Новая жизнь в волшебном мире.

      Разумеется, как и всё хорошее, что имеет привычку заканчиваться, так и подошли к концу каникулы. За сутки до поездки в Хогвартс, я наведался в Гринготтс, за справкой о состоянии счета. Да, конечно, миллионером я не стал, но двести пятьдесят тысяч галлеонов, которые скопились за чуть более чем два года, немного греют душу. Так же я купил книгу ≪Великие учёные и алхимики прошлого≫, как алиби того, откуда я знаю о Фламеле. По дороге в школу я был очень рад, что еду без одной пушистой девчонки, которая постоянно капает на мозги, и лезет туда, куда не просят. Хотя если подумать, то немножко скучно становится, когда не видишь, как она хмурится и злится, если нужная информация недоступна для неё. Либо когда делаешь что-то, что у неё не получается.        Вернулся я в школу под вечер, перед началом семестра, где меня сразу же поймали Рон с Гермионой. Они были сильно озабочены состоянием Гарри, который после того, как посмотрел в зеркало Еиналеж, был сам не свой и несколько раз срывался на всех. Так что моей задачей (которую навязали мне, между прочим, эти два оболтуса), было попробовать поговорить с Гарри. Нашёл я этого очкарика (я без злости это говорю) в гостиной, возле камина. — Привет, Гарри! — поприветствовал я своего друга. — А? Оу, привет Алекс. Как каникулы провёл? — Гарри отвлёкся от созерцания огня в камине. — Да вроде не плохо, был в Берлине. Классный город. Но я тут, если честно по другому делу. Что с тобой случилось? Рон с Гермионой говорят ты сам не свой.       Поттер снова уставился в огонь, собираясь с мыслями, а торопить его, я не стал. Если посчитает нужным сказать, то скажет. Нет, так нет. — Я видел своих родителей в зеркале Еиналеж, — каким-то тихим голосом ответил Гарри, не оборачиваясь. — Что это ещё за зеркало такое? — включил я дурачка. А что? Меня здесь не было, про его поход к зеркалу я не знаю ничего. — Зеркало, которое показывает самые сокровенные мечты и желания. — И теперь ты не можешь не думать о том, что бы быть вместе с ними?        Гарри просто кивнул, по нему было видно, как он напряжён. Совсем не как в книге. Млять. Какая к чёрту книга? Я, кажется, схожу с ума. Вроде я уже привык, что живу в другом мире, но какая-то часть меня, продолжает, время от времени, цепляться за прошлое. Ничего не могу с собой поделать. — Да, это тяжело. Я тебя чем-то понимаю, Гарри. — Как ты можешь понять? У тебя хотя бы мама есть.        В голосе Поттера послышались слёзы и злость. Ему правда тяжело приходится. И что же мне ему ответить? Я тебя понимаю, потому что я, на самом деле, переселенец из другого мира, где у меня не было родителей? Ага, конечно. И сразу же перейти из разряда ≪слегка странный парень≫ в разряд ≪больной псих≫. Попробуем побыть немного психологом. — Знаешь, Гарри, я немного завидую тебе, ведь твои родители погибли, когда ты ещё толком ничего не осознавал. Подожди не перебивай! — осадил я парня, видя, как он повернулся ко мне, а его глаза сердито сверкнули. — Ты сейчас горюешь. Но не столько от их смерти, а сколько от того, что они просто не рядом с тобой. Представь, что сейчас чувствую я. Я знал своего отца пять лет, слышал его смех, постоянно караулил его, когда он возвращался с работы. А теперь его нет, частично я ощущаю себя виновным в его смерти, хоть и понимаю, что я не мог ничего сделать в том возрасте. Наверно поэтому сейчас, я кажусь для всех странным, постоянно прячу глаза, держусь подальше от остальных и не участвую ни в каких мероприятиях. Я не чувствую себя нормальным человеком, а моя психика уже настолько расшатана, что я боюсь того, что может случиться с окружающими меня людьми. И знаешь что? Я привык к этому, и по-другому уже не могу. А вот тебе, я думаю, надо будет, как-нибудь наведаться на могилу к родителям, и к своему старому дому. Ну, или поговорить с кем-то, кто знал твоих родителей ещё во время учёбы. Тебе нужно знать не образ родителей, а их настоящих, какими бы они не были.        