Летаргический сон: Жизнь После

Квартира Каспаряна 11:30 Здесь царила такая редкая семейная идиллия, на которую хотелось искренне молиться. Айя мыла на кухне посуду, после завтрака Димы. До этого, как бы это странно и дико не звучало, но она старалась подружиться с ребенком. Теперь же он попал в руки к Юре, который развлекал его: катал на плечах и на спине, бегал за ребенком, пытаясь догнать его, читал книжку. До этого они еще выгуливали таксу и играли с ней на улице. При чем Димка с удовольствием кидал собаке мяч и звонко хохотал, когда та приносила его обратно. — Нападаем на тетю Айю! — скомандовал громко Юра, когда забежал вместе с ребенком в комнату. Оборина аж передернулась от неожиданности, когда они вдвоем атаковали ее со своими объятиями, но ее лицо озарила мгновенная улыбка, которая также быстро спала с ее лица. — Юра! Ну сколько можно носиться по квартире! Ты сейчас либо спину себе сорвешь, либо еще что-то заклинит у тебя! — выговаривает она ему возмущенно, но в этом возмущении скрывалась явная забота о нем. Юра пытался воспринимать ее на полном серьезе, как подобает, но на словах про «что-то заклинит» не удержался, чтобы не посмеяться над ней от души, по-доброму. Та продолжала там что-то вычитывать ему на всю эту же тему, тогда Каспарян снял ребенка с плеч, решив с ней поговорить. Димка послушно убежал играть с Кляксой, которая прибежала к комнату за ними. Юра подошел сзади вплотную к Айе. Крепко обнял ее за талию и поцеловал в шею. — Ну чего ты разбухтелась? — спрашивает он с улыбкой, глядя на нее. — Я не бухтю! — ответила она. Потом поняла, что неправильно сказала это слово, пытается исправиться. -Не бухчу! Юрка снова посмеивается над ней. Разворачивает ее к себе лицом и целует в губы, затягиваясь в поцелуе, пока ребенок где-то там резвится с собакой и им никто не мешает. И ему нравилось, когда, в принципе, Айя была такой заботливой, домашней, даже немного забавной. — Когда ты вот так постоянно причитаешь, ты напоминаешь мне старушку. Даже старше меня, реальную такую старушку! Относись ко всем проще, даже если тебе кажется, что что-то не так. Ты слишком много принимаешь близко к сердцу и на многое обращаешь внимание. Ты так никогда не придешь к гармонии с собой, солнце мое. — спокойно говорит он, глядя на нее с улыбкой на последних словах. Она слегка рассмеялась и прижалась к нему, положив голову ему на плечо. Сегодня было так все подозрительно хорошо, что было даже дико все это ощущать. Но девушка наслаждалась этим моментом и улыбалась. — Я волнуюсь за тебя. Тебе не 25 лет в конце концов! — беспокоится Айка, поправляя ему воротник его футболки-поло. — Не переживай. Если почувствую себя старичком, обязательно обращусь к такой бабульке как ты. — шутит он, целуя ее снова в губы. — Это еще почему «бабульке»? — возмущается она с улыбкой. — Ну не я же хожу причитаю целыми днями! — разводит руками он, а потом снова крепко обнимает ее и одаривает поцелуями. Девушка улыбалась, вероятно хотела и настраивалась на что-то большее, но где-то рядом раздался смех ребенка, который снова играл с собакой и прятался от нее на стул. Айя тяжело вздохнула и отстранилась от мужчины. Судя по тому, что следом вздохнул Юра, наблюдая за ней, то он уже предчувствовал, что последует дальше. Понятное дело, что из-за ребенка не было никакой личной жизни. А когда Айя вспоминала чей это ребенок, то вся квартира снова наполнялась неведомыми никому чувствами ревности, ненависти и нелюбви. Девушку явно задевало, что Юра постоянно возился с Димой. Если выпадал момент, что дома еще и она, ребенок будет обязательно ходить хвостиком за ними везде, или же Юра будет уделять внимание малышу, а