1745

«В горах мое сердце… Доныне я там. По следу оленя лечу по скалам. Гоню я оленя, пугаю козу. В горах мое сердце, а сам я внизу.» -Роберт Бёрнс       Наступавший одна тысяча семьсот сорок пятый год не предвещал собою для Шотландии никаких особенных перемен в привычном древнем укладе жизни этой великолепной, поражающей и завораживающей своими дивными пейзажами страны. Всё так же стояли древние горы Хайлэнда, щедро одаренные зелёной растительностью в летний период, всё так же играла волынка в весёлый праздничный день свадьбы молодого горца… И всё так же стоял древний замок Данробин, родовое владение столь же древнего клана Сазерленд. За те века, что стоял он на этом месте, Шотландия прошла через пламя восстания Уоллеса, войны за независимость Шотландии, унии с Англией, войны с Кромвелем, ещё одной унии с Англией… И всё это время шотландская земля заливалась кровью, кровью, кровью благородных горцев, отдававших свои жизни за свободу и независимость страны, чьи старания, однако, страною не вознаграждались. Эту многовековую борьбу с грозным южным соседом Шотландия явно проиграла. А замок Данробин стоял… Внутри этой крепости плелись интриги, вершились судьбы представителей одного из могущественнейших кланов горной страны. Стоял он, поражая мощью своих стен проезжих путников, и в июльские дни того самого тысяча семьсот сорок пятого года. -Сэр Чарльз, если вы запамятовали, то у вас запланирована тренировка по бою на мечах как раз на два часа дня, сэр…-услышал я опротивевший голос моего учителя-англичанина Джона Крэмстока, который зашёл в замковую библиотеку как раз в тот момент, когда я взял в руки томик-собрание сочинений француза Вольтера, чьи идеи я находил весьма обоснованными и занятными. -Да, мистер Крэмсток, я обязательно сейчас…-попытался я объяснить то, что совершенно не хочу немедля идти на замковый двор для тренировки с этим презренным уроженцем Дерби, однако был тотчас же оным прерван. -Сэр, ваш отец, сэр Катберт Сазерленд уверен в том, что вы должны немедленно покинуть библиотеку и начать занятия по фехтованию со мной, сэр…-повторил он своё требование совершенно спокойным голосом. Я, едва сдержав себя от нелитературного выражения, которое я был намерен бросить в адрес англичанина, отправился за ним. День был для Шотландии необыкновенно жарким, а потому тренировка во дворе шла медленно и уныло. Я, неохотно орудуя своим клеймором, отражал удары Крэмстока, который, кстати говоря, и сам был не мастером боя на традиционных шотландских мечах, ибо был приучен к «цивилизованным» европейским рапире и шпаге. -Всё, довольно. Хватит! -приказал я Джону, отразив очередной его весьма неумелый удар, которым он попытался пробить мою защиту, нанеся мне колющий удар, для чего шотландский меч подходил плохо. Крэмсток, которому тренировка, вероятно, самому надоела, тут же отбросил клеймор в сторону и выдохнул. -Ну что же, мистер Джон, всё ещё полагаете, что являетесь мастером «традиционного горского фехтования»? , -спросил я у него с усмешкой, на что получил столь же закономерно насмешливый ответ: -Да, сэр Чарльз, а вы всё так же хорошо отбиваете мои попытки атаковать вас. А какие у вас пробивающие удары, просто диву даёшься! Мы оба рассмеялись. Я воткнул меч в песок тренировочного поля и был уже готов уходить, как вдруг откуда-то от Западных ворот замка послышались крики, громкие звуки и оклики. -Прошу прощения, мистер Крэмсток, однако я полагаю, что нам следует проверить, всё ли в порядке у Западных ворот…-с оживлением, ожидая каких-либо событий сказал я, после чего, накинув на себя свой сюртук, бросился с тренировочного поля к воротам. Крэмсток более медленным шагом последовал за мной. По мере приближения к воротам гул усиливался, а когда мы подошли к главному въезду в Данробин то увидели огромную толпу у ворот. Вероятно, здесь собрались вся