Эгоист

-Пообещай мне следить за Россом! — Брендон нервно теребит мои щёки, больно оттягивая их, переводя руки на мои плечи и начиная трясти меня уже за плечики футболки. -Хорошо-хорошо, Брен. — Я невольно улыбаюсь, пытаясь убрать его руки со своих плеч. Ох, как же он сейчас нервничает. Если честно, то не только он. «Побывать на закрытой вечеринке Тайлера Джозефа, это как побывать в раю» — как гласят многие блоги учеников нашей школы. Да, вечеринки у него точно грандиозные, по крайней мере, я буду надеяться. И если получить на неё приглашение, было не такой большой для меня проблемой, то наврать маме, что всю ночь я проведу у Брендона было куда сложнее. Он делает шаг назад и осматривает меня с ног до головы. -Красавец. — Харизма Брендона, всегда поднимала мне настроение. Он улыбается, переводя взгляд на свои наручные часы. За окном улицы были погружены во мрак, позволяя лишь звёздам и фонарным столбам освещать длинные шоссе и аллеи. Стоя у Брендона дома, я чувствовал себя расслабленным и защищенным, боясь подумать о том, что мне придется находиться на закрытой вечеринке Тайлера наедине со ста пьяными и не знакомыми мне людьми. И только сейчас я почувствовал, как меня охватывает волнение, неприятно скручивая живот. -Всё, пора. — Брендон широко улыбается — Смотри, не перетрахай всех там. — Он хлопает меня по плечу, проводя до входной двери. — Если что, будь на связи, скорее всего, твоя маман будет названивать нам, чтобы убедиться, что её сынок не сбежал в очередной раз на вечеринку к пьяненьким ребяткам. — Он усмехается, доходя со мной до крыльца, на тишайшую улицу, где не было слышно даже скрежета цикад. Как жаль, что это тишина длилась недолго.

***

Музыка становится все громче и громче, по мере того, как я приближался к дому Тайлера. Ряды машин уже выстраивались около обочины, растягиваясь по всей улице. Да, всем повезло, что дом Тайлера находится в новом районе, где выкуплены еще не все дома. Поэтому громкая музыка и пьяные подростки не так часто нарушали чей-то покой. И как только я подхожу к его дому, музыка уже вовсю грохочет, заполняя каждый кусочек территории шумной и веселой мелодией. Машины уже толпятся посередине дороги, а не аккуратно у обочины, да и не удивительно. Я подхожу к крыльцу, но кто-то резко одёргивает меня назад за руку. -Ты, вообще, кто? — Низкий и грубый голос звучит из-за моей спины, и я сразу же оборачиваюсь посмотреть на его виновника. И сказать, что я пересрался, когда увидел огромного верзилу, держащего меня за шкирку, ничего не сказать. Не то чтобы я испугался, я, скорее всего, просто приахуел. Ну, а что сказал бы тот, кто оказался на моем месте? -Джошу… Джош Дан. — Он проверяет имена в папке, которую он держал в руках, все так же не отпуская меня. Он что-то находит и молча себе кивает. -Приглашение. — Он отпускает меня, позволяя достать приглашение, которого как такового и не было… -Ну… — Я начинаю нервно мяться на месте. Придурок, Тайлер, разносил со мной приглашения, а мне дать забыл. — Оно это… -Пошел прочь. — Верзила отталкивает меня от себя. Чего, блять. -Я… — Я собирался накричать на этого громадного придурка, ведь имя-то мое в списке было. И было бы очень обидно не попасть тогда на вечеринку. Но как на удивление, на крыльцо выбегает парень, с белой маской на лице, скрывающей его так, что даже глаза было сложно различить. -Майк, я принес еще масок. — Он спрыгивает с крыльца и подходит к верзиле, приподнимая свою маску, под которой оказывается Тайлер. И спустя мгновение, он замечает меня, сразу же лучезарно улыбаясь. — Джишва! — Он подбегает ко мне и буквально запрыгивает, крепко цепляясь руками за мои плечи. От него разит алкоголем и сигаретным дымом, который едко пропитал его волосы. Но тут он отпускает меня и подходит к верзиле. — Джош Дан, пропусти его, я забыл дать приглашение. — Он улыбается и зовет меня к себе. И как же я был рад