чмок

      Выступление парней в торговом центре закончилось, и они благополучно добрались до отеля, чтобы отдохнуть и выспаться перед полётом. То, что двухместные номера делятся уже не «по дружбе», вошло в привычку, поэтому Дима с Серёжей, с чего-то хохоча, зашли в свой 307, а Антон с Арсением скрылись за дверью с табличкой «308».       Зайдя в номер, Арсений сразу прошел к ближайшей кровати и устало плюхнулся на неё прямо в обуви.       — Уфф, утомительно это всё, — сказал парень, глядя в потолок.       Но никакой реакции не последовало. Антон молча ходил по комнате, перекладывал какие-то вещи, что-то искал. По всей видимости, он собирался принять душ и готовился ко сну. Арсений приподнялся на локтях и стал следить взглядом за всеми действиями парня. Тот не обращал на Попова ровным счетом ни капли внимания, словно его вовсе тут не было, и продолжал свою возню.       — Антоха? — обеспокоенно позвал парень.       Едва слышное «мм?» донеслось в ответ. Между делом, даже не повернув голову в строну окликнувшего. Что случилось? Арсений не мог припомнить, чтобы как-то обижал парня. От чего же он такой понурый? Игнорирует его, да и вообще молчаливый был всю дорогу от торгового центра и в ресторане. Только Попов собрался возобновить неудавшийся разговор, как Антон закрыл за собой дверь в ванную. Парень устало вздохнул — мало того, что вымотан физически, так ещё и с этой истеричкой опять что-то не так.       Арсений был влюблен в Антона, и эти чувства были взаимны. В их странных отношениях всё было прекрасно. Почти всё. Однако было несколько но. Например, Антон зачастую вел себя как ребёнок или как баба, или, что ещё хуже, как тринадцатилетняя девочка, прямо как сейчас. Он мог обидеться на что-то, какой-то пустяк, и ходить надутым весь день, а то и больше. И ведь никогда не мог нормально высказать, мол, Арсений, меня это не устраивает, ну или типа того. Вот так потом сиди, Попов, и гадай, что же в этот раз не так.       Из душа доносился шум воды. Арсений поднялся с кровати и тоже начал приготовления ко сну. Сложив на тумбочку нужные для водных процедур вещи и сняв кольцо с безымянного пальца, он расстелил обе одноместные постели и сдвинул кровати в одну. Они постоянно так делали, когда куда-то ездили. Заказывали номер с двумя кроватями, хоть и спали вместе. Поначалу это делалось, чтобы не выдать себя перед Димой и Серёжей, но потом парни всё узнали, и в этом не было нужды, однако это просто вошло в привычку и добавляло, как им казалось, какой-то романтики.       Арсений замкнул дверь в номер, и Антон как раз вышел из душа. Всё ещё молча. Всё ещё не глядя на парня. Он прошёл к своей сумке, вытирая волосы полотенцем. Помимо белья на нём была лишь майка и, очевидно, ему было холодно, так как мурашки на его руках Арсений заметил из другого конца номера. Подумав про себя, какое же Антон всё-таки дитя, он едва заметно покачал головой и зашёл в ванну.       Простояв под душем пятнадцать полных раздумий о причине такого настроения своего парня минут, Арсений выключил воду и вылез из душевой кабинки. К слову, ответа на свой вопрос он так и не нашёл. Открыв дверь, он увидел, что свет уже погашен и, судя по комочку под одеялом, Антон уже лёг спать. Попов тихонько вышел, скинул полотенце и залез под одеяло. Антон лежал с краю, спиной к нему, и усердно притворялся спящим. Арсения раздражала эта обидчивость парня, но всё же он был чертовски мил в этот момент. Попов подполз ещё ближе к нему и, приподнявшись, глянул через плечо Антона, чтобы увидеть его лицо. Шастун чувствовал, что делает Арсений, и стал притворятся спящим ещё усерднее, от чего только больше выдавал себя. Арсений улыбнулся.       — Тош, — шёпотом позвал он парня. Ноль реакции. — Тошааа, — не сдавался Попов.       