Очень приятно, Сарушима

Прошло два дня. За это время я совсем чуть-чуть продвинулась в алгебре с геометрией. Слишком сложные они для меня, но все же я стараюсь вникнуть в них, просто не хочется больше мучиться. Кстати, из агентства мне пока не звонили, что довольно странно. Ладно, сейчас четверг, на улице идет дождик, и я стою напротив окна, наслаждаясь своей любимой погодой. Да, я очень люблю дождь, но только не сильный ливень, а маленький, медленный и спокойный грибной дождичек. Именно он помогает мне расслабиться и забыть о проблемах насущных. Так, что-то я отвлеклась. Значит, стою я в классе перед началом урока технологии, и с улыбкой а-ля «Чеширский кот» любуюсь погодой за окном, как вдруг в коридоре орут во всю глотку: — Смотрите, змея! — этот голос принадлежал Исобе. — Змея? — это уже кричала Ита. Да, я всё-таки, как ни крути, успела подружиться и познакомиться с большей частью класса. И, кстати, эта Ита ничего, если не будет много болтать о моде. Сами понимаете, как это может раздражать. Вот знаете, никогда не любила змей. Они склизкие, шипящие, и могут быть ядовитыми. Ах, да, забыла еще сказать, что они хладнокровные. Как это для меня ни прискорбно, но самой стало интересно посмотреть на это чудом возникшее существо, и я направилась в коридор. А там я заметила такую потрясающую картину: мои одноклассники шваброй загоняют эту змею в угол. Причем змея эта, делаю акцент, БЕЛАЯ! Ну и за каким хреном сие по истине красивое чудо природы приползло к нам в школу? Глядя на всю эту картину, я сначала хмыкнула, а потом все же решила, что хватит им мучить бедное хладнокровное пресмыкающееся. Хотя всё-таки не представляю, как я возьму змею в руки. Подойдя к однокласснику со спины, я толкнула его и сказала: — Хочешь, я в тебя тоже шваброй потыкаю? — За что? — спросил зеленоглазый брюнет. (Автор: Пройдемся по стереотипам) — А за все хорошее! Чем тебе змея помешала? Потыкал? Наигрался со змеей? Вали. А если она ядовитая и укусит тебя случайно? — отлично, во мне снова включился режим «Мать Тереза». И когда он перестанет включаться ради таких идиотов? Хотя, наверное, никогда. Настало время пересиливать свои страхи. Как бы мне ни было неприятно и плохо, я всё-таки взяла змею в руки, предварительно натянув рукава. Бли-ин, она такая холодная, я даже через ткань это чувствую. Стоп. А почему она улыбается? Так, мне это не нравится. Все вокруг визжали от того, что я взяла в руки змею. Люди, я сама в шоке. Я подошла к открытому окну, и «аккуратно» выпустила змею. — Ползи, давай, отсюда, а то эти идиоты тебя в конец искалечат, — сказала я и облегченно выдохнула. Знаете, это было страшно и плюс ко всему еще холодно. Я вытерла холодный пот со лба, и услышала голос Иты: — Сарушима, всё в порядке? Она тебя не укусила? — Всё нормально. Единственное, что у меня пострадало — это психика, — ответила я и почесала затылок, при этом один из рукавов сполз до локтя. — А что с рукой? Она всё-таки тебя укусила! — воскликнула Ита и, схватив мою руку, показала на ней своеобразный красный след. «Черт, след! Это же был Мидзуки!!! Ну всё, мне конец… Стоп! А почему этот извращенец появился сейчас? Ведь до него по сюжету была хозяйка болот. Что происходит? Так, ладно, расслабились и представили, что ничего страшного не случилось», — размышляла я. Объяснив Ите, что всё в порядке, я отправилась на урок, как раз и звонок прозвенел. Что ж, пока все хорошо, но ключевое слово здесь «пока». Мда… И влетит же мне от Томое за мою невнимательность. Хотя, я же сюжет знаю? Значит смогу предотвратить его лекцию. Когда я выходила из школы, у меня зазвонил телефон. — Алло, здравствуйте. — Здравствуйте. Это мисс Миодзуки? — услышала я мужской голос. — Да, это я. А что случилось? — Вы подавали заявку на съемку в массовке, в фильме с участием Курамы-сана. Приходите сегодня в 16:00, и просим не опаздывать. Адрес мы вышлем вам сообщением. — Спасибо, хорошо, я приду, — нажав кнопку отключения, я радостно запрыгала и завизжала. Все смотрели на меня как на ненормальную, но мне плевать. «Да, да, да! Наконец-то я начну работать! Наконец-то моя мечта сбудется, я буду сниматься в главных ролях, будет личная гримерка… Ой, я слишком размечталась» — пока я в мыслях ликовала, а в реальности прыгала и визжала, ко мне подошла Кей. — Эй, Сарушима, успокойся, — окликнула она меня. Я, конечно, перестала прыгать и визжать, но улыбаться — ни за что. — Сколько раз просила: не Сарушима, а Сара, — сказала я все с той же счастливой улыбкой. Нет, а что? Ее же зовут Кей, хотя ее настоящее имя Кейт. А мне что, так нельзя? — Оʼкей, Сара. А что это ты такая счастливая? — Да представляете, я наконец-то буду сниматься в массовке! — радостно воскликнула