Новая жизнь в волшебном мире.

Первая часть общей серии.

ИНОЙ.

***

      Ещё одно субботнее утро, выходной, а значит, этот день пройдёт бессмысленно. Разрешите представиться: я, Дмитрий Петров, по национальности русский, вперемешку с белорусской кровью, и, вроде бы, частично итальянец. Хотя в последнем не уверен, так как смутно помню рассказы моей покойной бабушки. Мне двадцать три года, живу один, недалеко от Москвы, в двухкомнатной квартире, оставшейся мне после смерти родителей. Я ничем не примечателен в этом мире, такой же, как и все остальные, с некоторыми оговорками.       В пятнадцать лет стал сиротой, мои родители погибли, когда какой-то террорист взорвал бомбу в торговом центре, вместе с почти полусотней человек, среди которых было даже несколько детей. Я выжил, отделавшись повреждённым рассудком, на фоне которого развилось вторичное нарушение социального взаимодействия. Говоря проще — я закрылся в себе, ни с кем не разговаривал, отдалился от друзей и всего мира.       Лечение затянулось на целый год, и, когда я смог хотя бы более адекватно вести диалоги, мне пришлось пойти в суд за признанием меня совершеннолетним до достижения восемнадцати лет. Для этого мне пришлось устроиться на работу, благо в тринадцать лет пошёл учиться на столяра-плотника с параллельным обучением в вечерней школе. Также пришлось пройти судебную экспертизу, которая только со второго раза признала меня способным отвечать за свои поступки. За несколько месяцев до семнадцатилетия я стал совершеннолетним по судебному решению и стал жить один, окружив свою личность холодной бронёй, а моими друзьями стали книги.       «Как я выгляжу?» — спросите вы? Как обычный человек, живущий в этом мире. Очень короткие тёмно-русые волосы, синие глаза, телосложение среднее. В общем, я обычный. Всё по стандарту. Если не считать, что из одежды я предпочитаю тёмные тона. Чёрный цвет идеален, если хочется что-то спрятать. И нет, я не гот, если вы об этом.       Жизнь моя текла по обычному руслу. В восемнадцать лет отслужил по призыву в мотострелковых войсках. Мне повезло, у нас был показательный полк, так что и еда была хорошей, и обучали по первому классу. Наверно, как почти любой парень моего возраста, я всегда мечтал научиться стрелять из автомата или пулемёта, всё-таки это классно, когда стреляешь из такого оружия, то чувствуешь себя так, словно сейчас взлетишь от нахлынувшей на тебя радости. Но вот после одного случая, когда я не смог удержать пулемёт, мне пришлось охладить свой пыл, и концентрироваться на другом оружии.       Моим родным оружием, на весь этот год, стал пистолет и снайперская винтовка, к которой я относился с презрением. Сидеть в кустах, и отстреливаться как трус, это было не для меня, но благодаря моему командиру Андрею Ахметову, которого часто можно было найти на полигоне, я поменял свои взгляды. Хоть командир и был настоящим гадом (постоянно на нас орал), но стрелком оказался отменным. Я был поражён, когда впервые увидел как он управляется этим оружием, поэтому следующие два месяца я доставал командира, чтобы он обучил и меня. Я уверен, что даже пьяным в ж… он попадёт в нужную мишень. Да, в мотострелковых войсках снайперов нет, но дополнительные знания лишними не будут.       После армии, оказавшись на гражданке, я увлёкся игрой на бирже, правда перед этим, пришлось прочитать огромное количество книг и финансовых данных. Я решил играть на фондовом рынке, он более безопасный чем другие, хотя и приносит прибыль поменьше.       Вообще, жизнь у меня самая обычная. Проснулся, пошёл на работу, пришёл, поел, и лёг спать. Ничего особенного нет. В выходные дни я хожу в тренировочный зал, чтобы не заплыть жиром, читаю книги за чашкой кофе, ну или просто лежу, слушая музыку, ожидая конца выходных. В последние пару лет, я начал читать книги, знаменитой писательницы Джоан Роулинг о Гарри Поттере. Для меня эти книги были вызовом самому себе, постоянно находя недочёты или пытаясь понять смысл того, что происходит. Очень уж любопытно, почему в книгах, Гарри получился каким-то отсталым в плане магии? Раз у него была судьба, убить Тома Реддла, почему его не обучили чему-то полезному? Тоже мне, нашли силу в любви. Сегодняшний день, двадцать первое сентября две тысячи тринадцатого года, начался как обычно. Я проснулся, минут двадцать тупо смотрел в окно, и заставил себя встать, хотя и хотелось поваляться. Выпив кофе и взяв с собой книгу и плеер с наушниками, я вышел из дома по направлению к тренировочному залу. Можно было бы и доехать, но я предпочитаю ходить пешком. Лучше бы я этого не делал сегодня, а если бы и делал, то другим путём. Чёрт меня дёрнул так сделать.       