Гостиная погрузилась в тишину, которую нарушал треск дров в камине. Не знаю, о чём думал Гарри, но мои мысли кружились вокруг тех слов, которые я сейчас говорил. Это правда, я чувствую вину за то, что не смог спасти отца из машины, и именно по этой причине был нелюдимым и безразличным ко всему. Когда же всё изменилось? После того, как две личности стали одним целым? Нет, я в этом не уверен, скорее всего, это была всего лишь прелюдия к изменениям. Я постепенно менялся, с каждым годом возвращаясь к своему старому поведению, но полностью не раскрывался никогда. А попав в Хогвартс, встретил людей, которые чем-то напоминают меня. Может, хватит уже? Пора перестать прятаться от всех, и хотя бы попробовать открыться нескольким людям, и постараться стать обычным, одиннадцатилетним парнем, пусть и со странностями.       Портрет в гостиную отошёл в сторону, к нам вошли Рон с Гермионой, и с ожиданием в глазах смотрели на меня, боясь приблизиться. Я слегка кивнул им, вставая с кресла, и положив руку на плечо Гарри, слегка сжал. — Всё будет хорошо, дружище. Ведь в мире есть не только чёрное, и белое. Иногда в нашей жизни, появляется и серое.       С такими словами я ушёл в комнату, оставляя трёх друзей в одиночестве, и в попытках поговорить с Поттером. В комнате я просто прижался спиной к стене. Как же мне хочется выпить чего-нибудь крепкого, водочки например. Просто, чтобы успокоить свои нервы, а может даже нажраться до свинячьего визга. Но нет. Кто продаст водку одиннадцатилетнему пацану? Но раз нельзя купить алкоголь, можно напиться шоколадом, который припрятан на дне моего почти безразмерного чемоданчика. — ≪Акцио≫, термос с шоколадом. ≪Акцио≫, чашки.       Из-под кровати, где стоял раскрытый чемодан, скрытый заклинаниями, вылетел один из термосов, который я ещё дома, подверг заклятию Незримого расширения, и теперь спокойно перевозил в нём не литр, а целых шесть литров шоколада, и четыре чашки. Через десять секунд, в руке у меня уже был термос с разогретым горячим шоколадом, слава пирокинезу, а мои ноги уже вели меня назад, в гостиную. Почти ничего не изменилось, Гарри так и сидел перед камином, но уже более расслабленный, Рыжий и Пушистик, сидели рядом, что-то обсуждая. — Ну что, дама и господа. Выпьем? Отпразднуем, последний вечер каникул, — с такими словами я плюхнулся в кресло, и раздал остальным чашки с разлитым в них напитком.       Прихлёбывая напиток, и просто общаясь ни о чём, я почувствовал, как постепенно расслабляюсь, глядя на своих друзей, которые стали уже тихонько посмеиваться, что-то рассказывая друг другу, и даже Гарри, вроде как повеселел. Разговоры продолжились и после того, как гостиную наполнили остальные ученики, и поглядывали на странную четвёрку, прихлёбывающих напиток из чашек, а не из кубков, как в Большом зале. — Алекс, скажи, почему ты постоянно ходишь с надвинутым на глаза капюшоном? — задала вопрос Гермиона, когда ученики разбрелись по своим комнатам, кроме нас четверых, а напиток был полностью выпит. Разумеется, она не видела седину в моих волосах, а до этого с ней никто не общался, вот она и не знала. — А я так загадочнее выгляжу. Девушкам нравится, — попытался отшутиться я. — Ну-ну. Назови мне хоть одну девушку, которой это нравится. — Да хотя бы тебе, Пушистик, — улыбнулся Гермионе, быстро прячась за креслом от разгневанной девчонки, пока Гарри с Роном пытались удержать её. — Гермиона успокойся, если ты убьёшь его, тебя посадят в Азкабан, — пыхтя, произнёс Рон, еле удерживая беснующую девушку. — От…. пустите меня, — старательно вырывалась из хватки парней Грейнджер. — Я доберусь до него. — Я в домике. Меня нельзя трогать, — едва я высунул голову, как в мою сторону полетела подушка. Видать парни оттащили юную ведьму на безопасное расстояние, но это не отменило бомбардировку. — А ну, вылезай оттуда, и тогда твоя смерть будет безболезненной! — в голосе Гермионы слышалась строгость, и, кажется смущение. Хотя возможно у меня просто глюки.       