не ей. Ночи были тоже не в счет: Юра укладывал ребенка спать, а сам часто просто заседал с гитарой в другой комнате, выдумывая что-то новое. Скоро осень, скоро очередной концертный сезон, если, конечно, ему захочется заниматься всем этим. Айя пыталась найти с ребенком общий язык, но у нее не было особого желания. Несмотря на ее ненависть к ребенку, к его матери, больше всех доставалось, конечно же, Юре. На что тот, даже учитывая ее срывы и бзики, каждый день, спокойным голосом просил относиться помягче к ребенку. Это срабатывало до очередной мелочи, к которой она придиралась. -Почему его не забрали вчера? — вздыхает Айя, кивая на ребенка, пребыванием которого в их семье была недовольна. — Я не знаю. Возможно, у ребят было полно дел. Дай им немного остыть от всего происходящего… Они заберут обязательно. Нужно подождать. — отвечает он, кажется раз за разом одно и то же. Она смотрела на него и понимала, что тот сейчас ей врет прямо в глаза. И вероятнее всего, ему вообще, может, не хотелось бы расставаться с ребенком, но хорошо, что Айя об этом промолчала сейчас. У нее было вообще смутное чувство, что этот ребенок кому-то нужен. Юра весь вечер названивал Леше и Полине, но никто из них не отвечал на звонки. Происходящее ее раздражало еще больше… — Нет, меня удивляет, а почему именно ты?! Почему они вешают это все на тебя?! — выговаривает она ему, — Они взяли над ним ответственность! Опеку оформить, или что там, усыновить?! Ты вообще здесь не причем! При чем здесь ТЫ и Я! Я думала, что нет ЕЕ, и нам больше ничего не будет мешать! Но тут нам сбагрили ЕЕ ребенка! Девушка нервно усмехается со слезами на глазах, потому что все это похоже на какие-то игры судьбы, при чем было ощущение, что все это специально. Что все вокруг делается только для того, чтобы мешать им быть вдвоем, мешать их отношениям. — Айя, давай мы не будем трогать эту тему. «Почему?» «Зачем?» Хватит! — уже начинал закипать Юра, — Я понимаю, что сейчас нелегко всем. Я понимаю, что все так навалилось неожиданно. Но, чем постоянно выяснять что-то, давай просто поможем ребенку. Ему тяжелее нас от неизвестности, поверь. Он хотел что-то и дальше говорить, но к нему подбежал Димка, который потрепал его за руку и смотрел на него снизу вверх. — Дядя Юра, а мы будем еще играть? — спрашивает мальчик. — Конечно, будем! — с улыбкой отвечает он, и подхватывает его на руки, уносясь с ним в комнату и не желая больше ничего слушать. Айка вздохнула. Пыталась снова что-то наговорить Юре, хоть тот и находился в другой комнате, но тот ее не слышал, а может и просто не хотел разговаривать. Она плюнула на все и уселась курить, неторопливо листая журнал на столе. Внезапно раздался звонок в дверь. — Юра, открой дверь! — прокричала она, дабы привлечь его внимание хоть к чему-то еще, кроме ребенка. И будет замечательно, если то пришли Леша и Полина, чтобы забрать Диму. — Пойдем, посмотри, кто там пришел! — весело говорит Юра ребенку. Хотел уже подхватить его на руки и помчать к двери, словно самолет, но Димка вырвался и побежал быстрее с радостными криками: «Ура! Мама! Папа Женя пришли! Дядя Юра, быстрей! Пойдем дверь открывать!». Ребенок направляется обратно за Юрой, который отстал по дороге, обратив внимание на Айю, и буквально тащит его за штанину к двери. Открыв дверь, они увидели Лешу. — А вот и наша нянька пришла! — сказал Юра с улыбкой, увидев его на пороге и пожимая парню руку, чтоб поприветствовать. Димка тут же растолкал как мог Юру, пробился навстречу Леше, чтобы обнять его. Андреев стоял неподвижно, как статуя, но обнял ребенка в ответ. Каспарян насторожился. Что-то тревожило его сразу же, как только увидел Лешу на пороге