— Mine? — Yours.

– R U Mine?

С начала совещания по вопросу повышенной демонической активности не прошло и десяти минут, а Алек уже был готов подскочить на ноги и с криками выбежать в коридор. Этот чёртов маг… Иногда – да что уж врать, очень часто в последнее время – охотник жалел о том, какую власть этот похотливый маг имел над его телом. И ведь нельзя же было обвинить кого-то другого в этом! Он сам позволял и продолжает позволять вытворять наглецу с кошачьими глазами, что сидел на другом конце длинного стола, всё, что заблагорассудится его душе. И даже сейчас, когда с их ссоры не прошло и двух суток, когда Алек приревновал его на одной из вечеринок, тот с непроницаемым выражением лица смотрел на Маризу, внимательно внимая её словам и даже иногда поддакивая. Нет, Алек его точно прибьёт, если он хоть попробует… Ох… Все разом повернули к нему головы. Алек заметно покраснел, осознавая, что негромко застонал. – Алек, ты в порядке? – взволнованно спросила Мариза. – Ты весь красный. – Да, дорогой, что с тобой? – поддержал её Магнус, стряпая беспокойное лицо. – Температура? Ох, у Алека прямо чешутся руки съездить кулаком по этому наглому лицу. Как у него может быть всё нормально, когда он чувствует прикосновения ладоней мага к внутренней стороне бёдер? И тут не может быть ошибки, потому что этот ходячий блестящий любитель экстремальных ощущений сейчас сидит, пряча свои руки под столом, и что-то Алеку подсказывает, что дело не обходится без синих искр и магии. – Всё в порядке, – ответил он сдавленным голосом и прокашлялся. Поглаживания прекратились, но ощущение ладони не исчезло. – Может, откроем окно? Здесь душно. – Хорошо, – кивнула Мариза и перевела взгляд на Джейса, который, поняв намёк матери, сразу же поднялся на ноги. – Итак, на чём мы остановились? В той части Бруклина есть тоннель… Дальше Алек перестал слушать: ладонь поползла к паху, медленно, плавно, дразня и играясь. Иззи, которая также не особо вникала в речь матери, откинулась на спинку стула и мельком взглянула под стол, где сидел Магнус. Синие искры сыпались с кончиков его пальцев, разбиваясь о паркетный пол, а на лице мага играла самодовольная ухмылка. Она негромко кашлянула, и тот повернул к ней голову и подмигнул, но мучений не прекратил. Алек вцепился пальцами в края стула, чувствуя, как ладонь поглаживает его обтянутый плотной тканью джинсов выпирающий бугорок, и старался привести дыхание в норму. Вдох полной грудью. Выдох. ВЫДОХ. НЕ СТОН! О, нет… Сидящий рядом Джейс резко повернул к нему своё лицо и расплылся в лукавой ухмылке. – Похоже, открытое окно тебе не очень помогает, – еле слышно сказал он. Алек кивнул, не доверяя своему голосу, и продолжал кусать нижнюю губу. Магнусу лучше бежать, бежать как можно дальше, хоть до самого Идриса, когда совещание закончится. Потому что его месть будет ужасной и беспощадной. – Магнус, будь добр, посмотри сюда, – Мариза ткнула пальцем в какую-то карту. Почему какую-то? Да потому что парень не слышал ни единого слова, сказанного матерью. Потому что всё, о чём он мог думать всё это время – это ладонь Магнуса у него между ног, нежно массирующая его твёрдый член. Магнус поднялся на ноги, и ладонь исчезла. Алек облегченно выдохнул и сильнее прижал ноги друг к другу. Он никогда не скажет это вслух, тем более, Магнусу, но сейчас он был бы не против продолжения, потому что напряжение в теле достигло своего пика и требовало разрядки. И ему и не нужно говорить. Магнус Бейн, на минуточку – Верховный маг Бруклина, умеющий читать мысли! Ладно, он не умеет читать мысли, зато умеет превосходно читать язык тела своего невинного (не такого уж и невинного, будем честны) нефилима. Поэтому, ухмыльнувшись, маг одарил возлюбленного хищным взглядом – он получит то, чего так жаждет. И он получил. Как только Бейн вернулся на своё место, ласки возобновились, и Алек сильнее стискивал зубы, потому что ладонь ускорилась, а потом надавила с такой силой, что он почувствовал, как внутри него взрывается фейерверк, а