я. — Эм… Я вообще-то тут одна перед тобой стою. Я поняла, что сильно осеклась, причем со мной это уже второй раз. Вот не хватает мне сестренки. Господи, ну когда же она явится? — Прости, просто на эмоциях. Столько радости… — Ничего. Кстати, поздравляю и дам небольшой совет: не веди себя так, по крайней мере, на людях. Ладно, давай, я домой, потом позвонишь и расскажешь, какой фильм смотреть, — попрощалась она и ушла. После прощания с Кей мне пришло смс на телефон, и я незамедлительно отправилась на съемочную площадку. Прибыла я чуть раньше назначенного времени, но это даже лучше. Ко мне подошел режиссер и сказал, что мы будем снимать сцену митинга, где так же будет играть главный герой. — Хорошо, — сказала я. Кстати, режиссера зовут Шоджи Гото, вам это имя вряд ли о чём-то говорит, но в этом мире он очень популярный режиссер, все мечтают у него сниматься. Он может как продвинуть тебя по карьерной лестнице, так и очень сильно опустить. Мне очень повезло… Ой, простите, отвлеклась. — Проходи на площадку. Через десять минут будем снимать, — сказал Шоджи и отошел к режиссерскому месту уточнять сценарий или еще что-то. Не важно, главное, что я наконец-то буду сниматься. Я подошла к съемочной площадке. Как же много здесь народу. Подождите… Нет. Не может быть. А Нана откуда здесь? Вкратце: с этой девочкой из класса я вообще общий язык не смогла найти, так как она слишком вредная, ну и слегка двинутая. Ну как слегка… Стоит мне пройти мимо неё, как в мою сторону тут же летят возгласы: «Не трогай меня, чокнутая!» или «Фу, лесбиянка!» — вот примерно такие фразы я слышала, когда с ней сталкивалась. Тяжелый случай. Главное, чтобы она меня не заметила, иначе начнется такой вой «сирены», что невозможно будет ее остановить. Через два часа Когда съёмки закончились, я спряталась под зонтик и направилась к храму. Мою «метку» от Мидзуки закрасили, а также меня даже Курама не заметил, что вырисовывается в большой плюс. А то, не дай бог, подумал бы, что я только ради него на массовку записалась, как все наши девчонки. И вот я переступила порог храма. — Сарушима, какого черта так поздно?! Учебный день давно закончился, где ты пропадала? — услышала я за спиной голос лиса, когда начала переобуваться. Судя по его раздраженному тону, я влипла. Вот, блин. Ну, а чего я ожидала? Что не заметит? Думай, Вика, думай. — Прости. Я просто осталась на дополнительные по алгебре, — первое, что в голову пришло. Далее я просто не хочу описывать эту ругань, скажу только одно: мы оба были озлоблены друг на друга. Сейчас я сижу на кухне и ужинаю. Да, за эти несколько дней я всё же научилась есть суп палочками. — Сарушима, — Томоэ схватил меня за руку, на который была метка, — как ты получила этот знак? — он спросил это взволнованно. Отлично, просто прекрасно. Грим смылся, придется объяснять. — Этот знак? Ну, пришлось помочь одному бедному животному. — Какому именно? — Змее. — Это особый знак змеи, — он выдержал небольшую паузу, а я нервно сглотнула. Как же не хочу это услышать. — На самом деле, это змеиный знак обручения, — строго, но спокойно произнёс он. Не-ет, ну за что мне это? Чем я сиё заслужила? — Может, расскажешь, что ты делала со змеей, чтобы его получить? — с этими словами он наклонился ближе к моему лицу и хитро ухмыльнулся. — Уж точно не то, что ты там успел себе надумать, — ответила я. Он, естественно, посмотрел на меня вопросительным взглядом, явно ожидая ответ на заданный вопрос. — Ну, к нам в школу заползла змея. На нее налетели мои одноклассники со шваброй, и начали ее бить. Вот я и решила змею взять на руки и выпустить в окно. — Поздравляю, — Томоэ отошел от меня на шаг и, судя по его тону, это был сарказм. — Теперь это бедное животное придет за тобой, — спародировал он меня. — Слушай, а эту штуку никак там смыть или убрать нельзя? — Нельзя, идиотка! Из-за твоей невнимательности змея коснулась языком твоей кожи! — заорал он и присел у стены. — Но ты не волнуйся, кто бы не пришел, я не позволю ему прикоснуться к тебе, — сказана эта фраза была шепотом, но я ее все равно услышала. Как мило. Если бы он еще посмотрел мне прямо в глаза и… Так, придержи лошадей, Вика. Рано. Понимаешь, р-а-н-о. И все-таки нельзя забывать и про этого змея. Я спрятала свою руку с красным следом за спину. Если я завтра оплошаю, всё будет очень плохо. На следующий день Кажется, сегодня день будет намного хуже, чем я себе представляла. Допустим, что Томоэ идет со мной в школу, как телохранитель. Хрен с этим, меня волнует другое. По канону меня должен сегодня похитить Мидзуки. Хотя это тоже не главное. На Томоэ же все девушки пялиться будут и пытаться подкатить к нему. Господи, ну зачем им это восьмое чудо света? Черт, надоело