Мармеладный ад 2. Противостояние.

- Лидия, - с улыбкой окликает её мама. Рыжеволосая вздрагивает от прикосновения руки Натали и приподнимает голову, чтобы убедиться что она действительно проснулась. Палата находилась на первом этаже и рядом с окном можно было заметить небольшую ель, пушистую и одинокую. Натали Мартин была больна, но находилась в сознании. Женщина лежала в отдельной палате под различными капельницами, которые сменялись через трое суток. Рыжеволосой было больно смотреть на неё, стало трудно дышать, кружилась голова. Из-за всего этого она никак не могла уснуть, особенно в последние двое суток. - Ты здесь, Лидия, - обращается Натали к дочери. Какая милая и добрая у неё улыбка. - Как ты? Рыжеволосая нежно обхватывает руку матери, крепко сжимая. - Я чудесно, - женщина пытается отшучиваться, - как новорожденный ребенок. Девушка смотрит на неё и шутливо закатывает глаза. - Ты приехала со Стайлзом? Мартин тяжело сглатывает застрявший ком в горле. Одно его имя заставило её волосы на теле встать дыбом, а сердце бешено застучать. Девушка сразу прокручивает у себя последние события. Эти воспоминания стремительно проносятся в её мозгу, и она плотно закрывает глаза и старается представить себе, как переврать историю. - Он много работает, - ложь легко слетает с её уст, - поэтому очень извиняется, что не может проведать тебя. Лидия удивляет саму себя. Как же легко ей удалось все придумать, да так, чтобы мать ничего не смогла заподозрить. Ведь в последний раз она видела свою дочь вместе со Стилински. Летом Мартин заставила парня познакомиться с её мамой, и от всего Стайлз остался доволен. Юноше редко удавалось прочувствовать всю семейную идиллию, а рыжеволосая смогла ему это подарить. Это был их семейный вечер за которым они много разговаривали, в частности обсуждали планы на будущее. И Натали все время твердила им: "У вас будут чудесные дети. Чудесные" Лидия открыла глаза. Женщина все продолжала смотреть не неё, не на секунду не отрываясь. - Я буду рядом, - шепчет девушка, - сколько потребуется. - Нет, дорогая, нет. Поезжай домой, к Стайлзу. Ее разум категорически отказывался извлекать смысл из того. Уехать и оставить её одну? Мартин категорически была против. - Мам, я останусь. Мне все равно там нечего делать, - отмахнулась рыжеволосая. Было заметно, как Натали охватили тревога и подозрение. Почти шепотом она промолвила: - У вас со Стайлзом правда все хорошо? - Да, - не раздумывая заявила дочь, - все мам, я остаюсь. Лидия снова начала было протестовать, однако Мартин старшая уже была настроена решительно. - Я буду звонить каждый день, хорошо, - её лицо выражает облегчение, - возвращайся назад. У тебя через два дня конкурс. Девушка по-прежнему не хотела оставлять Натали, но противоречить матери сейчас и все делать наоборот, она не хотела. Если ей так будет легче, рыжеволосая готова вернуться назад. После, они много разговаривали. Обсуждали кулинарные способности Лидии, ставили цели на ближайший год и все время смеялись. Мир словно ожил снова. Перед уходом Лидии, Натали произнесла пару фраз, которые заставили Мартин младшую расплакаться. - Твой дом там где Стайлз. Девушка кивает. Ну, конечно же. Мама есть мама. По дороге назад, Мартин связалась с Эллисон. Ей пришлось не раз извиниться перед подругой и вымолить прощение за пару прогулов. - Чего-чего?, - переспросила Арджент. - Да, Элли, - проговорила Лидия, - мой маленький идеальный мир в одночасье разрушился, но я правда готова завтра вернуться. Тео сильно злится? В трубке послышались облегченные стоны. Мартин могла прочувствовать улыбку Арджент, которая была рада возвращению подруги. - Ну, Тео.... Рыжеволосая закусила нижнюю губу. Мышцы живота напряглись. - Он готов будет убить тебя, если ты завтра не появишься на занятиях. Лидия улыбнулась. "Хочется остановить время. Один раз остановить эти стрелки часов и просто сидеть. Много сидеть и много думать, все хорошо взвешивать, расписывать на листе бумаги, обводя яркими маркерами. Хочу иметь цветную жизнь, а не черно-белый оттенок. Мне нужно еще больше воздуха, тонный и тонны. Что происходит? Словно все ломается, ты падаешь в пропасть, которая затягивает тебя как болото. Чувствую, как сердце останавливается, руки дрожат, губы сохнут.... Выжить. Снова. Снова начать...