своей квартиры. Андреев был бледным, невыспавшимся, помятым и окончательно потухшим. — Привет всем! — старается парень поприветствовать всех с улыбкой. Сделать это было тяжело, потому что его буквально выворачивало от всего, что произошло с Полиной. — Леша! Наконец-то ты пришел! А мы с дядей Юрой ждали тебя! Он же говорил, что ты придешь! И ты пришел! — затараторил Димка, который как всегда хоть немного вселял надежду на лучшее. Леша снова попытался улыбнуться. Ребенок так и не давал взрослым вставить ни слова, — А где Полина? Леша ничего не смог сказать. Юра просто усиленно дожидался что Леша ему что-то расскажет и буквально сверлил его взглядом. Но в то же время он пытался не мешать общению с ребенком. Это было сейчас важно и Диме, и Леше, судя по его виду. — А ты мне что-нибудь принес? — с хитрой мордашкой интересуется Димка у Леши. — Нет, малыш, ничего не принес тебе, к сожалению. — ответил Леша, с улыбкой, поцеловав его в носик, после всего попросил. — Давай, я разденусь, я же в гости пришел. Димка послушно отошел к Юре, чтобы не мешать. Взял его за руку. Вот так они постоянно вместе открывали двери, ходили гулять. Ребенок просто не желал от него отставать. — Я звонил тебе весь вечер. Мы действительно ждали вас. — говорит Каспарян, обеспокоенно глядя на Андреева. Леша ставил кеды в сторону, вешал кожаную куртку, и молчал. Было сложно вывалить все с порога. Точнее даже, он не знал как сказать ему об этом. И также немного ему не хотелось волновать Юру, которого и без того полно проблем. Однако, того не проведешь… — Леш, ты можешь молчать, скрывая свои проблемы и переживания от родителей, от Полины, от друзей, но от меня, боюсь, не получится. — качает головой Юра, глядя на него. Андреев тяжело вздохнул. После чего сообщил, стараясь сдержать себя в руках. — Полина в больнице. У нее случился выкидыш. — сообщил он. Послышался тяжелый вздох. Никто не решался что-то сказать друг другу больше, однако, Юра решил его поддержать. — Леш, пойдем на кухню. — говорит он, придерживая его за плечи по-дружески и ведя на кухню. Андреев выглядел опустошенным, казалось даже еще более худым. Было дико видеть такого солнечного, светлого парня в морально убитом состоянии. Димка забрался к нему на колени, потому что очень соскучился, и обнял его за шею. Айя практически еле выдавила из себя ему «Привет!» и убралась вместе с журналом и пепельницей в сторону, потому что Юра всегда требует не курить при ребенке. Юра прошелся по комнатам, видимо от волнения, затем вернулся в комнату. — Айя, сделай нам чаю. — попросил он. — Возьми сам и сделай! — огрызнулась она, считая, что тот ее эксплуатирует, хотя в его просьбе не было ничего особенного. Юра в очередной раз прожег ее взглядом. Его лицо было абсолютно серьезным. Он прошел мимо Айи к столешнице так, что та отодвинулась. Поставил чайник, стал готовить чай. Достал из холодильника сыр, колбасу. Кажется в комнате в этой тишине было слышно только это звяканье посуды, в котором отражалось недовольство. — Я невовремя зашел, заставил суетиться из-за меня. Юр, не нужно ничего. Просто сядь поговори со мной. Ну или хотя бы помолчи рядом! Мне даже так легче станет. Я не хочу, чтобы вы ссорились из-за моего прихода. — говорит Леша, обеспокоенно. Тот молчал. Просто готовил чай, накрывал на стол. Грел творожок для Димки, чтобы тот поел. Потом накрыв на стол, пересадил Димку к себе на колени дабы дать Леше выпить чаю и перекусить. Ребенок охотно возился ложкой в этом творожке. А Леша постоянно молча смотрел на телефон, который лежал перед ним. Видимо ждал звонка. Есть не хотелось. — Судя по твоему виду, ты не ел со вчерашнего дня. Не спал тоже. Так что, придется