Стать сильной

Темный Лорд после возвращения старался сидеть тихо, чтобы не выдать себя общественности, но в какой-то момент все пошло не по плану... Из-за ряда случайностей, неудачных или напротив удачных действий мракоборцев вместо долгой и затяжной игры начались регулярные столкновения магов. В одной из таких битв случилось участвовать Гермионе Грейнджер. Она оказалась в месте битвы практически случайно. Гермиона должна была встретиться с Гарри, которого сопровождало несколько телохранителей из Ордена Феникса и министерства, но появились пожиратели, которые лишь знали, что министерство что-то делает в этом конкретном месте, но им не были известны никакие подробности, включая присутствия самого Гарри Поттера. Напротив Гермионы стоял волшебник в маске, по росту, телосложению, по серым глазам, которые были видны сквозь прорези в маске, по выбившимся из-под капюшона светлых волос и по голосу, которым было произнесено заклинание девушка узнала Драко Малфоя. Она мгновенно выставила магический щит, но к ее удивлению красный луч пробил его, в последнее мгновение она невербально выставила еще один щит, заклинание все равно врезалось в нее. Уже в полете гриффиндорка почувствовала, как нагрелся защитный амулет, подаренный близнецами. Она была шокирована, что обычное заклинание какого-то Драко Малфоя пробило два ее щита и преодолело защиту амулетика. Драко выпустил еще одно заклинание, но на этот раз на его пути встал Поттер, он отбил чары слизеринца, а затем сломал ему руку и отправил в полет. Придя в себя, Грейнджер встала и бросила сложное атакующее заклинание в какого-то пожирателя смерти, но его магический щит лишь задрожал, сам пожиратель лишь бросил один взгляд на девушку, но не стал на нее отвлекаться. Но затем вновь вмешался Поттер, который до этого уже оглушил одного из противников, он бросил простое оглушающее, оно не пробило щита, но заставило врага отшатнуться и отвлечься от битвы с мракоборцем, чего хватило для того, чтобы этот самый мракоборец его все же поразил. Когда почти все пожиратели смерти были побеждены, кто-то из них вызвал самого Темного Лорда. На Волдеморта посыпался шквал боевых заклианий, но один его взмах палочкой вызвал волну магии, которая понеслась на двух школьников и мракоборцев. Все выставили щит, Гарри и еще пара магов не дрогнули, остальные авроры пошатнулись или даже упали, а Гермиона отлетела на несколько метров. Когда она вскочила, чтобы броситься в бой и помочь своим, то кто-то из авроров бросил усыпляющее заклинание, чтобы она не мешалась. Гарри бросился вперед и вступил в бой с Волдемортом, он знал, что делает, как и ожидал Поттер, их палочки соединились золотой линией, они не могли сражаться друг с другом, но вот мракоборцам ничего не мешало атаковать величайшего темного мага. Это был один из тех немногих случаев, когда Темному Лорду пришлось спасаться бегством. Все случившееся сильно поразило Гермиону, она ощутила себя беспомощной и бессильной. Она боялась с кем-то поговорить об этом. Спустя пару дней после инцидента ей удалось встретиться с Дамблдором. Старик выглядел особенно уставшим, под глазами залегли темные круги, но все же он выглядел весьма довольным, в целом преимущества оказывались на его стороне, они побеждали, а мракоборцы уже давно всем рассказали, как Гарри помог прогнать Волдеморта, что создавало положительный настрой у населения. – Профессор Дамблдор, я... со мной кое-что случилось... – И что же, мисс Грейнджер? Не тяните, увы, у меня слишком много дел, слишком много, чтобы быть тактичным... – сказал директор. – Драко Малфой – далеко не самый лучший ученик... – заметила девушка. – Можно сказать и так. По-крайней мере, он гораздо хуже учится и владеет палочкой, нежели вы, – согласился Альбус. – И