попытаться начать жить" Лидия стоит напротив квартиры, где когда-то, совсем не давно раздавались звуки смеха. Можно было услышать голос Стайлза, который заваливал девушку комплиментами, а та в свою очередь убегала от него, закидывая подушками. Мартин задрожала, но заставила себя пройти внутрь. По началу было тихо. Слишком бесшумно. Но пройдя чуть вперед, рыжеволосая увидела его. Стилински держал в руках папку с документами, заложив их большим пальцем. Сейчас его глаза были такими же карими, но темными, полными смятения, грусти. Девушка почувствовала укол беспокойства. Этот укол был другим, совсем не знакомым. Удар был направлен в самое сердце — и он попал прямо в цель. Лидия попыталась дышать ровно. В голове пролетела одна фраза: "Я буду рядом, Стайлз. Всегда" А юноша твердил одно и тоже: "Я знаю. Я верю" Но ничего этого больше не было. Они стали далеки друг от друга. Все это исчезло, разлетевшись по ветру словно пепел. В воздухе царило напряжение. Они ждали, что кто-нибудь первый подаст голос. - Пришел забрать оставшиеся документы, - голос Стилински был свинцово-тяжелым. - Да, - вымолвила рыжеволосая. Девушка смотрела в пол, разглядывая что-то невидимое. - Пять минут и меня уже здесь не будет. Лидия взглянула на него, и увидела, что напряженные плечи опустились. "Замечательно. Просто замечательно. Разве я должна его останавливать? Я уже сделала первый шаг, но это не сблизило нас. Если Стайлз не хочет продолжать строить наш путь, то я ничем не могу помочь" - Как ты?, - неожиданно он задал вопрос, запуская руку в волосы и устремляя свой взгляд на Мартин. - Нормально. - На её губах промелькнула слабая улыбка. Она была усталой, эта улыбка, но в ней ясно читалось, что в этот момент она чувствует, что где-то внутри разрослось тепло, которое чуть-чуть смягчило боль. - А ты? - Превосходно, - его красивое тепло излучает уверенность, которая вскоре исчезает. Мартин понимает, что больше не может находится рядом и нести весь этот бред. Ей тяжело скрывать свои настоящие чувства, а ему видимо даже не приходится этого делать. - Надеюсь, мы больше не будем совершать таким ошибок, - повеяло холодом, - совершать ошибок с теми, кто будет нашими новыми избранниками, - заключил Стайлз. Девушка не только испытала шок от его слов, это было нечто еще хуже. Сердце сжалось до невообразимых размеров, тело пронзили тысяча острых ножей. - Да, не будем. "Это все, что я могла сказать. Подобрать что-то правильное было просто невозможно." - Если ты хочешь убить, то у тебя получилось, - резко выпалила рыжеволосая, не понимая этого. Стилински пошатнулся, словно потерял равновесие. - Мы справимся, - сухо ответил он, а потом уже теплее добавил: - Ты же сильная, Лидия. Намного сильнее меня. Мартин двинулась к нему, перебирая край кофты, но затем она остановилась. Ее губы были по-прежнему приоткрыты, чтобы задать вопрос, а зрачки расширены. - Я...просто..., - рыжеволосая путалась не только в словах, но и в мыслях. Сейчас Стайлз, как бы больно ни было, понимал что должен быть холодным, но это было трудно. - Если тебе будет очень тяжело, - начала он, подходя немного ближе, - ты можешь позвонить мне, хорошо? Брюнет протянул руку вперед, едва касаясь пальцами её щеки, которая уже намокла от слез. - Попробуй не обращать внимания на то, что между нами происходит, потому что у тебя все еще есть я, - заключил парень. Стилински дышал быстро и трудно, Лидия же медленно проваливалась в землю от бешеного ощущения его тепла. Юноша подошел к ней и наклонился, чтобы поцеловать ее рыжие волосы. Руки Мартин вспотели, когда Стайлз прикоснулся к ней еще ближе. Это был дружеский поцелуй, в знак поддержки, но для Лидии это было большее, нечто личное и близкое. Она минуту девушка вернулась в те времена, когда их отношения только начались, она вспомнила тот танец....когда они были так же близки, как и сейчас и тогда было их время. Но Стайлз резко отпрянул, а рыжеволосая вернулась в реальность. Пустота и одиночество снова окутали её, комнату....Все вернулось с еще большей болью.