Стихии для...

Март 2000 года. Пов. Драко

Мы вместе три месяца. Вернее почти три месяца без нескольких дней, но это не столь уж и важно. Если подводить итоги, то придётся признать, что за это время наших с Роном отношений я запутался окончательно и бесповоротно в себе, в нём, вообще в жизни. Всё, что между нами происходило, было очень простым и оттого невероятно сложным. Простым, если принять себя, своё тело, своё желание быть рядом с ним если не всегда, то хотя бы здесь и сейчас, желание открыться ему целиком, впустить его в своё сердце, в душу, сродниться… Но ничего этого я не мог себе позволить, отрицая и отталкивая, а оттого значительно усложняя простое. Никогда бы не подумал, что такой категоричный максималист Рон, каким он был в школе, будет первым предлагать компромиссы в наших ссорах. Ну, зачем он так со мной?! А ещё секс, много секса, от которого у меня окончательно сносило башню и расплавляло тело. Причём он и здесь пошёл ко мне навстречу, и согласился быть тоже снизу, когда я устроил скандал с претензиями, что он мне свою задницу не подставляет, и от этого стало только хуже. За что мне это? Почему он не может просто встать и уйти, исчезнуть из моей жизни, сорвавшись и наговорив всяких гадостей, бросить меня сам?! Я же не слепой, вижу как ему тяжело здесь, в мэноре, но почему решение о том, что мы должны расстаться он перекладывает на мои плечи? На что он надеется? Расстаться. Мне было плохо от одной мысли об этом, но дальше так продолжаться не могло, ибо у нас с отцом состоялось уже четыре беседы о наших с Роном отношениях, и с каждым разом родитель всё настойчивее требовал от меня принять решение, ибо год хоть лунный, хоть обычный не может длиться до бесконечности и наш брак давно пора было приводить к какому-то знаменателю. Я оторвался от книги, которую всё равно не читал и вызвал темпус. Десять часов сорок три минуты. Рон ещё никогда не возвращался домой так поздно. Он же только ученик, даже не подмастерье, и непонятно что его могло задержать настолько. Воображение сразу заработало не в том направлении, повесив на него сразу двух развязных девчонок, отчего мне немедленно захотелось его найти, схватить за грудки, потрясти как грушу, а потом сломать нос. Да как он смеет! Я застонал, запуская руки в волосы и признавая, что, похоже, пропал. А ведь я сам просил силы, чтобы он, наконец, принял решение меня бросить, уговаривая себя, что так будет лучше. Лучше ли? Дверь с треском распахнулась, и в спальню ввалился пьяный в дупель Ласка, размахивающий чем-то сильно напоминающим карманные часы на цепочке. Хроноворот? Откуда? Сердце сжалось от плохих предчувствий, когда мой супруг подошел ко мне нетвёрдой шатающейся походкой — как его не расщепило при аппарации в таком состоянии? — взял меня за руку и, глядя в глаза на удивление трезвым взглядом, вложил в неё хроноворот. — Марк велелел эт-то отдать тебе. — Ты был у Флинта? — прищурился я, испытывая смесь облегчения и злости. Он закивал как китайский болванчик, вызывающе улыбаясь. — Аг-га. Пили втроём за любовь. За эту грёбанную суку и стерву. Я люблю тебя, Драко… — Рон… — Всё-всё-всё! Я спать! Ну почему всё обязано быть так больно?! Я смотрел на Рона лежащего ничком на постели, думал о том, что он сегодня впервые мне признался в любви и чувствовал просто вселенскую пустоту. Мы измотали друг друга за эти три месяца настолько, что подчас мне кажется, что я готов на многое, чтобы его в моей жизни не было. Осталось только понять чем именно я готов пожертвовать. Подбросив в воздух луковицу хроноворота, я посмотрел на него и замер, узнавая. Хроноворот Повелителя воды, который можно запустить в действие только магией моей стихии. Был в роду Флинтов такой персонаж, повелевающий водной стихией, эксцентричный до крайности мужик, умерший не своей смертью. Но зачем Марк передал мне через Рона семейную реликвию? Что он этим хотел сказать? Погладив гладкую серебряную вещичку, я откинул крышку и увидел цифры: 7.05.1999г. День, когда умерла Гермиона. Шанс всё исправить? Так просто? Громко всхрапнул Рон, заставив меня почти решившегося на немедленное путешествие во времени и исправление прошлого, дёрнуться и обернуться. Вспомнилось его счастье рядом с Грейнджер, его ничем не прикрытое огромное горе, когда он чуть сам себя не сжёг в день её смерти и захотелось взвыть оборотнем на полную луну. Отпустить его навсегда… Потому что, если она выживет «нас» уже никогда не будет, даже если у них и не получится счастливая семейная жизнь. Разве не об этом я ещё недавно просил силы? Марк гений! Так просто, изящно и безжалостно поставить меня перед выбором, зная насколько я эгоистичная тварь, надо суметь. Отпустить? Для этого надо совсем немного — капля воды и спасение его женщины, спасение той, которую я называл любимой. Так мало и так много. Я захлопнул крышку хроноворота, подошёл к нашей постели, положил редкий артефакт на прикроватную тумбочку и лёг рядом с Роном, тут же облапившим меня, выдохнув в ухо. — Мой. Драко. Мой… — Нокс! И что же мне делать теперь? Что?! Как жестоко со стороны Марка делать ТАКИЕ подарки!