боксеры становятся мокрыми. Губы оказываются искусанными в кровь, а пальцы дрожат и побаливают, когда он отцепляет их от стула. Алек не заметил, когда охотники начали расходиться, и, оставаясь на своём месте, потерянно смотрел на двери, сейчас не в состоянии подняться на ноги. Вскоре в кабинете никого не осталось, и только Магнус стоял в углу комнаты и что-то бурно обсуждал с Изабель, и от нефилима не укрылось его возбуждение, которое тот пытался спрятать, натягивая полы пиджака вниз. Может, Алек и получил свою разрядку, но тело реагировало так, как хотело, и вскоре парень обнаружил, что хочет снова, только теперь прижать Бейна к себе, а не кончить в трёх метрах от него. Он поднялся на ноги и подошёл к сестре и своему парню. – Магнус, можно тебя на секундочку? – спросил он, акцентируя внимание на имени мага, произнося его с плохо скрываемой яростью. Бейн широко улыбнулся Иззи, и та поспешила покинуть кабинет, плотно прикрывая за собой двери и уже догадываясь, что кому-то сейчас влетит. – Милый, мне кажется, у тебя температура, – сказал он заботливым голосом и не успел даже насладиться гневным выражением лица охотника, как тот резко дёрнул его на себя, буквально впечатывая в своё тело, и низко склонил голову, приблизив лицо. Расстояние между ними было не больше пяти сантиметров, и глаза Лайтвуда метали молнии. – Скажи мне, Магнус, сколько коктейлей ты успел выпить этим утром? – прошипел он. – Или может, тебя по пути в Институт ударили головой и протащили по Бруклинскому мосту? – Я сделал что-то не так? – притворно недоумевал маг, распаляя этим в Алеке бушующее пламя. – Да! – выкрикнул он несдержанно. – Ты ласкал меня на виду у всего Института и моей матери! Ты рехнулся? Губы на смуглом лице начали медленно изгибаться в ухмылку, а в кошачьих глазах заплясали чертята. – Я ничего не делал, уверяю тебя, – сказал он, глядя такими честными глазами, что даже самый невинный малыш на фоне него покажется сущим лгуном. – Хотя, признаюсь, это льстит, – он закусил губу и осторожно опустил ладонь на грудь Алека. – Ты так соскучился, что возбудился от одного моего вида? – ладонь поползла вниз. Алек зарычал и, схватив Магнуса за бёдра, рывком притянул к себе. – Прекрати свои игры, Бейн, мы в Институте. – Скажи, что не хочешь, и я остановлюсь, – прошептал маг, медленно расстёгивая ширинку и запуская ладонь в нижнее бельё, где сейчас было совсем не сухо. – Кончил, просто глядя на меня?! – он высоко вздёрнул брови и начал вести рукой по всей длине. Алек приглушенно застонал. Как бы ни был он зол сейчас, последние минут двадцать он только и думал, что о Магнусе, касающемся его по-настоящему. Поэтому он резко наклонил голову вперёд и впился в губы мага, жёстко сминая их, кусая и рыча. Магнус взмахнул свободной рукой, закрывая дверь изнутри, ибо не хотел, чтобы кто-то увидел, как они будут проверять на прочность кресло Маризы – а именно там он и собирался отдаться своему нефилиму – и вцепился ею в ворот футболки, притягивая парня ближе. Дыхание Алека было тяжёлым, когда он отстранился, глядя в кошачьи глаза расфокусированным взглядом, и он как-то хитро улыбнулся, утягивая Магнуса за собой. Он опустился в кресло, стоящее во главе стола, и, притянув мага к себе вплотную, задрал его рубашку. Его влажный язык обводил кромку брюк, а губы пару раз втянули смуглую кожу, легко прикусывая, намеренно оставляя собственнические отметины. Магнус держался за плечи любимого и, откинув голову чуть назад, вдыхал воздух широко раскрытым ртом. Звук расстегивающейся молнии заставил его взглянуть вниз, и он захлебнулся восторженным стоном, когда Алек сквозь ткань боксеров обхватил губами его возбуждённый член. Руки охотника скользнули выше от бёдер под край нижнего белья и уже грубо сминали смуглые ягодицы мага, притягивая всё ближе и ближе. – Боже… – шептал Магнус, выгибаясь в спине. – О, Боже! – вскричал он, когда к языку и губам присоединились зубы. – Да, Алек! Нефилим отстранился и коварно улыбнулся. Шершавые пальцы