I Have Nothing

Don't make me close one more door, I don't wanna hurt anymore. Stay in my arms if you dare, Or must I imagine you there

      Было почти одинацать, когда Кевин открыл глаза, за окном ярко сияло солнце, словно бури и не было. Он откинул одеяло и сладко потянувшись, сел на кровати, он чувствовал себя отдохнувшим и, немного, счастливым, что было странно, потому что оснований для этого не было, ну или почти не было… Одевшись, Кевин вышел из комнаты, было интересно проснулся ли Марк, но тишина в коридоре давала понятно, что он ещё спит. Тогда Кевин решил проверить как там Саффи и осторожно приоткрыл дверь в комнату Марка. Первое, что он увидел это, что Марк спал как и он — лишь на одной половине кровати, видимо они оба настолько привыкли делить друг с другом кровать, что до сих пор не могут отделаться от этого ощущения. Кевин невольно улыбнулся тому, что не только у него все так плохо. Открыв чуть шире дверь, Кевин бесшумно проскользнул внутрь и, взяв на руки полусонную собаку, так же тихо покинул комнату, закрыв за собой дверь. Не решив, что хочет на завтрак, Кевин включил кофеварку, и к тому моменту, когда кофе был готов, он услышал, что сверху доносится шум воды, значит, Марк проснулся. Спустя какое-то время из-за двери показался Марк, его волосы все ещё были влажные и взъерошенными после душа, и он выглядел забавно, но при этом так очаровательно, что Кевин невольно улыбнулся. — Доброе утро, — поприветствовал его Кевин. А про себя отметил, что Марк выглядит просто отлично, в простых, спортивных штанах, которые он всегда носил дома, и черной майке, которая раньше обтягивала его животик, от которого сейчас ни осталось и следа. — Привет, — Марк словно забыл, что ни один дома, но такое приятное напоминание в лице Кевина с обнаженным торсом, совершенно его не расстроило, даже наоборот, он улыбнулся и, пройдя на кухню, сел напротив него за стол. — Завтракать будешь? — спросил Марк, глядя как Кевин проверяет не заработал ли телефон, который, к сожалению, безжизненно молчал, — может днем починят, раз дождь прекратился, — решил подбодрить он парня. — Надеюсь… да, завтракать буду, но позже, я хотел сначала принять душ, и переодеться в чистое. Кевин прошел в холл и подошел к чемодану. С виду он выглядел сухим, и даже отчасти чистым, только колеса и низ были в глине, но когда она засохнет, её можно будет отчистить. Он расстегнул молнию, и взял в руки верхнюю вещь. — Вот черт! — выругался он и стал одну за другой вынимать вещи и кидать рядом на пол, — черт! — все вещи были влажные, что неудивительно, чемодан промок под дождем, и влага попала внутрь, а за ночь все вещи пропитались ею, только сумка с туалетными принадлежностями была сухая и нижнее белье, потому что было новое и не распакованное. Достав последние уложенные на дно вещи, он вернулся в кухню. — Представляешь, все мои вещи мокрые! — он бросил их на стол перед Марком, — мне и ехать не в чем и здесь ходит тоже, что делать? — Ну, во-первых, повесить вещи сушить, а во-вторых, может ехать пока и не в чем, но здесь ходить, одежду мы тебе найдем, не расстраивайся, — он поставил на стол чашку, что держал в руках, — налей-ка мне кофе, а я сейчас вернусь. Кевин успел налить в чашки горячий кофе и сделать пару тостов для каждого, к тому моменту, как вернулся Марк, держа в руках сложенные вещи. — Вот, — он протянул их Кевину, — ты не подумай, я не специально их хранил… я просто… не было времени все убрать, так что я сложил все на чердаке. — Мои вещи? — Кевин развернул знакомые футболки и брюки, — как удачно, что ты их сохранил, — обрадовался он. — Спасибо! — Да ладно, ничего особенного, просто вещи, — немного смутился Марк. — Забавно… — проговорил Кевин выбирая, что из принесенных вещей ему одеть после душа. — Что? — поинтересовался Марк, глядя, как Кевин загадочно улыбается. — Да так… вспомнил кое- что… — улыбнулся он, — вспомнил как ты брал мою футболку, вместо пижамы, в свое турне с