еще... я ведь учусь лучше Гарри?! – нервно спросила Гермиона. – Ну, если не считать некоторых его успехов в полетах и защите, то да, – согласился Дамблдор. – Мне самому нравится отмечать ваши успехи в учебе, но сейчас я бы попросил вас быть ближе к делу. Время слишком дорого сейчас. – Когда мы сражались с пожирателями, там был Драко Малфой, его заклинание пробило два моих щита и... и амулет, оно ударило меня. А Гарри одним щитом блокировал его второе заклинание, Гарри побил Драко без всяких проблем. Я бросила заклинание в другого пожирателя, но он даже не обратил внимание на это, я использовала сложные сильные чары, которые даже в школе не проходят, а Гарри обычное оглушающее, но оно действовало! Когда пришел Волдеморт, только мой щит был пробит полностью, меня сдуло, как пушинку, остальные мракоборцы взрослее и опытнее, но ведь Гарри даже немного младше меня, но он справился гораздо лучше, – запинаясь, быстро выдала Гермиона. – Почему я такая слабая?! Я же не магла, я волшебница! – Успокойся, моя девочка, ты волшебница, ты очень хорошая и умелая волшебница. Но есть некоторые вещи, которые от нас не зависят, – сказал Дамблдор. – Ты ничем не хуже мистера Малфоя или Гарри... Но все же дети волшебников имеют некоторые преимущества. Может быть, изначально лишь чуть больше сил, но затем ребенок растет в месте, где больше магии, родители нередко проводят над ребенком различные процедуры, обряды... Пусть Гарри рос у Дурслей, но первые полтора года он жил с родителями волшебниками, Поттеры и его крестный мистер Блэк точно проводили какие-то обряды над ребенком. Защита матери сделала магическим местом дом его родственников, что улучшало его развитие. И множество других факторов... Над Драко Малфоем тоже родители проводили какие-то свои обряды... В дальнейшем твои силы все же возрастут, ты все еще взрослеешь, но некоторый разрыв все равно останется. – Профессор Дамблдор, я могу стать сильнее с помощью этих обрядов? – спросила гриффиндорка. – Увы, есть определенные ограничения... Я не знаю всего, мой отец хоть и успел провести определенные обряды, когда я был маленьким, но в силу некоторых причин не успел передать эти знания мне. Те светлые обряды, что мне известны, проводятся лишь над маленькими детьми, которые только начали формироваться, а ты уже взрослая для этого, – развел руками Дамблдор. – Ты можешь проконсультироваться с Сириусом Блэком, но я бы не советовал. – Почему, сэр? – спросила девушка. – Это темная магия, – ответил директор и встал. – Если будут еще вопросы, то напиши мне письмо, а сейчас мне уже пора, слишком много дел и слишком мало времени... Какое-то время девушка промучилась с сомнениями, но затем все же рискнула обратиться к Сириусу, ведь она лишь задаст вопросы, она не обязательно будет использовать темную магию. *** Обрисовав ситуацию, Гермиона выжидающе смотрела на мужчину, который теперь с таинственной улыбкой рассматривал ее. – Определенно, есть один способ, он, хоть и относится к темной магии, но относительно безвредный. Его использовала мать Гарри... Я дал ей почитать кое-какие книги. Я и тебе дам, если пообещаешь никому ничего никогда о них не говорить, – сказал Сириус. Мистер Блэк приказал домовику принести книгу, которую он протянул Гермионе, предварительно развернув на нужной странице. Не успев еще начать читать, Гермиона уже покраснела, так как книга содержала очень красочные гравюры, изображавшие сцены ритуального соития. Сириус с любопытством рассматривал красную от смущения Гермиону, казалось, что она должна захлопнуть книгу и убежать, но, к удивлению Блэка, она продолжала читать, хотя смущалась все больше. – И... мама Гарри сделала это с вами? – осторожно спросила Гермиона. – В таких случаях, такие вопросы обычно не