. Возможно, это какая-то их иерархия или статус в обществе. Тем не менее, их главарь был устрашающим: густая грива из искусственных волос, сам он высокий и широкоплечий, и его аура была такой странной словно он не человек, но этому не было никаких доказательств. И чувство страха во мне только усилилось. Я знаю, что никто не мог видеть меня, но я ощущала всю мощь этого незнакомца. Ужасающую мощь.       Дети же перестали трястись от холода и застыли, как каменные статуи. Да, на их месте я бы тоже боялась если бы не могла видеть угрозу перед собой, но наше тело за нас может чувствовать надвигающуюся опасность.       — Да будет принесена жертва во имя… — я не расслышала последнего слова, потому что бугай прорычал его. Он остановился и повернулся лицевой стороной к детям. — Чистая кровь невинных, как эликсир новой жизни, поможет повернуть время вспять… — он продолжал молоть всякую несуразицу, наверняка по уставу, написанному их группировкой. Но слова про принесение жертвы в виде крови этих детей меня нисколько не радовали.       Я закрыла глаза, чтобы не просыпаться из-за переполненных эмоций. И с закрытыми глазами я не слышала ничего. Снова наступила оглушающая тишина. Я не слышала, как мужчина достал лезвие, не слышала, как он подошел к одному из детей. Я открыла глаза только тогда, когда он уже провел ножом по горлу ребенка. Кровь мальчика текла по обеим сторонам, струясь в какую-то стеклянную колбу, расположенную прямо под его головой. Лицо этого мальчика было таким знакомым, будто я уже где-то его видела. Вдалеке разнесся женский крик, и я проснулась.       Мое сердце учащенно колотилось в груди, а голова гудела от роящихся мыслей. Чертовы кошмары начали меня снова преследовать, как только я поселилась в эту общагу.

***

      — Ого, Люси, ты выглядишь будто не спала всю ночь, — частичная правда, кстати. Но я улыбнулась старшей сестре Лисанны. Мира оказалась настолько же милой, насколько умной и доброй, что я боялась за нее из-за детской наивности, присущей ей.       — Я всегда так выгляжу, — отмахнулась я, садясь на диван в общем холле. И все-равно, что туда-сюда шныряли духи, если их игнорировать, то они не обратят внимание на тебя. Я удивилась, когда Мира села около меня и положила руку мне на плечо.       — Тебя, кажется, что-то беспокоит. Я могу тебе помочь? — вежливо спросила девушка, ободряюще улыбаясь. Я пару раз моргнула и посмотрела на нее. Вот это проницательность.       — Вообще-то да, я хотела кое-что спросить, — я полностью развернулась в сторону Мираджейн. Мои волосы все еще мокрые после мытья, прилипали к спине и мочили одежду, но мне как-то было безразлично. — Ты давно тут учишься?       Я старалась сдержать смех, потому что призрак какого-то мужчины корчил рожи рядом с Мирой, которая мило мне улыбалась и даже не знала, что происходит вокруг.       — Ну, да, третий год как, — подумав, ответила пепельноволосая. Мужчина все еще корчил рожи, я старалась не засмеяться. — А что ты вдруг спросила?       — Так вот, что ты знаешь об истории этого места? — с места в карьер спросила я. Она здесь уже долго, должна же что-то знать. Столько духов из ниоткуда появится не может.       И как только я спросила, весь холл озарил гул разговоров среди духов. Вся какофония звуков перемешалась и у меня заболели виски. Я услышала фразы: «Зря она спрашивает», «Бедная девушка» и «Все равно она ничего не узнает». Хм, странно все это. Обычно призраки любят поболтать о местности, где они обитают, но эти выглядят так, словно боятся обмолвиться не тем словом.       — Ну, ничего особенного. Ходят слухи, что здесь раньше был детдом, но это лишь слухи. Еще говорят, что это место — обиталище духов, но это тоже сплетни пожилых работниц общежития, — недовольные возгласы приведений возобновились, — а так, здание новое, руководство дважды сменялось, но преподаватели хорошие, да и люди ничего такие, — она слегка поморщилась, наверняка вспоминая вчерашнюю стычку с Шерри Бленди. Да, это было неприятно.       — И это все?       — Да, больше сказать-то нечего. Место практически новое, — ответила Штраус, поправляя свою длинную юбку. — А чего тебе вдруг интересно стало?       Знаете, многие подумают, типа, а посмотреть в интернете ты не могла? Так вот, в интернете ничего нет! Совершенно! Только кто руководил и сейчас руководит, с какого года существует эта академия и так далее. Ничего о прошлом, ничего и ни о ком. Но версия с детдомом мне нравится.       