подтрунить над этой громадиной за то, что меня всё-таки пропустили. Тайлер дает мне маску, поспешно надевая свою, когда мы встаем перед входом в дом. -Сегодня у нас пьяный маскарад. — Он усмехается, осматривая мою одежду, внимательно рассматривая каждые детали. — Никто не знает кто за какой маской скрывается. — Он кивает мне, дав знак, что и мне нужно надеть маску. В ней было довольно удобно, белая пластина закрывала мое лицо, с построенным на ней выпуклостями для носа, губ, и глаз, повторяя форму человеческого лица. Черная растягивающая резинка удобно закрепляла её на моем затылке. — А самое главное в том, что её нельзя снимать. Хочешь выпить можешь чуть приподнять её, хочешь кого-то засосать, иди с ним в укромное место и делай что хочешь. — Он вновь усмехается. — Самое главное это — тайна. — Он тянет меня за руку, открывая входную дверь. Огромная гостиная, в темноте которой мерцали гирлянды, освещая густой сигаретный дым. — Такой переполох будет! — Он начинает смеяться. — Ведь веселье и есть переполох! — Музыка начинает заглушать его слова, он отпускает мою руку и убегает куда-то вглубь дома. Блять, я же даже не запомнил во что он одет. Точно. Переполох. Еще страшно то, что за Райаном вряд ли получится хоть как-то уследить. На этой тусовке людей будет больше сотни и, уж простите, за гардеробом Росса я не особо слежу. Спасибо Тайлеру. Но, да, думаю так и будет веселее. Я прохожу в сторону столиков с алкоголем и сразу же наливаю себе что-то в стаканчик. Да, именно что-то, так как надписи на бутылках скрыты множеством слоев скотча, не давая возможность понять, что ты наливаешь себе в стакан. А Тайлер все-таки все продумал. И чуть приподняв маску, делаю глоток. Алкоголь неприятно жжет горло, но затем разносит теплые волны по всему телу, начиная задурманивать рассудок. Несколько глотков. И я, явно, чувствую себя намного веселее. А потом наливаю еще один стакан, чтобы основная миссия «проследить за Россом» прошла более интересно. Пьяная Даша путешественница отправляется в путь. И, конечно же, разумнее всего было бы пойти в тихое место, если такое вообще есть в этом доме, и позвонить Брендону, чтобы сообщить обо всем этом маскараде. Что я, собственно, и делаю. Наливаю в стакан еще «что-то» и направляюсь на второй этаж в поисках ванной комнаты. Половина народу сбегает на задний двор, поэтому протиснуться между людьми, становится намного легче. Дым на первом этаже начинает выветриваться, так как какой-то умный человек, всё-таки решил открыть окно. Спасибо, хоть кого-то заботит то, что люди могут задохнуться в этом доме. Ведь даже на втором этаже, коридоры пропитаны густым дымом, вкус которого сразу же горько впитывался в язык. В некоторых комнатах кто-то громко хохотал, кто-то что кричал, стонал, но, меня это не очень то и заботило. Трудно найти нужную тебе комнату, в неизвестном тебе доме, особенно когда все скрыто в дыме. Как будто что-то сгорело вообще. Херня какая-то. Я начинаю открывать дверь каждой комнаты, пытаясь найти хоть что-то схожее с тихим местом. Но в итоге я нарывался либо на какие-то компании, либо на трахающихся людей, либо на спящих, да кого там только не было. Но дойдя до конца коридора, я отворяю дверь, и сразу же замечаю обшарпанное зеркало и раковину, запачканную чей-то блевотой, под ним. И быстро догадываюсь, что открыл я именно санузел. Мне и повезло, что ванная комната была пуста и безлюдна. Это даже не назовешь ванной комнатой, настолько маленькой была комната. Но ванна тут всё-таки стояла. Она уже была чем-то запачкана. По полу была разлита какая-то жидкость, которая уже успела запачкать мои кеды. Блять. Я закрываю дверь и приглушаю, доносившуюся до меня меня музыку. Приподняв маску, я начинаю разглядывать себя в зеркало, замечаю, что в некоторых местах на лице остались красные полосы, от натиравшего пластика. Но решив забить на это, я достаю телефон, впопыхах