смириться. Из-за стола не выпущу. Из квартиры тоже. Сейчас вообще спать уложу. — говорит Юра со вздохом, стараясь немного разрядить ситуацию. Леша только мимолетно улыбнулся. — Как так вышло с Полиной? Что случилось? — со вздохом спрашивает Юра. Андреев тяжело вздохнул, решив отпить чаю, потому что у него пересохло в горле. И только после этого он смог рассказать, что произошло и поделился тем, что его действительно волнует. — …Я надеялся до конца, что будет все хорошо. Я поддерживал ее. Я заботился о нашем ребенке, о ее состоянии. Мама сказала, что позвонит, как Полина придет в себя. Это бесконечность… Я очень сильно переживаю за ее состояние. — говорит он. Юра пребывал в подавленном состоянии после его новости, все пытался ее переварить, представить каково это все. — Почему ты мне раньше ничего не сказал? Почему не позвонил? Я бы приехал… — снова со вздохом спрашивает Юра. — Я не знал, что мне делать, я растерялся. К тому же, ты и так тут Димкой. — ответил Леша, пожимая плечами. — Леш… — снова давал понять ему Юра, что в таких случаях у него не существует своих дел. Это было, конечно, очень убедительно и твердо, но Леша все равно промолчал. — Леша! Я допил чаек! — похвалился Димка, который показывал ему свою маленькую кружку, на дне которой был рисунок. Он всегда радовался, когда был виден рисунок в посуде, потому что это всегда означало, что он молодец, он покушал и может идти играть. Да и сами рисунки были забавными. — Молодец! — подмигивает ему Леша. Димка соскочил с коленей Каспаряна и убежал играть. Юра по-прежнему молчал и смотрел на Лешу с явным состраданием и отчаянием. — Леш, мне очень жаль. Она перенесла сильнейший стресс, устала… Я надеюсь, ты понимаешь это. — говорит он. — Она звонила мне за несколько часов до этого! Была достаточно приободренной, спрашивала про ужин. Возвращалась домой… Врачи сказали, что если бы она просидела меньше в ванной, то есть если бы я вернулся раньше, то, возможно бы, успели бы спасти ребенка. Спасти ребенка, понимаешь, Юр? С моей семьей бы было все хорошо! — говорит Леша. — Леша, ты же сам прекрасно знаешь, какая тонкая грань между «звонила, была приободрена» и «можно было спасти». Ты не виноват, Леш. Перестань говорить, что ты виноват в том, что это случилось с вашим ребенком. Факторы и обстоятельства сыграли свою роль. Полина переволновалась… Ей нельзя было так сильно волноваться. — объясняет ему Юра. — Мы просто так ждали этого ребенка… Мы готовились к этому. — вздохнул Леша. — Леш, это не конец. Дети будут. Все хорошо. Давай, приходи в себя. А то прежде, чем ехать к Полине, тебе нужно самому прийти в себя… Ты должен ей сейчас помогать, поддерживать ее. Вселять ей, что все еще будет. Она без тебя не справится. Моя помощь здесь не при чем, Леш. Муж — ты. — говорит Каспарян. Леша кивает головой, соглашаясь с ним. — Я Димку заберу сегодня. Мы и так тебя загрузили… — говорит Леша после долгого молчания. — Так, ты займись собой и будь с Полиной. Ты ей нужен сейчас со своей заботой, поддержкой. Все как ты умеешь… Дима нам не мешает. — уверяет его Юра. — А может Леша сам решит, когда ему лучше забирать Димку? — вмешалась Айя, которая оказалась за его спиной. — Айя, пожалуйста, дай разобраться нам самим. — отсекает ее мысль Юра, не желая больше слушать подобные выражения. Прибежавший Димка, который забрался на колени к Леше, встревоженно наблюдал за парой. И пока те измеряли друг друга взглядами тихонько спросил у Леши: — А когда Полина придет? — Малыш, Полина в больничке. — объясняет Леша ребенку, пригладив ему волосы. — Она простудилась? — пугается мальчик. — Да, малыш, она немного заболела. — подтверждает парень. Димка