Полностью погрузившись в мир книги, я по инерции шагал по направлению к месту назначения, останавливался, когда краем глаза видел, что остальные люди стоят и ждут когда можно перейти дорогу. В наушниках играл новый трек группы Skillet, Not Gonna Die, который давал мне какой-то странный заряд энергии. Вот и люди пошли, а я следом за ними, по пешеходному переходу на ту сторону улицы, когда отметил что, некоторые люди начали, почему-то разбегаться, кто-то вперёд, а кто-то назад. Я остановился, оторвав взгляд от книги, посмотрел вперёд, начал было оборачиваться, и увидел машину справа, которая неслась прямо на меня как на магнит. Было видно, что водитель пытается остановить эту кучу металла, но из-за состояния дорог, толку от тормозов не было. БМВ была уже в паре метров от меня, но мои ноги не двигались в попытке спасти мою ненужную тушку. Сильный удар, боль и темнота. Прощай, Дмитрий Петров… * * * — Где я? Почему здесь так темно? Темнота казалась такой странной, но в тоже время привычной. Неужели я умер? Последнее что я помню это удар машины и сильная боль. Точно. Я мёртв. А это, наверное, ад. Ха-ха. Надо же, как мне повезло. А вот и чувство тепла, или все-таки огня? Но не удивительно, я же в аду, наверно я это заслужил. Но тут я почувствовал что-то, или вернее, кого-то ещё. Он или она, в общем, эта сущность ощущалась слабо, как-то даже разбито и грустно. И ещё я почувствовал вину за какое-то происшествие. Такое подходит больше ребёнку. Подождите-ка. Ребёнок? Неужели вместе со мной, под машину попал какой-то ребёнок и тоже умер, попав сюда? Нет, так не правильно. Дети не должны умирать в таком возрасте.        Меня захлестнула злость, жар чувствовался как что-то естественное, если бы я был жив, то я бы чувствовал, как будто по моим венам течёт не кровь, а огонь. Что это за справедливость, если дети умирают, а всякие уроды продолжают жить? Я не могу это так оставить. Нет, надо всё исправить.       Где-то впереди, я увидел арку света, которая постепенно удалялась от меня. Я настойчиво стал двигаться к ней, когда какая-то неведомая сила отбросила меня назад. Пламя во мне разожглось с новой силой, давая возможность двигаться вперед. Сила вновь и вновь пыталась отбросить меня от света, но я упрямо шёл вперёд, шаг за шагом приближаясь к арке. В конце концов, эта сила ударила меня в спину, забрасывая в эту арку, и лишая сознания. * * * Выбравшись из темноты, я оказался в ещё одном неизвестном месте. Я ничего не видел и висел в воздухе, когда ко мне обратились голоса: — Он очень упорный. Его воля к жизни просто потрясающая. — Может у него есть шанс выжить? — А может он станет таким же, как и предыдущие? — Кто… Кто вы? — мысленно обратился я к этим голосам. — Не важно, кто мы. Гораздо важнее, на что готов ты, ради жизни? Что ты сделаешь, чтобы спасти других?        Я ощущал, будто растворяюсь в этом месте, но всё равно старался держаться и продолжил говорить: — На мою жизнь, мне глубоко по фигу. А насчёт других — зависит от того, кого надо будет спасти. И зачем вам это знать?        Голоса молчали, но я ощущал, что они здесь, недалеко от меня, что-то ищут во мне. Прошло несколько минут, а может быть часов, когда в мой разум снова вторглись голоса: — Ты попадёшь в новый мир, где у тебя появится шанс всё исправить. Но готов ли ты на это?        Новый мир? То есть, я не умру, а снова буду жить? После того, что я испытал, я перестал бояться смерти, я прекрасно знал, что там, за завесой смерти нет ничего, просто конец жизни и всё. Но моя интуиция подсказывала, за этим предложением скрывается не только шанс на новую жизнь, а что-то ещё. Что-то опасное и смертельное. — Я готов. Я принимаю ваше предложение! — мысленно закричал я в пустоту. Через несколько секунд, меня обвила какая-то верёвка и с размаху бросила вниз. Последнее, что я почувствовал, это удар лицом об землю.