набирая номер Брендона. Гудок. И он сразу же берет трубку. -Ало. Джишван, что случилось? — На заднем фоне шумит телевизор и шуршит какой-то пакет. И по его чавканью, легко было понять, что он уже начал что-то хомячить. -У нас тут маскарад. — Мой голос хрипит, поэтому говорить становится труднее. Брендон молчит. Даже пачка чипсов, хлопьев или еще чего-нибудь перестаёт шуршать. Я сильнее прижимаю телефон к уху, зажимая другой рукой второе. -Чё? — Он снова начинает что-то есть. -В буквальном смысле маскарад, у нас у всех маски, нельзя снимать их, и Райана не могу найти и… — Он давится своей едой, буквально выплевывая её. -Что?! — Его голос уже не такой расслабленный, а напротив очень взволнованный. Я буквально чувствую, как он притоптывает ногой от волнения, как он всегда и делает. — Так… Ты это, ищи парня метр восемьдесят, там он обычно ходит в джинсах таких, черных, классных очень… А-а-ам… — От волнения он начинает говорить очень быстро, из-за чего слышать его становится еще сложнее. Но всё-таки, я пытаюсь все запоминать, зная как это важно для Брендона — Скорее всего, будет в рубашке с галстуком, я не знаю, Джош, ищи! — Он вскрикивает, и я тут же бросаю трубку. Я вздыхаю, устало всматриваясь в свое отражение. Что же ты тут забыл Джош? Во всем этом переполохе. Шуме, суете, разгроме. Неужели это по правде весело? Напиваться, скакать под музыку, а потом трахаться с кем-то в испачканной чужой блевотой ванне? Может, и так, но я с уверенностью могу сказать, что на вечеринках Тайлера все происходило иначе. Не было стандартного алгоритма: Алкоголь — танцы — секс. Все было куда интереснее. Все постоянно что-то делали. Кто-то придумывал безбашенные задания, играя в правду или действие. Кто-то раскачивался на люстрах, которые висели высоко под потолком. Кто-то устраивал войны луковыми кольцами на нижнем этаже дома, что, кстати, сейчас и происходило, когда я уходил оттуда. По словам Тайлера, веселье было переполохом. Веселье было безумие, оно было бредом, абсурдом и чем-то очень странным. Но тем, что доставляло смех и удовлетворение каждому. Ведь если каждый начнет выпускать свою энергию и направит её в нужное русло, начиная творить что-то неформальное, тогда и начнется веселье. Ведь веселье и заключается в том, что мы никогда не делали. Вот почему на вечеринках Тайлера так весело. Мы делаем то, что никто никогда не позволяли себе делать. Поэтому я надеваю маску, и открываю дверь ванной комнаты, готовясь погрузиться во весь этот… переполох.

***

-Парень, ты ко мне во второй раз подходишь… — Чей-то вымученный голос, доносится из-под маски моего собеседника. Этот парень отвлекается от распития алкоголя и обращается ко мне. — Я не Райан, а Марк во-первых. И что тебе нужно от этого бедного Райана?.. — Он скрещивает руки на груди, продолжая держать стаканчик в одной руке. -Мне нужно найти его. — Устало проговариваю я, так как это уже третий парень, который оказывает не Райаном. Как я думал, его поиски не такие уж и простые. Да и говорить в масках довольно сложно, так как я даже не знаю, стоит ли мне смотреть в глаза собеседника. И куда мне, вообще, смотреть. Легче закрыть глаза и ничего не видеть. Это всегда работает. -Росс который? — Он начинает прикрикивать, пытаясь заглушить своим голосом музыку, которая ни на секунду, не становилась тише. Аллилуйя. Мое настроение, явно, начинает улучшаться. — Так он почти все время торчит на кухне… — Он говорит так обыденно, что аж начинает меня подбешивать. Почему вот, блять, нельзя было раньше сказать. Я срываюсь с места, направляясь в сторону кухни, где обычно находилось три или четыре человека. На кухне всегда было мало людей. Обычно это были одиночки, люди, которые устали от громкой музыки, задроты или Райаны Россы. И по критериям Брендона, я сразу же его вычисляю. Высокий худой парень, одетый в черные джинсы и полурастёгнутую рубашку. Он стоял около