принято задавать, и, конечно же, наивно надеяться получить ответ... Но тебе я отвечу: нет, она и Джеймс провели урезанный вариант ритуала, не включающий помощь друга. Она стала сильнее, но, участвуй в ритуале и я, то, возможно, справилась бы Темным Лордом без самопожертвования, хотя это лишь теория, – ответил Сириус. – Ритуал настолько сильный? – спросила Гермиона. – Серия ритуалов. И они зависят от того, с кем их проводить. Джеймс был достаточно сильным магом. Я примерно равен по силе Джеймсу. Дамблдор и Волдеморт сильнее нас, как, впрочем, и Гарри, хотя он этого не осознает и ему не хватает опыта и умения, – ответил Сириус. Гермиона покраснела, ей было трудно продолжать этот разговор. – Гермиона, я могу поклясться, что никто и никогда не узнает о нашем разговоре. Можешь говорить и спрашивать все, что угодно, ничто не выйдет за пределы этой комнаты. И я сам не напомню об этом, если ты не решишь возобновить разговор, – пообещал Сириус. – А остальные волшебники, которые здесь есть? – спросила Гермиона. – Лишь Аластор Грюм по силе дотягивает до моего уровня. А кто тебя интересует? – с улыбко спросил Сириус. – Может быть, Рон? – с трудом выдавила из себя девушка. – Он лишь немного сильнее тебя, и ты без всяких ритуалов его обойдешь за счет практики и опыта. Рон ленив и лишен каких-либо существенных задатков, – ответил взрослый маг. – А... а вы мо-могли б... бы п-п-проровести ри-ритуал? – заикаясь, спросила девушка. – Конечно, да. Почту за честь, – ответил Сириус и поклонился. Гермиона выдохнула с облегчение, она боялась, что Сириус скажет что-нибудь резкое, но затем сразу же засмущалась еще сильнее. – А... а если провести полный ритуал... то... Гарри... он? – гриффиндорка запнулась, не зная, как продолжить. – Это ты должна спросить у него, но я не вижу причин, по которым он должен был бы отказаться, и он идеально подходит, – поспешил ответить Сириус. – Если хочешь, я могу с ним поговорить. Гермиона, не в силах поднять взгляд, кивнула. – Ты готова к полному ритуалу? – спросил на всякий случай Сириус. Гермиона снова кивнула. – Отлично, – улыбнулся Бродяга. *** В полной темноте, укрывшись в простыню, полностью обнаженная Гермиона, она дрожала от страха и ждала, на тумбочке рядом стоял пустой бокал, она уже выпила вина, которое дал ей Сириус. Все было уже обговорено и отступать было некуда. Открылась дверь и в комнату проникло немного света, Гермиона видела, как вошли два силуэта. Затем Сириус взмахнул рукой, и в помещение зажглись свечи. Гермиона уставилась на Гарри и Сириуса, оба были обнажены, она заворожено рассматривала их тела. – Пора, Гермиона, – прошептал Сириус. Девушка встала и отбросила простыню, она сжала кулаки, собрав всю волю, чтобы не закрыться ими, давая мужчинам разглядеть свое тело. Гарри с изумлением смотрел на ее тело, покрытое руническим узором, которые она нарисовала для этого ритуала. Гарри подошел вплотную к подруге и погладил ее по волосам. – Ты такая красивая, Гермиона, – прошептал парень. Гарри стал целовать ее шею, затем коснулся ладонью ее плеча. Поттер поцеловал девушку в губы, она вся трепетала в его руках. Гарри покрывал ее лицо поцелуями и прижимал к себе. Девушка вздрогнула, когда почувствовала, как нее коснулся напряженный член Поттера, но не отстранилась. Поттер аккуратно уложил девушку на кровать, он поцеловал ее упругую нежную грудь. Гермиона водила руками по спине Поттера, она тяжело дышала и тихо постанывала. Руки Гарри медленно пробирались под девушкой, пальцы сжали ее упругие ягодицы. – Гермиона должна быть сверху, – хрипло сказал Сириус. Парочка уже успела забыть, что рядом неподвижно стоял взрослый мужчина и видел все, что они делают. Гарри неохотно отстранился от Гермионы и лег рядом на спину. Грейнджер