думать, лучше поговорю с ним. — Ты уверен, что сойдешь за старшеклассника? — спросила я. Ну, делать всё равно больше нечего. — Конечно, — он шел, не отвлекаясь от чтения книги «Бэверли Хилз». — Я всю ночь изучал это. Ну вот за каким хреном ему читать художественный вымысел, когда можно было почитать статистику и статьи о школьниках. Ладно, переходим к плану «Б». Я просто взяла и выкинула его книгу. Не нужно нам это барахло. Лучше пусть наблюдает. Я повернулась к нему. О, дергается глаз, на физиономии выражение недовольства и, наверное, мысленно он меня уже убил раз десять. А не фиг читать всякую фигню — с нами это все равно не случится. — Да что ж такое?! Своими выходками ты причиняешь столько проблем! — сказал он, почти рыча. — Ну с кем не бывает? — спокойно спросила я. — К тому же, я не виновата, что некоторым требуется помощь. Глаз у него дёргаться перестал, а сам он стал серьёзным. — Тем не менее, — он схватил меня за руку, на которой был след, — не отходи от меня далеко, пока мы в школе. Ни на шаг. Мы на минуту остановились и наши взгляды встретились. Его строгий фиалковый, и мой — легкий, немного удивленный светло-зеленый. Это было нечто. Когда я смотрела в его глаза, могу поклясться, готова была утонуть в них. Они бездонные, красивые и такие завораживающие. Минуту спустя меня начали трясти, и я не сразу сообразила, что к чему. — Сарушима, Сарушима, — мой хранитель тряс меня за плечо. — Ты все поняла? — спросил он, когда я быстро закрыла глаза и тряхнула головой. — Да, — коротко ответила я. В школе на уроке Японского — К нам перевели ученика из Микагэ-ямы. Микагэ Томоэ, — представил его учитель. После этого все девчонки дружно ахнули и у всех заблестели глазки. А пацаны в свою очередь кинули в его сторону презрительные взгляды. Чувствую, будет ожесточенная борьба за девушек. Удачи вам, парни, удачи. Я перевела взгляд на сидящую передо мной Иту. О, нет. И она туда же. Она еще и фоткает его. — Ита, Ита. — тихо кричу я ей. — А? — она оборачивается. О, это огромный прогресс, если учесть, что Исобэ свою девушку дозваться не может. — Телефон убери. Хватит его фотографировать, — дальше беседа ведется шепотом. — Господи, не могу, он такой классный. А тебе что, завидно? — Мне ни капли. Просто телефон на уроке — это верх неприличия, — шутливо пожурила я ее. Кого я обманываю? У меня у самой телефон в пенале на столе лежит. — Кто бы говорил, — она убрала телефон. — И вообще, ты что, на него тоже запала? — Нет, не запала. Просто это мой старший брат, — соврала я. — А, тогда понятно. Подожди, у тебя же нет брата. — Он мой сводный брат, недавно нашел меня. — Тогда все ясно, — заключила она, но потом с надеждой в голосе поинтересовалась: — А он свободен? — Нет, у него есть девушка. И он ею доволен. — Блин, такой план коту под хвост, — грустно закончила Ита. Нет, я, конечно, всё понимаю. Но зачем ей еще один парень? У нее их и так одиннадцать, куда ей столько? Всё это время Томоэ сверлил меня взглядом. Нет, а что ему не нравится? Я ему, между прочим, тут жизнь спасаю. Можно сказать, не даю стать ДВЕНАДЦАТЫМ, а он недоволен. — Куда бы тебя посадить? — протянул учитель, оглядывая класс. — Вон туда, — лис указал на пустующее место рядом со мной, и сел туда же. На большой перемене Всё было относительно хорошо, если не считать того, что все девушки дружно ахали и охали. А когда проходили мимо Микагэ, то «случайно» роняли либо тетрадку, либо ручку. С одной стороны это было забавно, а с другой — я не знаю, как мне хватило терпения не надавать им пинков под зад. — А где ворон-тэнгу? — решил разрядить обстановку лис. — Курама занят на этой неделе, — сказала я, а про себя добавила: «Очень не вовремя он стал занятым». И тут к нам подошли три девушки. Боже, дай мне терпения. Честное слово, еще немного — и я их пришибу. — Слушай, слушай. Тебя ведь Томоэ зовут? — начала розоволосая, которая повисла у него на плече. Спокойно, Сарушима, спокойно. Глубоко вдохнули и выдохнули. Не обращай внимания на этих куриц. Всё будет хорошо. — Ты такой классный, — запищала русая. — Ты ведь помнишь нас? Мы как-то провожали Сарушиму, — сказала брюнетка и тоже потеребила его за плечо. Да, было такое, мы тогда вместе с ними остались на дополнительные занятия по алгебре, а потом они проводили меня до храма. Только вряд ли Томоэ помнит вас. Даже я ваши имена не помню. — Помню, — неожиданно выдал хранитель. Да ладно? Не верю! — Умибэ Нацуко, — указал он на розововолосую. — Тоби Тамигуми, — кивнул брюнетке, — Хитами Чие, — посмотрел на русую. Я его убью. Он что, решил поиздеваться надо мной? — В лицо и по имени я знаю каждого из вас. Это нормально, ведь вы одноклассницы Сарушимы. Надо было видеть их лица в тот