группой… — Это было давно, — словно отмахнулся этих воспоминаний Марк, хоть ему и было приятно, что Кевин помнил такие мелочи из их жизни. — Не так уж и давно… — вздохнул Кевин, — ладно, давай завтракать, пока все не остыло, — предложил он, что сменить тему разговора. — В холодильнике есть картофельный салат, достать? — сразу включился Марк — Да, пожалуйста, — согласился Кевин, усаживаясь за стол. Пока Кевин принимал душ после завтрака, Марк решил снова разжечь камин, ему казалось, что с его теплом и светом, в доме становилось намного уютней. Ему особенно это было необходимо, когда он был один в доме, поэтому он разжигал его каждый день, а сейчас сделал это скорее по привычке, потому что присутствие Кевина в доме все меняло. И дело было даже не в том, что было не так одиноко, а в том, что с ним все всегда было по-другому, комфортней, теплее, лучше… — Знаешь, ничто так не бодрит как горячий душ! — довольно констатировал Кевин, усевшись на диван позади Марка и накинув на голову полотенце, принялся вытирать волосы, — что ещё нужно после… Слова Кевина растворились во внезапно нахлынувших воспоминаниях Марк, картина сидящего на диване Кевина напомнила ему их последний разговор. Кевин сидел напротив Марка на диване, опустив голову и закрыл лицо руками. — Я устал… — тихо проговорил он. — Что? — не понял Марк. — Я устал, — повторил Кевин на этот раз более уверенно. — Устал? — Марк не понимал о чем он говорит. — Да, устал! Устал! — он резко вскочил оттолкнув руку Марка, когда тот хотел коснутся его плеча, — я так больше не могу! — Что? О чем ты говоришь? — О нас, Марк! О нас! — Кевин уже почти кричал, начиная нервно ходить взад вперед по комнате, — я больше так не могу! — Скажи, что мне сделать! Ты же знаешь, я все для тебя сделаю, — умоляющие посмотрел на него Марк, пытаясь поймать его взгляд, было видно, что Кевин начитает выходить из себя, и скандал уже не миновать. Они и раньше бывало ссорились, не так, сейчас все было по-другому. — Я хочу, чтобы ты был только мой! — Я твой, — усмехнулся, Марк, — ты же знаешь! — Нет, ты не понимаешь, мне надоело подстраиваться, меня уже тошнить от фраз — «Давай обсудим это после турне, Кевин», » Давай отложим это до следующего месяца, Кевин»… устал от твоей жизни, Марк… я хочу чтобы у нас была наша жизнь, ты понимаешь? — Кевин, словно выговорившись, устало сел на край дивана, глядя Марку в глаза, в надежде найти в них понимание. — Но… — хотел что-то сказать Марк, но Кевин, тут же, перебил его. — Но, но, но, — словно, передразнивая Марка, произнес он, — хватит! Я хочу планировать нашу жизнь исходя из моих желаний! Ты можешь сказать, что я знал на что шел, когда начались наши отношения, но я так больше не могу… я хочу жить исходя из своих желаний, а не из графика твоих концертов, я знаю, что это звучит эгоистично, может быть… но мне кажется, что я не прошу больше, чем заслуживаю… я люблю тебя, ты знаешь, как я тебя люблю, но я устал… прости, такова правда… я устал, — словно подытожил он, и вновь устало закрыл лицо руками. Марк понял к чему был этот разговор, но боялся сказать хоть слово, потому что не мог поверить, что это с ними происходит. — Скажи хоть что-нибудь… — не поднимая головы, тихо произнес Кевин. — Я боюсь, что мне больше нечего предложить… я люблю тебя и могу сказать, что попытаюсь что-то изменить, но мы оба знаем, что этого будет недостаточно… — Да, боюсь что так… значит… — Кевин, который начал этот разговор, чтобы наконец прояснить ситуацию, объяснить эту натянутость в отношениях, что возникла между ними в последнее время, вдруг испугался. Он испугался, что произнеся то, что он собирается сказать, он никогда не может взять свои слова обратно, и вернуться туда, где все началось… Но в тоже время он понимал, что и обратной дороги нет… — и ведь дело даже не в группе… — словно, успокаивая Марк, сказал Кевин, беря его за руку. — Да, я знаю… дело во мне, — все понял Марк и грустно улыбнулся. — Я поживу у Аарона, пока