Я стану твоим домом

Киллиан смотрит на себя в зеркало, поправляя воротник рубашки. Победа над самой Смертью до сих пор будоражит его. Он обсуждает с Лиамом план разоблачения корабля и слишком заговаривается, не замечая, что брат уж больно долго ничего не говорит. Медленно поворачивается, зовя его, и сердце пропускает несколько ударов, когда Джонс младший видит своего брата, практически бездыханно лежащего на деревянном полу. Слёзы текут по его щекам, а в сердце невероятная пустота, наполняющая всю его душу. Ведь он потерял свою опору — единственного дорогого человека. Теперь он совсем один. И дело не в огромной команде, которая празднует возвращение из Нетландии наверху, нет, дело в моральной поддержке и крепком плече друга и верного брата, которого Киллиан лишился. Но уж слишком быстро проходит ужасная боль в груди, сменяющаяся другим чувством: жаждой расплаты. Киллиан поднимается на палубу, сообщая печальные вести о погибшем брате. Срывает с себя форму и объявляет себя пиратом. Теперь его сердце не терпит пощады. Теперь он капитан пиратского судна — Киллиан Джонс.

***

Медленное потрескивание касающейся люстры, висящей над головой и отдавающей тусклый и невзрачный свет, и тихие шаги в комнате — скорее всего, в подвале — заставляют Киллиана приоткрыть глаза и немного поморщиться от непривычки к свету после долгой отключки. Он не видит лица своего похитителя, но точно понимает, что это женщина. В голове не укладывается, как она одна могла вырубить его — да так искусно — и притащить в это место. Но вот она выходит на свет, и Киллиан удивляется её хрупкости — как кажется на первый взгляд — и какой-то беспомощности — она ведь женщина, в конце концов. Но в её голубых глазах пылает огонь, и она уже не кажется хрупкой и беззащитной. — Неужели наш маленький пират очнулся! — она наклоняется и смотрит прямо в глаза мужчине, опускает взгляд на губы и вновь возвращается к глазам. — У сестрицы, вижу, есть вкус на красавчиков. — Кто ты такая? — Киллиан дёргается, но ощущает, как больно сдавливают его руки крепкие веревки. Стоило попробовать. — Нет, нет, слишком рано, красавчик, — её губы расплываются в дьявольской ухмылке. — Тогда что я здесь делаю, душа моя? — Джонс решает применить своё секретное оружие — природное обаяние — и заигрывающе прожигает взглядом рыжую незнакомку. — Ты простое предупреждение, дорогой мой, — рыжая начинает ходить взад-вперед. — Как тебе объяснить. У меня с моей сестрицей давняя вражда, и ты, красавчик, мой козырь. — Почему же я твой козырь? — Потому что ты важен ей, болван! — женщина слегка выходит из себя, но медленно выдыхает, приводя рассудок в порядок. — Мне нужно отойти, а пока, — рыжая свистит в темноту, откуда слышится рык животного, а если быть совсем точным, то волка. — За тобой присмотрит твоя верная приятельница, — из не освещённого угла медленно выходит волк и начинает обходить Киллиана кругом, не сводя с него глаз. — Я надеюсь, вы тут повеселитесь, — смеется рыжеволосая и буквально растворяется в воздухе, оставляя Киллиана наедине с волком.

***

Утро Реджины почти никогда не начиналось с завтрака «У Бабушки». Но сегодня она решила нарушить свои принципы — а может просто захотела увидеться с Киллианом. Она помнила их поцелуй, то, с какой нежностью он смотрел в её глаза. От этих воспоминаний сердце мэра, наверно, ещё вечно будет трепетать. Отправив Генри в школу, женщина медленным шагом направилась в закусочную, по пути разглядывая жителей и бросая привычно-ухмыляющиеся взгляды на башню с часами. Да, когда-то эти часы стояли. Пока в город не въехала таинственная незнакомка, разрушив многолетний сон жителей Сторибрука. Но это немного другая история. Реджина плавно открыла дверь кафе — раздался противный звон колокольчика, обращающий все внимание посетителей на вошедшую Реджину. «Надо сказать Вдове Лукас, чтобы избавилась от этого колокольчика, » — немного раздосадованно подумала про себя Миллс. Она заказала себе кофе и, получив заказ, направилась к номерам, в одном из которых должен жить Киллиан. Отыскав нужную дверь, Реджина негромко постучала, чуть прислоняясь к двери. Тихо. Как странно. Внутри что-то содрогнулось, какая-то необъяснимая тревога. Реджина постучала снова. И снова в ответ тишина. Весь мир будто застыл, и только сердце Реджины с бешеной скоростью колотилось в её груди. Осмотревшись, женщина с помощью магии открыла дверь и осторожно шагнула внутрь. Обойдя весь номер, она поняла, что после вчерашней прогулки Киллиан так и не вернулся.

