Мой единственный рыцарь

— Маринетт, ты уже… — Алья, как всегда, говорила на ходу, но слова застряли у неё в горле, когда взгляд упал на подругу.       Следом за Сезер вошли Нино с Адрианом. Теперь все трое стояли с открытыми ртами и пялились на Мари.  — Что, всё так плохо? — вяло попыталась пошутить Дюпен-Чэн, вглядываясь в изумлённые лица друзей и, к своему удивлению, вдруг чувствуя уверенность в себе — настоящую ледибаговскую уверенность. — Ну, что вы там стоите? Проходите, присаживайтесь.       Алья с Нино вроде стали немного отходить от первоначального шока, Адриан же никак не мог подобрать челюсть с пола.  — Плохо? Да ты просто суперски выглядишь, подруга! — Алья подняла большой палец вверх, подмигивая Мари.  — Так оно и есть, — подтвердил Нино и толкнул в бок подвисшего Адриана. — Что скажешь, бро?  — Потрясающе выглядишь, Маринетт, — еле выдавил из себя Адриан, и щёки его залил багровый румянец.  — С-с-спасибо, — его комплимент заставил голос девушки дрогнуть, а первоначальная уверенность резко сменилась смущением.  — Ну что? Приступим? — Алья вопросительно посмотрела на друзей.  — Да, я сейчас только учебник достану. — Маринетт бросилась к своему рюкзаку, но нерешительно остановилась.       Рюкзак стоял на полу возле столика — нагнуться за ним она не могла, потому как данный наряд ей этого не позволял, оставалось аккуратно присесть на корточки.       Но Адриан, видя нерешительность девушки и поняв её причину, подошёл и поднял с пола рюкзак.  — Спасибо, Адриан, — Маринетт покраснела ещё больше и, покопавшись в розовом рюкзачке, наконец, нашла нужный учебник.

***

      С горем пополам они кое-как справились с проектом, и друзья разошлись по домам.  — Ну и втравила же ты меня в историйку, Тикки. Вот теперь я уж точно не смогу Адриану в глаза посмотреть, — с этими словами Маринетт снимала с себя злополучный наряд.  — Почему это? — квами непонимающе уставилась на девушку. — Ты же всегда мечтала привлечь внимание Адриана? Ну, так сегодня ты с лёгкостью достигла этого.  — Не знаю, но чувствовала я себя очень неловко, так, будто бы я голой разгуливаю по улицам.  — Скажешь тоже. Маринетт! Ты — красивая девушка, тебе пора избавляться от комплексов.  — Я согласна с тобой, Тикки, я очень стараюсь, правда. Но иногда это ой как нелегко, — вздохнув, девушка присела на краешек кровати, и маленькая божья коровка тут же подлетела к ней.  — Я люблю тебя, милая. Ты — самая-самая лучшая ЛедиБаг, которая когда-либо только была. — Тикки нежно прижалась к щеке своей хранительницы.  — А я люблю тебя, моя драгоценная, — целуя свою маленькую квами, ответила ей Маринетт.

***

      На следующий день в школе Маринетт старалась вести себя как ни в чём не бывало, и это, не без труда, но удавалось.       Но Алья всё никак не унималась, постоянно восхищаясь изобретательностью подруги. И сколько бы Мари не доказывала, что всё вышло случайно из-за того, что она заработалась и совсем забыла о времени и даже о том, что к ней придут друзья, Сезер будто бы не слышала её, поэтому, устав бороться с подругой и понимая, что её не разубедить, перестала спорить.  — Ты видела, как он смотрел на тебя? ОМГ! Маринетт, ты ему теперь нравишься, абсолютно точно. Я тебе зуб даю.  — Алья, да успокойся ты. Нравлюсь из-за того, что он увидел мои обнажённые ноги? Ты думаешь, он никогда в жизни не видел женских ног? Адриан просто удивился, вот и всё. Я думаю, что он был бы не меньше удивлён, если бы вы зашли, а на мне был бы надет, скажем, скафандр ну или головной убор, состоящий из перьев, какие носят на бразильском карнавале. — Маринетт пыталась перевести всё это в шутку, и Алья правда захохотала, представив подругу в скафандре.  — Нет, подруга. Не заговаривай мне зубы, — отсмеявшись, Сезер всё же не собиралась отступать от своих позиций.

***

      После уроков к Маринетт подошёл Адриан, который весь день о чём-то напряжённо размышлял.  — Маринетт, можно попросить тебя? — произнёс он, с надеждой глядя на девушку.  — Да, конечно. — Мари покраснела, но старалась держать себя в руках.  — У меня завтра будет фотосессия, и фотограф сказал, чтобы я привёл с собой девушку. Я думаю, ты отлично подойдёшь.  — П-п-правда? — Маринетт от неожиданности запнулась. — Но почему именно я?  — Во-первых, потому, что я не хочу, чтобы это была Хлоя, а во-вторых, у тебя отличные данные, и ты можешь стать моделью. Ты никогда не задумывалась об этом?  — Нет, но и моделью я быть никогда не хотела…  — Ты не согласна? — Адриан выглядел потерянным.  — Нет, что ты, конечно, я спасу тебя от Хлои, — улыбнулась Маринетт.  — Спасибо тебе, — от радости он схватил её за руку, и его зелёные глаза засияли теплом. — Но ты задумайся — ведь в случае удачной фотосессии тебе могут предложить контракт. Будешь сама зарабатывать, разве это плохо?  — Я подумаю, обещаю.  — Спасибо тебе ещё раз и… увидимся завтра? — Адриан, выпустив её руку, уже хотел уходить, но, хлопнув себя по лбу, снова обернулся к Маринетт. — Ой, дай мне свой номер телефона, я тебе позвоню и уточню место и время.       Девушка продиктовала номер и они попрощались.  — Маринетт, я не ослышалась? Он назначил тебе встречу на завтра? Завтра же суббота. Боже мой, я не думала, что тебе всё это удастся так быстро. Я в восхищении! — Алья тараторила и тараторила не в силах остановиться.  — Успокойся, Алья. Я всего лишь навсего буду участвовать с Адрианом в фотосессии, и да — мы до сих пор просто друзья. А попросил он меня лишь из-за того, чтобы Хлоя не увязалась с ним, — смущённая и сама ничего не понимающая Мари постаралась остановить поток слов, слетающих из уст Альи.       И когда подруги наконец попрощались, Маринетт с облегчением вздохнула, стараясь укротить бешено бьющееся сердце, и быстро направилась домой, чтобы успеть сделать все запланированные на сегодня дела перед вечерним патрулём.