Наказание..?

Тюль из материала чем-то напоминающего шёлк, легко струился, подхватываемый потоками воздуха из приоткрытой форточки. Его переливы иногда попадали в лучи тусклого света, от чего ткань блестела среди ночной темноты. Запах табака заполнил всё пространство кухни, пары витали снизу и сверху, закрадывались за шкафы, в каждую чашку. В силуэте человека на оконном стекле отражался огромный город, сверкающий призывными огнями. Где- то далеко гудели машины и громкие тусовщики изо всех сил орали песни, нарушая мирные сны жителей. Губами он с завидным постоянством обхватывал почти дотлевшую сигарету, нервно втягивал дым и с наслаждение выдыхал. Горький привкус табака отрезвлял и пьянил одновременно. Так много всего нужно решить, но он так устал. Руки отнимаются, когда новые проблемы сваливаются на голову и хочется заорать. И куски отваливаются от измученного тела. Достало. Новая затяжка и пепел падает на руку, противно прижигая кожу. Он отряхивает руку и смотрит на окурок. Дорогие сигареты и горький портвейн, что стоит на столе. От половины бокала отпит только глоток, горечи и без алкоголя хватает. Ещё одна сигарета. Изящными пальцами достаёт перед собой и долго смотрит на никотиновое изделие. А после с силой сминает и бросает на пол. Надоело. Топот чьих-то ног и на кухню проскальзывает Дже, тут же начиная кашлять от обилия сигаретного дыма. Долго пытается прийти в себя, слёзы выступают на глазах. Он хватает со стола стакан и опрокидывает в себя содержимое. Нестерпимая горечь обжигает горло вокалиста, и он тут же выплёвывает всё на пол, чертыхаясь.-Блять, какого хрена, Бан?- вечно недовольный тон, репер лишь слегка дёрнул головой, когда любимый голос доходит до его ушей.-Нехуй хватать чужие стаканы,- низко, с каплей угрозы в тоне, он был словно хищник, который приценивается к будущей жертве.-Тебе нельзя пить!- он шёпотом кричит, ведь одногруппники могут услышать, тогда проблем не оберёшься.-Слушай, ты,- он разворачивается и грозно надвигается на хрупкого Дже, прижимая того к стене за спиной,- не смей мне указывать. Ему и не нужно кричать, чтобы ЁнДже боялся, просто чуть понизить тон и вуаля. Но разве он хочет напугать вокалиста, разве такие глаза он желает видеть перед собой? О, Дже был поистине прекрасен, когда улыбка касалась нежных губ, глаза искрились весельем, но не сейчас, когда страх так явственно проступает на его лице.-А то что? – и что-то мелькает в глазах, потаённое, спрятанное верно самим хозяином взгляда. И тут Гук решает – к чёрту. Резко подаётся вперёд и впивается в желанные губы, которые так долго имел счастье лишь видеть. Нежность сводит с ума, а шаловливый язычок, что обводит кругами его собственный заставлять просто тонуть в ощущениях. Сигаретный дым, алкоголь и страсть смешиваются в нём, передаваясь через дикий поцелуй. ЁнДже цепляется худощавыми руками за голову и футболку, чуть ли не стаскивая с плеча. Он пытается не утонуть в Бане, не пропасть в этом сумасшедшем ритме сердца, что приходит в неописуемые восторг, когда ЁнГук прикусывает нижнюю губу, оттягивая вниз. Но не выходит и руки, что так бесстыдно мнут его задницу, добавляют к этому невыполнимости. Горячо, влажно,они целовались, пока хватало воздуха и отрывались всего на пару секунд, чтобы восполнить запасы. Звуки мокрого поцелуя звоном отдавались в тишине, возбуждая своей пошлостью. Руки Дже переместились на рельефный торс, а ноги уже сомкнулись на пояснице лидера. Своим пахом он тёрся о его, сводя с ума репера, доводя до безумия. Поцелуев становилось мало, так тяжело было держаться. ЁнГук остановился и положил свою голову на плечо вокалиста, жадно вдыхая кислород, пропитанный табаком.-Если это то, что я получу,- он остановился, чтобы глотнуть воздуха,- я согласен хватать чужие стаканы.-Ты хитрая задница, ЁнДже,- ему вдруг стало так легко, словно гиря в тысячу кило свалилась с души. Все проблемы разом отошли на второй план, и мир сузился до ощущения бархатной кожи под пальцами и горячего дыхания над ухом.