Не отводи от меня взгляд

Баки всегда был в центре внимания. Ему это нравилось, нравилось обращать на себя взгляды. В такие моменты он ощущал себя центром вселенной, и это прекрасно. Но если бы кто знал, что для него достаточно было только одного взгляда и шанса оказаться центром крохотной вселенной единственного человека… Того, к которому всегда был прикован взгляд, который сам являлся всем для Джеймса. Джеймс всегда старался, чтобы все смотрели на него. Сначала это было просто желанием показать себя, но все изменилось после того, как он спас от избиения в подворотне хилого парнишку. Тогда сам Барнс считал себя героем, ему нравилось ощущать, что он на стороне добра, что он — защита слабых и униженных.  — Тебе очень повезло, что я оказался рядом, — стараясь намекнуть на благодарность, выделывался Джеймс. — Одного понять не могу, тебе так мозги отшибли, что ты даже на помощь позвать был не в состоянии? И бежать тоже не додумался?  — Раз убежишь — будешь бегать вечно, — ответил светловолосый мальчуган, стряхивая грязь со штанов. И в этот момент Барнс не ощущал себя символом отваги и справедливости, наоборот, перед этим мальчишкой, который был худой, как спичка, локти и колени которого были разодраны, а под левым глазом красовался свежий синяк (не единственный на его теле, он был уверен), Барнс почувствовал себя жалким и слабым.  — Барнс. Джеймс Барнс, — он резко и уверенно протянул руку этому странному парнишке, а тот в ответ улыбнулся самой светлой и искренней из возможных улыбок и произнес:  — Стивен Роджерс, приятно познакомиться. С того момента мир для Джеймса стал выглядеть иначе. Он все так же старался выделяться, быть примером, быть героем, быть символом, но во всех его поступках прослеживалось желание находиться рядом с Роджерсом, защищать Роджерса, быть для Роджерса на первом месте. Несмотря на это, Барнс считал себя эгоистом, ведь больше всего он хотел, чтобы Стивен обращал на него внимание, но никто не обращал внимание на Стивена. Этот парнишка, прозвавший Джеймса «Баки» навсегда запал в его сердце. Баки делал все для Стивена, для своего глупого и безрассудного Стива. Конечно, гордость не позволила бы тому прямо и открыто принять помощь своего лучшего друга, поэтому Баки частенько скрывал свою помощь и заботу или же проявлял это в мелочах. Главное, чтобы Стив всегда смотрел на Баки, с восхищением или осуждением — это не так уж важно. Конечно, в компании все взгляды были устремлены на Джеймса, но в душе Баки боялся, что кто-то заметит Стива. Его милую неуклюжесть, его безрассудную смелость и его огромное и доброе сердце. Ведь тогда этот кто-то может стать человеком, на которого Стив будет смотреть вместо Баки. Уходя на войну, Баки боялся только того, что Стив забудет его. Но он впервые был рад слабому здоровью своего друга, которое, несмотря на все усилия Стива, обеспечит ему мирную отсидку вдали от снарядов и оружия. Баки не верил в Бога. Но в плену он молил его о возможности еще хоть раз увидеть своего друга. И Джеймс не верил своим глазам и ушам, когда различил в лаборатории незнакомый силуэт, а затем услышал родной голос и смог вглядеться в самое дорогое лицо. Стив… — словно в бреду Баки повторял его имя, но самое адекватное, что он смог произнести кроме этого, было, — А я думал, что ты ниже. Баки едва не позабыл себя от счастья. Ведь Стив, его Стив пришел за ним. И ему не терпелось расспросить друга обо всем, что с тем произошло со времени их расставания. Но уже на территории союзников это опьяняющая радость исчезла. Все праздновали, все веселились, а Баки напивался. Не важно, что на него больше никто не смотрел. Важно, что все теперь смотрели на Стива. А сам Стив уделял внимание всем и каждому и порой неловко краснел, стоило ему поймать на себе взгляды Пегги. Барнс осознавал, что ведет себя по-детски глупо, постоянно огрызаясь на всех из-за странного жгучего чувства в груди. Порой он ненавидел Капитана Америку, но не мог ненавидеть Стива Роджерса и решил следовать за ним до конца. …и уже в воздухе, падая вниз, где холодный снег готов был принять его в свои смертельные объятия, Баки слегка улыбался и думал только об одном: «Не отводи от меня взгляд…»