Я не такая.

Любовь — это не песни, цветы и конфеты. Это вид сумасшествия, принятого обществом.

Мои мысли

Воскресенье. Трасса. 7:00. Привет. Меня зовут Василиса Огнева. Я 17-летняя девушка, люблю гонять. Предпочитаю свой мотоцикл любому другому транспорту. Гоняю на байке с 14-ти лет, отец устроил. Жаль, но его не стало 2 года назад. Участвую в гонках под ником «Огненный призрак». Всегда побеждаю. Меня часто называют неуловимой из-за того, что очень быстро езжу. Сегодня я должна оставить здесь (а именно в Швейцарии) все свои хорошие воспоминания за это лето и вернуться в Москву. Грустно, но что поделаешь. И вот я в свои последние часы в Швейцарии наслаждаюсь поездкой по пустой трассе… Сразу окутывают воспоминания про мою первую любовь. Больно думать о таком, но увы, эти события очень хорошо мне запомнились…а жаль. Я бы очень хотела забыть эту «любовь до гроба». А произошло вот что: Год назад в Москве… Василиса стоит и терпеливо ждёт его прихода. Проходит десять минут. Двадцать. Тридцать. Она звонит ему. Один звонок. Второй. Третий. Нет ответа. Девушка начинает волноваться, ведь её парень никогда не опаздывает, и даже больше — всегда отвечает на звонки. На всех парах она несётся к нему домой. Подходит к двери. Открыто. Из дальней комнаты слышатся протяжные стоны. «О нет, только не это!» — думает про себя Василиса. Забежав в комнату своего парня же видит такую картину: Джейсон (да, его так зовут) навис над её одноклассницей (одежды на них не было, а про позу я вообще молчу). — Вот оно что… — говорит Василиса и пулей вылетает из квартиры. По лицу начинают литься слёзы. Не разбирая дороги девушка кое-как выбегает из подъезда. Если вы думаете, что сейчас прибежит Джейсон и будет на коленях молить о прощении, то сильно ошибаетесь. Тот изменник так и остался со своей «любимой» в тёплой постельке. А она сидела на холодном асфальте и изнывала от боли… Наше время… Так всё и было. Не спорю — мне было больно, очень больно. Но хоть я и ненавижу этого подонка до сих пор, но в какой-то степени ему благодарна. За что? За то, что сделал из серой и стеснительной мышки настоящую стерву. Раньше я ходила как домашний паучок, меня никто не замечал. Что уж говорить — когда меня вызывали к доске, одноклассники постоянно спрашивали кто я. В итоге получалось так: либо они думали, что я новенькая, либо что просто ошиблась кабинетом. Вот они — любимые одноклассники. Всю ночь того дня я не смыкала глаз. Благо, следующим днём было воскресенье. Я пошла по магазинам. Взяв кредитную карточку, которой я раньше никогда не пользовалась я пошла по магазинам (мама кстати была в шоке, когда я сказала, куда иду). Тогда был особенный день. День, когда я надела маску стервы. В понедельник я заявилась в школу в совершенно другом виде. Одноклассники моментально обалдели — причём все сразу. Учителя были просто в шоке от меня. Ещё бы: волосы не собраны в пучок — завиты в локоны; на лице тушь и стрелки, губы облачились в алую помаду; вместо обвислой кофты — модный чёрный кардиган; на замену белой водолазке белоснежная рубашка с чёрными пуговицами и воротником; никаких штанов — лишь чёрная облегающая юбка на ладонь выше колен в сочетании с капронками телесного цвета; нет грязно-серым кедам — исключительно чёрные туфли на высоких каблуках; серого мешковатого портфеля и след простыл — на его месте чёрный кожаный рюкзак. Да, сказать, что я была прекрасна — ничего не сказать. Меня сразу окружили парни, девчонки лишь завистливо прожигали взглядами. К моему удивлению среди них был и Джейсон. Он стоял посреди этой толпы с букетом алых, как мои губы роз и синей коробочкой под браслет. Подойдя ко мне, он уже подался вперёд для поцелуя, но я тут же дала ему крепкую пощёчину. В классе послышались уханья и аханья (ведь мы стояли в кабинете, окружённые всеми). А вот следующий момент я запомнила надолго: вырвав из рук Джейсона колючий не обёрнутый букет я со всей силы начала хлестать им по лицу этого ублюдка. Слова словно полились изнутри: «Ты что, правда думаешь, что я прощу тебе кувыркания с одноклассницей за этот жалкий букетик с браслетом? Если так, то ты сильно ошибаешься. Между нами ВСЁ КОНЧЕНО». Все вокруг взорвались аплодисментами. Мне было хорошо в тот день, я чувствовала власть над собой и окружающими. Но есть одно но: боль от предательства погружала меня вниз, в океаны мыслей. «Правильно ли я поступаю?», «Может стоит всё бросить и простить его?». Вопросам не было конца, но на все следовал один ответ — нет. В тот день я окончательно убедилась, что закрою свои чувства и засуну себя настоящую внутрь далеко и надолго. С тех пор я внутренне закрытая и недоступная никому стерва.