не найду квартиру, — Кевин отпустил его руку и встал с дивана, — мне жаль, мне действительно очень жаль, что я позволил зайти всему так далеко, прости меня, — Кевин медленно встал и не оборачиваясь вышел из комнаты. Марк слышал, как Кевин поднялся наверх, в их спальню, взял приготовленные заранее сумки с вещами на первое время и, пройдя мимо комнаты, зашел на кухню. Он слышал, как Кевин снял со связки ключи от дома, и положил на стол, это было понятно, по звуку метала, коснувшегося кафельной плитки. Кевин постоял ещё пару секунд, Марк подумал, что тот засомневался и передумал… но звук касания кафельной плитки ещё одного металлического предмета сообщил ему об обратном… Наверное, Марку стоило выбежать из комнаты, остановить его, умолять остаться, но что-то подсказывало ему, что-то, что происходит сейчас это правильно… это было непонятно, но это было правильно… — Марк, Марк! — Кевину наконец-то удалось привлечь его внимание, — ты меня не слышишь что ли? — Нет… да, прости, что ты говорил? — Марк перевел на него взгляд. — Я говорил, что стоит сходить проверить много ли деревьев пострадало после грозы… а ты о чем задумался? — Ни о чем… неважно… да, хорошо, потом сходит… Пообедав, совместно приготовленным обедом, и прогулявшись вокруг дома, осмотрев результат ночной грозы, ребята вернулись дом, где Кевин в который раз проверил телефон, а затем решил, наконец-то заняться вещами в сумки. Конечно, лучше было бы занять ими ещё вчера, потому что сейчас они выглядели ещё хуже, чем утром, и если бы в другой раз этот факт просто бы расстроил Кевина, то сейчас это его просто вывело из себя. — Вот дерьмо! Все вещи испорчены! — Кевин, в сердцах, пнул ногой сумку на колесах, которая от удара с шумом завалилась на пол. — Ты чего?! — выскочил на шум из комнаты Марк. — Ничего! — Кевин пнул ещё раз, — будь проклята эта поездка! Какого черта я вообще решил ехать?! — Кевин бросил на пол вещи, что держал в руках. — Ты что из-за одежды расстроился? — спросил Марк, он видел, что Кевина что-то разозлила, но было не понятно, что именно, ведь ещё минуту назад он был спокоен и улыбался, — ничего страшного, — он поднял пару вещей с полу и, развернув их в руках, осмотрев, — постираешь и будут как новые, не расстраивайся, — он хотел успокоить Кевина, коснувшись его плеча, но тот с силой оттолкнул его руку. — Не надо, ладно?! Все это было плохой идеей с самого начала! — Кевин отступил на шаг от Марка, выставив немного вперед руки, словно не желая подпускать его к себе, — оставь меня, — резко приговорил он, и быстро вышел на улицу. Было слышно, что он лишь спустился с крыльца и ходит дорожке около дома, продолжая ругаться себе под нос. — Так… — Марк вышел на крыльцо, гладя как Кевин стоит к нему спиной, — что происходит? — Ничего, — буркнул Кевин, — я не хочу об этом говорить. — Ну, боюсь, что тебе придется, раз ты кричишь и пинаешь вещи в моем доме, — строго проговорил Марк. Кевин повернулся и посмотрел на Марк, который скрестив рук на груди, выжидающе смотрел на него. — Хочешь узнать что происходит? Хорошо, я тебе расскажу! Я надеялся, что эта поездка поможет мне хоть немного развеяться, потому что я знал, что по возвращению, мне нужно подыскивать себе новый дом, потому что у Аарона с Ником все слишком серьезно и, оставаясь в доме Аарона, я буду только мешать, а он слишком деликатный, чтобы сказать мне это, и вот я тут стою перед тобой, практически бездомный, со сломанной машиной… у меня ничего нет! Ничего! И ты… ты совершенно мне не помогаешь! — Извини? — Марк очень удивился, услышав такое заявление в свой адрес. — Не помогаю?! — Ты весь такой спокойный и милый… Почему ты так спокоен? — Что? — Почему ты так спокоен?! — разделяя слова, повторил свой вопрос Кевин. — Почему ты не злишься на меня? Почему ты так мил со мной? Тебе что совсем все равно?! — Я бы возразил, если бы понимал о чем ты говоришь… я ни черта не понимаю! — Марк тоже начинал закипать. — Мы… мы расстались