Сборник зарисовок на ситуации

Ким Сокджин (Джин) — Я всё понимаю, но пить не буду, — именно так сказал Джин, явившись к тебе домой затем, чтобы поддержать в трудной сложившейся ситуации. Хотя не такая уж она была и трудной. Подумаешь, парень бросил! Ну и к чёрту его, придурка такого! Ты к нему со всем сердцем и душой, а он попой вильнул и был таков, улепётывая поскорее от разъярённой тебя с какой-то длинноногой красавицей в мини. — Джин, ну капельку… Всего чуть-чуть, — мямлила ты, протягивая парню открытую бутылку с соджу. — Ты же мой друг, верно? Ты уже начала было плакать, но, поскольку Сокджин не любил твои слёзы, он согласился выпить с тобой немного. Но это «немного» незаметно перетекло во «много», и через полчаса вы уже оба были в стельку пьяные. — Не умеешь ты парней выбирать, — пусть язык молодого человека заплетался, он говорил то, что думал в действительности, сидя рядом с тобой на диване в обнимку. — Это был мой первый парень…, — икнув, ты перевела дух и продолжила: — Который не умеет целоваться так же круто, как и ты. — Ты знаешь, как я целуюсь? — спросил Ким, посмотрев на тебя, а в голове вертелась лишь одна мысль: «Не смей! Не вздумай!». — А ты поцелуй, и я узнаю, — шепчешь ты, обвивая шею друга руками и перебираясь на его колени, удобно устраиваясь на них в позе наездницы. — Один раз. В знак нашей крепкой дружбы. Ким как-то хищно усмехается и льнёт к твоим губам, накрывая их своими и нетерпеливо сминая, пробуя на вкус. Улыбаясь, ты приоткрываешь ротик и не успеваешь вдохнуть кислорода, как ловкий горячий и скользкий язык проскальзывает в твой рот, сплетаясь с твоим. Ты сдавленно стонешь, когда пальцы молодого человека скользят от твоих коленей вверх, пробираясь под подол домашнего платья, задирая его, и впиваешься ногтями в широкие плечи, стоило пальцам сильно впиться в кожу ягодиц. — Сокджин… — шепчешь ты, откидывая голову назад, подставляя шею под горячие жаркие поцелуи. — Сокджин! — Кричи моё имя этой ночью, Т/И, — просит Ким, проскальзывая пальцами под резинку трусиков и проникая ими в твоё влажное лоно, срывая с твоих губ громкий стон… Мин Юнги (Шуга) Звонок в дверь в три часа утра, а дома лишь ты и твой верный кот, а кот пусть и самец, но всё же не мужчина, который сможет защитить в случае чего. Не спеша поднявшись с постели, ты быстренько стала листать телефонную книгу в поисках номера одного человека, потому что звонки в дверь и удары кулаками не прекращались. — Юнги, — чуть ли не плача, захныкала ты, когда на том конце провода подняли трубку после «бесконечных» двух гудков. — Это я, дура. Открой дверь, — ответили тебе и сбросили вызов. Ничего не понимая и даже проигнорировав оскорбительное «дура», ты метнулась в прихожую, поспешно отворяя дверь, за которой, действительно, оказался Мин собственной персоной. Покачиваясь, он двинулся на попятившуюся назад тебя, захлопывая входную дверь и стягивая со своих ног по пути кроссовки. — Юнги, что ты… — тихо шепчешь, но резко вздрагиваешь, когда соприкасаешься спиной с холодной стеной. — Что случилось? — Ты мне не друг больше, поняла?! — на повышенном тоне говорит он, вжимая тебя своим телом в стену, а после хватает пальцами твой подбородок и бесцеремонно впивается горячим жгучим поцелуем в твои губы. Промычав, ты протестующе упираешься ладошками в мужскую грудь, пытаясь отстраниться, но твои попытки оказываются мгновенно подавлены. — Ненавижу тебя, — рычит он тебе в шею, прерывая поцелуй. — Ты причина, разрушившая нашу дружбу. Чёрт! Я сам не свой в последнее время. Ты всегда была моим другом, но в последнее время со мной что-то творится, где-то там, в груди… И всему виной ты. — Юнги, — пытаешь образумить его, заставить одуматься, и пусть догадывалась, о чём он мог говорить, ты всё же хотела, чтобы подобные разговоры велись на трезвую голову. Но вдруг вскрик от неожиданности срывается с губ, когда тонкие пальцы подхватывают тебя под ягодицы и приподнимают над