Save him

       Я забралась с ногами на диван и приготовилась слушать. — С чего бы начать? — раздался голос Гука. — Ну, например, с того, из-за чего ты оказался в такой ситуации. — Хорошо. Думаю это логично, — сказал Чонгук. — Тем бандитам нужна от меня информация. Тот случай, который ты видела своим даром, был не первый, когда меня пытались избить. Это продолжается уже пару месяцев. Вначале они просто угрожали, потом приходили мелкие пешки и вот, наконец-таки вылез их главарь. — Кто это был? — меня раздражало, что он говорит обобщёнными фразами. Почему нельзя называть вещи своими именами? — Не перебивай меня, или я никогда не закончу, — этот строгий взгляд, прям как у Джина, когда он рассказывал, что они ангелы. — Так, о чем это я? Ах, да, когда появился их главарь, то в дело пошло оружие. Вначале он направил на меня пистолет, при этом зная, что меня не убьет этим. Я тогда ещё не знал, что у него есть туз в рукаве. Держа пушку у моей головы, он постоянно повторял свой вопрос, я никак не реагировал. Тогда он и сделал решающий ход, он быстрым движением руки убрал пистолет от моего лба и выстрелил в одну из своих пешек.        На последнем слове, его голос сломался и он опустил голову, смахнув предательски скатившуюся слезу. Мне было его так жаль, если бы на моих глазах убили человека, я тоже бы была подавлена, но здесь ещё другое, эта боль в два, а то и три раза сильнее. Ведь он ангел, он должен оберегать людей. И не важно, что они плохие, прежде всего они люди, которые пострадали. — Ты не виноват в этом, — взяв его за руку и посмотрев в глаза, попыталась я успокоить его.        Он сжал мою руку, видимо давая понять, что услышал меня и продолжил. — После этого, я понял, что молчание приведёт только к множеству смертей. Поэтому я решил ему рассказать одну из легенд, и я так понимаю, что тебе её тоже надо рассказать, а то мне сейчас руку оторвешь, — усмехнулся он.        Я и забыла, что так и не отпустила его руки. А оттого, что я подбираюсь ближе и ближе к разгадке, волнение становилось больше, и я невольно сжимала его руку сильнее и сильнее. — Прости, — опуская руку, сказала я, — ты можешь не рассказывать, если не хочешь. — Ха- ха, уверена? Наверное, лучше рассказать, а то ведь умрёшь от любопытства, но не верь особо, это ведь всего лишь одна из легенд. Ты знаешь что-нибудь о войне ангелов и людей против демонов? — Да, мне что-то рассказывал Тэхён, — я не стала говорить, почему он решил рассказать мне об этом. — Ха, ожидаемо, — усмехнулся Чонгук. — Он, скорей всего, рассказал, что после войны, один ангел влюбился в девушку и решил остаться на земле, чтобы быть с ней, а она оказалась дочерью демона. Папаша разозлился, избил дочь и ангела, а затем оставил их умирать, но ангел отдал все свои силы через поцелуй и умер, а она потом родила от него ребенка, который стал первым охотником. Верно? — Да, именно так. — Ну, так вот, есть и другая легенда, менее романтичная. Но об этом почти нигде не упоминается, в одной или двух книгах. Начало у легенд одинаковое, в каждой была война, и ангелы понимали, что люди будут слабее, чем демоны, поэтому они отобрали семь человек, которые были чисты душой и сильны верой, и взяли с собой на небо. Это всегда было под строжайшем запретом, чтобы живые люди попадали туда, но это была крайняя мера. Они привели этих семерых к башне, где на пьедестале возвышалась, наполненная чем-то, золотая чаша. Подведя людей к этому возвышению, каждый из ангелов пролил кровь в чашу, а затем ее пустили по кругу, чтобы эти семеро избранных сделали по глотку. Внешне они никак не изменились, но внутренне их кровь смешалась с кровью ангелов, и они получили одну из их способностей, быструю регенерацию. Это лучшее, что они могли сделать для людей. И благодаря этому, война закончилась победой союза ангелов и людей. — Это мне рассказывал Тэхён, правда не так подробно, — подумала я. — Да, он не мастер запоминать детали, — видимо опять прочитал мои мысли. — Так вот. До этого момента все одинаково, но вот дальше пойдет другая история, отличающаяся от той, которую ты слышала. — Хорошо, я готова слушать, — устроившись поудобнее на диване, сказала я.       