ухватились за край боксеров, и скоро они уже висели где-то на щиколотках, а то, что было под ними скрыто, залегло за щёку охотника. Алек сосал и облизывал, вбирал на всю длину и выпускал, обводил языком и целовал губами, и Магнус уже был почти на пике, когда он выпустил его член изо рта. – Хочу тебя, – прошептал он, сдирая с ног мага штаны с бельём. Алек приспустил свои джинсы и притянул Магнуса на себя, который сразу же расставил широко ноги, и, едва их возбуждения соприкоснулись, они одновременно качнули бёдрами навстречу друг другу, прижимаясь губами и сглатывая стоны. Оба прекрасно знали, что охотники Института не могли разойтись далеко от кабинета и сейчас, скорее всего, находятся где-то поблизости, и это подстёгивало ещё больше. Особенно, учитывая, что сдерживать свои эмоции Магнус не привык и всегда выкрикивал то, что чувствовал. Маг задрал футболку охотника до подмышек и провёл ладонями по груди, сжимая пальцами соски и припадая к ним губами, вылизывая, кусая. И одновременно призывая смазку, чтобы нанести её на возбуждённого охотника. Алек зашипел и, схватив мага за бёдра, приподнял. Тот, поняв нефилима и без слов, принялся опускаться, медленно – мучительно медленно – насаживаясь на ствол, выгибаясь в спине от боли вперемешку с наслаждением. Он был уже подготовленным, и от этого Алеку сносило крышу, и он стонал несдержанно, ощущая, как тугие стенки раскрываются ему навстречу. Опустившись до конца, Магнус остановился и уронил голову на плечо охотника, пытаясь отдышаться. Тот ласково перебирал его волосы пальцами, а потом качнул бёдрами, и маг, застонав, притянул его к себе ближе и качнулся в ответ. Стоны нарушали привычную тишину кабинета, дополняя скрип кресла и шлепки плоти. Магнус, откинувшись назад, упёрся ладонями в колени Алека и елозил бёдрами, вбирая член глубже в себя и несдержанно выкрикивая. Его плоть тёрлась о каменный пресс охотника каждый раз, когда он подавался вперёд, и это приближало его к наивысшей точке наслаждения. Алек схватил мага за лодыжки и переложил себе на плечи, меняя тем самым угол проникновения. – Боже, Алек… Мммм… Ааах, Алек… Охотник чуть не кончил от таких криков и только увеличил темп, вскидывая бёдра чаще. Он скользнул по задней их стороне ладонями к ягодицам и притянул мага ещё ближе. Его рука огладила яички, а потом перехватила член у основания, и Магнус почти захныкал, готовый кончить, но не имея возможности. – Ты мой?! – прорычал он, сжимая ладонь сильнее. – Алек, пожалуйста… – Магнус повернул к нему голову, и в его глазах была мольба. – Я спрашиваю, ты мой?! – повторил ещё более грозно Алек. – Навсегда, – прошептал тот хриплым от сбившегося дыхания голосом. Алек улыбнулся и, выпустив член, схватил лодыжку, притягивая её к губам. Он снова начал двигаться, резко и несдержанно, а языком обводил косточку на щиколотке, а потом скользнул к стопе, щекоча подошву, и обхватил губами большой палец. – О, Ангелы, Александр! – выкрикнул Магнус и излился ему на живот. Алек ещё двигался в нём, доводя себя до точки кипения и растягивая удовольствие Магнуса. Тот вернул ноги на кресло и, схватив охотника за шею, притянул к себе для поцелуя, жадного и грязного, и Алек, застонав, кончил внутрь, сжимая ладонями бёдра любимого. – Тебя было слышно во всём Институте, – прохрипел он, подняв голову и посмотрев в кошачьи глаза. – Тише никак? Магнус хитро улыбнулся и, склонившись к уху охотника, прошептал: – Ты сам любишь, когда я кричу громко. Тем более, что, – он начал снова целовать его шею, – не кричать, когда ты внутри меня, я не могу. Алек как-то беспомощно застонал и откинул голову на спинку кресла. – Может, пойдём в мою комнату? – Как скажешь. Взмах ладоней, и Алек чувствует, что падает на мягкую – мягкую по сравнению с неудобным креслом матери – кровать в своей комнате, придавленный весом Магнуса. – Пошалим? – улыбнулся маг. Алек кивнул и поцеловал его в губы. – Люблю тебя, – прошептал он нежно и откинулся на кровати, подставляясь под ласки возлюбленного.