полом. Шуга вжимается пахом в твою промежность и сдавленно стонет, а следом стонешь и ты, когда он делает плавное движение бёдрами, имитируя половой акт через одежду, что была на вас надета. — Я так хочу быть в тебе, Т/И, — его сбивчивый голос пускает мурашки по спине, и ты всё же обхватываешь его шею руками. Признай, что он тоже нравится тебе уже достаточно долго и что ты тоже этого хочешь. Ощутить, как его член будет двигаться в тебе, распаляя всё больше, и в этот момент ты всецело будешь принадлежать только ему и никому другому. Чон Хосок (Джей-Хоуп) — Хоби, — положив руку на плечо молодого человека, ты его легонько потрясла, а когда парень открыл глаза и посмотрел на тебя нетрезвым взглядом, решила сказать причину его столь внезапного пробуждения. — Все уже разошлись. Нам тоже пора по домам. — Чёрт, — едва ли не выплюнул парень, понимая, что он заснул в уголке комнаты, прижимая к груди ноги. — Долго я спал? — С полчасика, — отвечаешь и помогаешь ему подняться. Вы покидаете закончившуюся вечеринку своего общего друга вдвоём, потому что вы жили в одном доме, только на разных этажах. Покачиваясь, парень опирался немного на тебя и всю дорогу что-то бубнил себе под нос, явно пытаясь собраться с мыслями. Вы зашли в подъезд, преодолели очередной лестничный пролёт и оказались в его квартире. Ты помогла парню лечь и уже собралась уходить, но тебя резко схватили за запястье и потянули назад, отчего ты повалилась на двуспальную кровать, а сам Чон ловко навис сверху, зажимая твои запястья над головой. — Что ты делаешь?! — воскликнула ты, заглядывая в обезумевшие почерневшие глаза, в которых можно было уловить также нотки какой-то нежности и страсти. — Останься сегодня со мной, — просит Хосок, и ты вздрагиваешь от проскользнувшего желания в его голосе. – Позволь мне сегодня любить тебя, Т/И… — Ты с ума сошёл! — дёргаешь руками, но стоило ему взглянуть на тебя, как ты тут же успокоилась. — Я не смогу быть нежным, если ты будешь так дёргаться. Прошу, доверься мне, — шепчет он, и ты хнычешь от своей беспомощности и от того желания, которое охватило твоё тело с головы до кончиков пальцев. — Ты так вкусно пахнешь, Т/И… Отпустив твои запястья, Чон огладил твоё тело руками, а после опустил их вниз и задрал твою юбку выше, открывая себе обзор на твои чёрные трусики-шортики. Смущённо пытаешься свести ноги, но сильные руки не дают тебе этого сделать, раскрывая твои бёдра шире. — Такая сладкая… — с придыханием говорит молодой человек, наклоняясь, и прикасается губами к твоему клитору через тонкую ткань трусиков, а после высовывает язык и надавливает им на сосредоточение нервных окончаний. — Я так хочу тебя, малышка… Простонав, ты вцепилась пальцами в жёсткие волосы, прогибаясь в спине и с жаром выдыхая такое любимое тобой имя «Хосок». Отдайся ему. Почувствуй его любовь и утони в ней. Ведь он не отпустит так просто, о чём будут свидетельствовать следы от его пальцев на твоей коже с утра, так сильно сжимающих сейчас твои бёдра. Ким Намджун (Рэп Монстр) — Перебрал чутка, да, — сказал Мон, и, если бы не заплетающийся язык, выдающий его с потрохами, и запах алкоголя изо рта, ты бы даже подумала, что он и капли в рот не взял. — Так я войду? — Ненадолго только, — сказала ты, отступая и пропуская друга в квартиру. — Спасибо, я быстро туда и обратно, — пообещал Джун, отправляясь в ванную комнату, дабы немного отрезвиться. Мыться пошёл? Не. Промочить голову под холодной водой — вот что. В любом случае, пока его волосы высохнут после этой процедуры, пройдёт порядка получаса. Вздохнув, ты пошла к себе в комнату, думая переодеться в пижаму, состоящую из штанов и футболки. Просто щеголять перед другом в шёлковом коротком халатике явно не входило в твои планы. Развязав пояс, ты позволила шёлку сложиться у твоих ног гармошкой, как тут же почувствовала горячие ладони на своей талии и жаркое дыхание в районе своего плеча. Ванную Ким так и не посетил… — Ты играешь