Однако Шастун также стоял на своем и открывать глаза не собирался.       — Я знаю, что ты не спишь, — ухмыльнувшись, чуть громче сказал Арсений и придвинулся ещё ближе к Антону, сокращая до минимума расстояние между ними. — Я хочу твоего внимания.       Попов прижался к парню со спины и, скользнув рукой по талии Антона, обнял его.       — Ты голый? Какого хрена, Арс? У тебя стояк?! — Антон практически подскочил с кровати, почувствовав, как Арсений тычется в его зад своим возбуждённым членом.       — Говорю же — хочу твоего внимания. А что такого? — улыбаясь, сказал Попов.       Антон сидел, глядя на него огромными глазами не в состоянии что-либо сказать. Не такого он ожидал, когда обиженный ложился спать.       — Зато ты заговорил со мной. И сейчас смотришь мне в глаза, — заметил Арсений, победно глядя на парня, который тотчас опустил взгляд на свои руки, треплющие край одеяла.       — В чём дело, малыш? — после недолгой паузы начал Арсений, садясь поближе к Антону. — Я что-то сделал не так? — тишина. — Ну прости меня, слышишь? Я даже не знаю, за что извиняюсь, это глупо.       — Не знаешь? Не знаешь?! — Антон готов был пустить пар из ушей от возмущения. — Поглядите на него, святоша!       — Эй, тише, тише, — Арсений попытался успокоить Антона. Глаза Попова округлились от такой реакции парня. Он понял, что действительно где-то допустил нехилый косяк, но вот где именно?       Антон снова сидел молча и старался максимально показать своё недовольство и обиду.       — Ну чего ты? — мягко спросил Арсений, решив попытаться ещё раз.       И снова тишина.       — Просто скажи мне, что я сделал не так, и я все исправлю. Ну?       Молчание Антона затянулось, и Попов уже подумывал сдаться и оставить разборки на утро.       — Серёга, — еле слышно выдавил Антон.       — Что Серёга? Какой? — тут же спохватился Арсений.       — Наш, — Шастун говорил так тихо, что наверняка сам себя не слышал.       — Матвиенко? И что с ним? — начал расспросы парень, пока обиженный шёл на контакт.       — То, что было сегодня, — после небольшой паузы продолжил Антон, всё больше мучая уголок одеяла. — Когда выступали, — он всё ещё говорил тихо, запинался и делал затяжные паузы, а Арсений внимательно смотрел на него и вслушивался. — Эти ваши все «чмок».       Антон замолчал. Арсений с облегчением вздохнул и закатил глаза. Чмок? Всего-то? Боже.       — Тош, — обратился он к парню, дотрагиваясь рукой до его щеки и заглядывая в глаза. — Тоша, ты ревнуешь? Ревнуешь меня к Серёге?       Едва заметный кивок. Испуганный взгляд зеленых глаз в голубые.       — Ты же знаешь, что это глупо. Что у тебя нет никаких поводов, ведь не он мне нужен. Мне нужен ты.       Блеск зеленых глаз, нежность в голубых. Молчание.       — Ну как мне исправить это? — вздыхая, спросил Арсений.       — Где… — тихо начал Антон, но запнулся. — Где ты его целовал?       Бесенята проснулись в голубых глазах.       — Где? Хмм дай припомнить, — Попов сделал задумчивый вид. — Для начала тут, — Арсений осторожно взял запястье Антона и, поднеся его к губам, нежно поцеловал. — Потом здесь.       Попов подполз ближе к парню и, касаясь его ровно настолько, чтоб раздразнить, оттянул ворот футболки и оставил поцелуй на плече. Антон абсолютно ничего не предпринимал. Хоть он и был обижен, но то, что делал сейчас его парень… По шее Антона пробежала стая мурашек, что Арсений не мог не заметить.       — Дальше у меня были планы, но осуществить их мне не дали, — томно прошептал он на ухо Шастуну. — Я хотел поцеловать здесь, — поцелуй в шею. — И здесь, - ключица. — И тут, — кадык. — И…       Голубые глаза в упор перед зелеными. Искры. Учащённое дыхание. Страстный поцелуй.       Длинная ночь без сна.       Любовь?