собралась с силами и поднялась на ноги, встала над Гарри так, что он оказался между ее ногами. Гарри слегка приподнялся и поцеловал ее ногу, стал ее гладить, гриффиндорка улыбнулась, нежность Гарри ее успокаивала, и она начала медленно опускаться вниз. Она стала медленно насаживаться на член Поттера, это было трудно, она морщилась от неприятных ощущений и закусила губу от напряжения. Руки Гарри гладили ее тело, блуждали по ее груди, ягодицам, успокаивая девушку. Наконец, она полностью ввела член парня в себя, полностью насадилась, издав при этом долгий протяжный стон. Мисс Грейнджер стала медленно двигаться, доставляя гриффиндорцу огромное удовольствие. Гарри тоже тяжело дышал, он разглядывал каждую деталь ее напряженного лица, такое удивительно знакомое лицо, которое он никак не ожидал увидеть в таком виде, возбужденное, напряженное, полное страсти, мокрое от пота. Поттер сам не верил своим глазам, что перед ним та самая Гермиона, что она сейчас обнаженная верхом на нем насаживается на его член. Гермиона легла на Гарри, обняв его. Неожиданно, до ягодиц девушки коснулись чужие холодные руки, Сириус решил, что пора ему исполнить свою роль. Девушка вздрогнула, она чувствовала особую близость с Гарри, он ей нравился, сейчас она не хотела вмешательства чужого, постороннего Сириуса, девушку не волновал сейчас обряд. Но Сириус собирался исполнить задуманное, он стал проталкивать свой напряженный пенис в анус девушки. Гермиона вскрикнула от боли, она не ожидала, что боль будет такой сильной, она напряглась, но Сириус продолжал продавливаться в нее. Гарри тоже ощутил все ее напряжение. Сириус толкнул еще сильнее, постепенно входя внутрь, преодолевая сопротивление, Гермиона кричала еще громче, из ее глаз брызнули слезы. – Сириус, прекрати! – крикнула гриффиндорка. – Прекрати, вытащи его. – Нельзя, ритуал начат, – прорычал Бродяга и толкнул еще сильнее. Гермиона вся сжалась и прижалась к Гарри, уткнувшись лицом в его грудь. – Сириус, не надо, – крикнул Гарри. – Это темная магия, Гарри, с ней не шутят, она должна была понимать, на что согласилась, – рычал Блэк. Сириус стал двигаться, вызывая крики боли у Гермионы, размер у Бродяги был приличный. Гермиона попыталась расслабиться, отвлечься от происходящего сзади, она снова стала двигаться вместе с Сириусом, чтобы уменьшить боль, одновременно с этим концентрируясь на Гарри, двигаясь, она доставляла удовольствие ему. Гарри отвечал девушке, вся троица двигалась в одном ритме. Сознание покинуло их, они просто двигались, наслаждаясь сексом, полностью забывшись и не думая ни о чем. В как-то момент Гарри и Гермиона громко задышали, а Сириус зарычал, оргазм накрыл их, и двое мужчин наполнили ее тело своим семенем. Затем Сириус встал и, молча, ушел, оставив их наедине. – Забудьте обо мне, – напоследок сказал мистер Блэк. Гарри удивленно смотрел вслед ему. – Такой ритуал можно провести лишь раз, и Сириус соответственно мог быть лишь раз, теперь я для него закрыта магией раз и навсегда. Но есть другие ритуалы, которые мы можем проводить с тобой сколько угодно, – прошептала Гермиона. Гарри улыбнулся и обнял гриффиндорку. *** В Хогвартсе в пустом коридоре Гермиону поджидали Драко Малфой и его приятели. – А, грязнокровка, какого ощущать себя слабой и беззащитной, бессильной? – растягивая слова произнес Малфой. – Не знаю, ты мне ответь, – парировала гриффиндорка, доставая палочку. – Палочка не поможет, или ты забыла, как твои чары не действовали против настоящих волшебников, как все твои щиты разлетались вдребезги от настоящей магии настоящих магов, – ухмыльнулся Малфой. Гермиона улыбнулась, она взмахнула палочкой, и все слизеринцы полетели вдаль по коридору, все их блоки и щиты разлетелись волшебными искрами. Магия – сила.