Между ангелом и бесом

До 19.00 я сидела как на иголках. За что бы ни бралась – за подготовку к занятиям, за чтение или за проверку домашнего задания – ничего не выходило. Я постоянно отвлекалась, строила какие-то предположения. Одним словом, я волновалась. Причём не просто волновалась, а ужасно волновалась. Как будто впервые иду на свидание. СТОП! С чего я решила, что это будет свидание? В конце концов, в письме это слово не упоминается. Так что не стоит строить напрасных иллюзий и накручивать себя. Я кивнула. Колокол начал бить. Семь раз. Отлично. Пора собираться. Что же надеть? Хм… Как же я раньше об этом не подумала? Я стремительно подошла к шкафу, открыла его и вытащила всё его содержимое. Н-да… Выбор не такой уж большой… Порывшись в этой куче минут десять, я наконец выбрала одно из моих самых любимых платьев: коротенькое тёмно-синее платье. Правда, оно было летним, но на улице стояла такая жара, что замёрзнуть в этом платье было невозможно. Что ж, отлично! Теперь быстренько принимаем душ, красимся, одеваемся и топаем к Хогсмиду! *** В Холле я столкнулась с Минервой МакГонагалл. Она удивлённо окинула меня взглядом и спросила: – Вы куда-то собрались, Лили? Я кивнула. – Да. В Хогсмид. У меня… м-м-м… встреча. – Встреча? – МакГонагалл усмехнулась. – Что ж, желаю вам хорошо провести время. – Спасибо. Буду стараться. До свидания. – До свидания. Я вышла из замка, вдохнула вечерний воздух и пошла по дороге, ведущей к Хогсмиду. *** Он уже ждал. Заметив меня, он широко улыбнулся и помахал мне рукой, но потом смутился и опустил руку. Я тоже улыбнулась и помахала ему. И чего он такой правильный и стеснительный? Когда я подошла, Ремус достал из-за спины цветок. Я первый раз в жизни видела такой красивый цветок! – Это вам, Лили, – Ремус протянул мне восхитительное растение. – Спасибо, Ремус, – я взяла цветок. – Он замечательный. – Вы прекрасно выглядите. – Спасибо. Он улыбнулся. Серые глаза смотрели ласково и приветливо. Бледные щёки чуть розовели. – В письме вы написали, что хотите что-то сказать мне, – я попыталась сказать это как можно безразличнее. – Да, конечно. Я… Почему бы нам не зайти в «Три метлы»? – С удовольствием. Мы медленно двинулись по улице деревушки. Людей практически не было. Было удивительно тепло и спокойно. Я покосилась на Ремуса. Он был каким-то взволнованным. Я подумала о том, решится ли он сказать мне о своих чувствах или нет… Тьфу ты, дура безмозглая! Ну с чего ты взяла, что у Ремуса вообще есть к тебе какие-то чувства? Я ругала себя на чём свет стоит и не замечала внимательного взгляда моего спутника. Только когда мы подошли к пабу, я взглянула на Ремуса. Тот сразу отвёл глаза. Я улыбнулась. Мысленно, конечно: чего лишний раз смущать человека? Мы сели в дальний угол, чтобы студенты или преподаватели Хогвартса, которые могли здесь ненароком оказаться, не увидели меня. Ремус сходил к стойке и заказал два сливочных пива. Когда он вернулся, поставил передо мной кружку и сел на своё место, я спросила: – Как там Сириус? Всё мается? – Да. Хочет выйти из дома, но я его не пускаю. Это опасно. Министерство повсюду его ищет, – Ремус сделал большой глоток. – Жалко его. Совсем один одичал, – я тоже отхлебнула из своей кружки. Ремус виновато посмотрел на меня. – Я не могу постоянно находиться рядом с ним. У меня работа. В институте требуют полной отдачи. Конечно, и платят за это неплохо. Жить ведь на что-то надо. – Да, конечно. Мы посидели молча. – Лили, – вдруг сказал Ремус. Я внимательно посмотрела на него. Он сразу отвёл взгляд. – Да? – Я… В тот раз, когда вы были у меня дома… Понимаете, у нас так заведено: если магглы узнают что-то, мы накладываем на них заклятие Памяти. Чтобы они всё забыли… – Ремус, – невольно я протянула руку, коснулась его руки и тут же отдёрнула. Он быстро спрятал свою руку под стол. – Ремус, я всё понимаю и нисколечко не сержусь на вас. – Правда? – Да, правда. Он облегчённо вздохнул, весело улыбнулся и посмотрел на мою уже пустую кружку. – Ещё? – Да, пожалуйста. Ремус сходил ещё раз и принёс ещё