момент. У меня слов не хватит, чтобы описать их шок. — А, — робко начала Тоби, — как вы познакомились? — Сарушима м… — он хотел сказать, но я вовремя заткнула его рот рукой. Да, я человек-кляп. — А вам какое дело? — резко спросила я. — Просто интересно, — ответила Нацуко. — Скажите, что вам эта информация даст? — Ну, ты про себя ничего не рассказываешь, а вы, по-видимому, знакомы. Мы про тебя и про твою жизнь так мало знаем. Вот и спросили, — высказалась Хитами. — Вас моя жизнь не касается. Даже подчеркну: МОЯ ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ вас никоим образом касаться и интересовать не должна, — снова резко ответила я. Это все накипевшие эмоции. — Ты очень грубая, — сказала Тоби. — Я не грубая, просто не люблю, когда кто-то интересуется чужой жизнью. Вас должна интересовать своя. Поэтому разворачиваемся и идем на все четыре стороны, — почти крича, сказала я. Так, тихо. Мне нужно успокоиться, а для этого надо, чтобы они ушли. — Вредина и грубиянка, — подытожила Хитами и они ушли. Фух, хоть вздохну со спокойной душой. А Томоэ в это время пристально смотрел на меня, и уже давно убрал мою руку от своего рта. — Чего? — спросила я. — А мне дать ответить не додумалась? — строго спросил он. — Тебе нет. Потому что ты бы, скорее всего, сказал, что мой хранитель. А они все могут не так понять, вот и все. — Дала я ему пищу для раздумий, а сама спокойно направилась в нужную мне сторону. — Миодзуки! — меня окликнули со спины, и я обернулась. — Учитель попросил передать тебе журнал. — Спасибо, — взяла я журнал из рук Ами. — Удачи вам двоим. Пока, — с улыбкой до ушей сказала она и ушла. Вот только не надо здесь ни на что намекать. — Твоя подруга? — спросил лис. — Типа того, — ответила я и начала заполнять журнал. Черт, только сейчас поняла, как по-идиотски я себя повела с теми тремя. Хотя, в какой-то степени я права — моя жизнь их не касается. Тем более я к ним не лезу, вот пусть и они ко мне не суются. Сами напросились. А может, я просто… Нет, это чушь. Хотя… Да хрен его разберет, я уже сама в себе запуталась. Надо бы отдохнуть. Не хочу так каждый день на всех срываться. О, я уже и журнал заполнила, и все ученики практически разошлись. Пора и мне домой. — Томоэ, — аккуратно начала я, но, увидев, что он уснул, только умилилась. Особенно его ушкам, которые появились. «Иди, сама отнеси журнал, дай ему тоже поспать. Он ведь читал ночью, да и за тобой приглядывать ему тяжело», — подсказал мне внутренний голос. Решила его послушаться. И вот иду я по проходу, который соединяет два здания. В одном проходят занятия, а другое, в которое я направляюсь, там учительская и что-то ещё. Но что именно — я не знаю, поскольку в аниме этого показано или сказано не было. Ну, значит, иду по проходу, никого не трогаю, и тут меня окликают. — Сарушима, — я поворачиваю голову и вижу знакомый мне силуэт под зонтом, просто сегодня льет как из ведра. — Добрый день. Хорошая погодка, правда? — спрашивает милым голосом змееныш, и убирает часть зонта, что прикрывала его лицо. Как же всё не вовремя. Я попыталась убежать, но меня резко схватили за руку и прижали к себе. Последнее, что я помню перед тем, как потеряла сознание, это свою мысль: «Больше никогда не буду слушать внутренний голос». POV автора В это время Томоэ в классе резко просыпается и вскакивает со стула. — Сарушима! — воскликнул он и, встав, направляется к тому проходу, где ходила его хозяйка. От нее там остался только один классный журнал. Он подошел, и с грустным лицом поднял его. И вот к нему сзади подбежала та же троица, что и часом ранее «здоровалась» с ним. — Томоэ, ты домой? — спросила Нацуко. Видимо, девушкам было плевать на то, что им сказала Сарушима. — Томоэ, не хотел бы ты… — но не успела Хитоми закончить, как лис резко обернулся. В одной руке у него у него полыхало синее пламя, которое напугало девушек, и они дружно завизжали. — Найти, — он запустил поисковое пламя, — Сарушиму, немедленно. «Что ж, гадкая змея. На шампуре зажарю, когда найду», — подумал он, и в момент этих мыслей его глаза блеснули ярко-фиалковым цветом. А эта троица просто уже лежала у его ног без сознания. End POV автора Очнулась я, скажем так, с огромной головной болью. Знаете, такое ощущение, что-либо я всю ночь где-то бухала, либо мне на голову ставили наковальню и били по ней очень увесистым молотом. Итак, я очнулась… А у меня перед глазами сороконожка. Естественно, визгу и криков было немало. — Уберите от меня эту тварь! — заорала я что есть мочи, и начала кидаться тем, что под руку попадет. А ассортимент был не большой, поэтому с точностью могу сказать, что двух подушек, одеял и пяти гвоздей у них больше нет. Откуда гвозди? Так я их это… От