После окончания войны секрет тех семерых был раскрыт. Ангелы, пытаясь выяснить кто стоит за этим, опрашивали людей по всем барам, ну в те времена это называлось вроде-трактир, или как-то так. Вся собранная информация привела их к одному из посвящённых, молодой девушке, и без каких-либо вопросов, они забрали ее на небо, в небесный суд. — а как же доказательства или что, слухов и сплетен пьяных мужиков достаточно? — я была в бешенстве, обвинить девушку, только за то, что на нее указала парочка жирных алкашей. — Даже в наше время, небесный суд слишком суров по отношению к людям, и тогда думаю было не лучше. Ей даже слово не дали сказать в суде, просто вынесли приговор…смерть! Ей помог избежать этого наказания только ангельский врач. После оглашения приговора, он рассказал судье, что девушка беременна, и не справедливо лишать жизни не родившееся дитя. Поэтому казнь отложили, до родов. — Это не правильно! Что за суд у вас там такой, у нас даже к убийцам относятся лучше. Подумаешь, она разболтала об этой чаше, и что убивать за это надо? Бред. — Успокойся, это всего лишь одна из легенд, чего ты так принимаешь все близко к сердцу. Я могу перестать рассказывать, если тебе так это неприятно. — Ну уж нет, Рассказывай! — Хорошо, тогда слушай и не перебивай. И как, ребята смогли рассказать тебе про то, что они ангелы. Ведь наверняка это пришлось объяснять Джину, а он такого поведения терпеть не может. Как он тебя в ад не спустил, за то, что ты его перебивала? — Ну да, симпатия у нас друг к другу не ахти после того, — засмеялась я. — Представляю, я однажды перебил его, пока он читал мне нравоучительную лекцию, потом неделю висел над пропастью, в чем мать родила. — Я б посмотрела на это, — кое-как, через смех, я смогла произнести эти слова. — Так ты хочешь увидеть меня голым? Так я могу это устроить прямо сейчас. — подмигнул мне Чонгук и стал снимать футболку. — Ай, что ты делаешь, прекрати! Перестань! — я закрыла лицо руками. — Да шучу я, чего раскричалась? Можешь открывать свое милое личико. Все в рамках приличия.       Вместо того чтобы послушаться Чонгука и открыть свое лицо, я легла на диван вниз лицом, чтобы скрыть то, как оно покраснело. Мне не хотелось показываться ему в таком виде, да и не до конца я была уверена, что там все в рамках дозволенного. От этого ангела можно чего угодно ожидать. Хотя и то, что он ангел, еще не доказано, повадки у него явно демонические проклевываются постоянно. — Да чего ты прячешь лицо, будто я не видел твоего покрасневшего личика? — Я почувствовала, как его рука легла мне на поясницу. — Если ты сейчас не встанешь, я начну тебя щекотать. — Нет, не надо! — Меня будто холодной водой окатили, я моментально забыла, зачем лежала на диване, так как перспектива уворачиваться от щекотки куда хуже, чем быть осмеянной за красное лицо. — Вот и славно, — помогая мне сесть, сказал Чонгук. — Ладно, пора заканчивать. В общем, ангельский врач помогал ей во время беременности, а когда пришло время рожать, он совершил самый большой грех и одновременно самый лучший поступок для ангела. Он объявил всем представителям суда, что ребенок родился мертвым, а девушка умерла при родах. Те, от небольшого ума, проверять это не стали, даже тел не потребовали, просто смирились с этим фактом. После этого врач и эта посвященная украли чашу, а затем, отказавшись от своих крыльев, ангел спустился на землю вместе с ней и ребенком, и жили они долго и счастливо. Конец. — А что было дальше, разве чашу эту не искали? И зачем она им вообще нужна была? — В чаше много силы, попади она не в те руки и все. Они украли ее, чтобы защитить. — От кого? — спросила я. — Я и сам хотел бы это знать, но на этом заканчивается легенда, и больше нет никаких упоминаний о чаше. — вздохнул Чонгук. — Хорошо, так ты рассказал тому мерзавцу, где находится чаша? Ведь ему нужна именно она, так? — А ты сообразительный ребенок, — потрепал он меня по голове. — Он что, от моего брата этим, что ли заразился? — подумала я. — Я рассказал ему, что она уже потеряна многие века, и никто не знает где ее искать. Вот тогда-то он и направил на меня своих пешек, и происходила все то, что ты, к сожалению, видела. Так как не поверил мне. — Но кто это все-таки был? Мне так и не удалось увидеть лица, это ведь ты помешал? — Да, это я мешал и тысячу раз повторял, чтобы ты оставила это дело, что не надо тебе знать. Я сам разберусь в этом, а Марк мне поможет. — Но я тоже хочу помочь! И, кстати, как ты вообще познакомился с Марком? — Его я знаю, столько же, сколько и тебя. Он ведь всегда был рядом с тобой, а в эту историю, он втянут чисто случайно. Он проходил мимо этих заброшенных зданий и увидел в арке между ними, толпу людей, стоящих вокруг лежащего на земле человека, а один из стоящих еще и ножом замахивался. Ну, он решил, что шум их спугнет, поэтому врубил музыку и начал танцевать недалеко от этих зданий, чтобы они его видели. И это помогло, они ушли. А он дотащил меня до ближайшего отеля, и все это время заботился обо мне. — Но он же должен был быть в другом городе, когда это произошло. — Я прилетел раньше, хотел сделать тебе сюрприз, но получилось вот так