так печально и забавно, покачал головой, обхватив ее руками. Юра и Леша слегка рассмеялись над ребенком. — Сейчас! Подожди! — сказал Димка и снова сорвался и убежал в комнату. Но быстро вернулся с плюшевым зайцем и протянул его Леше с заявлением, — Передай Полине. Пусть он будет с ней. — А как же ты? Ты же любишь с ним спать, особенно когда твой папа Женя уезжает на гастроли. Ведь это он тебе подарил. — спросил Леша, глядя на мальчика. — Я хочу, чтобы Полина выздоровела. А зайчик ей поможет! Правда, Дядя Юра? — утверждает тот, а на последних словах смотрит на Юру. — Правда! — подтверждает он. — С дядей Юрой спорить нельзя! — говорит Димка Леше. — О, это точно! — протянул Леша, посмотрев на того с улыбкой. Внезапно у Леши зазвонил телефон, и он тут же поспешил ответить на звонок. Оказывается, ему можно было приехал к Полине. И он засуетился сразу же, стремясь как можно скорее попасть к жене в больницу. Каспарян смотрел на него дожидаясь каких-либо новостей. — Ей стало лучше. Мама Полины позвонила. Сказала, что пришла в себя. Полина спрашивала про меня. Порывалась идти домой. Впрочем, это в ее стиле. Я поехал в больницу. — говорил он буквально на ходу, чуть ли уже не убегая без прощания, но впрочем Юра его понимал. — Домой пусть даже и не рвется, передай. Я буду на входе дежурить и не пускать. — предупреждает Юра. Андреев поспешно натягивал на себя куртку и обувал ботинки. — Я позвоню тебе. — обещает он Юре. Потом переключается на Димку, — Дим, слушайся дядю Юру. Я понимаю, что ты тут уже ему надоел. Но придется, дяде Юре потерпеть. Потерпи и ты, малыш. — Хорошо! — соглашается тот, стоя рядом с Юрой как обычно. — Ну, все, я поехал. — сказал Леша, убегая. — Может тебя все-таки отвезти? — беспокоится Юра. — Нет. Я сам. Ничего страшного. — кричит тот уже спуская по порожкам. — А ты игрушку взял? — уточняет Димка. Леша аж останавливается, проверяет себя, расстегивает куртку, показывает ему игрушку: — Взял! Не переживай! И побежал дальше. Юра закрыл за ним дверь, где-то глубоко внутри надеясь, что все будет хорошо, как можно скорее. Как только он развернулся от двери, чтобы идти в комнату, тут же наткнулся на Димку и его вопрос, который, похоже, волновал его на данный момент больше всего: — Дядя Юра, а Леша с Полиной придут ко мне? Они ведь меня не бросили? У них же дома Шарлик! Мама с папой Женей ведь приедут, они будут нас искать! Дядя Юра, а когда приедут мама и папа Женя? Мужчина посмотрел на ребенка, присел перед ним на корточки. Видел, что Димка заметно приуныл и был чем-то встревожен. Казалось, что он что-то чувствует или вовсе ощущает себя никому ненужным. Юра ужасно сожалел обо всем, в том числе о том, что приходится постоянно врать. И кажется, что с каждым разом вопросов от ребенка становится все больше. — Малыш, конечно, придут и мама с папой, и Полина с Лешей обязательно вернутся. Они тебя не оставят. Просто сейчас Леше придется побыть рядом с Полиной в больничке. — объясняет он ему. — Чтобы Полина скорее выздоровела? — уточняет Димка. — Конечно. — кивает он. — Я не хочу, чтобы Полина болела. Она веселая. — говорит мальчик немного грустно и обеспокоенно за свою крестную. — И я. -подтверждает Юра с улыбкой. — Все будет хорошо! Потерпи немножко! Совсем капельку! — А мы пойдем к Полине? — интересуется Димка. — Обязательно. — заверил его Юра, и обнял ребенка, чтобы поддержать его. — А теперь пойдем играть? — предлагает Димка. Юрка кивнул головой, и охотно пошел за ребенком в комнату. Из кухни на них снова посмотрела Айка. На нее опять накатили какие-то сомнения, гнев. Она бросила полотенце на стул с какой-то досадой и психом, и села за стол, обхватив голову руками.

