Пандемониум

Непонятные шорохи потревожили мой чуткий сон, и я кое-как разлепила глаза, думая, что Лисанна опять решила попить воды, но вместо этого я услышала странный скрежет, который меня насторожил. Я, как можно тише, привстала, приняв сидячее положение в кровати, и огляделась. Хэппи нигде не было видно, что странно, ведь он всегда находился в моей комнате, не смотря на обстоятельства. Я иногда даже выгнать его не могла чтобы одной побыть, поэтому меня встревожило то, что он не появился, когда я шепотом окликнула его. Чертов кошак, где же он, когда так нужен? В этот момент три очень громких и настойчивых стука из коридора заставили меня вздрогнуть всем телом. Три стука, как принято считать, является оскорблением святой троицы — Отца, Сына и Святого Духа. И когда стук повторяется с довольно малой периодичностью то, скорее всего, это может означать присутствие демонов или еще чего похуже. Что совсем не хорошо для местных обитателей — и я говорю не только о людях, между прочим. Спустя пару-тройку секунд все прекратилось и наступила долгожданная тишина. Я вслушивалась в безмолвие, царившее у нас на этаже, ожидая продолжение хаоса, но достаточно долгое время ничего не было и я, с облегченным вздохом уже собиралась лечь обратно в кровать и погрузиться в царство Морфея, но скрежет начался с новой силой. И если бы только он — то ли завывания, то ли стоны абсолютно не человеческие резали чувствительный слух. Снова три стука с таким же интервалом. От всего происходящего я даже пошевелиться в кровати боялась; ладони вспотели, сердце бешеным ритмом заходилось в груди, дыхание участилось и было очень трудно взять себя в руки. А ведь считала себя не из пугливых, черт возьми. Кровь в жилах буквально стыла, потому что с таким в жизни мне еще сталкиваться не приходилось, а повидала я много чего. Встречи со злобными духами? Были, и не раз. С «проказниками»? Да пожалуйста. С демонами? Никогда. И мне не хотелось на своей шкуре проверять, чем же все это может обернуться. Пока я пыталась понять язык своего тела и унять мелкую дрожь по телу, шум все продолжался и даже нарастал, в следствии чего я прикрыла уши ладонями, чтобы заглушить невыносимые потусторонние стенания, но они прекратились также резко, как и начались. Мне даже сначала показалось, что воцарившаяся тишина всего лишь плод моего воображения, но радовалась я не долго. Шум начался заново: снова три стука, снова стоны и скрежет, который отдаленно напоминал звук царапающих доску ногтей. Такой эмбиент вызывал отвращение и дискомфорт. Признаки опасности на лицо, любой нормальный человек просто спрятался бы под одеяло и не шевелился, а после всего этого удирал бы за тридевять земель отсюда. И умом я это понимала, но хреново любопытство взяло надо мной вверх и я, затолкав куда подальше свое здравомыслие и инстинкт самосохранения, поднялась с кровати и неуверенно двинулась к двери, медленно выходя из своей комнаты на пустующую кухню. В нашем блоке, слава богу, все было относительно тихо, а значит, что шум шел откуда-то из коридора — и не факт, что с нашего этажа. Я практически бесшумно закрыла за собой дверь и двинулась к выходу из блока в коридор. Пока я беззвучно шла вдоль холла, стараясь не нарушать безмятежный сон других студенток, и вслушиваясь в звуки за дверями других комнат. За некоторыми было слышно сопение или даже храп, за другими — как кто-то греет еду в микроволновке или гудит кипящий чайник — ничего даже отдаленно напоминающего эти отвратительные адские звуки, что я сейчас слышу. Обойдя весь коридор вдоль и поперек, я, наконец, решилась двинуться к закругленной лестнице, ведущей на второй этаж и, нарастание гула лишь подтвердило мои догадки — я уже не так далеко от разгадки. Стук стал громче, завывания все четче, скрежетания более невыносимые — все смешалось в неблагозвучный гомон и мучило мои уши вдвое сильнее чем прежде. Голова начала болеть, вызывая еще больше дискомфорта, но я сжала зубы и упрямо двинулась вперед, спускаясь по лестнице и двигаясь по направлению к шуму. И идти пришлось недолго — загадочная содомия доносилась из-за запертой комнаты в самом