прислуга и охранение замка, а судя по тому, что я почти сразу же сумел заметить среди лиц людей в толпе лик своей двоюродной сестры Мэри, то понял, что сюда успели прибыть и представители большого семейства Сазерленд. -Джентльмены, что происходит? Разойдитесь же! Мэри, где отец, дядя, Уильям?! -взволнованно спросил я двоюродную сестру, прорвавшись к ней через толпу. Она, вероятно, испугавшись того, что её окликнул чей-то голос, неспешно повернулась ко мне, однако, увидев, что её спрашивает двоюродный брат, сразу же пришла в себя и подбежала ко мне. Было видно, что она, как, впрочем, и все здесь, сильно волновалась. -Мэри, Мэри, что происходит? Что это за толпа? Что случилось? -быстро задавал я её вопросы один за другим. Она быстро ответила: -О, Чарльз, ужасные новости! С Островов вернулся Роберт! На Эрискее* высадился Молодой Претендент, Стюарт! Похоже, опять! — -Молодой Претендент? Эрискей? Стюарт?! Что значит «опять»?! -недоуменно спросил я свою родственницу, хотя и отлично понимал, что происходит. -Чарльз Эдвард Стюарт, претендент на английский престол! Стюарты опять заявили о правах на трон, Чарльз! Неужели опять будет война? -с совершенно искренним страхом в голосе спросила она, на что я ей ничего не ответил. В голову начали приходить воспоминания о рассказах отца, Катберта Сазерленда. Бывало, что вечерами, подолгу сидя у камина в центральном зале нашего замка, он любил рассказывать нам истории из своего далекого детства. А он помнил восстание семьсот пятнадцатого и семьсот девятнадцатого годов, когда его собственный отец сражался против восставших сторонников династии Стюартов. Неужели история вновь повторится? -Что стряслось, Роберт? Что случилось на Эрискее? Неужели французы?! -сыпался вопрос за вопросом на моего родного брата, только что вернувшегося из дальней поездки на Гебриды. Он отмахивался от назойливых, словно мухи, людей, окруживших его, а вырвавшись из толпы бегом бросился в отцовскую резиденцию. Я, движимый желанием узнать поподробнее, что же произошло, бросился вслед за ним. -Роберт, брат мой, что же произошло? Почему ты ничего не говоришь? -начал я задавать ему вопросы, догнав его уже на парадной лестнице резиденции отца. Он обернулся, обнажил голову, сняв треуголку, после чего ответил: -Идём за мной. Соберём семейный совет. Ох, Чарльз, происходят важнейшие события, участником которых обязан стать наш род. И мы пошли дальше, внутрь. Уже у входа нас ждала группа слуг, услышавших шум со стороны въезда в замок. Вскоре по лестнице из кабинета к нам спустился отец. -Роберт? Ты вернулся? Что происходит? Немедленно объясни отцу всё! Что опять стряслось на Гебридах?! -он грозно начал осыпать вопросами беднягу Роберта, однако все дальнейшие замечания брат пресёк: -Я всё расскажу. Отец, немедленно собери семью в главном зале. Случилось страшное. Спустя двадцать минут все представители нашего обширного семейства, находившиеся в данный момент в замке, были в главном зале. Отец сидел во главе длинного стола, которое мы с детства привыкли именовать «троном короля», ибо отец наш, стоит заметить, был человеком деспотичным и правил в имении железной рукой. -Итак, Роберт, сейчас ты немедленно объяснишь нам, что происходит, -взволнованно потребовал у брата отец, приготовившись слушать рассказ. Роберт, сидевший прямо напротив отца, прокашлялся и начал: -Плохие новости с Эрискея. Молодой Претендент Карл Эдуард Стюарт высадился на острове и поднял семейный якобитский флаг, провозгласив начало восстания. К счастью, пока с ним совсем небольшая группа сторонников, однако к нему обязательно присоединяться новые. -Что-о?! Стюарты?! Посмели возвратиться в Шотландию?! Так-с, это уже крайне интересно. Что же он намерен делать? -вопросил отец, начав волноваться ещё сильнее. -Полагаю, он двинет свои силы на Эдинбург, это единственное логически верное