раковины и держал в руках стаканчик с алкоголем, копаясь в своем телефоне. Если честно, то я могу согласиться с тем, что он довольно красивый, как говорил Брендон. Нет, он, конечно, говорил не именно так, он, напротив, кричал о том, насколько Райан ахуенен и бесконечно красивый. Но, давайте сойдемся на том, что просто довольно красивый. По крайней мере, его тело. Я живо подхожу к нему и сдергиваю с него маску. И, о чудо, как я радуюсь, когда за ней по правде оказывается Райан. Он секунду перепуганно осматривает меня, но потом злостно проедает взглядом. -Совсем сдурел, что ли? — Он резко нахлобучивает маску, отталкивая меня от себя. В ответ я лишь поднимаю руки чтобы помахать ему на прощание и, о боже, как нелепо, но смешно это выглядит. Он лишь качает головой и снова утыкается в телефон. Миссия выполнена и как же я рад, что вся эта суетня с Райаном заканчивается, и я могу спокойно повеселиться на этой вечеринке. Но встаёт еще один вопрос. Где ёбаный Джозеф? Я выхожу с кухни и снова погружаюсь в шумную тусовку из пьяных подростков. Начинает играть знакомая мне песня, поэтому настроение сразу же поднимается и я тут же начинаю танцевать в компании таких же пьяных, как и я. Дым снова окутывает комнаты, алкоголь ударяет в голову и становится до черта жарко. Все начинают толпиться в центре комнаты, танцуя и прижимаясь друг к другу потными телами. Футболка промокает насквозь и прилипает к телу, неприятно обтягивая и сковывая движения. Я опускаю руки на талию девушки, которая открыто размахивала передо мной своей задницей. Она прижимается ко мне всем телом, начиная теряться о мой пах, возбуждая меня так сильно, что я был готов отодрать её прямо в этой комнате, на глазах у всех этих людей. Всем становится насрать на правила, которые поставил Тайлер. Все скидывают с себя маски, начиная задыхаться в них, ведь в таких случаях, в масках дышать просто невозможно. Это дает мне возможность укусить шалаву передо мной, за шею, прямо под ухом, когда она пытается обвить свои тонкие руки вокруг моего торса. Она разворачивается, притягивая меня к себе и сразу же впиваясь в меня поцелуем, передавая ужасный вкус табака и алкоголя, который уже въелся в её губы. Она даже не пытается целовать меня, она просто начинает кусать, облизывать и устраивать слюнявую борьбу с моими губами, разгуливая руками по моему телу. Дышать становится еще труднее, поэтому она отстраняется от меня и пьяно улыбается, всматриваясь в мои глаза. Ведь в школе бы я её даже и не заметил. Неприметная, короткая и взъерошенная стрижка, простые черты лица, карие глаза, которые сейчас метались и пытались сконцентрироваться на мне. Да, ведь это так. Половину учеников, которые сейчас присутствуют здесь, в школе никто почти не знает. И что заставляет Тайлера звать их к себе на вечеринки непонятно. Я ухмыляюсь, и притягиваю её к себе, что, явно, начинает ей нравиться. Перевожу руки на её талию, двигая ниже, к заднице. Да сколько бы таких потаскух, как она, я бы не перетрахал, но ощущения с Тайлером были самыми лучшими. Музыка прекращается и дом погружается в тишину. Я отстраняюсь от девушки, недоуменно переглядываясь с другими подростками, которые удивленно обсуждали отсутствие музыки. Свет гаснет. Даже гирлянды, которые до сих пор работали в гостиной, выключаются. Но никто не паникует. Все молча ожидают то, что будет дальше. Даже подростки со вторых этажей, сбежались вниз узнать причину отсутствия музыки. Прожектор загорается на заднем дворе, начиная светить в пустую точку на самой верхушке крыши этого дома. И если честно, то крыша была пиздец высокая. В доме было три этажа, на последний из которых Тайлер запрещал ходить во время вечеринки. Поэтому крыша была довольно высоко расположена, и кто бы мог туда забраться удивляло нас всех. Поэтому буквально каждый, кто был приглашен на вечеринку, прибежал на задний двор, внимательно вглядываюсь в