вот. Поэтому я сказал, что еще в Америке, — войдя в комнату, сказал брат. — Так значит, ты мне еще тогда начал врать? — я понимала, что он хорошо поступил, спас Чонгука, но мне было обидно, что он скрывал от меня это. У нас никогда не было друг от друга секретов. — А чтобы изменилось, если бы он тебе сразу рассказал? — на этот раз, честь моего брата решил защитить Тэхён. — Я бы помогла ему и Чонгуку. — Айщ, эта девчонка. Марк, как ты с ней справляешься? Она вообще не слушает, — сказал Чонгук. — Назовите мне хоть одну причину, почему я не должна в это ввязываться? — сложила я руки на груди, злость во мне все набирала и набирала обороты. — Потому что ты можешь пострадать, — одновременно ответили они. Как будто заранее отрепетировали этот ответ. — Вы тоже можете пострадать и что? — не унималась я. — А то, что я твой ангел хранитель и должен тебя защищать, он, — Чон указал пальцем на Марка, — твой брат, и тоже должен тебя оберегать. Так что это вполне естественно, что мы не хотим, чтобы ты впутывалась в это. — Зачем кричать то, я не глухая. — А похоже, как раз наоборот. Ты меня вообще не слышишь. Знаешь, как тяжело мне было, с этими всеми ранами устанавливать барьеры, приходить к тебе во сны и пытаться отговорить от затеи узнать правду? Искать и следить за тобой, чтобы ты ничего не натворила, когда увидела Марка на том заброшенном месте, отдавать часть своей силы, которой у меня, итак, почти не было. Ты даже записку мою проигнорировала! — с каждым словом он все ближе подходил ко мне, а на последних словах вообще обнял, — ты не представляешь, как я боялся, что ты начнешь разбираться в этом деле и пострадаешь. Я был готов умереть, если бы это помогло остановить тебя от расследований.        Мне было так уютно и тепло в его объятиях, мне так нравится его забота, которую он проявлял ко мне все это время. Головой я конечно понимаю, что это из-за обязанностей хранителя, но сердцем я надеялась, что хоть немножко нравлюсь ему. — Прости, — я прижалась к нему сильнее. Мне было все равно что за спиной стоит брат и Тэхён, я делала то, что шептало мне сердце. — Надо было сказать ребятам, что ты жив. Ведь я погрузилась в это дело с головой, чтобы помочь им найти тебя. — Я не хотел никого впутывать. Да и не сильно я общался с ними последние пару месяцев, только Тэхён и Хосок-хён, меня понимали, — он приподнял голову и посмотрел за мою спину, видимо на Тэ, — но первый не умеет хранить секреты, а второй знает небольшую часть, поэтому хотел выяснить с твоей помощью детали. — Кто это не умеет хранить секреты? — возмущению Тэхёна не была предела. Мы дружно с Чоном засмеялись. — Ладно, теперь ты знаешь, что я жив и даже знаешь больше, чем хён. Так что держи язык за зубами, — выпуская меня из объятий, сказал ему Чон. — Хорошо, но мы должны позвать Хосока сюда, он как раз должен быть в доме Джина, чтобы узнать побольше о кинжале, которым тебе нанесли такие повреждения, может он успел выяснить что-нибудь. — А я уже здесь, и звать меня не надо, — входя в комнату, сказал Хосок.

И как он это делает?

— Хён, ты как здесь оказался? — Чонгук тоже был удивлен, это хорошо, значит, не одна я не понимаю, как он сюда попал. — Притащил сюда, моего подзащитного и еще удивляешься? — усмехнулся он. — А точно, я все забываю, что он теперь под твоей защитой. — Так ты его ангел хранитель? Ничего себе. А может кто-то из вас и моих маму с папой охраняет? — За твоим отцом должен присматривать Чимин, — как-то нехотя и со злостью сказал Чон, надо будет спросить, что у него с Чимином. Ведь тот так пытался его найти, а он так холодно о нем отзывается. — А я теперь присматриваю за твоей мамой, — улыбаясь, сказал Тэ. — А почему теперь, раньше был не ты? — Раньше было наоборот, Тэ присматривал за твоим братом, а хён за твоей мамой. Но Тэ был ближе образ жизни твоей мамы, а Хосок-хён постоянно сбегал смотреть на выступления твоего брата и разучивал движения, вот поэтому они и решили поменяться. Так больше пользы. — Приятно видеть тебя лицом к лицу, — протянул мой брат руку Хосоку. — О, взаимно. Ты крутой танцор, — пожал он руку в ответ. — Я большую часть слышал, так что повторять мне всю историю не надо. Про кинжал, я ничего нового не узнал, только то, что говорила Мэри. — Ну он, сейчас и не важен, раз вы знаете все, я должен рассказать вам то, что выяснил. Марк, ты не мог бы…? — он не стал договаривать до конца предложение, потому что брат понял, чего он от него хотел Чонгук, да и я тоже. — Но я могу помочь, пожалуйста. — кричала я, пока брат уводил меня из этого дома. — Когда все разрешится, я тебе обязательно все раскрою, — успел сказать мне Чон, пока я не скрылась за дверью.