страха быстро выковыряла из досок, из которых пол сделан. А что? Не фиг меня так пугать. Сейчас я сижу на полу и перевожу дыхание, которое у меня очень сильно участилось и стало прерывистым. Ненавижу этих гадов, которые мне в лицо сороконожку хотели засунуть. — Доброе утро, госпожа Сарушима, — я подняла взгляд на этого человека, у которого был приторно-сладкий голос. — Спасибо, что спасли меня тогда в школе. — А разве мы виделись в школе? — дрожащим голосом спросила я. От страха последние мозги чуть не отшибло. Вспомнила — это Мидзуки. Тот змей, которого я спасла. Ой, мама, хорошо, что хоть вспомнила. Стоп. Он меня похитил?! Вот это я сильно лоханулась. Никогда больше не буду слушать свой внутренний голос. Надо было разбудить Томоэ, а теперь уже поздно. — Я хранитель храма Ёномори, Мидзуки. Суеногаку к вашим услугам, — сказал он спокойно и поклонился. — Суенагаку? — спросила я, ожидая получить ответ, но вместо этого: — Поздравляем! — послышались возгласы духов у меня за спиной. — Лучший хранитель храма в Японии, господин Мидзуки избрал себе невесту. — ЧТО?! — заорала я и немного осипла. Все-таки кричать мне противопоказано. — Это младшие слуги храма, — представил он их, только зачем? — А та, что живет за этой стеной — и есть божество этого храма. Госпожа Ё-номори, и она так же благословила наш брак, — он подошел ко мне и протянул руку. — Ну же, госпожа Сарушима. — Ни за что! — я сильно ударила его по руке так, чтобы он ее опустил. — Во-первых, я не совершеннолетняя, поэтому выходить замуж не имею права, а во-вторых, у меня вообще нет желания выходить замуж, — твердо ответила я. И почему я забыла, что у Нанами была такая «веселая» жизнь. Я посмотрела на него. Он до сих пор улыбался, но пребывал в шоке от моих слов. — Но это кольцо вокруг твоего запястья обязывает тебя… — Ты больной? — перебила я его. — Меня ничего не обязывает. Я человек свободной страны, страны восходящего солнца — Японии, — уверенно и бодро заявила я. И к чему я развела такие речи? Хотя пофиг. У меня уже просто словесное недовольство. — И я, короче, пошла, — закончила я. Дамы и господа, приз за оригинальную речь для похитителя и хранителя получает, барабанная дробь, Вик… Простите, Сарушима Миодзуки. Также хотелось бы отметить, что речь закончили оригинально. Всё, больше не издеваюсь над собой. — Хорошо, уходи, — сказал он, приложив большой палец к губам и подойдя ко входу в комнату. Я же осталась сидеть на месте. — Если сможешь. — И ты реально поверил, что я уйду? — спросила я его. Кажется, он этого не ожидал, его глаза заблестели. Не нравится мне этот блеск, так что надо поубавить энтузиазма у парня. — Не обольщайся, это не из-за тебя. А только потому, что я знаю, что отсюда нельзя уйти. — Что? — ошарашено спросил он. — Ты не ослышался, но и повторять дважды я не намерена, — сказала я. Ну, снова здравствуй, оригинальность действий, и прощай, канон (наверное, прощай). — Значит ты хорошо чувствуешь энергию этого места, — высказал он свое предположение. — Как видишь, — поддакнула я. Просто не знаю, чувствую я или не чувствую, главное, что отмазка хорошая. Тем более он сам идею подкинул. — Ну что ж, тогда чувствуй себя, как дома, — пропел он слащавым голосом. Меня это начинает бесить. Я отправилась осматривать храм воды, а точнее его воссозданную копию, в которой я сейчас нахожусь, и которая находится под водой. Да, вот это называется хорошая осведомленность. Ну, в принципе, ничего необычного. Обычный храм с погребом для сакэ. Интересный. Это всё, что я могу сказать. Ведь мне интересней было бы осмотреть настоящий храм воды. И вот я вышла на крыльцо, а там как раз сидел Мидзуки. Я присела рядом с ним. Конечно я его обидела, но я действительно не собираюсь выходить замуж. Кому это надо? Тем более мне в том мире часто говорили: «Вот уже и завидная невеста, тебе нужен жених», « Ой, красавица, тебе жених нужен» и тому подобное. Сами понимаете, что после множества повторов таких фраз, желание найти вторую половинку отодвигается в самый конец списка твоих жизненных целей, или исчезает напрочь. А у меня пока еще первое. — Сейчас не сезон, но цветы распустились. Почему? — решила спросить я, глядя на цветущую сливу. — Эти цветы всегда такие. Мы остановили время в тот момент, когда эти цветы были прекрасней всего. Они очень нравились госпоже Ё-номори, — всё расхваливал он свою хозяйку и эти цветы. — Поспать не хочешь? — мы с ним одновременно повернули головы друг к другу. И снова эта фальшивая улыбка на его лице, когда это кончится? — Ты на что намекаешь? Я разве не ясно выразилась? — резко сказала я. И уже в сотый раз убеждаюсь, что наезды на людей — это мое. И дерзость — это тоже моя фишка. — Не переживай, я тебя