тот пустой кусок места, куда светил прожектор. Музыка включается. Но на этот раз она была ни танцевальной и ни веселой. Биты становятся громче и в один момент мы замечаем человека, который буквально вскакивает на крышу здания, держа в руках микрофон. Чёрт возьми. Моё сердце буквально проваливается, когда я разглядываю в этом человеке Тайлера. Его волосы взъерошены, одет во все черное и выглядел он как черный ворон, который вот-вот мог взмахнуть томными и тяжелыми крыльями и взлететь прочь. -I ponder of something great… — Он начинает петь в микрофон, завораживая всех своим голосом. Это так красиво и страшно одновременно. Он начинает двигаться по черепицам вдоль крыши, подходя к самому краю, двигая свет прожектора за собой. Его голос так прекрасен. Но его действия так страшны. Это волнение, этот страх, но уверенность в том, что он точно не упадет, ведь он, наверняка, все запланировал, заставляли нервничать лишь больше. А что если все пойдет не так? Что если что-то случиться? Грёбаный Тайлер Джозеф. Так красиво и страшно одновременно. Неприступное заворажение. На некоторых моментах, Тайлер резко дергается, дразня нас и пугая тем, что он может вот-вот упасть. Все нервно вздыхают, когда замечают это. Он то жестикулирует, то бьет себя по голове, то ходит. Он так уверенно ведет себя, ходя по краю крыши. Бегая по лезвию смерти. Все внимательно смотрят на него. Никто не отрывает от него взгляда, загипнотизировано, наблюдая за каждым его движением. Он поёт так эмоционально, давая почувствовать всем то, что и чувствует он в данный момент. Страх, тревога, отчаяние. Он закрывает глаза и начинает повторять одну и ту же строчку. -And now I just sit in the silence… — Он стоит ровно, даже не пытаясь шелохнуться. Но когда он начинает кричать, он начинает нагибаться, пытаясь вложить максимальное количество энергии в одну лишь строчку. Ведь посыл песни очень важен. И я уверен, что не только у меня сердце ушло в пятки. Оно не ушло, оно просто испарилось, оставляя лишь крепкие канаты сжимать мне грудь и живот от волнения. Он повторяет эти строчки заново. -And now I just s-i-i-i-i-t… — И срываясь на крик, он вновь нагибается, но его нога чуть двигается назад, и поскользнувшись… он падает с крыши. Все озаряются вздохом, а затем криком. Музыка прекращает играть, а прожектор резко тухнет. А я лишь падаю вместе с ним, чувствуя как ноги просто перестают держать меня. Все накрывается черной пеленой. Это не может быть правдой. На момент все внутри меня просто исчезает, делая из меня пустой сосуд, а затем наполняется камнями, до ужасающей боли давящими на меня изнутри. Я не успеваю закричать, я просто рвано вздыхаю, так как легкие просто отказываются работать, а горло как будто пережимает резиновым жгутом. Начинается паника. Все начинают метаться по заднему двору, выбегая за другую сторону дома, пытаясь найти тело Тайлера. Кто-то остается стоять на заднем дворе, недоумевающе осмысливая всю ситуацию. Кто-то лишь отшучивается, что мол всё это лишь шутка, кто-то начинает также плакать. А я теряю рассудок. Всё начинает плыть и размываться от текущих слез, которые до боли начинают щипать глаза, стекая по щекам, подбородку, шее… Я пытаюсь закричать, но голос как будто пропадает, позволяя мне лишь безмолвно открывать рот. Колени пронзает ужасный холод, исходящий от ледяной и мокрой травы, на которой я продолжал сидеть. Всё происходит так быстро. Всё трясётся и расплывается. Всё как будто горит. Вот что такое неприступное заворажение. Это риск. Спустя минуту со всех сторон начинают раздаваться недоуменные возгласы «Где он?», «Его там нет!», «Куда пропало тело?!» И вот это заставляет что-то в моей голове переключиться, дав свободное место надежде. Музыка включается. -I ponder of something great… — Многие разоряются новыми рыданиями из-за переполняющих эмоций. Это его голос. Но на этот раз он звучит не с крыши, а с