Пока Грейнджер болтала, я, под покровом плаща с активированной руной скрытности, медленно двигался в сторону выхода из гостиной. — Мне пора ребята. Был рад снова поболтать с вами. Увидимся завтра, — донёсся мой голос возле портрета Полной Дамы, и прежде, чем меня могли остановить, скрылся за портретом. * * *       Я не пошёл в свою комнату по двум причинам. Во-первых, там меня может поймать Гермиона, мужская спальня это вам не женская, туда попасть любой может. А во-вторых, мне нужно к Пушку, чтоб меня не забывал. Да и подумать надо, благо есть о чём.        К примеру, Квиррелл, актёр из него вышел бы хороший. За все месяцы, он отлично играет роль дебила и заики. Особенно его фокусы, например с этим чепчиком, который ему, вроде бы подарили. Если бы я не знал, то даже мог поверить в эту актёрскую игру. Интересно, а кто-нибудь ещё, кроме меня, знает, что Квиррелл одержимый? Думаю, что Снейп либо догадывается, что у Квиррелла в башке сидит Волан-де-Морт, либо считает, что он хочет стырить философский камень для Лорда.       А Дамблдор? Он то точно должен знать, и в то же время ничего не делает. Какую игру он ведёт? Действия директора, всегда ставили меня в тупик. Взять, к примеру, то, что произойдёт в следующем году. Я просто не верю, что один из великих волшебников, не будет знать, что в школе будет действовать тёмный артефакт. Да и мистер и миссис Уизли, как можно не видеть, что у дочери среди книг находится чёрная книжонка, которую она не покупала. Да и о чём думала сама девочка, когда начала писать в ней? Тут, скорее всего, использовался Конфундус, причём очень сильный, другого объяснения здесь нету. По крайней мере, пока. — Ты чего здесь гуляешь? Уже поздно вообще-то, — раздался голос.       Обернувшись, я увидел фигуру в слизеринских цветах, идущую ко мне. — О, Блейз. Да просто прогуливаюсь, спать не хочется, вот и гуляю. А ты, что тут забыл? — Надоело в гостиной нашей сидеть. Достали все эти дети, меряются богатствами и тем, кто, где отдыхал, и кому что подарили. — А сам, не хочешь с ними помериться? — Зачем? Мне не пять лет, я уже достаточно вырос, чтобы понимать об идиотизме таких споров. — Ты хоть понимаешь, что сильно отличаешься от тех детей аристократов, которые с нами учатся?       Блейз невесело рассмеялся. — Я это знаю. А что самое плохое, при этих детях аристократов, мне приходится часто вести себя как они. — Так сказать, во избежание, да? — Точно так. — Слушай, а чего ты тогда со мной общаешься? Все слизеринцы плохо общаются с остальными факультетами, чуть ли не до драк доходит, — задал я интересующий меня вопрос. — Честно? Сам не знаю. Ты чем-то отличаешься от всех, да и поболтать с тобой, всегда приятно. Нет этих снисходительных ноток в голосе, презрения ко всем. С тобой можно общаться, без всяких масок.       Так, за разговором, прошло минут двадцать. Забини успел напомнить мне, чтобы я пригласил его на свадьбу, намекая на Грейнджер, а я успел слегка его пнуть. В общем, хорошо поболтали. Разошлись мы возле запретного коридора, Блейз, конечно, поинтересовался, что я забыл в этом месте, но настаивать не стал.       Войдя в комнату к Пушку, я отметил, что тут витал какой-то странный запах, кажется, это был чеснок. А значит Квиррелл, уже начинает свои попытки добраться до камня. — Привет, Пушок, — тихо прошептал я псу, усаживаясь в безопасной зоне. Странно, но рядом с псом витает какая-то аура, мне не понятная пока что.        Пушок сначала зарычал, вставая и принюхиваясь к визитёру, а потом снова улёгся, буравя меня всеми шестью глазами. — Вижу, узнал меня. Ну как ты тут, в одиночестве?       Пёс неопределённо зарычал, слегка прикрыв глаза. — Ну да, ну да. В основном спишь и ешь. А разве тебе не хочется побегать по лесу, размять лапы?       Грустный рык, скуление. — Хочется, значит. Я бы помог тебе, но прямо сейчас не могу, иначе мне достанется. Но обещаю, что найду выход, чтобы ты выбрался отсюда.        Пушок как странно рыкнул, наверно так он показывает, что не верит в мои слова. И я его понимаю, за несколько месяцев, если к нему и приходили, то только чтобы проверить испытания перед камнем. А сейчас, какой-то юный маг, сидит и обещает его выпустить. — Время позднее, пора отдыхать. Спокойной ночи, Пушок.       Натянув капюшон на глаза, и привалившись к стене, я позволил себе уснуть, что бы снова увидеть странный лес, в котором за мной кто-то следит.