очень нечестно, — прошептал Намджун, касаясь твоего плеча губами в нежном поцелуе. — Для кого ты купила это бельё, негодница? — Тебя это не касается, — отвечаешь резко, пытаясь вырваться, но тебе не позволяют этого сделать. — Отпусти меня, Джун! — А я думал, что ты тоже хочешь меня, — обиженно проговорил он, лаская кромку твоего ушка языком, отчего ты едва успеваешь подавить стон и прикрыть глаза. — Не хочу… — хнычешь ты и всхлипываешь, когда тело сводит приятной судорогой, возникшей от того, что длинные тонкие пальцы пробрались под резинку трусиков и плавно проникли в твоё влагалище, растягивая тебя. — Ах, не надо… Джун! — стонешь ты, когда подушечки пальцев начинают оглаживать чувствительные стенки и неожиданно резко проникают глубже. — Ты такая влажная, малышка, — его приятный баритон пускает мурашки по коже, и ты прогибаешься в спине, вжимаясь в его паховую область попкой, ощущая затвердевший мужской орган сквозь ткань одежды. — Хочешь ощутить его в себе? — Хочу, — выдыхаешь и дрожишь под напором молодого человека, распаляясь сильнее с каждой секундой и ощущая, как легко скользят в тебе его пальцы от обилия выделяемой природной смазки. Теперь ты точно знала, что в эту ночь потеряешь друга, но была отчего-то уверена в том, что не пожалеешь о сделанном выборе. Пак Чимин (Чимин) Кажется, что тусовка удалась на славу. Это ж надо было напиться до такой степени, что вот ты вроде танцуешь среди остальных, прикрываешь на секунду глаза и открываешь их, уже оказываясь в чьей-то спальне, да ещё и прикованная наручниками к изголовью кровати. В полудрёме дёргаешь скованными запястьями, отчего цепь звенит, а ты сдавленно стонешь, когда что-то влажное скользит по твоим нежным складочкам. Казалось, что в этот момент вся нетрезвость из тебя мигом улетучилась, и ты предпринимаешь попытку сжать бёдра, но их предусмотрительно удерживают чьи-то руки, не давая тебе свести ноги вместе. — Ты такая вкусная, Т/И, — слышишь знакомый голос, а после видишь серебристую макушку своего друга, медленно погружающего в тебя два пальца. — Чимин-а! — громко стонешь, откликаясь на столь сладостное проникновение, и прогибаешься в спине, дёргая сцепленными руками. — Что ты… делаешь? Но твой вопрос остаётся без ответа. Парень наклоняется непозволительно близко к сосредоточению твоего возбуждения и обхватывает клитор губами, посасывая, и одновременно начинает двигать пальцами в тебе. — Остановись, Чимин… Ахм! Боже мой! Нет, — стонешь ты, мотая головой от нереальности ощущений, которые дарили тебе умелые ласки весьма опытного любовника-друга. — Стой… Мы же… Мы же друзья. Ммм… Мысли в голове путались и не давали соображать здраво. Разум постепенно отошёл на второй план, оставляя тебя одну, и позволил отключить голову, прежде чем окунуться во весь спектр ощущений. Через минуту ты уже не противишься, раскрывая бёдра перед Паком и поддаваясь навстречу его действиям, совершенно наплевав на тот факт, что вы с ним друзья. Ты даже готова была поклясться, что почувствовала, как он улыбается, радуясь своей победе. И это было единственное, что ты поняла, прежде чем с головой окунуться в экстаз… Ким Тэхён (Ви) Собираясь пойти в клуб с друзьями, ты строго-настрого себе запретила брать что-либо алкогольное в этот вечер. Но коль заикнулась об этом, то, естественно, всё наперекосяк пошло. Сперва один бокал какого-то вкусного коктейля, затем второй, третий, четвёртый… И твой друг Тэхён тоже не отставал, выпивая одну рюмку крепкого алкоголя за другой. — Кажется, пора уже остановиться, — язык Кима немного заплетался, но он до сих пор держался молодцом, в то время как ты была уже навеселе. — Пойдём танцевать, Тэ, — смеясь, ты потянула парня за руку в сторону танцпола, но стоило вам смешаться с толпой, как твою руку перехватили и потащили в совершенно другую сторону. Каким-то чудом оказавшись в ВИП-комнате, ты облегчённо вздохнула, слушая, наконец, идеальную тишину, а не громкую