****

Леша аккуратно заглянул в палату. Полина лежала, отвернув голову в сторону. Андреев безумно боялся потревожить ее или разбудить, но та, что кто-то пришел, тут же обернулась и оживилась увидев его. — Тук-тук. Где у нас тут больная тетушка Полина? — шутит он, стараясь сделать так, чтобы она улыбнулась. — Леша… — обрадовалась она и даже улыбнулась, хотя она была слабовата и улыбка давалась с трудом. Он закрыл дверь и прошел к ней. Разложил ей продукты и вещи в тумбочку, заодно рассказывая ей, что на какую полку ей положил. То сказал, что привез ей почитать книгу, чтобы она не скучала. В ее смартфон набросал еще их любимой музыки, дабы она слушала и ей становилось лучше. И наконец, отправил цветы в вазу. После этого сел рядом с ней, взяв ее легонько за руку и поглаживая Полину. Девушке это давало небольшое облегчение, но, тем не менее, она с трудом сдерживала слезы, которые так и проступали на ее лице. Леша стер их ладонью. — Как ты? — обеспокоенно спрашивает он. — Хорошо. — ответила она, стараясь изобразить вид, что все действительно хорошо и она готова ехать домой. Но потом ей вдруг стало внезапно больновато, девушка поджала губы, чтобы сдержать слезы. — Никогда не обманывай меня. У тебя это плохо получается со мной. — предупреждает ее Леша, глядя на ее состояние. Полина молчала. Да, наверно, со стороны ее попытки вернуться домой выглядели нелепо. Но она уверена, что дома ей бы стало лучше. Ее губы снова задрожали от волнения. — Я не думала, что потеряю нашего малыша. Прости меня. Я очень тебя прошу… Я не уследила за собой. Я не заботилась о нем… — запереживала Полина. — Перестань. Пожалуйста, успокойся. Сейчас не время волноваться. Я не злюсь, моя хорошая. Такое бывает. Для меня важно сейчас, чтобы ты была здорова и с тобой все было хорошо. — успокаивает ее Леша, забирая ей волосы за ухо, который растрепались и мешали ее лицу. Он прижал ее руку к своей щеке, поцеловал. Потом внезапно опомнился — Димка очень сильно просил передать Полине игрушку. К тому же, сейчас был очень удачный момент, чтобы подбодрить ее. — Леша, ты уже стал отбирать у ребенка игрушки? — спросила она, слегка рассмеявшись. — Это Димка тебе передал. Сказал, чтобы выздоравливала. — отвечает он, отдавая ей игрушку. Девушка улыбнулась и понюхала игрушку, желая ощутить присутствие Димки рядом. — Димка, солнышко… Как он? Где он сейчас? Ты его забрал? — интересуется она, немного привстав. Леша слегка улыбнулся, моментально вспоминая ребенка. — Все в порядке, но мне кажется, он немного скучает. Резвится сейчас с Юрой по всей квартире. Юра предложил оставить его у себя, пока ты будешь в больнице лежать. — рассказывает Леша. — Спасибо ему огромное! Я не представляю, что мы делали без него. Он так помогает, заботится, в момент, когда ощутимо нелегко самому… — говорит Полинка, потом просит — Привезешь Димку в следующий раз? Я очень сильно по всем соскучилась. — Обязательно. — обещает ей Леша и беспокоится о ней, — Как ты себя чувствуешь? Девушка равнодушно к самой себе пожала плечами. — Полин, ты что-то скрываешь от меня? — уточняет Леша. Отмахнулась. Молчит. — У тебя что болит сейчас? — снова задает вопрос он. Она отвернулась от него и продолжала молчать. Он решил больше не надоедать ей со своими вопросами. Главным было ее спокойствие и выздоровление. Хотел он, конечно, рассказать о своих переживаниях, но решил не тревожить лишний раз. Полина развернулась к нему и снова прижала его руку к своей щеке. Он увидел, как по ее щеке снова спустилась слеза, и как она переживала — Я с тобой. Я рядом. Пожалуйста, успокойся, тебе нельзя волноваться. — просит он ее. Безумно хотелось ее обнять, но, к сожалению, это было сейчас невозможно. — Когда? Леш, когда все будет хорошо? Не нужно меня лечить тем, что все будет хорошо! Ты прекрасно понимаешь все! Тогда зачем это бесполезное «Все будет хорошо»? — начала она, глядя на него. Леша снова вздохнул. Больше они не разговаривали. Он просидел все время рядом с ней. Они держали друг друга за руку и изучали черты лица друг друга, словно уже подзабыли. Казалось, что пока что переживать эти состояния были лучше в полной тишине. И Полине было всего лишь достаточно, что Леша находился рядом и держал ее за руку не отпуская никуда от себя.