Ты мой

   Хосок шёл по бесконечно длинному и тёмному коридору. Он не слышал звука своих шагов, не чувствовал никаких запахов. Совсем ничего. Вокруг лишь обволакивающая темнота коридора и тусклый свет где-то впереди. Сколько он шёл? Час? День? Год? Парень совсем потерял счёт времени. Он хотел начать считать удары своего сердца, чтобы не сойти с ума, но в груди было пугающе тихо.    Хосок резко остановился, на несколько секунд прикрыв глаза. В голове творился настоящий хаос. Он, наверное, должен был ощутить сильную головную боль от бесконечных мыслительных операций, но совершенно ничего не чувствовал. Парень в панике развернулся и побежал в обратном направлении, но... Снова увидел тусклый свет впереди, будто коридор повернулся вместе с ним. Что за чертовщина?    — Ну и куда ты собрался сбежать отсюда, наивный? — раздался приятный, с насмешливыми нотками, голос где-то над ухом. Хосок покрутил головой, но в тёмном коридоре он был совершенно один. Наверное, всё же сошёл с ума. — Не беспокойся, ты вполне в здравом уме и трезвой памяти. Теперь, — коридор заполнил заливистый смех.    Хосок до сих пор пребывал в глубоком шоке и неведении. Слишком много вопросов крутилось в голове, но ответов не было. Заслушавшись непонятно откуда доносившимся смехом, парень не сразу заметил, что перед ним откуда ни возьмись появилась белоснежная дверь. Странно, что ручки не было, поэтому Шину пришлось толкнуть дверь рукой, отчего она легко подалась вперёд и открылась, впуская его в светлую комнату. Казалось, что у помещения нет ни стен, ни потолка, ни пола. После коридора, давящего своей непроглядной тьмой, находиться здесь было гораздо спокойнее и... безопаснее?    Взгляд тут же остановился на незнакомце, который стоял спиной к двери, засунув руки в карманы брюк. Одет он был во всё чёрное, отчего резко контрастировал с белым фоном помещения. Хосок пробежался по нему взглядом и посмотрел на его небрежно растрёпанные волосы нежно-персикового цвета. Парень отчего-то был уверен, что на ощупь они очень мягкие и пахнут необыкновенно сладко.    Незнакомец слегка повернул голову, посмотрев на Хосока через плечо, и хитро прищурил глаза. Он изящно повернулся на сто восемьдесят градусов на одних носках и склонил голову на бок, окинув стоящего перед ним парня заинтересованным взглядом.    — Ты удивительный, — внезапно выдал незнакомец, криво улыбнувшись. — Все начинают паниковать уже после пары минут блуждания по коридору, а ты шёл семь часов, десять минут и девять секунд. О чём же ты думал, Шин Хосок? — парень медленно двинулся к нему, не прерывая зрительного контакта.    Хосок не слышал ни одного звука, запаха, ничего не чувствовал — ровно до того момента, как оказался в этом светлом помещении, но теперь... Он отчётливо различал звук невесомых шагов направляющегося к нему парня, лёгкий шорох его одежды. Втянув носом воздух, чтобы немного прийти в себя, Шин ощутил тонкий сладковатый аромат.    — Я ничего не чувствовал. Совсем ничего. Было так спокойно, темнота будто обволакивала меня со всех сторон. Но я не понимал, куда иду и зачем, а когда осознал, что не чувствую биения сердца, тогда немного запаниковал, — на одном дыхании выпалил Хосок, снова жадно вдохнув сладкий запах. — Но здесь почему-то всё не так. Я слышу и чувствую, только... Сердце по-прежнему не бьётся.    — Забавный, — незнакомец хихикнул, старательно подавляя улыбку. — А ты не задумывался, где ты и почему тут оказался?    — Я... — начал было Шин, но замолк, слегка расширив глаза.    — Не пугайся ты так. Да, ты умер. Но это не так уж и страшно, — парень с персиковыми волосами широко улыбнулся и похрустел костяшками пальцев. — Пока ты не начал задавать мне вопросы, я всё проясню. Ты умер. Это свершившийся факт, смирись с этим. Поэтому ты ничего и не чувствовал, не слышал, да и сердце твоё навсегда замолчало. Но сейчас всё не так, потому что это в моей власти. Я могу воскресить тебя. Могу дать тебе шанс сохранить свою жизнь, исправить ошибки, что ты совершил, угодив сюда.    — Неужели просто так вернёшь меня к жизни? — с сомнением спросил Хосок, внимательно вглядываясь в тёмные глаза незнакомца. Тот фыркнул, криво улыбнувшись.    — Я слишком много потеряю, если просто так это сделаю. Я дам тебе что-то типа... ммм... миссий. Если провалишь хоть одну — потеряешь свой шанс.    — И что со мной тогда будет? Я попаду в ад?    — Хуже. Твоя душа будет принадлежать мне. У тебя не будет больше шанса переродиться, упокоиться с миром. Ты будешь моим, — незнакомец понизил голос до шёпота, отчего по позвоночнику Хосока пробежали мурашки.    Хочет ли Шин пойти на такой риск, чтобы попытаться вернуться к жизни? Конечно нет. Это глупо. Никто в здравом уме на такое не пойдёт. Или...    — Так что?    — Я согласен.    //    Оба парня очутились на ночной улице, слабо освещённой тусклым светом фонаря, лампочка которого то и дело мерцала, готовая испустить последний дух. После той пустоты, что Хосок ощущал последнее время, на него хлынул поток ощущений. Он чувствовал приятный прохладный ветерок, от которого по коже бегала стайка мурашек. Маленькие капельки дождя невесомо падали с неба, оседая на одежде и волосах двух парней.    — Для начала, думаю, нужно провести небольшой инструктаж, — спокойно сказал спутник Шина, стоя немного позади. — Можешь звать меня Кихёном, инструктором, учителем. Как хочешь, мне всё равно. Ты должен внимательно слушать мои объяснения, но и не слишком мне доверять. Как ни крути, но в моих интересах будет сделать так, чтобы ты провалил миссии...    Последние слова он прошептал совсем тихо. По коже Хосока вновь пробежали мурашки, но на этот раз не от холодного ветра. Кихён. Да, это имя ему нравилось. Шину казалось, что оно подходит парню больше всего. Он хотел позвать его по имени, которое было до сих пор неизвестно, но тот снова заговорил.    — Как известно, чтобы что-то получить, нужно отдать что-то взамен. В твоём случае тебе, чтобы сохранить свою жизнь, нужно спасти несколько чужих жизней, вклиниться в ход событий, изменить будущее и спасти несчастных от смерти. Или, во всяком случае, отсрочить её. Можешь делать что угодно, притвориться кем угодно, но люди должны сами изменить своё решение и тем самым спасти себя.    — Значит, если у меня не получится, я провалю миссию? — Хосок судорожно вдохнул, смотря вперёд и ощущая на шее чужое горячее дыхание.    — Именно. Твою первую миссию зовут Ли Минхёк. Через минуту он придёт сюда, в этот криминальный район, чтобы купить наркотики. Ты не должен этого допустить.    — Если он не получит их сейчас, что помешает ему сделать это потом? — спросил Хосок. Он понятия не имел, что сделать, чтобы заставить передумать этого Минхёка. Единственное, о чём Шин мог сейчас думать, так это о Кихёне, который стоял за спиной, едва касаясь его. Хосок и сам понять не мог, почему именно, но это чертовски отвлекало.    — На днях должна приехать его проницательная сестра-медик, которая способна отправить его в лечебницу. Он ещё может пройти курс реабилитации и вылечиться от своей зависимости, так как наркотики он пробовал лишь один раз с друзьями. Но эти наркотики не лучшего качества, потому что у начинающего наркомана не так уж и много средств, — тихо усмехнулся Кихён и прикоснулся рукой к спине Хосока, слегка подтолкнув его вперёд. — Действуй.    