***

— Вдова Лукас, доброе утро, — Реджина старалась сохранять здравый смысл, и хоть это получалось не так, как ей хотелось бы, стоило узнать у Бабушки все, что потребуется, чтобы только вернуть Киллиана. — Доброе утро, мадам мэр, — немного угрюмо — в своей манере — ответила Бабушка, протирая стаканы. — Пришли позавтракать? — Я бы не сказала, — Миллс закусила нижнюю губу, думая, как бы деликатно спросить у нее про Киллиана. — Вы к своему возлюбленному пришли? — Лукас слегка ухмыльнулась и, не дав Реджине вставить слово, продолжила. — Так он вчера вечером ушел, я его больше не видела. Думала, он остался у вас ночевать. Этого было достаточно, чтобы понять, что Киллиана похитили. У Реджины не было других вариантов. Почему-то эта мысль превозбладала над другими, более логичными. А может, потому что в городе появилась его сестра. От воспоминания о ней Реджина непроизвольно вздрогнула. Женщина достала телефон из кармана черного пальто и набрала номер шерифа. — Алло, Дэвид?

***

Казалось, будто время застыло. Хотя, когда сталкиваешься с волком, при этом находясь не в боевом положении, наверное, так и есть. Киллиан уже несколько часов провел с волчицей — в том, что это была именно волчица, он не сомневался — и теперь, видимо, его больше ничем не испугаешь. Несколько раз он пытался с ней заговорить — глупо, правда? — но та лишь пару раз, казалось, услышала его, но продолжила скалиться и ходить вокруг него, не спуская глаз. Киллиан понимал, что сегодня он уж точно не умрет, раз нужен какой-то рыжей психопатке живым. Но понять, кто она, за эти несколько часов он так и не смог. Скорее всего, она сестра Реджины, но та бы, наверно, знала бы о ней и непременно рассказала бы Киллиану. Но, видно, она появилась так же, как и исчезла из этого злосчастного подвала. Тусклый свет лампы и ее противное жужжание будто въелось в его мозг, не давая мыслить здраво. Но мужчина радовался, что хотя бы просто может мыслить. Если бы не его закалённый с детства характер, он бы, скорее всего, уже свихнулся от всего этого. Хотя, конечно, сам Сторибрук взрывает его мозг своей необычностью. В какой-то момент Киллиан стал думать, что и правда сходит с ума: снаружи слышались голоса, приглушённые, поэтому Джонс не смог их различить. Послышался противный скрежет, и солнечный свет заполнил подвал своим свечением, заставляя Киллиана прищуриться. Он услышал стук каблуков и знакомый запах духов, от которого у него так быстро билось сердце. Реджина. Она подбежала к нему и быстро стала развязывать веревки, иногда бросая на него встревоженный взгляд. Но она была не одна. Пока Реджина освобождала Киллиана от тесных объятий веревки, мужчина успел увидеть Дэвида, у которого в руках была некая красная ткань, напоминающая плащ. Нолан стал осторожно подходить к волчице и, выждав нужный момент, набросил эту ткань на нее. В один миг волчица стала приобретать человеческую форму. — Я, видимо, сплю, — пробормотал Киллиан, прикрывая глаза. Полностью закрыв глаза, он стал медленно погружаться в сон. — Ты уверена, что так требуется? — спросил Дэвид у Реджины, попутно помогая только что перевоплотившейся Руби подняться. — Другого выхода у нас нет. Он пока не готов узнать правду.

***

Киллиан открыл глаза и осмотрелся. Это точно был не подвал, но и на его номер огромная гостиная мало походила. Мужчина медленно поднялся и, увидев на рядом стоящем столе стакан воды, жадно выпил его и глубоко вздохнул. Он мало что помнил, в голове было мутно, а разум все ещё не слушал его, заставляя снова провалиться в сон. — Ты давно проснулся? — появившаяся в дверном проеме Реджина совсем сбила его мысли с толку. Мужчина неопределенно кивнул и приложил ладони к лицу. Видимо, он в доме Реджины. Но как он оказался здесь? — Что я тут делаю? — спросил он, когда Миллс скромно присела на другой конец дивана, на котором и спал Джонс. — Я решила, что тут тебе будет лучше. К тому же, здесь безопасно. — А что случилось с волчицей? — было видно, что вопрос несколько смутил Реджину, но та взяла себя в руки и неопределенно ответила, но Киллиан не стал задавать лишних вопросов. — О ней позаботились. Некоторое время они просто сидели молча, каждый думая о своем. В конце концов, эта тишина стала угнетать Реджину. — Я приготовила тебе комнату наверху. Вторая дверь налево. Ванна рядом. Если что-нибудь понадобится, обращайся, — Реджина встала и собиралась уходить, но Киллиан внезапно поднялся и крепко заключил ее в объятия. — Ты ведь знаешь, кто меня похитил? — спросил Джонс, слегка отстраняясь, но все ещё продолжая держать женщину за руки. — Давай оставим этот вопрос на завтра, — брюнетка измученно улыбнулась и, поцеловав Киллиана в щеку, отправилась наверх. Джонс не спешил идти за ней. Он все думал о своем похитителе и волчице, которая на его глазах перевоплотилась в человека. Постепенно вся картина начала складываться в голове Киллиана. Он достал телефон, который лежал у него в кармане, и набрал нужный номер. — Здравствуй, нам надо поговорить.