Невольно вспомнила свой сон. В котором убили мальчика с красивыми пепельными волосами. И, посмотрев на Миру, я поняла, кого его лицо мне больше всего напоминает. Он так был похож на сестер Штраус, что от этого даже больно становилось.       — Да так, мама интересовалась, и меня попросила спросить, — частичная правда, — но я заметила, что тут и вправду ничего интересного, — снова гневные возгласы духов вокруг. Нет, я уверена…       — Это место хранит много тайн, — о, прям с языка сняла. — Потому что, как мне кажется, вся информация просто скрыта. Но это могут быть только догадки, — она смущенно улыбнулась. Но она знает, что это правда. Кто-то не хочет, чтобы о скелетах этого места кто-то знал. Кто-то посторонний.       — Ага. Спасибо, что рассказала, — я начала медленно, вставать, но Мира остановила меня.       — Будь осторожна, ладно? Не многие секреты должны быть раскрыты, — проговорила она, опережая меня, и удалилась, помахав мне из-за плеча.       Хммм… Мне кажется, она знает что-то еще, но никогда не сможет мне этого рассказать. По крайней мере, пока мы находимся в этой академии, где везде есть лишние уши. Или, может, я найду кого-нибудь, кто знает больше и готов этим поделится?       — Никого осведомленней ты здесь не найдешь, и не надейся, — пробурчала странная женщина в балетной пачке, у которой еще не было одной руки и половины черепа. Я показала ей язык, за что заслужила удивленный вздох и возмущения от всего «старого света». И удивленные вскрики. — Ты меня видишь?       Я промолчала, только повернулась к телевизору. Меня тут же окружила чертова толпа и каждый раз, когда кто-то из них проходил сквозь мои конечности, меня морозило. Боже, от этих призраков столько мороки. Но как только мадамы из окружившей меня стайки услышали чей-то голос, то моментально отстали от меня и пошли ко входу с другой стороны. Мужской стороны.       В двери зашел тот самый розововолосый парень в окружении трех девушек. Одна из них та самая Шерри Бленди. С другой стороны находилась зеленоволсая девушка с беретом на голове. И да, голос у нее был намного противней, чем у Шерри. А третья — красавица, и я не шучу, она и вправду симпатичная — расположилась у правого плеча, рядом с зеленоволосой. Похоже у статной красавицы в роду были азиаты, ну или у нее просто любовь делать причесочки с пампушками на голове.       И помимо этих троих, его еще окружили и призраки. Мда, похоже загробные девушки тоже любят бэдбоев. Они охали и ахали вокруг него, пока тот общался с реальными девушками, и у меня разболелась голова от этих звуков. Я только хотела была уйти, наши взгляды с этим парнем встретились. Улыбка не сползала с его лица, примерно также, как и мое удивление, но мое выражение сменилось на раздраженное, когда Шерри указала на меня пальцем и незнакомец засмеялся. Боже, этот позор с Мавис будет преследовать меня до скончания веков. Или и того дольше, если я случайно отравлюсь в местной столовой и стану приведением.       Я просто развернулась и пошла к лестнице, ведущей наверх, когда услышала смех этой «добродушной» компании. Мне чуть больше, чем просто плевать на их мнение. Они же не думают, что запугивают меня таким образом, верно? В своей жизни я встречала очень многих, кто пытался как-то втоптать меня в грязь и доказать, что я всемирная сумасшедшая, так что теперь у меня иммунитет выработался.       Я быстро прошла к своей комнате и с громким хлопком вошла внутрь. Хэппи летал около Лисанны, пока она ела чипсы перед телевизором. Рядом с Лис сидело что-то темное, не имеющее определенной формы, словно тень, которую я заметила вчера. Возможно, это дух, но я не была до конца уверена, пока не увидела волосы. У существа были пепельные волосы, такие как у сестер Штраус, и едва можно было различить очертание головы и рук существа, а вот ниже все туловище растворялось в темном тумане. Взгляд этого знакомого мальчика из сна был настолько печальный, что мое сердце слегка дрогнуло.       — Привет. Ты рано, — приветствовала пепельноволосая, не глядя в мою сторону. Ребенок посмотрел на нее и взгляд слегка потеплел.       — Да, пришли какие-то ребята, с которыми была Бленди, и я ушла, — пожала я плечами, подходя к холодильнику. Я достала яблоко, рис и персик. Поставив воду с рисом на плиту, я начала нарезать фрукты.       — Она всегда такая, просто игнорируй, — ответила мне соседка, проведя рукой по месту, где находился дух. Через несколько секунд она отдернула ладонь словно ошпаренная и посмотрела на «пустое» место рядом с ней.       — Кстати, тебе снятся кошмары? — поинтересовалась я невзначай, все еще не отвлекаясь от своего дела. Я помешала рис и убавила газ, а тишина все не прекращалась. Неужели задела больное место?       — Да, бывает иногда. Но я почти сразу их забываю, — как-то чересчур мягко ответила девушка. И я не знаю, плохо это или хорошо. Может она тоже видит моменты смерти своего… родственника?       — Мне сегодня приснился один. Я полночи не могла уснуть. Твоя сестра сразу подметила это, — усмехнулась я, хотя знала, что она не может видеть моего лица. Интонация тоже может передавать ваши эмоции, поверьте.       — Мира всегда могла увидеть, когда Эльф… — начала она, но быстро остановилась. Ага! Попалась.       — М-м-м? — решила поднадавить я. Только не так, чтобы полностью она замкнулась и перестала со мной общаться. Если она отмахнется, я не стану продолжать настаивать на своем. Она ведь меня не заставляет раскрывать все тайны за раз?       — Я вспомнила Эльфи… Нашего с Мирой брата, — спокойно продолжила говорить Штраус, приняв позу лотоса на диване. — Ему всегда снились кошмары. И Мира сразу догадывалась, когда это случалось. Хотя я и плохо помню Эльфи, но у нас много фотографий и историй, которые ни я, ни Мира никогда не забудем. Мы всегда будем его любить.       В конце ее признания глаза духа были заполнены пеленой слез. Правда, они никогда не прольются, но это действительно трогательно. Также, как и ужасно. Я даже догадываюсь, что произошло с мальчиком.       — А… — я пыталась подобрать правильные слова. — Что случилось, если не секрет?       — Ну, он умер двенадцать лет назад. Точнее, трагически погиб в огне, — закончила девушка с ощутимой в голосе улыбкой. — Наверное это плохо говорить о смерти братика с улыбкой на губах.       Я повернулась к ней и быстро прошла к дивану, плюхаясь рядом.       — Лисанна, это не плохо. У тебя много хороших воспоминаний, которые вызывают улыбку каждый раз, когда ты говоришь о нем. Да, может быть он умер, но он всегда будет жить в ваших сердцах. До тех пор, пока вы помните о нем, Эльфи живет, — закончила я, беря Штраус за руку. — Я думаю, он наоборот рад, что ты можешь говорить о нем даже когда его нет рядом. Гордись этим, Лисанна, — я улыбнулась ей, слегка сжимая ее запястье и подмигнув. Лис захихикала, но этот жест был адресован не ей, а тому, кто сидел сзади нее. Лицо Эльфи было настолько благодарным, что я боялась сама расплакаться, но все же смогла сглотнуть ком эмоций.       Штраус же не была настолько стойкой и тут же начала всхлипывать. Я хотела была отпрянуть, потому что не особо умела справляться с плачущими людьми, но ретироваться не успела — Лисанна притянула меня к себе и сжала в крепких объятиях. Я не могла дышать, но так и не отодвинулась от нее. Девушке нужен комфорт, поэтому пусть она плачет на моем плече сколько ей угодно. Я обняла ее в ответ и начала успокаивающе поглаживать ее по спине, пока громкие всхлипы сотрясали ее тело. Ее слезы капали на мое плечо и впитывались в футболку, но мы оставались в таком положении до тех пор, пока пепельноволосая не успокоилась. Она медленно отстранилась и посмотрела на меня своими заплаканными глазами, лучезарно улыбаясь мне и шмыгая носом.       — Спасибо, Люси, — прошептала она, поднимаясь с насиженного места чтобы сходить в ванную комнату и привести себя в порядок. Радует, что Лис не пользуется тушью, иначе ее глаза отпечатались на моем плече.       В комнате настала тишина. Ну, почти, потому что дух издавал странные звуки, словно он плакал, но этого не особо было видно. Он смотрел в след своей сестре, но спустя пару секунд перевел взгляд на меня и горько улыбнулся.       — Спасибо, что заботитесь о моей сестре, — проговорил Эльфи. — Мне всегда больно, когда она плачет. Или Мира. Я очень люблю их.       — Я верю, Эльфи, — подмигиваю, улыбаясь.       — Фу, не зови меня так, — насупился мальчик, что вызвало у меня пару смешков. — Сестры любят эту дурацкую кличку, а зовут меня Эльфман, — гордо заявил он.       — Хорошо-хорошо, большой мальчик Эльфман, — усмехнулась я. Дух лишь фыркнул и пропал. М-да, кажется духи тоже чувствительны к своим именам.       Я огляделась вокруг комнаты и заметила, что рис уже давно переварился, а я и забыла о нем. Да и вся выкипевшая вода запачкала плиту.       Эх, Люси, следила бы за всем этим повнимательней. Теперь тебе надо убраться и приготовить еду заново.