и да, я знаю, что это, потому что я так хотел, но ты ведешь себя, словно так и должно быть! Ты что ничего не чувствуешь?! — Эй! Ты ничего не знаешь! Ты не можешь такое говорить! Ты… ты ушел, ты просто ушел, словно для тебя 7 лет, проведенные со мной, ничего не значили! Просто встал и ушел! Так что у меня тоже есть к тебе вопросы «как ты мог?!», например, — последнюю фразу Марк практически прокричал. — Я не знаю! — отчаянно прокричал в ответ Кевин. Сейчас им было обоим на руку, что до ближайшего дома их отделяли несколько километров, потому что их крики, точно бы привлекли внимание соседей. — Ты не знаешь почему бросил меня?! — Марк был, мягко говоря, в шоке от такого заявления. -- Почему разорвал нашу помолвку?! Разбил мне сердце?! Потрясающе! И не смей мне говорить, что я спокойно перенес наш разрыв! Если хочешь знать, я месяц жил у родителей, бродил из угла в угол в своей пижаме и ни с кем не разговаривал, а когда становилось совсем тошно, то отправлялся в бар с друзьями, но и там ни с кем не разговаривал, а только напивался, до беспамятства, чтобы не просыпаться среди ночи и не искать тебя панически по всей постели! Не смей мне говорить, что я пережил это спокойно, ты ни чего не знаешь! Ты обратил внимание, что у меня чашки новые, оглянись вокруг, у меня вся посуда новая! И знаешь почему? Потому что прошлой не осталось! Поэтому я считаю, что имею знать правду, я хочу правду, и ты мне её скажешь прямо сейчас! — Хорошо, ты хочешь правды, ты её услышишь! Правда в том, что я действительно не знаю, что случилось, я думал, что поступаю правильно, думал, что так лучше для нас… но правда в том, что я ошибся… Как я могу сказать тебе, что произошло, когда сам понятия не имею! — А я знаю! Ты эгоист Кевин и этим все сказано! У тебя было все! У тебя был я, но ты решил, что тебе нужно больше. Ну и как ты себя чувствуешь сейчас, ты счастлив?! — Нет. — Я, было хотел сказать, что меня это радует, что ты оказался наказанным по заслугам, но это не так… — Марк ещё пару секунд смотрел на Кевина, разочаровано качая головой, а потом развернулся и ушел дом. Кевин знал, что Марк прав, и он знал, что должен сказать дальше. Он дал себе и Марку времени немного остыть, а затем тихо вернулся в дом вслед за ним. Он нашел Марка, вновь погруженного в свои мысли, вытирающим вымытую посуду после обеда. На всякий случай Кевин решил держать на расстоянии и, прислонившись к дверному косяку, пару минут просто смотрел на Марка, прежде, чем вполголоса виновато произнести: — Прости меня… мне действительно очень-очень жаль… теперь-то я понимаю, что бросить тебя было огромной ошибкой, и мне очень больно оттого, что я заставил тебя так страдать… не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь простить меня, но я хочу, чтобы ты знал, что я искренне сожалению о том, что сделал. Я, наверное, очень ужасный человек, но я не сразу это понял, в смысле, масштаб того, что натворил… знаешь, несколько месяцев назад я был дома один, сидел на кухне, было так тихо и, не тихо, в смысле спокойно, а тихо, в смысле, пусто… и меня как молнией ударило — это то чего я хотел? Это действительно то, ради чего я, в одно мгновение, разметал в пыль все, что мы так усердно вместе строили… вот… отвечать сам себе на этот вопрос я не стал, просто осушил за раз пол бутылки, оставшегося с вечеринки, виски, так что продолжение я знаю со слов во время вернувшегося Аарона, — он усмехнулся сам себе и, пройдя в кухню, сел за стол позади Марка. Он знал, что Марк его слушает и поэтому что хотел рассказать ему все, — и состояло оно в основном из фразы «Боже мой, что ж я наделал?!» На следующий день, я думал о том, что у меня осталось — работа, но какая радость от неё, когда я не могу посоветоваться с тобой или рассказать о новом проекте, ведь ты знаешь как для меня важно твое мнение! У меня даже дома своего нет! И так скучаю по нашему дому! Так все было как нужно, а в доме Аарона никогда ничего найти нельзя, — усмехнулся