– Maybe I just wanna be yours.

Вечеринка, на которую Иззи вытащила всех, включая долгое время препиравшегося Алека, проходила под громкие звуки музыки и мерцание сотни софитов. Нежить и некоторые представители нефилимов отплясывали на танцполе, уже в хлам напившиеся, зависали у барной стойки, требуя «продолжения банкета», и громко спорили и смеялись. – Александр, – мурлыкнул Магнус на ухо своему охотнику. В помещении музыка долбила вовсю, но голос мага липким мёдом лился в уши, заставляя каждую клеточку встрепенуться. – Мы так давно не танцевали, – хитро улыбнулся он, притягивая Лайтвуда к себе ближе. – Так давно не тёрлись друг о друга. – Это ты так деликатно намекаешь мне на секс? – спросил Алек. – Если да, то вчера ночью мы практически не спали. – Ты забыл, мой милый, что перед этим тебя не было дома несколько дней. Я навёрстываю упущенное. Он, закусив губу, начал скользить рукой к паху, и Алек успел перехватить её, когда подушечки пальцев коснулись ширинки. – Магнус, ты не будешь ласкать меня на глазах у всего Нижнего мира и моих друзей. – Не утрируй, сладкий, – подмигнул ему маг. – Здесь не наберётся и сотой части всей Нежити. – Хочешь танцевать – давай, – наконец, согласился нефилим, – но сначала мне нужно выпить. Магнус хищно улыбнулся и потянул его за собой к барной стойке. Фейри с короткими серебристыми волосами мешала коктейли и раздавала разноцветные напитки столпившимся вокруг неё подвыпившим вампирам. – Держи, – Магнус выхватил из её рук какой-то коктейль, переливающийся всеми цветами радуги и блестящий в свете прожекторов, которые иногда обращали к ним своё внимание. – Я не отравлюсь? – Алек недоверчиво понюхал напиток. Он пах сладкой жвачкой и был пузырчатым, как молочный коктейль. – Обижаешь, – Магнус надул губы. – За нас, – он поднял свой бокал с ярко-оранжевым коктейлем, и они стукнулись стеклянным бочком своих напитков и сделали по глотку. И это было последним, в реальности чего Алек будет уверен на сто процентов следующим утром. Магнус тёрся спиной об его широкую грудь, практически не сдерживая стонов от прикосновений бёдер Алека к его. Он ощущал, насколько тот возбуждён, и, когда поворачивал голову вбок, ловил его ошалелый и дикий взгляд, который обещал затащить его в постель и мучить очень и очень долго. – Портал, – прохрипел охотник ему на ухо. – Хочу тебя. Немедленно. Бейн не стал церемониться и щёлкнул пальцами, открывая лиловое окно прямо в их спальню. Как только его ноги ступили на пушистый ковёр, лежащий в изножье кровати, он толкнул Алека в грудь, и тот рухнул на край кровати. – Сегодня мы кое-что опробуем, – прошептал он, взбираясь на его колени, и, обхватывая плечи двумя руками, накрыл губы охотника своими, начиная покачиваться и имитируя толчки. Алек стонал в губы, сжимая его ягодицы и бёдра и попутно расстёгивая ширинку на брюках. Тонкий слой одежды оказался непозволительно большой преградой, особенно, когда кожа горела от острой необходимости касаться кожи любимого человека, и Бейн не стал мучить ни себя, ни Алека и просто щёлкнул пальцами, оставляя их абсолютно голыми. Они ещё некоторое время целовались, скользя ладонями по телу друг друга, а потом Магнус аккуратно оттолкнул его в плечо, заставляя лечь на кровать, и они оба подтянулись к изголовью. Он до сих пор восседал сверху и изредка вилял бёдрами, подстёгивая желание Алека и оглаживая его грудь, уделяя особое внимание соскам. Парень