Believe

Мальчишка Он жил мальчишкой среди гор и песка. Желавший спасти родную мать. Не имея ничего с рождения. Не ведая с ранних лет о праве выбора, о завораживающем чувстве свободы, смотрел лишь ввысь, грезя о своей запретной мечте. По ночам пытаясь прикоснуться к ней руками. Он делал только то, что умел: слушал, запоминал и из железного хлама мастерил все, что приходило на ум. Ничем не рискуя, жил в комнатушке, заваленной ложью. Он научился ходить, а затем говорить. Лишь лететь не умел. Его речи были просты и, как у ребенка, непозволительно наивны. Помогая матери, работал до изнеможения, не думая о себе. Он был себе на уме. Окружив себя друзьями, все равно оставался один. По ночам втихую мастеря то, что потом отдавал за щепотку обеда. Но вот однажды... Он был все еще мальчишкой в тот день, когда встретил ее. Он и раньше встречал девушек, ведя с ними недолгие беседы, но с такой, как она... Никогда. Она была красива и добра, а такой улыбки, как у нее, он никогда более не встречал. Он дорожил своей матерью, но вот ее полюбил. Пускай в тот момент нелепы были речи его, и сердце не было готово понять все до конца. Мальчишкой ведь только был он тогда, но теперь он не был один. И сев на корабль, вместе с ней улетел. Исполнилась детская мечта. Королевская чета позволила наконец протянуть руки вперед, соприкоснувшись с необъятной Вселенной. Ученик Он устал слушать других, делать то, что говорят ему они. Сидеть в тени, выполняя их поручения. Юношеское сердце желало бурю эмоций и приключений. Убегая без оглядки на лезвие врага. Он ждал своего часа, желая идти только вперед, не сворачивая во тьму. Но незаметно и не торопясь, поглощала его душу она, забирая то, что так было дорого сердцу его. Он все еще был юн, упрям и глуп, и в то же время любовью к ней заворожен. Она была его. Он скрывал ее, ложью окутывая слова произнесенные другу своему. Он желал силы для ее защиты. Ища возможность всегда быть вместе. Незаметные другим взгляды, еле ощутимые касание рук и слова любви, произнесенные в тиши, запретные поцелуи и страстью наполненные ночи. Она была его. Он любил ее и всегда хотел быть только с ней вдвоём. Но постепенно сердце его погружалось во мрак. Веря словам врага и ненавидя друга своего. Он не слушал, не желал более быть слабым. Его меч все еще сиял чистотой, но вот душа уже была запятнана кровью, поглощена неуверенностью и темными мыслями. В желании превзойти других, когда разум не был способен прийти к гармонии с юношеским сердцем. Предатель ли? Хоть мастером считал он себя и в бой бежал сломя голову, хоть и мальчишкой и даже уже не юношей он был, но все же доверчивым и глупым так и остался. Одно воспринимая за другое. Желая одного, делал для осуществление совсем иное. Ты избранный, говорили они ему. Изменишь мир, став величайшим из всех нас. Тем самым заставив возгордиться собой. Они толковали слишком много лишнего, позволяя при этом слышать слишком мало. Продолжая внимать тому, кому не надо. Позволив окутать себя цепями, погрузившись с головой в пучины страха, недоверия и перестав принимать любовь за истину: он начал путать тьму со светом. Тьма тянула его к себе, зазывая великой силой и спокойствием для его любимой. Он все еще любил ее и пытался защитить, но чувства утратили искренность былых лет, направляясь прямиком в объятья пустоты. Ненависть и злоба заполнили все вокруг. Хотение большего убило на корню все то, что до этого было так дорого ему. Мать умерла давным-давно. Он убил ее, а теперь и сам он умер. Позволив играть другим с собой как с куклой. Он шагал по шахматной доске, ступая на те клетки, на которые позволил его владыка. Он лишь хотел быть только с ней, но поддавшись искушению и словам, пропитанным ядом, потерялся среди всей этой черни. Мастер Владение силой, удерживание в страхе людей своих и власть. Но что с этого возьмёшь? Если не в состоянии обнять ту, которую любил. Зачем все это было нужно? Если ты никогда не держал в руках детей своих родных. Можно сколько угодно сокрушаться, говорить что-то и кричать. Теперь он был тем, кем думал, что хотел стать. Вся власть была лишь в одном его слове, в руке, которая держала уже красного цвета меч. У него был выбор и, свернув не туда, он достиг сегодняшней точки отсчета к концу. Но был ли выбор у него на самом деле? Он влюбился, и это верно, но вот тот незнакомец... Что было бы, если он был свободен? Что было бы, если он не улетел? Что было бы, если он остался? Зла. Великого зла. Мы бы не смогли увидеть никогда. И умирая на руках своего дитя, он был счастлив. Счастлив от того, что его сын не был похож на него. Что не поддался лицемерию и лжи, простил врага и обнимал крепко, как только можно, родного отца. Он не был больше мальчишкой, по-прежнему мечтавшим коснуться планет во всепоглощающей Вселенной. Больше уже нет.