не трону. Решишь сама, когда будешь готова. Буду ждать хоть вечность, — слащавый голос. И ведь еще на что-то надеется. Эх, зря ты такой оптимист. Я направилась в спальню, а там уже были те духи, которые помешаны на женитьбе этого змея со мной. Их, естественно, я прогнала и рухнула на футон. Моя нервная система летит ко всем чертям. Измотана я по полной. Я так сегодня перенервничала, что мне кажется, у меня половина нервных клеток умерли. И все-таки… Не нравится мне здесь. Томоэ, прошу, забери меня отсюда. В храме Микагэ и то спокойней. И этот змей достал своей озабоченностью. С такими мыслями я и уснула. POV автора В это время в храме Микагэ было относительно тихо. Хотя кого я обманываю? Эти Оникири с Котэцу так ныли, что просто ужас. — Госпожу Сарушиму похитили! Госпожа Сарушима теперь невеста змея! — кричали и плакали они хором. — Наш храм обречен! — еще сильнее заныл Оникири. — Не плачь, Оникири. Надежда есть. Смотри, — указал Котэцу на лиса, который уже битый час сидел и протирал вазу, — как спокоен господин Томоэ. Он протирает эти вазы с тех пор, как вернулся. Как будто ничего не произошло. — Самый достойный из хранителей храмов, он справится, — дополнил его Оникири. — У него есть план? — Вне всяких сомнений, — сказал Оникири, и на этом моменте их разговора ваза выпала из рук лиса и разбилась вдребезги. — Мы обречены! Дни храма сочтены! — снова заорали духи в один голос. — Заткнитесь, паникеры, — наорал на них лис, сидящий на крыльце. Ему явно надоело их нытье. «Не думал я, что потеряю самообладание из-за этого. Моих сил может не хватить, — его брови сдвинулись к переносице, — на ее спасение. Он, наверное, сейчас над ней издевается. Что-то я упустил» — думал хранитель. — Я верну её, обязательно, — сказал он вслух твердо, уверенно и жестко. End POV автора На следующий день — Завтрак, завтрак, — говорил один из духов, поставив передо мной тарелку с лягушкой. — Это твой завтрак. Кушай, человеко-бог. — Вы больные? Жрите это сами, — с такими словами я зашвырнула в них тарелку, и вместе с этим откинула их своей виброволной к стене. Все-таки нужно будет попросить Томоэ позаниматься со мной моими же способностями. А то не понятно, когда виброволна есть, а когда ее нет. И тут в комнату вошел Мидзуки. — Похоже, тебе не угодишь, — весело прощебетал он, и даже слегка рассмеялся. — Госпожа Ё-номори не держала ничего, кроме сакэ. — И поэтому сакэ господина Мидзуки лучшее в мире, — сказал один из духов. — Госпожа Ё-номори считала господина Мидзуки лучшим хранителем из всех, — сказал другой. Мне это порядком надоело. — Каждый хозяин считает своего хранителя лучшим. Я не спорю. Но как может такой озабоченный как ты быть хорошим хранителем? — недоумевала я. Так, надо бы мой словесный понос перекрыть. — Томоэ уж явно лучше тебя. По крайней мере, его манеры лучше. — Значит, его манеры лучше? — переспросил он. — А что? Ты знаешь Томоэ? — удивилась я. Получилось не очень, но главное, что он поверил. Всё же для человека, знающего канон, сыграть удивление сложно. — Знаю. Я знал его задолго до тебя, — спокойно ответил он. — Он дух белого лиса, — влезли в разговор маленькие духи. — Я разве с вами разговариваю? — спросила я. Их бросило в дрожь — конечно, вон сколько на них синяков после моей виброволны. — Хотя Томоэ всегда не везет. Он опять потерял хозяина. Я представляю, как он сидит сейчас и жалеет себя, — Мидзуки слегка взъерошил свои белые волосы. — Ну-ну, думай так и дальше. И тем более я бы с удовольствием посмотрела на то, как ты бы вел себя, будь на его месте, — решительно и с вызовом ответила ему я. Он повернулся ко мне, а в его глазах загорелись огоньки злобы и ярости. По-моему, я зря сказала «с удовольствием», но отступать некуда, поэтому проще перевести тему. — Мидзуки, скажи, а почему в этот храм никто не приходит? — спросила я и выдвинулась к ширме, за которой, по идее, сидит богиня. — Что? Не приходит? Не знаю, — легко сказал он и потер затылок. — Эй, постой. Не трогай госпожу Ё-номори! — крикнул он мне, когда я уже отдернула ширму. — Ничего не хочешь рассказать? — спросила я, стоя в пол-оборота к нему. POV автора — Господин Томоэ, мы нашли ее! — к лису подлетели его огоньки и начали говорить. — Змей находится прямо под нами. Сейчас лис стоял на повозке ночных туманов, которая летала над озером. — Под водой? — спросил хранитель. — Как и ожидалось, рядом нет ни людей, ни богов, — продолжили огни. — Храм воды затопило. Какая ирония. — Господин Томоэ, госпожа Сарушима внизу? — спросил Котэцу, стоявший рядом с лисом. — Много на свете белых змей, но только у одного из них нет манер, — для образа задумчивости хранитель поднес руку к подбородку. — Он ведет себя так, будто его самого растили в клетке. Только он может захотеть жениться на богине, — последние его слова прозвучали как угроза. End POV автора Мидзуки мне поведал всю свою грустную историю. О том, как к храму перестали приходить люди из-за того, что дети начали тонуть, о том, как умерла его госпожа, и о том, как затопило храм.