Музыка моей души

— Это уже невыносимо, — заявила я, делая глоток свежезаваренного кофе. — Что такое? — спросила Юн ХеРа. — Мне вчера такая гадость привиделась. Я пересказала о том, что вчера увидела в студии. А если быть точной, то, что мне привиделось во время записи песни. Лицо сестры постепенно вытягивалось, она даже свой любимый напиток отставила в сторону. — Тебе нельзя работать с другими, — заключила она, когда я закончила свою неприятнейшую историю. — А сегодня ночью, я охотилась на Квон ДжиЁна. — То есть? — ХеРа напряглась. В ее голове мелькнул закон не позволяющий охотиться на кровососов. Строки из контракта. — Расслабься, — иронично произнесла я, — это был только сон, но я бы с удовольствием этому мудаку вонзила осиновый кол прям в сердце. Кузена нервно засмеялась. Как-то не здорово она реагирует на мои слова. Неужто у нее появилось понимание к кровожадным вампирам? А в том, что эта пятерка убивала, нет не малейшего сомнения. Просто так кланы не организовывают. Раздался стук в дверь, мы словно по команде перевели взгляд на вход в студию. В проеме появился Сынри. На его лице играла дружелюбная улыбка, глаза его сегодня были голубыми, похоже примиряет новый образ для камбэка. Ему безумно шло, я снова словила себя на мысли, вот если бы он был человеком… — Неужели Теян тебя отпустил? — Сынри удивленно смотрел на мою сестру. — У него там какие-то дела, — ХеРа пожала плечами. — Ну, что ж, — блондин развел руками, а затем перевел взгляд на меня, серьезным голосом заявил, — я к тебе. У меня есть текст, но нет музыки. — Обратись к господину Квону, — я нахмурилась. Такое ощущение, что они знают, как я чувствую себя рядом с ними, поэтому пытаются довести меня до предела. Я и так уже на грани. Просто мечтаю вонзить ему в сердце осиновый кол, ну, или хотя бы выпустить пару серебряных пуль. — Он сейчас работает над другой песней, — а потом, помолчав, добавил, — ты так хорошо справилась с прошлой песней. — Оставь текст. Сестра удалилась сразу после того, как вышел голубоглазый вампир. Кажется, Теян снова принялся ее тиранить. Быстро пробежала глазами по строкам. У этого парня определенно талант. Последняя мысль далась мне особенно тяжело, ненавижу признавать, что кто-то из этих может быть в чем-то, кроме высасывания крови, хорош. Я вертела в голове душераздирающие строки. В мыслях зарождается мелодия, текст должен отлично лечь на нее. Я села за синтезатор, воплощая свои задумки в реальность. Я не ошиблась, слова действительно как нельзя, кстати, легли на мелодию. Все было так гармонично, будто это все сделал один человек. «Все готово, забирай» — отправила я сообщение Сынри. Ответ пришел минут через пятнадцать: «Зайду в течение часа». Я вдруг почувствовала жуткую усталость. Раз он сказал в течение часа придет, то судя по их пунктуальности, значит часа через два-три. Если я немного полежу, ничего не случится. Умостившись поудобнее, включила любимую группу на своем мп3. Приятные голоса напевали незамысловатые тексты в наушниках. Я всегда слушала их во время усталости, расслабляет, успокаивает. Я и не заметила, как погрузилась в сон. Я не знаю, сколько проспала, сладко потянувшись, открыла глаза. Первое что я увидела — голубоглазый блондин. Я непонимающе быстро заморгала, но видение не исчезло. Резко подхватившись, я, наконец, осознала, что моя голова во время сна покоилась на его худощавых ляжках. — Я не хотел тебя напугать, — скромно потупив взор, сказал Сынри извиняющимся тоном. — Ты давно здесь? — напряженно спросила я. — Чуть больше часа, — в ход пошла белоснежная улыбка. — Почему не разбудил? — я начала поправлять прическу, которая сейчас выглядела ужасно. — Ты такая милая, когда спишь. Мои щеки вспыхнули румянцем. Я приложила холодные ладони. Собравшись с мыслями, я направилась к своему рабочему столу, где были записи с нотами. Я передала их своему новому знакомому, тот с умным лицом рассматривал нотные записи, а потом, похоже, пытался прикинуть, как же это должно звучать. — Это песня для нашей группы, поэтому, мне следует это показать Джи, — он тяжело вздохнул, когда увидел разочарование