дальнем углу, где находились запасные туалеты. Подойдя ближе мне пришлось унять дикое желание схватиться за голову, забиться в угол и заплакать, приказывая кому бы то ни было за этой дверью прекратить эти издевательства, но понимала, что я сделаю только хуже, навлекая на себя внимание не только потусторонние зло, но и местных учеников, которые потом мне житья не дадут. Сглотнув и сморгнув накатившие слезы от этих мучений, я лишь прикрыла уши ладонями, чтобы хоть как-то заглушить шум и окончательно не сойти с ума. Но удача, если можно так назвать, была на моей стороне и стук с царапаньем прекратились, оставляя лишь «завывания». Хотя, я бы так их больше не называла — они больше не были чем-то неопределенным — это являлось некой речью на непонятно мне языке. Можно было с уверенностью сказать лишь одно — язык не был ни латинским, ни ивритом, ни даже еврейским. Я слышала, как эти языки звучат в реальной жизни, даже пыталась выучить один из них. И уж точно это не один из современных иностранных языков, тут даже дураком ни будь. Возможно, это диалекты перечисленных выше языков, но почему-то у меня есть некоторые сомнения на этот счет. Да и голос определенно точно не принадлежал человеку. А ты сомневалась, Люси? Голос был тихий, с растянутыми шипящими звуками, отдаленно напоминающий шипение змеи. После нескольких долгих фраз, снова начал раздаваться стук. Раз. Два. Три. Затем и скрежет. Я подошла ближе к двери чтобы осмотреть ее поближе и была крайне удивлена — дверь без таблички, без ручки, да даже без замочной скважины. Просто прямоугольный кусок металла впаянный в стену, который в кромешной темени от стены невозможно отличить. Выудив из кармана телефон со встроенным фонариком, я подсветила себе дверь, вновь удивившись, что поверхность была совершенно гладкой и ровной — никаких выбоин или царапин. Абсолютно ни-че-го. Непонятно, для чего же предназначается это помещение, раз его, судя по всему, не открыть снаружи. Или это складское помещение и уборщица попадает туда из рядом стоящего туалета? Но это глупо, они стоят не так уж и рядом, было бы куда проще просто открыть эту дверь… Я так и стояла рядом с дверью, освещая его приглушенным лучом фонаря, окруженная всей какофонией звуков, так действующих на мои нервы. Мне даже думать было тяжело от начавшейся мигрени. Можно было бы развернуться и пойти обратно в свою комнату — в относительную безопасность своих четырех стен — но почему-то, я не могла, да и не хотела уходить. Даже если меня сейчас и пробирала легкая дрожь. Да, я понимала, что поступаю очень глупо — не только из-за чего-то неизвестного и сверхъестественного, но и из-за местного нарушения правил ночного режима. Мне не поздоровится, если меня застукает вахтерша или охранник, и это вполне мне может грозить отчислением, но я не сдамся просто так. Да и как будто я смогу уснуть под этот внеземной адовый гомон, но и избавиться от него мне не под силу. Но вдруг я смогу узнать, кто или что за всем этим стоит? Надеюсь, что люди не решат поэкспериментировать в общем туалете или же заняться какими-нибудь непотребствами, а то выйдут и встретят странную новенькую, околачивающуюся около непонятной запертой двери в три часа ночи. Не хотелось бы навлекать на себя еще больше дурной славы. Снова наступила минута тишины, после которой «змеиный» голос сменился вторым — немного громким и более «разговорчивым» — он не растягивал слова, но говорил быстро и как-то рвано, словно плевался. Если у первого голоса интонация была несколько вкрадчивой, то этот был каким-то раздраженным и злым, и, ясное дело, они оба были недружелюбными, но от второго у меня волосы на затылке дыбом встают. Голоса обоих чередовались в своеобразной беседе, в которой один убеждал, а другой был резко против. Или только мне так кажется. Может они вообще разрабатывали план по захвату мира? Не удержавшись, я подошла вплотную и провела ладонью по гладкой поверхности, ощущая покалывающий холодок под горячей кожей, не сразу обращая внимание на образовавшуюся тишь. Никаких голосов и иных звуков, вообще ничего, из-за чего сердце снова ускорилось, а на лбу появилась