как-то упустил тот момент, когда в комнате зажглись свечи, и с верхней части кровати заструился прозрачно-лёгкий белый балдахин. Всё его внимание было сосредоточено на глазах Магнуса, которые жадным взглядом пожирали его тело и светились ярче, чем свечи где-то за его спиной, сливающиеся в единое световое пятно. То, что играет лёгкая музыка, до охотника тоже дошло не сразу. Просто в какой-то миг Магнус пропел ему на ухо строчку из песни. Может, я просто хочу быть твоим… И тогда Алек не выдержал и резко сел, притягивая Магнуса ближе и впиваясь в его губы, кусая их и грязно вылизывая языком. Тот застонал и судорожно вцепился пальцами в плечи, снова толкаясь вперёд. Магнус начал давить, и они вдвоём опустились на простыни, которые были уже белыми, а не ярко-алыми. Тела, соприкасаясь, сгорали, Алек терялся в ощущениях, и в себя его более-менее привёл звук металла, похожий на щелчок наручников. Впрочем, это и были они, поблёскивающие в свете свечей, металлические и прохладные – они остужали пыл, отрезвляя и вырывая из той страстной агонии, в которой чуть не сгорел Алек. Он дёрнул руками, но Магнус надёжно приковал их к изголовью, оставляя его обездвиженным, а сам сполз на пол и обошёл кровать, вставая напротив охотника и обжигающим взглядом скользя по открывающемуся оттуда виду. – Мы начнём с простых прикосновений, – сказал он хрипло. Щелчок пальцами, и Алека окутывает тьма. Позже он понял, что на его глазах шёлковая повязка, и от этого возбуждается ещё сильнее. Что-то пушистое и мягкое коснулось его пятки и поползло по стопе к пальцам, отчего он сдавленно хихикнул и попытался отдёрнуть ногу, но та оказалась словно пригвожденной к постели, естественно, не без помощи магии. Магнус внимательно следил за реакцией охотника и вёл кисточкой вверх по ноге, к колену и по внутренней стороне бедра, вокруг колом стоящего члена и к тазовым косточкам, по боку и к пупку, отчего Алек дёрнулся вверх. Магнус отбросил своё орудие пыток в сторону и вернулся на исходную позицию. Он опустился вниз и накрыл губами большой палец на ноге охотника, начиная вылизывать его языком, и Алек негромко застонал. Маг ухмыльнулся и добавил зубы, а потом начал вести языком вверх по ноге, оставляя влажную дорожку и темнеющие следы, когда останавливался и засасывал губами бледную кожу. Как только охотник почувствовал его в районе бёдер, то неосознанно вскинул их вверх, пытаясь восполнить дефицит прикосновений, и маг прижал его бёдра к постели. – Магнуссс… – простонал он, судорожно выдыхая. Язык продолжил свой путь, нарочито обходя стороной возбуждённый орган и скользя к талии, груди и шее. Краем уха Алек услышал, как зашелестела простынь сбоку, и почувствовал, как прогнулся матрас с той стороны – Магнус навис над ним, становясь коленями по обе стороны от его тела и упираясь ладонями в подушки. Он попытался податься вверх, но тело, как и нога, оказалось прикованным к кровати. – Тише, мой сладкий, – прошептал Магнус. – Ещё не время. Алек дрожал в предвкушении – из-за отсутствия зрения остальные чувства обострились, и теперь малейший шорох или вдох будоражил его воображение, посылая орду мурашек по спине. Он ощущал его над собой, расстояние между ними было меньше вытянутой руки, но он был таким недоступным, что охотник начал задыхаться от беспомощности. – Я здесь, – послышался голос прямо перед ним, и лицо окутало тёплое дыхание, отчего Алек облизнул пересохшие губы и жадно