Кевин. — Я хочу его продать… — тихо проговорил, обернувшись Марк. — Что?! Ты не можешь прождать наш дом! Я имею в виду… твой дом… он же тебе так нравился! — Кевин чуть со стула не упал от удивления. — Да, но он слишком большой для меня одного, и… там слишком много наших воспоминаний… я не могу там жить, да честно говоря, я и не живу. — В смысле? А где же ты живешь? — Здесь. Я живу тут последние пару месяцев… мне тут спокойней, до студии, конечно далековато, но мне здесь лучше… а в нашем доме, я даже спать в наше постели не могу… я через месяц после твоего ухода перебрался в комнату для гостей… может это звучит странно, но когда я каждый раз ложился в постель один, меня охватывало такое чувство одиночества, от того, что это не временно, а так будет всегда… я просто физически там спать не мог… каждое воспоминание, связанное с тобой, с нами, отзывается болью в моем сердце, это слишком тяжело… — Марк отошел от раковины, повесив на её край полотенце, что держал в руках и, устало сел на стул напротив Кевина. Он знал, что даже если они будут выяснять отношения весь день, это не исправит того, что было между ними, сделанного не исправишь, он так же знал, что Кевин был искреннем в том, что говорил, — мне тяжело… без тебя, — неожиданного произнес Марк, глядя вниз, на свои руки, — не могу так больше… Кевину было больно слышать такое от любимого человека, еще больнее было оттого, что он был тому причиной, ему хотелось хоть как-то загладить свою вину, не смотря на то, что ему, возможно, никогда это не удастся, он решил хоть как-то утешить Марка. Приблизившись к нему, он аккуратно положил одну руку ему на плечо, а другой взял его за руку. — Если бы я мог всё вернуть и исправить я бы это сделал, если бы у меня была такая возможность, я клянусь, что сделал бы это, — произнес Кевин, чуть склонившись к нему. Марк, по-прежнему, сидел, не поднимая головы, он смотрел на то, как ладонь Кевина покоится в его ладони, сразу вспомнился момент, когда он первый раз взял Кевина за руку, и точно так же, как тогда он почувствовал, что это было то, что ему нужно сейчас больше всего… Марку захотелось вновь почувствовать его тепло, и он медленно взял руку Кевина и приложил ладонью к своей щеке, закрыв глаза… — Марк, я… — хотел что-то сказать Кевин, но замолчал, когда Марк поднял на него взгляд полный тоски и в тоже время надежды. — Разве нужны слова? — произнес он, притянув к себе Кевина, который от неожиданности даже не успел закрыть глаза, к моменту, когда их губы встретились. — Ох, Марк… я не достоин второго шанса, — оторвавшись от него, отчаянно поговорил Кевин. — Позволь мне решать, — улыбнулся Марк и вновь захватил его губы. — Но почему? — Кевину хотело знать, что Марк уверен в том, что он делает. — Потому что вся та боль и отчаянье, что принесло мне расставание с тобой ничто по сравнению с тем, как сильно я тебя люблю! Этого достаточно? — улыбнулся Марка, улыбкой с которой невозможно спорить. Слова Марка более чем убедили Кевин, и он смог полностью отдавшись чувствам, вновь соединится с Марком в поцелуе.       Первыми обо всем узнали ребят из группы, когда увидели в студии Марка светящегося от счастья. Они сразу стали расспрашивать его, ни встретили ли он кого-нибудь, на что Марк загадочно ответил: «Да, встретил… семь лет назад…» и рассмеялся. Потом пришла очередь родителей узнать и, не смотря на то, что все в это верили и надеялись, многие были в шоке. Но не в таком шоке, когда полгода спустя, Марк и Кевин собрали всех в своем доме на праздничном ужине, и став во главе стола, немного поспорив о том, кто сообщит радостную новость, сошлись на том, что скажут вместе, радостно произнесли: «Мы поженились!». Первой от шока опомнилась мама Марка и словами: «Мои мальчики!» схватила обоих ребят в объятия и уже вслед за ней, и остальные гости присоединились к поздравлениям.

I donʼt really need to look Very much further, I donʼt wanna have to go Where you donʼt follow…