испарина. И мне отнюдь не жарко. Абсолютное безмолвие было затишьем перед бурей, я это чувствовала — теперь «они» ощущают мое присутствие здесь. «Они» знают, то здесь есть кто-то, кроме них, кто-то, кому совершенно не положено находиться рядом с этой таинственной дверью. Металл начинает вибрировать под рукой, и я не успела отпрянуть, когда резкий стук изнутри застает меня врасплох. Я вздрагиваю всем телом, а сердце пропускает пару ударов, и я, отдернув руку, буквально отскакиваю от двери. Меня начинает трясти от ужаса, что если эти создания вырвутся наружу, то спокойно прикончат меня. Я даже не заметила, как опустилась на пол, прижав колени ближе к груди в защитном жесте. Я медленно откатилась от двери назад, как раз вовремя, когда начались бешенные удары, царапанья и громкие крики прямо по ту сторону двери. От этих тварей меня разделяют всего несколько сантиметров металла и бетонная стена. Признаки истерии мелькают на периферии сознания, но я держу себя в руках. Да, страх я просто так вряд ли смогу побороть, но все что мне остается, это собрать в кулак всю свою волю и смелость. В течении долгих минут — а по ощущению, будто это были часы — они мучали меня этим смешанным гулом, все сильнее и сильнее давя на мою психику и раскалывающуюся голову. Это было невыносимо. И когда я уже думала, что я вот-вот потеряю сознание, все резко прекратилось. Мой взор слегка затуманился, и я завалилась на один бок, ощущая, как из носа течет нечто теплое и слегка вязкое и поняла, что от пережитого напряжения пошла кровь. Удивительно, что я все еще в сознании, хотя и ощущаю легкость в голове и тяжесть в ногах. Приложив ладонь к носу, я просидела так несколько минут и неуверенно поднялась на ноги. Никакой угрозы я больше не ощущала, но по-прежнему смотрела на дверь. Крепко сжав в руках телефон, я выключила фонарик и сложила устройство в карман. Хоть кровь и не останавливалась, я решила направиться, наконец, назад к себе. Больше ничего интересного здесь нет, но все же множество вопросов, крутившихся в голове, так и остались без ответа. И я разрешу загадку этого места чего бы мне это не стоило. — Так, Люси, — шепчу я себе под нос, кое-как переставляя одну ногу перед другой. — Надо спросить у кого-нибудь по поводу этой двери… — Даже не пытайся, — донесся голос позади, и я вздрогнула, едва не заверещав. Обернувшись, да так, что голова заново закружилась, я заметила силуэт, стоящий около лестницы. По лицу это была дама преклонного возраста: ее лицо украшали старческие морщины, седоватые волосы были собраны в высокую прическу на подобии тех, что носили женщины высшего сословия пару веков назад, глаза — ну, точнее, один глаз — был наполнен мудростью. На вид ей было лет семьдесят-восемьдесят, как я бы дала. Бархатное платье было таким старым и поношенным, а подол был полностью оторван, демонстрируя пустое пространство между «ногами» и полом. И, вроде бы, у нее не было руки, но это было не так важно — все же она дух, и никто кроме нее самой не знает сколько она находиться тут. Я даже не поняла сначала, что разглядываю ее слишком долго для «обычного» человека. — Так и знала, что ты отнюдь не обычная девушка. Ты отличаешься от общей массы людей. — Я и не пыталась ничего скрывать, — шепчу я, направляясь к ней. Мне все равно нужно подняться по лестнице. Незнакомка пару раз моргнула и сдвинулась влево, уступая мне место. — Просто некоторые духи довольно… надоедливы. Прошу простить за такую дерзость. — Обойдемся без формальностей, — хмыкнула она. Теперь я заметила, что ее глаз был красного цвета, а волосы имели редеющие розоватые прядки. — Я смотрю, ты заметила наши ночные «концерты». И это повторяется каждый месяц — эти твари не оставляют нас в покое! — Что за твари? — прервала я ее гневную тираду, выжидающе смотря на ее парящий силуэт. Женщине явно обо многом тут известно, может, она и расскажет, чего дельного об этом месте. — А вот этого тебе, юная леди, знать не обязательно, — она недовольно скривила губы и перевела взгляд с меня на стену. — Это место таит множество тайн. И поверь мне, за их разглашение можно поплатиться самым дорогим, особенно