решение в данной обстановке. А я уверен, что сторонников у него по всей Шотландии есть немало, ибо мало кому в стране по нраву власть Ганноверского рода… -Хватит, прекрати, Роберт, я не посмею, чтобы в моём доме звучали слова, хулившие Ганноверский дом, храни его Господь! -вскочил со своего места дядя Уильям, потребовав, чтобы брат немедля прекратил размышления о том, нужна ли для Шотландии эта немецкая династия, которую, по правде говоря, за исключением яростного лоялиста дяди Уильяма в нашем доме мало кто любил и уважал. После смерти «доброй королевы Анны», которая была последней правительницей Британии из, пожалуй, единственной законно пребывающей на престоле Англии династии Стюартов, вечными «троносидельцами» стали представители Ганноверского дома, а первый его представитель в Сент-Джеймсском дворце, Георг I, проявлял такое кощунственное неуважение не то что к шотландцам, но и к англичанам, что общался с подданными через переводчиков, а сам предпочитал говорить исключительно на немецком. -Так что же мы будем делать, отец? -наконец прервал я повисшую в воздухе после слов Уильяма тишину. Глава могущественного клана Сазерленд грозно взглянул на меня, поднялся из-за стола и медленно произнёс: -Такие вопросы следует решать исключительно долго и вдумчиво… -Но отец, у нас, скорее всего, нет времени! Принц Чарли уже, скорее всего, идёт на Эдинбург с вереницей сторонников, а англичан в Шотландии практически нет сил! Мы должны…-вскочил со стула Роберт, который, собственно, и привёз с собою эту весть, однако тут же был прерван вставшим дядей Уильямом: -Да как ты смеешь сомневаться в мощи английского оружия, щенок?! У этого идиота Чарли с собою есть разве что горсть монет от французской свиньи Людовика! Держу пари, что его разгромит первый же встреченный на дороге патруль «красных мундиров». -И всё равно, мы-один из могущественных кланов Хайлэнда, -вновь начал возражать Роберт-нам следует наконец принять чью-то сторону в этом конфликте. Так или иначе, англичане или Красавчик Принц заставят нас присягнуть, рано или поздно. Отец, нам следует вынести решение! -Вынести решение?! Может, ты ещё предложишь встать на сторону этих предателей-якобитов? Да как ты…-распалился дядя Уильям, положил руку на эфес своей английской шпаги, однако был немедля прерван отцом: -Хватит, джентльмены, я не допущу ссор в моём доме! Требую, чтобы немедленно все замолчали… Воцарилась не предвещающая ничего хорошего тишина. Напряжение словно заполонило собою воздух. Я переглянулся с Робертом, а Уильям грозно бросил в нашу сторону свой ястребиный взгляд. Наконец, отец вновь поднялся, причём так медленно, что моё сердце заклокотало от страха ожидания решения, которое он намерен вынести. -Мы… сохраним верность нашему королю Георгу, ибо наш гордый и могучий клан всегда сражался за стороне Ганноверского дома. Восстание принца обречено на провал, -произнёс он, от чего на лице Уильяма появилось торжествующее выражение, а Роберт, мнение которого о принце за последние минуты явно сильно переменилось, понуро опустил голову. На моём же лице, полагаю, в тот момент появилось выражение негодования и даже сочувствия своему брату. Смею признаться, что я не любил англичан. Эта нелюбовь передалась мне с молоком матери, которая происходила из клана Стюартов из Аппина, который, по сути, является Аргайльской ветвью этого самого дома Стюартов, эта нелюбовь к англичанам передалась мне от нудных уроков уроженца Дерби Крэмстока, от рассказов матери о подвигах Уоллеса, Брюса… -Своё решение я вынес, вы все свободны. Sans peur! *-произнёс отец, приказав нам всем разойтись… ___________________________________________________________________ *1 Эрискей-один из островов группы Внешние Гебриды, на котором в июле 1745 года высадился Карл Эдуард Стюарт. *2 Sans peur (фр. Без страха)-девиз клана Сазерленд.