пива. – Как устроились? – Отлично. Есть, конечно, кое-какие проблемы, но… – Какие проблемы? – насторожился Ремус. – Э-э-э… Ничего серьёзного. Просто не сошлись характерами кое с кем… – С кем? Я слегка нахмурилась. Рассказывать ли Ремусу о Снейпе? В конце концов, они, кажется, знакомы. Эх, была – не была… – Дело в одном из преподавателей… Его имя Северус Снейп. Ремус вздрогнул. – Снейп? – Вы знакомы? – Э-э-э… Да. Мы вместе учились. На разных факультетах, конечно. – Ясно, – я испытующе смотрела Ремусу в лицо. – Мы… мы недолюбливаем друг друга… А с Сириусом так они вообще заклятые враги… Он… он что-нибудь сделал вам? – Нет, – я покачала головой. – Это хорошо. Однако, позвольте дать вам совет, Лили. Держитесь от него подальше. Ничего хорошего от этого человека ждать нельзя. – Спасибо. Я так и сделаю. За ничего незначащей болтовнёй мы допили по второй кружке сливочного пива, после чего Ремус принёс ещё. За окнами постепенно темнело. – Знаете, Ремус, Дамблдор отпустил меня только до двенадцати, – весело проговорила я. Он рассмеялся и посмотрел на часы. – Серьёзно? Уже почти одиннадцать. Идёмте, я провожу вас. Мы встали и пошли к выходу. На небе уже начали появляться звёздочки. Я вдохнула тёплый осенний воздух. Как же всё-таки хорошо! Мы медленно пошли по направлению к замку. Ремус молчал, и от этого у меня было плохое настроение. Дурочка! Говорила же тебе: не строй иллюзий, не выдумывай чёрт знает что! А ты? Решила, что он тебя на свидание пригласил! Дура, дура и ещё раз дура! Возле ворот замка Ремус остановился. – Ну, вот и пришли, – улыбнулся он. – Да, пришли, – тихо повторила я, уткнувшись взглядом в носки его ботинок. – До свидания, Лили. Надеюсь, что мы с вами ещё увидимся. – Я тоже на это надеюсь, – ответила я, не поднимая головы. Мне не хотелось смотреть ему в глаза. Я боялась выдать себя и свои чувства. – Лили… – еле слышно прошептал Ремус. Я вдруг почувствовала лёгкое прикосновение к своей щеке и вздрогнула. Сердце вдруг начало биться часто-часто, а потом… вдруг ухнуло куда-то вниз: Ремус взял меня за подбородок, поднял мою голову, наклонился и… поцеловал меня. Это был странный поцелуй. Никто и никогда не целовал меня так. Поцелуй был удивительно нежным, лёгким, почти незаметным. Я лишь почувствовала прикосновение горячих влажных губ Ремуса к своим губам, а потом всё вокруг закружилось в бешеном танце: луна, звёзды, огни окон в замке. Следом за этим внизу живота как-то сладко заныло, и ноги начали подкашиваться. В этот момент Ремус чуть отодвинулся назад и посмотрел мне в глаза. Я прочитала в его взгляде немой вопрос. Проведя языком по своим губам, будто стараясь сохранить вкус поцелуя, я быстро оглянулась и доверительно прошептала: – Когда мне было четырнадцать лет, мама увидела, как я целуюсь с соседским мальчишкой. С тех пор я всегда оглядываюсь, как будто боюсь, что она снова меня увидит, – я улыбнулась растерянности, появившейся на лице моего ненаглядного. – Спокойной ночи, Ремус. Я сделала несколько шагов спиной вперёд, потом махнула ему рукой, развернулась и тихими шагами пошла к замку. Я была счастлива. Пусть он не сказал, что любит меня. Но он поцеловал меня. И сейчас я была счастлива. *** В Холле стоял Дамблдор. – Мисс О’Коннор! Ещё минута – и мы закрыли бы двери! – директор подошёл ко мне. – На ваших щеках играет румянец. Что-нибудь случилось? – Да, – доверительно прошептала я. – Что ж, рад за вас, весьма рад! – Спасибо. Я, пожалуй, пойду. – Конечно, идите. И смотрите осторожней с паролем! – Я буду предельно осторожна, – пообещала я и пошла в сторону своих комнат. *** – 1234567890987654321, – тихо сказала я. – Так-так-так… 12345… вроде бы так… 67890… всё сходится… 98765… и это правильно… 4321… хм… кажется, всё верно, – нищенка кивнула, и портрет отъехал в сторону. – Я вижу, вы запомнили пароль, – съязвила я. – О да! Это было ужасно трудно, но я его запомнила! – нищенка не заметила подвоха. – Отлично. Родина вас не забудет! Я вошла в спальню, разделась и бросилась на кровать. Кошмар! Я была полностью опустошена.