нам. — Хорошо, — кивнула я. — Ладно. Если духам нельзя распространяться об этом, то у кого я смогла бы выведать нужную информацию? — я была настроена решительно, особенно узнать, что же тут происходит: странные сны, куча духов, загадочные ночные создания и непонятные двери. Вот дверь меня интересует куда больше в этом случае. — А никто тебе ничего и не скажет, — обнадежила она, переведя взгляд на меня. — Даже не пытайся искать — навлечешь на себя куда больше бед. Эти стены имеют лишние глаза и уши везде, так что кое-кто уже знает о твоих способностях и нашей беседе. Иди к себе и никому ничего не говори. Я, в свою очередь, в кругах духов не расскажу о тебе. — Ну, а… — она даже договорить мне не дала, просто подняла ладонь, останавливая меня от потока вопросов. Громко вздохнув, она подошла ближе ко мне, почти вплотную. От нее веяло загробным холодом из-за чего моя кожа покрылась мурашками, а дышала я паром, словно зимой на улицу вышла. — Что это за дверь? Что там произошло? Зачем? Как? Эти вопросы сейчас крутятся в твоей голове, так ведь? — незнакомка была довольно проницательной, но оно и было понятно. Что-то сдерживает ее здесь, да и не только ее, всех духов в этом месте. — Ты все узнаешь в свое время, юная леди. Но сначала обезопась себя и своих близких. Мне было трудно что-либо ей ответить на это. Вместо того, чтобы получить какие-нибудь ответы, возникло еще больше вопросов. Намного больше. И, почему-то, из-за ее предупреждений мне стало не по себе — мне угрожает опасность? Но ведь если меня убьют здесь, то это вызовет ненужный ажиотаж… ведь так? Хотя, если у людей есть определенная власть, то все произойдет тихо и быстро. Боже, даже думать не хочу. — Спасибо большое, э-э-э… — Грандина, — мимолетно улыбнулась женщина, отходя от меня к стене. — И еще кое-что, — замолчала она на пару секунд, выдерживая драматическую паузу, — остерегайся мужчину с символом DD. После этого она удалилась в стену, судя по всему проходя сквозь нее, оставляя меня в звенящий тишине в полном одиночестве. Голова раскалывалась от количества полученной информации и пережитого стресса, а кровь продолжала стекать в ладонь. Я не знаю почему стояла в этом коридоре и пялилась на стену, куда ушла моя новая знакомая. Что за DD? Какой мужчина? Почему остерегаться? И из мыслей меня выдернул негромкий скрежет со стороны той самой двери, в итоге, не оглядываясь, я бросилась вверх по лестнице обратно в комнату. Все эти предостережения неспроста.

***

— Люси? — Лисанна вышла из комнаты, когда солнце уже взошло и светило в окно нашей небольшой кухоньки. Она выглядела слегка не выспавшейся, но вполне себе улыбчивой, как обычно, в общем. — А чего ты так рано не спишь? Времени было пять сорок пять утра и это вправду было очень радо для моего обычного подъема, но как бы я ни старалась, уснуть после произошедшего я так и не смогла. Записав в блокнот все то, что меня терзало, я просто заварила себе крепкий черный чай и читала брошюры о предыстории этой академии. Но, как и ожидалось, ничего дельного я так и не смогла узнать. — Рано проснулась и больше не смогла уснуть, — неуверенно улыбнулась я ей, кладя бумаги на стол. Штраус лучезарно улыбнулась, раздернула шторы позволяя теплым солнечным лучам проникать в комнату. Несмотря на то, что до конца лета осталось всего ничего, до сих пор было довольно тепло и практически безоблачно. — Надеюсь, это не из-за ночных кошмаров? — она продолжала улыбаться, когда садилась рядом со мной за стол. Нет, Лисанна, это в сотни раз хуже, чем какие-то сны. — Нет, просто, видимо, выспалась и дальше уже не было смысла отлеживать бока, — я отхлебнула чай, доставая из конфетницы парочку сладостей и разворачивая обертку. — Надеюсь, что это не я тебя разбудила своими перемещениями. — Не-е-ет, я даже не слышала как ты проснулась, — она отмахнулась, включая телевизор и переключая каналы. — Я сплю как сурок, так что не волнуйся на счет шумов — я все равно не проснусь. — Мне бы так, — ухмыльнулась я невесело, откусывая шоколадную конфету. Как бы я хотела тоже ничего не слышать и ничего не видеть, и жить в благоговейном неведении.