.
Её голос успокаивал и расслаблял. Иногда, сбежав от деревенских забот и обязанностей, мы направлялись в своё укромное местечко. Небольшой склон, на котором росло старое и поистине великое дерево — маленький уголок, который был нашим тайным местом. Уложив свою голову ей на ноги, я с затаеньем слушал её голос. Каждый раз она брала с собой книгу, которую читала вслух для меня. Она знала, что я любил слушать её. Она всегда знала, что мне нравится, угадывала все мои желания и читала мои мысли. Может, если я скажу, что мы были созданы друг для друга… Нет, мы точно были с ней единым целым. Всегда и навечно.
***
Преодолев самый опасный участок, я продолжал двигаться вперёд. В какой-то момент отвесный подъём резко закончился. Передо мной предстала лишь чёрная поверхность скалы и обрыв перед нею. Я не мог останавливаться. Вобрав в себя побольше воздуха, я решился. Всем телом вжавшись в оказавшуюся за моей спиной скалу, маленькими шажками, боком, я переступал по небольшому выступу. Пальцы отчаянно сжимали неровности холодной и чёрной скалы. Стоило опустить взгляд вниз, как я несомненно увидел бы обрыв. Глубокий и необъятный.
***
Я смотрел на него невидящим взглядом. В моей голове звенела всеми существующими переливами ужасная и всепоглощающая тишина. Она резала и кромсала меня изнутри. Крик боли и отчаянья никак не мог вырваться из моего горла из-за кома, подступающего и накатывающего на меня необузданными волнами. В голове быстрыми картинками стали пролетать воспоминания. И в каждом была она… Такая гордая, красивая, живая… Ноги подкосились сами собой. Разбивая колени в кровь, я рухнул на холодный камень. Горячие слёзы обжигали. Казалось, будто непрерывными потоками из моих глаз льются не солёные и горькие от боли слёзы, а кипящая и огненная лава отчаянья.
