Оттенки твоей любви

— Смотри, целишься как можно точнее. Стою позади нее, вдыхая ее запах, и хочу быть еще ближе, но сейчас не время. Учу стрелять мою девочку.  — Так? Смотрит на меня хитрыми глазами, зная, что это сводит меня с ума. Слегка целую в уголок губ и притрагиваюсь к ее руке.  — Не отвлекайся, малыш. Давай. И попадает в цель. Радуюсь больше, чем она, и все-таки не удерживаюсь спросить.  — Ты же не просто так научилась стрелять? Хочешь кого-то убить? — Да, ты угадала. Направляет оружие на меня и добавляет. — Тебя. Вскакиваю на кровати вся мокрая и тяжело дышу. Такой сон и врагу не пожелать. Голова такая тяжелая, будто там кирпичи. Хотя, может, сон и вещий, потому что она не отвечает мне на звонки и, наверное, думает уже об убийстве. Но я не могу отступить. Я успела привязаться к ней. И если она решила меня игнорировать, то я пойду​ на крайние меры. Пару дней назад я узнала такую новость, от которой адреналин в моей крови поднялся до максимума. Раз она решила меня таким образом отфутболить, значит сама же не оставляет мне выбора. Поэтому я буду использовать ее слабости. Ищет сиделку для мамы? Я уже нашла ее. И Аня согласилась ее взять. Вот так человек, сам не зная, устроил себе ловушку. Прости, Аня, но дышать без тебя слишком сложно мне дается.  — Ты меня преследуешь? Я подам заявление в полицию. Смеюсь. Я поймала ее вечером, как обычно, у ее подъезда.  — Аня, я давно так не смеялась. Но ты, конечно, молодец, игнорировать у тебя получилось. Но ты не предполагала против кого ты пошла. Страх в ее глазах заводит меня, и я знаю, что это признак моей неадекватности. Мое сумасшествие переходит границы, и я это чувствую.  — А что мне оставалось делать? Как мне еще показать, что ты мне безразлична! Вдох-выдох. Больно, очень больно, но я выдержу.  — То, что я скажу тебе, касается твоей мамы. Так что слушай меня внимательно. Подхожу ближе, нежно провожу пальцами по ее щеке. Я соскучилась так сильно, что аж ломит и тело, и душу.  — Сегодня первый день работы твоей сиделки, так? Кивает, нервно кусает губы.  — Так вот, Аня, эта женщина не с неба свалилась. А работает на меня. Понимаешь? Как же она побледнела…  — Так вот, малыш, теперь ты в моей власти. И будешь со мной, пока я этого хочу. А если будешь себя плохо вести, то один мой звонок — и произойдет несчастный случай. Помни, что она рядом с твоей мамой.  — А если я ее просто уволю?  — А ты не можешь. Потому что ты подписала договор, сроком на полгода, и если нарушишь, то тебя затаскают по судам, а это тоже время, и, пока ты будешь бегать с бумагами, моя коллега случайно даст больной женщине не то лекарство. И добавляю понежнее:  — Но тебе же не нужно это, малыш. Качает головой, не веря в то, что проиграла. Такой разбитой я еще ее не видела. Я не хотела этого, правда. Но по-другому я не могу.  — Квартира, кстати, оформлена не на тебя, вы ее снимаете. Если ты вдруг решишь обратиться к полиции, юристам, чтобы выгнать эту женщину, то знай, что у меня связи везде, и ты опять же ничего не добьешься. Такие дела, Аня. А теперь поехали, ты уставшая. Смотрит в одну точку, будто меня нет рядом. — Как же я ненавижу тебя. Слышишь? И слышу, и вижу. И это убивает. Беру ее руку и веду за собой. Молча идет со мной и садится в машину.  — Куда мы едем? — Ко мне, куда же ещё. Но в другой дом, я хочу, чтобы тебе было максимально комфортно. Расслабься. И, как ни странно, она спокойна, и не устраивает истерик. Или, может, не успела еще все осознать.