музыку, ударяющую по барабанным перепонкам и отдающую головной болью. — Что мы тут забыли, Тэ? — ты повернулась к своему другу, как тут же взвизгнула, когда он, словно таран, налетел на тебя и вжал в стену. Его ладони обхватили твоё раскрасневшееся лицо, а губы настойчиво впились в твои, лишая возможности отстраниться. Его язык проскальзывает в твой рот, а его колено упирается в стену между твоих ног так, что его бедро соприкоснулось с твоей промежностью сквозь тонкую ткань трусиков. Его влажный язык ласкает твой, приятно щекочет нёбо и оглаживает ровный ряд зубов, играючи, но в то же время уж очень ненасытно. Дрожь возбуждения прокатывается по телу, а внизу живота неприятно заныло, и ты, не в силах больше терпеть, начинаешь, сама того не осознавая, тереться о бедро Тэхёна. Тихо стонешь, не в силах сдержаться, когда его руки скользят по твоему телу вниз, проникают под подол короткого платья и резко хватают за ягодицы, притягивая вплотную к телу своего владельца, с неохотой прерывающего поцелуй. — Тэхён, — выдохнула ты, чувствуя пошло прилипшую к подбородку ниточку слюны. — Что же мы?.. — Расслабься. Ты ведь тоже этого хочешь, — говорит он, надавливая подушечками пальцев на клитор, срывая с твоих губ пошлый стон. — Вот видишь… Я был прав. После его слов и нежного поцелуя в шею ты расслабляешься и забываешься в жарких ласках и его глубоком голосе, что так приятно ласкал твой слух, нашёптывая развратные словечки тебе на ушко… Чон Чонгук (Чонгук) — Блин, Гук, ты серьёзно? — воскликнула ты, проходя в квартиру Чонгука, то и дело запинаясь о лежащую на полу ту или иную вещь. — У тебя тут стадо баранов пробежалось, что ли? Случайно наступив на пустую железную банку из-под пива, смяв её, ты резко выдохнула, отступая немного назад. Кто же знал, что твои слова о том, что ты уезжаешь учиться в другую страну, так больно ранят его? Ведь расстояние дружбе не помеха. — Эй, — пройдя в гостиную, ты столкнулась с разбитым взглядом молодого человека. — Гукки, ну чего ты? Такой бардак и… столько банок из-под пива. Ты же никогда не пил столько. Зачем? Присаживаешься рядом с ним, подогнув под себя колени, и кладёшь руку на его плечо, как он резко ее перехватывает и очень плавно опускает вниз, выпуская из своей хватки. От него несло алкоголем, чего обычно ты терпеть не могла, но сейчас почему-то ты не хотела убегать. — Уходи, — охрипшим голосом просит он так тихо и жалостливо, что ты остаёшься сидеть на месте, не двигаясь. — Уходи! — Гук, — ты вздрагиваешь, когда он повышает на тебя голос, и уже было собираешься встать и уйти, но он хватает тебя руками за талию и валит на мягкий ковёр, нависая сверху и удобно устраиваясь между твоих ног, пока ты не отошла от кратковременного шока. — К чёрту! Не уходи, — шепчет парень, утыкаясь носом в твою шею, с жаром выдыхая. — Не оставляй меня. — Гукки, ты пьян, — шепчешь ты и вздрагиваешь, когда его рука проскальзывает под твою футболку, а пальцы проникают под лифчик, приподнимая его и зажимая твой возбуждённый сосок. Промычав что-то в ответ на его действия, ты прикрыла глаза и, к своему удивлению, не стала противиться его напору, а, напротив, льнула ближе к нему, прося ласки. — Из-за тебя я сейчас в подобном состоянии и, словно животное, хочу растерзать тебя под собой наслаждением, — сдавленно шепчет он, задирая твою юбку, а после приспускает свои домашние шорты вместе с бельём. — Гукки, — цепляясь за ворс ковра пальцами, ты прикрыла глаза, ощущая, как его пальцы подцепили кромку трусиков, отодвигая их в сторону, а горячая головка полового члена скользнула по твоим нежным складочкам, пробуждая внутри волну неконтролируемого возбуждения. — Пожалуйста, не томи… — Значит, ты тоже любишь меня, — шепчет он, плавно толкаясь в тебя, заполняя изнутри ту пустоту, которая росла в тебе много дней с момента вашего с Гуком знакомства. Он успевает поймать твой стон губами и улыбается, целуя тебя. — Отныне ты только моя, Т/И…