Шин успел жадно вдохнуть сладковатый аромат, витавший рядом с Кихёном, перед тем как парень растворился в воздухе, как будто его тут и не было. В этот момент из-за поворота появилась тёмная фигура человека, лицо которого было скрыто капюшоном. Срочно нужно было что-то придумать, иначе он провалит миссию, не успев даже начать. Так. Раз сестра Минхёка приедет только через несколько дней, значит, нужно сделать что-то такое, что не позволит этому Ли купить наркотики в ближайшие дни. Что же сделать? Не может же он просто огреть его по голове? Как заставить его передумать?    Хосок направился к Минхёку, судорожно пытаясь продумать план действий. Схватившись за живот и слегка подрагивая, Шин тоже накинул на голову капюшон и направился навстречу парню. Когда Минхёк оказался совсем рядом, Хосок почти упал, схватившись за несчастного, который смачно выругался и попытался оттолкнуть незнакомца.    — У вас... не будет... телефона... чтобы... позвонить... — выдавил Хосок, сплюнув на землю неизвестно откуда взявшуюся кровь. Но это оказалось как нельзя вовремя. Минхёк расширил глаза и сильно растерялся, застыв в нерешительности. Помочь или уйти? Сложный выбор. Сам Шин поймал себя на мысли, что, скорее всего, оттолкнул бы себя и ушёл. — Пожалуйста... я...    — Л-ладно. Только быстро! Я спешу, — Минхёк состроил недовольную гримасу и протянул незнакомцу свой мобильный.    Хосок тут же опустился на землю, разблокировав телефон. Парень сделал шаг в сторону, но всё же не сводил с него взгляда. Думает, что он в таком состоянии сможет куда-то сбежать с его дешёвым телефоном? Или переживает, что он сейчас окочурится тут и смерть повесят на него? Забавный малый. И зачем только связался с наркотой? Шин быстро просмотрел контакты, пробежавшись взглядом по именам, а после набрал номер полиции.    — Полицейское отделение Сеула. Диспетчер Сон Хёну слушает.    Хосок попытался что-то сказать, но вновь закашлялся кровью и выронил телефон.    — Эй! Снова кровь. Не вздумай умирать! Не хватало, чтобы меня посадили за убийство человека! — взвизгнул Минхёк, подскочив к нему. Шин сбросил вызов. Этого должно хватить, чтобы приехал наряд полиции. Но на всякий случай нужно было подстраховаться.    — Чёрт... этот парень какой-то палёный товар поставил... Я... Помоги мне... вызови скорую... — Хосок ухватился за штанину Минхёка, заметив, как лицо парня вытянулось от удивления. Отлично, значит, он попал в цель.    — Ты... знаешь Чжухона? Ты тоже... — Минхёк замолчал, прикусив губу.    — Ха... Ты сейчас шёл на встречу с ним?... А по тебе и не скажешь... что тоже на... наркотиках сидишь... Я... — Хосок упал на землю, слегка задрожав. Он не знал, как должны вести себя наркоманы при передозе, но, видимо, на Минхёка и такое зрелище произвело впечатление.    — Прости, я... Вызову скорую, но... — раздался звук сирены полицейской машины, и парень расширил глаза. Он бросил почти жалобный взгляд на лежащего на земле парня, но в следующий момент развернулся и побежал по улице, завернув в первый же переулок.    Хосок глубоко вздохнул, переведя дыхание и прикрыв глаза. Он лишь надеялся, что это хоть как-то повлияет на Минхёка. Если честно, Шин даже забыл, что это миссия. Когда Хосок увидел, что этот паренёк не такой уж и плохой, каким старался казаться, ему искренне захотелось помочь ему. В записной книжке у него были такие контакты, как «сестрёнка», «мамуля», «бабуля». Глупый. Ему есть о ком заботиться, а он ерундой страдает с не самой лучшей, по всей видимости, компанией. Хосок очень хотел, чтобы Минхёка вся произошедшая ситуация хоть чему-то полезному научила.    Совсем рядом раздались хлопки и восторженный заливистый смех. Шин повернул голову и не смог сдержать улыбки, увидев радостного Кихёна. Тот продолжал хлопать в ладоши, словно только что досмотрел потрясающую постановку в театре. Хосок смотрел и никак не мог насмотреться на него, пытаясь запомнить и насладиться каждой чёрточкой, каждым жестом.    — Я справился? — тихо спросил Шин, глубоко втянув сладкий полюбившийся аромат.    — Как бы мне ни хотелось этого признавать, но да! Ты справился! За все сотни лет меня никто так не радовал. Ты потрясающе всё провернул! Было множество вариантов, но всё сложилось донельзя отлично! — восторженно всплеснул руками Кихён, слегка подпрыгнув на месте, отчего его персиковые волосы разметались ещё сильнее. Хосок счастливо улыбнулся, не отводя от него взгляда. Сколько ещё миссий ему нужно выполнить? Нет, не так. На протяжении скольких миссий он сможет видеть Кихёна?    //    Внезапно они очутились в совершенно другом районе города. Улицы были чистые, просторные и хорошо освещённые. Хосок сразу же узнал это место. Он жил в этом доме. В том самом доме, перед которым они с Кихёном сейчас стояли. Неужели ему нужно будет спасти кого-то из своей семьи? Но... он сразу провалит миссию, потому как его узнают. Да и как отреагируют люди, увидев знакомого, который уже умер?    Кихён заметил удивление и растерянность Шина и ободряюще улыбнулся, похлопав его по плечу и покачав головой.    — Чего ты так распереживался? Ты будешь спасать не членов своей семьи, расслабься. Да если бы и так, это бы ничего не изменило. Ты можешь принять любой облик, чтобы разыграть очередной спектакль.    Хосок облегчённо выдохнул и посмотрел на окна своей квартиры.    — Скучаешь по дому? — тихо спросил Кихён, засунув руки в карманы брюк. Шин внимательно посмотрел на парня, но тот не отрывал взгляда от окон на третьем этаже. Ещё несколько минут назад он радостно смеялся, и Хосок не мог налюбоваться его ямочками на щеках. Но сейчас Кихён выглядел как-то иначе. Ни тени улыбки и задора в глазах, губы слегка поджаты, а на лбу — напряжённая морщинка.    — Можно вопрос?    — Лучше молчи. Спросишь после миссии, если справишься, я отвечу на всё, — фыркнул Кихён и раздражённо мотнул головой. — Итак. Твою миссию зовут Чхве Йевон. Девочка пятнадцати лет, которая страдает от жестокого обращения своего приёмного отца. Её мама ничего не замечает, так как он никак не проявляет при ней жестокость к ребёнку, а запуганная девочка всё скрывает. Думаю, тебе должно быть всё известно, так как это твои соседи из девяносто седьмой квартиры, — больше не сказав ни слова, Кихён растворился в воздухе.    Шин тяжело вздохнул и потёр переносицу. И что теперь? Он и при жизни пытался поговорить с мамой девочки, но она ничего и слушать не хотела. Весь дом уже был в курсе происходящего, но только не она. Ведь невозможно настолько любить человека, чтобы не замечать очевидного... Да и Хосок не был уверен, что она его вообще любит.    Он направился к подъезду и сел на лавочку, ожидая прихода мамы Йевон. На самом деле Шин понятия не имел, что делать. В том тёмном коридоре, по которому он долго блуждал, не было так пусто, как сейчас в его голове. Что же делать? Чёрт. Ещё и Кихён своим поведением заставил всё внутри перевернуться, отчего не получалось, как говорится, собрать мысли в кучку. Каждая новая мысль неизбежно приводила к воспоминаниям о Кихёне.    Вскоре он увидел идущую в его направлении маму Йевон. Переведя дыхание, Хосок встал и, когда она подошла, слегка поклонился женщине.    — Здравствуйте, я Кан Джихён из органов опеки и попечительства. Поступило множество звонков от ваших соседей о том, что ваш муж жестоко обращается с вашей дочерью. Мы не могли проигнорировать все эти просьбы разобраться, поэтому я здесь, — Хосок незаметно сглотнул от волнения. Его голос прозвучал совсем незнакомо, по-чужому. Он не знал, поможет ли то, что он сейчас был в образе женщины из органов опеки, но почему-то был уверен, что именно женщина вызовет больше доверия в данной ситуации.    — Что?.. Мы не нуждаемся в вашей помощи, у нас в семье всё хорошо, — женщина отрицательно помотала головой и слегка поджала губы.    — Вы ведь и сами не уверены в этом. Давайте просто поговорим, хорошо? Можете не переживать, я не собираюсь забирать у вас вашего ребёнка. Я сама мать и могу вас понять. Я хочу помочь вам, — Хосок кивнул на лавочку, пригласив присесть. Женщина, немного поколебавшись, всё же опустилась на предложенное место, а Шин устроился рядом.    — Я совершенно не понимаю, с чего вдруг поползли такие слухи. Мы дружная и счастливая семья. Но... ведь у всех бывают трудности, верно? — мама Йевон тяжело вздохнула, положив ногу на ногу. Хосок внимательно наблюдал за своей собеседницей и тут же последовал её примеру, стараясь как можно элегантнее закинуть ногу на ногу. Чёрт.    — Какого рода трудности в вашей семье?    — Понимаете, сейчас зарплаты урезают, налоги повышают. Муж вообще потерял работу и сейчас не может найти другую. Может, от этого он в последнее время стал каким-то нервным, раздражённым. Потом поползли эти самые слухи. Я работаю сейчас за всю семью, а тут мне ещё и соседи начали говорить, что слышали, как муж бьёт дочку. Меня это очень выводило из себя. Йевон ни о чём подобном мне никогда не говорила, а ведь мы с ней достаточно близки. Я... — женщина судорожно вздохнула, сдерживая слёзы. — Поймите, что из-за всей этой ситуации я просто не могу уже сохранять спокойствие.    — Может быть, дочка просто боится вам рассказать? Может, муж её запугал? — Шин осторожно погладил женщину по плечу.    — Она бы мне рассказала. Сейчас она занята учёбой, многочисленными кружками. Мы с ней в последнее время не так часто пересекаемся. Когда я прихожу, она уже спит, а когда ухожу, то ещё спит. Боже, неужели такое и правда может быть? — тут уж женщина всхлипнула и прикрыла рот ладошкой.    — Но вы ведь мать. В такой ситуации только вы можете разрешить эту проблему и спасти дочку.    — Что значит спасти? — мама Йевон испуганно посмотрела на свою собеседницу.    — Как показывает практика, в таких семейных ситуациях дети не выдерживают и могут наложить на себя руки, чтобы прекратить то, с чем они не могут справиться. Поэтому я и пришла. Я не хочу, чтобы эту статистику подтвердила и ваша семья. Ещё не так поздно, понимаете? — Шин мягко улыбнулся и заботливо вытер слёзы с щёк женщины.    — Может, позвонить Йевон, чтобы она спустилась сюда? Мы поговорим, всё обсудим. Вы поможете нам, — она с надеждой заглянула в глаза Шину.    — Не думаю, что это будет хорошим решением. Если так, муж может что-то заподозрить. Знаете, я дам вам совет. Сейчас идите домой и не подавайте виду. Лучше не пытайтесь что-то обсудить с дочкой дома, ладно? Я переживаю, что ваш муж может вспылить и причинить вам обеим вред. Напишите Йевон записку, чтобы после школы она не приходила домой, а приехала к вам на работу, и тогда уже поговорите с ней. Если все подозрения окажутся правдой, тогда вам лучше пожить какое-то время у родственников и друзей. Может...    — Если всё окажется правдой, тогда я обращусь к своему бывшему мужу. Он поможет нам. Он любит Йевон, но... после того как я вышла замуж за нынешнего мужа, они перестали встречаться. Муж был категорически против, из-за этого встречи дочки и бывшего мужа сократились до одного-двух раз в месяц, — женщина вздохнула.    — Ну вот! Видите, не такая уж и безвыходная ситуация. В моей практике были случаи и похуже. Знаете... Вот мой номер, позвоните мне, когда всё разрешится, хорошо?    — Спасибо вам, Кан Джихён, — женщина взяла визитку и крепко обняла Шина напоследок. — Я обязательно вам всё сообщу. Как же мне повезло, что я вас встретила. Другие сотрудники, наверное, забрали бы мою девочку и даже глазом не моргнули. Спасибо вам. Спасибо.    Хосок с улыбкой проводил взглядом женщину. Внутри стало так тепло и спокойно. Означает ли это благополучный исход? Почему-то он был уверен, что у этой семьи всё наладится. С Йевон теперь всё будет хорошо, а мама впредь будет более внимательна. Да. Так всё и будет.    — Молодец, — раздался рядом голос Кихёна. Но Хосок почувствовал его присутствие ещё раньше. Сладкий аромат с потрохами выдавал его.    — У них ведь всё наладится?    — Конечно. Им ведь очень повезло встретить такую необыкновенную душу, как ты.    Хосок повернул голову и встретился взглядом с Кихёном. Он смотрел так пристально, словно видел его насквозь, отчего мурашки бежали по телу.    — Я хотел спросить. Если я пройду миссию... Мы больше никогда не увидимся? — выдохнул Шин.    — Я тебе больше скажу. В этом случае ты забудешь всё, что произошло после твоего происшествия. Ничегошеньки не вспомнишь. Продолжишь жить как жил, — Кихён фыркнул, слегка раздражённо мотнув головой.    — Ты не хочешь этого?    — Главное — чего хочешь ты. У тебя осталась последняя миссия. Решать тебе.    //    Хосок открыл глаза и очутился в центре бушующей толпы, а в нос ударил запах бензина и жжёной резины. Голова кружилась от алкоголя, но ему помогал устоять на ногах мотоцикл, на который он опирался.    Неужели... Последняя миссия — это... он? Спасти свою жизнь? Да это же проще простого!    Не успев как следует подумать, Хосок по привычке взобрался на свой любимый мотоцикл. Толпа вокруг закричала с удвоенной силой. В воздух взметнулся флаг, и Шин сорвался с места на своём железном коне, как и десяток таких же отчаянных гонщиков, как и он.    «Спасти свою жизнь».    Хосок прибавил скорость. Глубоко вдохнув, он почувствовал знакомый сладкий аромат, отчего улыбка сама собой появилась на его губах.    «Главное — чего хочешь ты. Решать тебе».    Шин прибавил скорость. Все гонщики повернули направо, следуя подготовленному маршруту, но он полетел прямо. Прямо с обрыва.    //    Медленно, но верно сознание возвращалось. Голову буквально разрывало от боли, а монотонный писк медицинского аппарата делал только хуже. Слегка пошевелившись, Шин поморщился; всё тело заныло от боли, а нога и рука были скованы чем-то твёрдым и не только болели, но ещё и чесались. Но... Стоп... Хосок замер, вслушиваясь в размеренное биение своего сердца. Но ведь он умер. Он снова умер. Почему же сердце бьётся? Нет! Он хотел, чтобы оно навсегда остановилось! Он сделал свой выбор, так почему же...    Шин медленно приоткрыл глаза, и его взгляд тут же упал на растрёпанную макушку персикового цвета. Сердце пропустило удар, а он в это время жадно вдохнул сладкий и такой любимый аромат. Кихён. Он стоял спиной к нему, одетый в белый врачебный халат и держа в руке какую-то папку.    — Доктор Ю, он точно поправится? Если вы скрываете от меня состояние моего сына, то... — раздался взволнованный голос мамы, которая едва сдерживала рыдания.    — Не переживайте, пожалуйста. Вашего сына, конечно, потрепала судьба, но угрозы для жизни нет. Он поправится и будет как новенький! Даже шрамов не останется, — заверил её Кихён. В мягком голосе отчётливо слышалось веселье. Хосок слегка улыбнулся, вспомнив его необычные и невероятно очаровательные ямочки.    — Доктор, спасибо вам. Спасибо. Вы спасли моего сына. Спасибо, — мама крепко обняла доктора, словно это он её сын, а не Хосок. Даже ревность кольнула. Только... Шин уже не понимал, кого он больше ревнует.    — Всегда рад помочь хорошим людям, — Кихён тепло обнял женщину в ответ.    — Я приду завтра. Спасибо вам, доктор. Спасибо. Вы спасли его. Спасли. Спасибо, — мама продолжала благодарить, уже отдаляясь от палаты. Словно уже не доктора благодарила, а небеса.    Кихён закрыл дверь и повернулся к больничной койке, посмотрев на лежащего на ней парня.    — Конечно, я тебя спас. А знаешь, почему я это сделал, Шин Хосок? — парень подошёл к кровати и склонился над ним. — Потому что твоя душа теперь моя. Ты мой.