* — Сочувствую. Нелёгкая доля выпала тебе, — сказала я, положив руку ему на плечо. Он на меня внимательно посмотрел. — Эм… Понимаешь, когда Микагэ покинул храм, Томоэ это не сломило. Так что держись. Будь сильным духом, имей мужество это выдержать, -сказала я, немного смутившись. — Пытаешься успокоить меня? — серьезно спросил он. — Скорее подбодрить, чем успокоить, — ответила я. Честно, мне до сих пор немного неловко за то, что я его пытаюсь ободрить. — Ты такая добрая, Сарушима, — он улыбнулся. — Я буду спокоен, если ты останешься здесь навсегда, — он хотел меня обнять, но я ему весь план обломала, отодвинувшись чуть дальше от него. Нет, а что он сразу обниматься лезет? Да еще и доброй назвал. Он меня недооценивает. Хотя, в какой-то мере я всё же добрая. Благо, он понял, что поторопился, и не стал лезть дальше. — Мы можем вечно наблюдать за цветами. Вечно. Только ты и я. — Извини, но я не могу. Просто не могу, у меня есть несколько человек, которые ждут моего возвращения, — сказала я с нотками грусти в голосе. Уже даже хотела пустить слезу, но посчитала это лишним. — Почему? — он резко заволновался и, обняв меня за талию, прислонил свое лицо к моему животу. — Я недостаточно хорош для тебя? — обреченно спросил он. Вот, знаете, всё же я не выдержала, слова закончились. Как говорилось в одном фильме: «Бить буду аккуратно, но сильно». — Ты вообще обнаглел, придурок? — я ударила его кулаком в морду. — Мозги набекрень стали? Я же дала тебе отворот-поворот, и тем более ты сказал, что не тронешь меня! — накричала я на него так, что его отбросило к противоположной стенке моей виброволной. Черт, как же у меня болят костяшки пальцев после того, как я ему врезала. Поэтому я накрыла свой кулак другой рукой. А приложилась я не сильно, только едва заметный синяк ему оставила. — Прости, — он встал, подошел ко мне и схватил за руку. — Я передумал, — закончил он. Я попыталась высвободить руку, но безуспешно, а этот змей нагло повалил меня на пол. Постойте, он что собирается лишить меня чести прямо сейчас?! — Живой не дамся! — крикнула я, и в этот раз виброволной отбросило к другой стенке еще и меня, поскольку эта тварь не хочет меня отпускать. А все-таки моя виброволна — это классно, но блин, больно. И тут он бросил взгляд на сёдзе, на котором была тень Томоэ. Ура, мой спаситель пришел. И так дальше он сломал это сёдзе к чертям, и оно разлетелось на мелкие щепки. Наконец-то Мидзуки соизволил отпустить мою руку и встать с меня. Просто совсем забыла упомянуть этот нюанс. — Ты посмел прикоснуться к моей госпоже. Надеюсь, ты готов к последствиям? — громко заявил мой хранитель. На его лице сияла злобная ухмылка, обнажающая белые острые клыки, а вокруг него самого горело синее пламя. Вот он, мой спаситель. Горящий и горячий во всех смыслах этого слова. Я даже лежа на полу, невольно улыбнулась. Мидзуки снова схватил меня за руку, вот черт бы его побрал. — Отойди от нее, змей, — высокомерно заявил лис и запустил в него огненный шар. Я даже испугалась: а вдруг и я загорюсь, как змеёныш? Но нет, я цела и невредима — Мидзуки успел отскочить от меня. Кстати, он начал потихоньку потухать. — Сарушима, — позвал меня Томоэ, и я повернула голову в его сторону. В этот же момент он подскочил ко мне и обнял за плечи. — Я так рад, что ты цела, — прошептал он, склонившись к моему лицу. — А я рада, что ты успел, — сказала я и тоже обняла его. Сейчас я чувствую, что дрожу как осиновый лист. Настолько боялась, что он опоздает или не успеет, и настолько было страшно, когда рядом со мной пролетал огненный шар. Весь храм воды сейчас полыхал синим пламенем, но нам с Томоэ было все равно. Ровно до того момента, пока не начал говорить Мидзуки. — Да уж, не думал, что ты найдешь нас здесь. Вижу, ты такой же грубый, как и был, Томоэ, — сказал высокомерно змей и вытянул правую руку перед собой. В этот момент вокруг него начала образовываться белая воздушная змея, которая чуть позже потушила синий огонь моего хранителя. — Тебе повезет, если отделаешься лишь проклятьем за разрушение храма воды. Разумеется, оно тебя вряд ли испугает. Ты всё ещё хочешь сражаться со мной, Томоэ? — он сделал вид, что зевнул. — Ты всего лишь слабый аёкаши по сравнению с истинным хранителем вроде меня. Кроме того, я выше тебя по статусу, — закончил он. Ненавижу иерархии. — Хранитель храма воды? Этого? — Томоэ перестал меня обнимать. — И