Мир, в котором я живу

— Это и поцелуем сложно назвать, — раздражённо бросила я и опустила глаза. — Не льсти себе, Кастиэль. — Меня это мало волнует, — отозвался Натаниэль, не отводя взгляда от красноволосого, чья самодовольная ухмылка постепенно испарялась с лица. — Что было, то было. Я не в силах поднять голову, уставилась на свои руки, сложенные на коленях, и рвала на кусочки ни в чём неповинную салфетку. — Так, хватит, — хлопнула в ладоши Розалия, разрушая эту странную, напряженную атмосферу, повисшую в этой комнате. — Вы не забыли, зачем мы здесь собрались? — Конечно нет! — подыграл ей Алекси, за что я ему была безмерно благодарна. — Розочка, как мы могли забыть? После такого малоприятного разговора мы остановились на игре в ассоциации, что расстроило Армина, но тот решил не усугублять ситуацию и не настаивать на своем. Остаток вечера прошел в более-менее приятной атмосфере, будто все и забыли об этом неприятном инциденте, чего не скажешь обо мне. Я впервые хотела, чтобы этот день поскорее закончился, несмотря на то, что обожала подобные посиделки с друзьями и много возлагала на этот вечер. Я старалась общаться с кем угодно, избегая всяческого контакта с Натаниэлем, а уж тем более с Кастиэлем. Если со вторым выходило просто отменно, ибо не составляло труда избегать того, с кем не общаешься. А вот с Натом — сложнее. Каждый раз, когда блондин пытался ко мне обратиться или дотронуться, я бесцеремонно переводила своё внимание на кого угодно, лишь бы никак с ним не контактировать сейчас. Думаю, это было очевидно и слишком уж бросалось в глаза, но я ничего не могла с собой поделать. Не могла заставить вести себя как обычно, сама не понимала почему. В том, что сказал Кастиэль, не было ничего такого, чего бы я должна стыдиться. Это было условием игры; да и поцелуй, мягко говоря, был ни о чём. Но почему-то я чувствовала себя неловко, когда об этом упомянули при старосте. Хотя, такого я тоже ощущать не должна. Мы не пара, поэтому я вольна делать то, что захочу. «Кто я для тебя?» — в моей голове эхом отозвались слова, недавно сказанные Натом. Я помрачнела ещё больше. Так и не разобралась с мыслями в своей голове по этому поводу, да и прямо сказать, старалась избегать всяческих размышлений, пытаясь выкинуть куда подальше эту брошенную, как будто между прочим, фразу. Но я уверена, что блондин-то точно об этом не забыл. Рано или поздно мне придётся ответить на этот вопрос. Но каким должен быть ответ, я не знаю. И что он хочет услышать, я тоже без понятия. В голове стали возникать какие-то картинки, обрывки слов, словно огромный поток, проносящийся перед глазами. Тот первый зимний вечер, когда староста подарил мне рождественский подарок и одарил робким поцелуем. Он ни раз помогал мне с учёбой и безвозмездно подрабатывал моим извозчиком, что, наверное, отнимало у него немало времени. Нат видел меня там, куда я никогда никого не хотела впускать ни при каких обстоятельствах, а именно — в больнице. Но даже после этого он никуда не делся и до сих пор находился рядом. Он мне нравится. Я должна была признать это уже давным-давно. С самого первого дня в новой школе Натаниэль мне нравится. — Эй, не зависай, — из раздумий меня выдернул грубый голос Кастиэля. Я по инерции подняла голову и столкнулась взглядом с его серыми холодными глазами. Чёрт, как же он меня бесит! Я отвела взор, не удостоив красноволосого ответом. В сердце неприятно кольнуло от осознания того, что эти холодные глаза смотрели на меня. Я знала другого Кастиэля. И мне очень жаль, что я его потеряла. «Кто для тебя Кастиэль?» Никто. Так должно быть, но…

***

Время неумолимо приближалось к полуночи, и все понемногу начали собираться по домам. Я достала мобильный из кармана юбки, чтобы позвонить родителям и попросить, чтобы кто-нибудь из них меня забрал. — Я тебя отвезу, — Натаниэль аккуратно, будто боясь, что я сейчас шарахнусь от него в другую сторону, накрыл мою руку держащую сотовый, своей ладонью. — Ладно, — тихо отозвалась я, не смотря парню в глаза. Я надеялась, что разговор, который состоится в машине (если вообще состоится) никак не коснется того вопроса. Мне же нужно будет ответить правду, да? Это ужасно смущающе. Попрощавшись с оставшимися гостями и Розой, мы направились к автомобилю. Натаниэль помог мне усесться на переднее пассажирское сидение и захлопнул за мной дверцу. Я уставилась в окно, обнаружив у забора, ограждающего дом Розы, Кастиэля, который прижал к губам сигарету и выпустил дым. Красноволосый, услышав звук мотора, обернулся в нашу сторону и махнул мне рукой. От такого неожиданного действия я только и могла, что смотреть на быстро удаляющийся силуэт парня с распахнутыми от удивления глазами. По дороге до дома мы не проронили ни слова. Я всматривалась в пейзажи за окном и слушала музыку, льющуюся из динамиков магнитолы. Натаниэль же сосредоточенно смотрел на дорогу, изредка кидая на меня мимолетные взгляды, которые я ощущала боковым зрением. Блондин остановился у моего дома, но выходить не спешил. Он сидел молча и всё еще держал руки на руле, смотря в лобовое стекло, будто задумавшись о чем-то. Я догадывалась о чём, но молилась всем богам, что мои догадки — ошибка. — Ммм… — промычала я, не зная как вырваться отсюда и вдохнуть свежего воздуха, которого почему-то в машине стало в недостатке. Могла бы бежать — бежала, только бы пятки сверкали. Но я не могу. — Ты ответишь на мой вопрос? — спросил блондин, повернувшись ко мне. Можно было бы притвориться дурочкой и спросить какой, но не уверена, что хочу слышать эти три слова снова. — Ты мне нравишься, Натаниэль, — тихо сказала я, повернув голову к окну. — Но ещё тебе нравится Кастиэль, да? От этих слов меня передёрнуло, и я обратила свой взгляд на Ната, впервые за несколько часов посмотрев в его «солнечные» глаза. Уголки его губ были приподняты, но походило это на какую-то вымученную ухмылку. — Это не так, — ответила я, но голос отчего-то дрогнул. — Ладно, допустим, — тяжело вздохнул Натаниэль. От его пристального взгляда мне хотелось спрятаться, я вжалась в спинку сидения. — Ты мне тоже нравишься, Канада. Почему бы тебе тогда не быть со мной? — Я…я, — я хватала воздух ртом, но простое согласие не хотело слетать с моих губ. Я не уверена, что положительный ответ был бы правильным, несмотря на то, что староста давно доказал, что ему плевать на мою «особенность». И почему он подумал, что мне нравится Кас? — Подумай, — Натаниэль повернулся к двери и открыл её. — Я не буду настаивать прямо сейчас. Разберись в себе и своих чувствах. В чём же тут разбираться, интересно мне знать? Всё и так предельно ясно.