трамплина перед бассейном, на котором стоял Тайлер. Я утыкаюсь носом в собственные руки, слушая его голос и чувствуя, как все ужасные камни внутри меня начинают испаряться. -My lungs will fill and then deflate… — Все становятся вокруг него, отходя от его пугающего пранка. Но я напротив вскакиваю с места и убегаю в дом, пытаясь найти пустую комнату, чтобы просто побыть одному и успокоиться. Слишком много эмоций. Слишком сумбурно. Я вбегаю на второй этаж, пробегая сквозь пелену дыма, разбросанные по полу бутылки, окурки, которые, к счастью, не подожгли пол и огромное количество луж со рвотой, которые я нахожу и в комнате, в которую я забегаю. Я чуть прикрываю дверь и тут же падаю на пол, около кровати, на которой были разбросаны чьи-то вещи, которые не сильно интересовали меня в данный момент. Я поджимаю коленки и утыкаюсь в них лицом, обвивая руками свои ноги. С улицы приглушенно продолжает доноситься песня Тайлера, лаская мои уши, но продолжая меня чувствовать все тот же сумбур. Но как только он допевает, все разоряются громкими аплодисментами и криками. И именно от конца песни мне становится легче. Проходит немного времени, музыка включается и все снова начинают веселиться, наливая себе алкогольные напитки. Я слышу топот ног по лестнице и громкий крик из коридора. -Джош?! — По взволнованному голосу сразу же узнаю Тайлера. Волновался ли он так, когда стоял на крыше? — Джо-о-ош! — Он приближается к комнате, в которой я находился. Я не хочу быть замеченным, но в то же время я хочу прижать его к себе и не отпускать, чтобы таких выебонских моментов с крышей больше не было. — Джош, блять, ты где?! — На этот раз его голос звучит более нервно, чем взволнованно. — Джош. — На этот раз он проговаривает это совсем тихо, стоя в дверном проёме, комнаты, в которой я находился. Я поворачиваю голову в его сторону, замечая, как рвано дышит Тайлер, но проговаривает слова четко и на этот раз спокойно. — Джош, ты… — он подходит ко мне, скорее всего, даже подбегает, и сев передо мной на коленях, сначала осматривает мои запястья, напрягая меня этим, а затем переводит взгляд на меня, всматриваясь в мои заплаканные глаза. — Чёрт, знал же, что не закончится всё хорошо… — Он грустно шепчет эти слова, продолжая держать меня за руки, пытаясь притянуть меня к себе, но я лишь со злости отталкиваю его от себя, срываясь на крик. -Ты придурок, Джозеф! — Он вновь хватает меня за руки, на что я начинаю вяло вырываться, теряя какие-либо силы. -Ты испугался того, что я упал? — Он держит мои руки, не давая возможности вырваться, пронзая все тело холодом, от его ледяных пальцев. -Нет, блять, я испугался от того, что Райан Росс пролил на себя водку, когда ты упал. Вот я обосрался то! — Он притягивает и крепко прижимает меня к себе. -Я тут, с тобой… — Он кладет голову мне на плечо, начиная шептать эти слова мне на ухо. — Я живой, я могу видеть тебя каждый день, слышишь? — Я лишь молча киваю, боясь вновь заплакать. Он начинает успокаивать меня, выкидывая из меня остатки тех самых камней, заполняя пустоту тёплым и легким чувством, схожим с…какао. Он живой. Я живой. Мы живы. А что бы представляла моя жизнь без него? В ровном счете ничего. Был бы страх. Страх перед смертью. Было бы больно. Больно от давящих камней внутри меня. Было бы пусто. Разум был бы пуст. Все бы накрылось белой пеленой, лишая меня каких-либо эмоций. Жизнь была бы схожа со смертью. Только отличие от смерти было лишь в том, что я продолжал бы чувствовать боль. -Тайлер… — Кто бы мог подумать, что Тайлер Джозеф заставит меня такое когда-либо чувствовать. Чувствовать всё. Боль. Теплоту. Умиротворение. Счастье. Ревность. Ведь любовь и является таким абстракционным понятием, которое заставляет нас чувствовать всё. -Мм?.. — Он так же как и я уже успокоился. Он проводит руками по моей спине, нежно поглаживая её, и иногда играясь с моими волосами. -Я люблю тебя.