Сердце проказника

      Я сидела на полу, поджав ноги под себя, и раскачивалась. Я помню каждое движение. Взад-вперед. Туда-сюда. Мое сознание было таким неясным, что, порой, я не узнавала собственную палату. Мне казалось, что я дома. Но эти мягкие стены рушили все мечты о нем… — Проходите, агенты. Только вряд ли вам удастся с ней поговорить. Недавно мы вкололи ей лекарство, — пояснил доктор Шеппард или Рэймонд. Не помню. Я уже путаюсь не то, что в днях и числах, а даже в лицах людей. Зато в моей голове четко повторяется этот голос… Двое мужчин прошли в мою палату, а врач закрыл за ними дверь. Не удивляюсь уже. Они все считают меня психопаткой. Но я ведь не сумасшедшая! Хотя психически больной человек никогда не признает это. Или признает? — Здравствуйте, мисс Холден. Один из них обратился ко мне, то тут же поморщился от моего внешнего вида. Я сама знаю, что выгляжу просто ужасно. Эти грязные волосы, которые казались мне липкими, зубы, которые я не могу почистить уже несколько дней, потому что врачи считают, что я могу что-нибудь сделать с собой зубной щеткой. Глаза, которые не видели света все эти дни. Потная одежда, которую выдают раз в неделю. А еще и остатки пены, которая текла изо рта вследствие передозировки лекарств. — Вы нас слышите? Обратился ко мне второй мужчина. Он был немного пониже своего напарника, да и симпатичней. Стоп! Я точно не сумасшедшая. Вряд ли они бы думали о парнях. Я слабо кивнула головой в знак согласия. — Расскажите, что произошло? — Первый агент посмотрел на меня сочувствующим взглядом, что мне стало противно. Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить все сначала, но снова этот голос. «Тише, сладкая, ты должна молчать. Иначе, я придумаю тебе наказание». После этих слов он рассмеялся, а я закрыла уши ладонями. — Замолчи! Замолчи! — кричала я, пытаясь прогнать его из своей головы. Представляю лица агентов. Они тоже считают меня душевнобольной. Затем голос смолк, и я убрала руки, пытаясь выпрямиться. — Это началось месяц назад, — каждое слово давалось мне с трудом. Я слышала отдаленный звон в ушах и его смех. — Что-то где-то сдвинулось и сначала понемножку, а потом все больше и больше мною стали овладевать навязчивые мысли, идеи, страхи. Я смотрела на людей, и у меня было такое ощущение, что и они всё это понимают, но не говорят вслух. Мне казалось, что во мне гнездится какое-то вселенское зло, которое крайне опасно для людей, — я переводила свой потухший взгляд с одного агента на другого. Как ни странно, но они меня слушали. — А потом появился этот голос… — я перевела взгляд на стену, словно смотрела за горизонт. — Сначала он просто звал меня. — Что за голос? — перебил меня зеленоглазый парень. — Он сказал, его зовут Гавриил. И тут снова возник в голове этот злобный смех. Я закричала, пытаясь прогнать его, но ничего не изменилось. «Молчи, сладкая, молчи» — твердил он, но я пыталась сопротивляться. Я резко вскочила на ноги и начала качать головой, держа руки в волосах. Боль пронзала меня сильнее и сильнее. Я думала, что прогоняю его, но, как оказалось, я рвала на себе волосы. В прямом смысле слова. Агенты позвали врачей, и мне вкололи снотворное, видимо. Потому что я сразу захотела спать. Но мне нельзя. Нельзя! Иначе придет он! Не хочу… Когда сознание начало покидать меня, я услышала голос агента. — Мы спасем тебя. Обещаю. После этих слов я провалилась в сон, где меня ждал мой мучитель.