на моем лице, развел руками, — ничего поделать не могу. Сообщу о его вердикте. Вчера Сынри так ничего и не сообщил. Сегодня уже большая часть моего рабочего дня прошла, но от него по-прежнему ничего. Похоже великий Квон ДжиЁн счел мою музыку не достойной его прекрасной группы, а сам блондин просто не хочет меня расстраивать. Карандаш который я вертела в своих руках треснул на две части. От неожиданного противного хруста я вздрогнула. «Теян, Джи, Сынри идут к тебе, они в скверном настроении. Я за виски. Крепись» — сообщение от сестры. И действительно через минут пять ко мне в студию вошли трое парней. Располагаясь как у себя дома, они заняли удобные для них места. Я внутренне вся напряглась, какого черта они приперлись сюда без приглашения или хотя бы предупреждения. — Мы по делу, — Джи был действительно серьезен, — я просмотрел то, что ты написала. После этого повисла гробовая тишина. Я насторожилась. Чего это он выдерживает театральную паузу? Подбирает побольше гнусных выражений? Я уже подготовилась достойно перенести все его нападки, и отряхнуться от помоев которые полетят в мою сторону. — Мне понравилось, — наконец сообщил Джи. Понравилось? Я, кажется, забыла, как дышать. С чего бы это? Это действительно было странно слышать. Еще недавно он на весь кабинет орал, что жалкие людишки не способны делать что-то хорошо, а женщины так и вовсе бесполезные существа. Сегодня же он вполне спокойно произнес это. — Но, — конечно должно было быть «но», как без этого? Сейчас перекроит всю песню, — есть пару моментов, я вижу их по-другому. Он передал мне листок с исправленными моментами. Я пробежала глазами, представляя, как это будет звучать, но все никак в воображении не складывалось. В голове не укладывалось столь странное сочетание. Я прошла к своему синтезатору, что бы попробовать сыграть эту ересь. «Ересь» оказалась к моему огромному удивлению и разочарованию действительно удивительным сочетанием. — Это действительно звучит лучше, чем в моем варианте, — с неохотой признала я. — А я что говорил, — ДжиЁн самодовольно усмехнулся, а потом устремил взгляд на вход. Дверь открылась и показалась Юн ХеРа с двумя пакетами набитыми доверху. Теян подорвался, излишне резко, не естественно для человека, но потом, очнувшись, стал передвигаться медленнее. Он взял пакеты из рук своего менеджера. Моя челюсть опустилась поздороваться с паркетом. Сестра, словив на себе мой удивленный взгляд, лишь пожал плечами. — Раз уж наши мнения впервые сошлись, предлагаю это отпраздновать, — раздался за спиной голос Джи. Когда я повернулась, увидела полупустую бутылку виски, наполненные бокалы изысканным алкогольным напитком и много еды разложенной на моем рабочем столе. Я уже открыла рот что бы устроить скандал из-за важных документов, оставленных на столе, но тут же заметила, что они аккуратно были сложены в стороне. Я тут же закрыла рот, со стороны я походила на рыбу, выброшенную на берег. Это не осталось незамеченным, когда наши глаза с Сынри встретились, он улыбнулся. Поле первого тоста последовал еще один, потом еще и еще. Мы выпили три бутылки виски, что, похоже, сказалось только на мне. Моя голова потяжелела, а тело ослабло, жутко хотелось спать. Не смотря на шум и гам вокруг, я впала в легкую дремоту. Похоже, Сынри за переживал, потому что тут же подошел узнать как я себя чувствую.Заверив его, что все хорошо, я опустила свою голову на его плечо погружаясь в сон. Шум вокруг начал нарастать, вырывая меня из сна. Я широко распахнула глаза, не сразу понимая, где я нахожусь. Несколько секунд я соображала, что я здесь делаю. Подняв голову с плеча парня, наши глаза встретились, Сынри одарил меня нежной улыбкой. Сейчас он казался еще красивее, еще лучше, чем прежде. Возможно дело в выпитом алкоголе или в том, что он так внимателен ко мне? Передо мной мелькнул Теян, увлекая за собой девушку на диван. Любопытство взяло верх надо мной и я отвела взгляд от Сынри на парочку. Фокус словить было значительно труднее в таком состоянии, но я смогла разглядеть в сидящей на руках девушке свою сестру. Они страстно целовались. Я резко встала.