твой храм, и твою богиню давно затопили воды реки. Это лишь альтернативный мир, созданный тобой для себя самого. Не так уж трудно было найти тебя, — сказал лис, и вокруг него и меня зажглось синее пламя. — Что ж, господин хранитель разрушенного храма, готов ли ты поплатиться за содеянное? — на лице Томоэ блеснула маниакальная улыбка, обнажающая его белоснежные и острые клыки. Нет, красиво, конечно, только лучше без такой маниакальной улыбочки. Он резко подхватил меня на руки, от чего я была немного в шоке, а другой рукой еще больше разжег синий огонь и запустил новый огненный шар в стену храма. Мидзуки попытался потушить пламя, но в этот раз у него ничего не вышло. — Поздно. Мое пламя уже охватило весь храм. Ты проиграл сразу, как я проник сюда, а как только Сарушима оказалась в моих руках — ты проиграл второй раз. Остался последний, — все это время, что он говорил, я действительно сидела у него на руках. В храм вбежали маленькие духи с криком: — Господин Мидзуки, поля горят! И он побежал наружу к тому сливовому дереву, которое цвело. — Слава богу, что вы в порядке, — задыхаясь, проговорил он, а в это время подоспели и мы с Томоэ. — Я понял, почему это место существует, — начал лис. — Храм и всё, что есть вокруг него, существовало лишь благодаря этому дереву. — Ты прав, это единственное, что у меня осталось от госпожи Ё-номори. Оно очень важно для меня. Ты ведь понимаешь, Томоэ? — спросил змей, грустно улыбаясь. И знаете, в этот раз его улыбка была очень искренняя. Мне даже стало жаль его. Жалко, что Томоэ его не понимает. — Понимаю, — сказал Томоэ, и на его лице снова появилась та самая улыбка. — Вот почему я сожгу и тебя, и это жалкое полено. Ты заслужил это, — злобно зашипел он, и в одной руке снова зажег синее пламя. Уже хотел его выпустить, но… — Томоэ, прошу, остановись, — сказала я жалобным голосом и даже пустила слезу. Над голосом надо еще поработать, а так, в принципе, желаемого эффекта я добилась. Лис погасил огонь и удивленно уставился на меня. Я же спрыгнула с его рук, утерла слезу и подошла к забившемуся от страха Мидзуки. — Мидзуки, — осторожно начала я, — всё хорошо. Прости Томоэ, и прости, что не могу остаться с тобой. Но обещаю, — я дотронулась до ближайшего цветка сливы, и он расцвел, — что когда-нибудь мы полюбуемся цветами вместе. Честно. POV автора Далее наши герои уже были на полпути к храму. Всю дорогу они шли молча, каждый думал о своем. Сарушима думала о том, что Томоэ ее сейчас начнет упрекать, и как хорошо было, когда она сидела у него на руках. Хранитель же думал о том, что зря его хозяйка дала обещание змее. — Томоэ, я тебя сильно расстроила? — решила первой нарушить тишину девушка. — Мелочи, — он отвернулся от нее, но они все равно продолжали путь. — Кажется, тебе понравился этот змей. Ты даже пообещала встретиться с ним, не обращая внимания на меня. Я так похож на мебель? — негодовал лис. «Знал бы ты, КАК он мне понравился. Я прям души в нем не чаю. А дала я это обещание лишь из жалости. Но ты навряд ли меня поймешь» — пронеслось в голове у красноволосой. — Ну, во-первых, ты его чуть не убил, а во-вторых, это самое лучшее, что я могла сделать для него. Ведь… — она запнулась, подбирая нужные слова. — Если бы меня не стало, ты бы наверняка так же бы отчаялся. Я не ставлю в пример его поступок, а всего лишь ставлю его поведение и состояние, — на этих ее словах лис слегка удивился, но виду не подал. «И о чем она только думает?!» — подумал он. Они остановились. — Дурочка, — начал было Томоэ, но вдруг заметил царапину на ее локте. — Ты поранилась? — А? Это пустяки, бывало и хуже, — ответила Сарушима, пряча руку за спину. Она поняла, что эта царапина появилась тогда, когда она отбросила себя и змея виброволной. Девушка, кстати, до сих пор была в школьной форме, только рукава рубашки были где-то оторваны, а где-то разодраны. Лис, естественно, вытащил руку из-за спины и уставился на царапину. После он виновато приложил свою руку к лицу. — Прости, всё потому, что не уследил за тобой, — сказал он. От его слов девушка впала в ступор. — Тебе не за что извиняться. Я сама виновата, — говорила она растерянным голосом, но он ее уже не слушал. «Лишь слегка содрала кожу, и уже кровь течет. Упав с дерева, ты могла бы погибнуть. Хрупкая девушка — это всё, что у меня есть. Хотя, может, всё обойдется» — задумался он. А Сарушима, поняв, что он ушел глубоко в свои мысли, просто положила свою руку ему на плечо и продолжила путь уже вместе со своим спутником. «Я сделаю так, чтоб она не знала горя» — твердо решил он. Хотя с его стороны это немного безрассудно, ведь на нее и так свалилась нелёгкая ноша, о которой ни один из них даже не подозревает. End POV автора