глотнул воздух. – А вот это нечестно, – прошипел Магнус и, нагнувшись, грязно лизнул его губы, и Алек подался вверх, чтобы продлить прикосновение, раскрывая губы и выпячивая нижнюю. Магнус хищно улыбнулся и уселся между ног охотника, принимаясь поглаживать его бёдра, и тот начал нетерпеливо ёрзать в постели и тихо стонать. Каждое прикосновение разжигало его, словно огонь разжигает бензин, и он то и дело кусал губы, периодически смачивая их своей слюной и надеясь этим спровоцировать Бейна. Горячие руки сжали его бёдра и закинули на смуглые плечи, а к колечку мышц скользнул палец, прохладный и скользкий от смазки. Он проникал медленно, плавно, сгибаясь и кружа, к нему добавился второй и тоже начал осторожно растягивать. Алек сдавленно дышал, широко раскрыв рот, выгибался, насаживался на пальцы и, когда третий палец присоединился к двум, несдержанно вскрикнул. – Ангела ради, возьми меня сейчас же! Магнус хитро ухмыльнулся и, подловив его ноги, прижал лодыжки к изголовью кровати, выставляя охотника в откровенную позу. Тёплая ладонь опустилась на правую ягодицу и нежно её огладила, вжалась пальцами, слегка царапнула, а потом, замахнувшись, шлёпнула. Алек резко вдохнул воздух. Второй шлепок – Алек застонал. И снова поглаживания, а потом шлепок с большей силой, и от этой небольшой вспышки боли Алек вскрикнул. Магнус улыбнулся, снова потирая покрасневшую кожу, и прильнул к ней губами. Он целовал нежно и ласково, оставляя влажные следы и несильные засосы, а потом впился зубами. Алек снова вскрикнул, судорожно выдыхая воздух. Вспышки боли сводили его с ума – он хотел Магнуса внутри прямо сейчас, жёстко, быстро и несдержанно. И Магнус удовлетворил его желание, скользнув языком внутрь и начав двигаться резко и быстро, и Алек… нет, не стонал. ОН КРИЧАЛ! Так громко, словно от этого зависела его жизнь. – Я дольше не продержусь… – прохрипел он, жалобно скуля и кусая губы. – Магнус… Он не успел ничего добавить, как руки и ноги оказались на свободе, а с глаз спала повязка, и Магнус притянул его ближе, закидывая ноги себе на бёдра, и сразу же толкнулся внутрь, набирая бешеный темп. Нежности и неспешности не осталось, ни капли. Простыни давно смялись, некоторые подушки попадали с кровати, спинка ударялась о стену. Магнус ускорялся, и Алек царапал его спину, севшим голосом умоляя не останавливаться. Его ногти впивались в кожу до крови, и маг перехватил его руки своими двумя и откинул на подушку, сжимая со всей силы запястья, и вбиваясь дико, необузданно, по-животному, разрывая простыни в клочья, скользя по кровати. Алек, вскрикнув из последних сил, кончил, и Магнус снова ускорился и на пределе наслаждения впился пальцами правой руки в наволочку подушки, и синие искры посыпались с них. Алек еле разлепил веки и посмотрел на Магнуса, который до сих пор лежал сверху и тяжело дышал. – Ангелы… – прошептал он хрипло. – Что это было? Маг поднял голову и криво улыбнулся. – Не знаю, но у меня впервые нет слов, чтобы это описать, – сказал он и откинулся на спину. Тело млело в приятной истоме, запах сгоревших свечей и секса заполнил комнату, музыка уже не играла. Алек повернулся лицом к магу и прильнул к нему вплотную. Тяжёлое дыхание перемешалось. Веки закрывались сами по себе, и, сколько бы охотник не бодрился, сон сморил его. Горячие руки оплели его тело, и он почувствовал прикосновение губ у виска. – Сладких снов, – послышался шёпот над ухом. – Люблю тебя.