***

      В этот раз сон был чуть более отчётливым. Земля под ногами продолжала быть чёрной, деревья тоже, но по самому лесу, уже распространялся белый туман. Фильм ужасов просто, сейчас вот из-за деревьев выйдет Джейсон Вурхиз, и убьёт меня. Не знаю насчёт Вурхиза, но что-то здесь обитает. Как и раньше, силуэт этого существа мелькает среди деревьев, пристально следя за каждым моим шагом.        Сейчас я мог видеть самого себя. На мне были лёгкие, тёмные шорты, чёрная майка и, кажется кроссовки. На поясе висел небольшой кинжал. В слабом отражении лезвия, я увидел, что волосы были полностью седые, а вот лицо. Оно не было похоже на моё нынешнее, единственные сходства, которые я заметил, это цвет глаз, те же самые тёмно-синие, под цвет моря. Если это я, то получается мне тут примерно лет сорок. Глаза замерли на моей левой руке. Вначале я подумал, что на руке надета перчатка, но оказалось, что это сама ладонь и пальцы были чёрными.        По лесу разнёсся громкий рык и вой, ветер продолжал дуть, но деревья замерли, будто предчувствуя приближение чего-то. Моя левая рука стрельнула резкой болью, с каждой секундой мне становилось лишь больнее, я уже не стоял на ногах, а упал на колени, обхватывая свою руку, и стараюсь не издавать звуки. В ту же секунду меня накрыла тень и я проснулся.

***

      Утро встретило меня намного раньше, чем обычно, примерно в полшестого. Пушок спал, но недалеко от меня, хотя обычно спал только на люке, и отходил он от него, только если зарычать на кого-то, кто пришёл. Слегка потрепав его по одной из голов, я пошёл в гостиную, чтобы подготовиться к урокам, слегка зевая. Толстой Даме не понравилось, что я потревожил её в такой ранний час, но, тем не менее, открыла мне проход. В гостиной было тихо и почти пусто, только Грейнджер сидела перед камином с книгой в руке, а меня просто подмывало позвать её Пушистиком. Но всё же решил, что лучше начать день по нормальному, и уселся рядом. — Доброе утро, Гермиона. Чего это ты не спишь в такую рань? — Я всегда так встаю, сижу тут и читаю. Да и при том, сейчас нам надо найти кто такой Николас Фламель, а значит надо использовать каждую свободную секунду. — И что за книгу ты читаешь? — слегка наклонился я, чтобы прочитать название. — Новые направления в современной магической науке, — пробурчала Грейнджер, не поднимая взгляд от книги.       Я хихикнул. Блин, ну как же так можно? Вроде умная девочка, но иногда не в том направлении думает. Молнии из глаз девочки, слегка успокоили меня. Всё-таки это очень мило. — Извини, Гермиона. Просто кое-что вспомнил. А насчёт того, кто такой Фламель я уже знаю. — Что? Знаешь? И молчал?       Ой-ой. Кажется, меня сейчас будут медленно и долго бить. — Я узнал это всего пару часов назад. Вот, — я достал из, за пазухи книгу, которую купил перед поездкой в Хогвартс, и протянул её девушке. — Я положил закладку на нужную страничку.        Молнии из глаз сменились недоверием, а когда она прочитала нужную страничку, тут же загорелись любопытством, а губы медленно задвигались, читая текст: «Древняя наука алхимия занималась созданием Философского Камня, легендарного вещества, наделённого удивительными силами. По легенде, камень мог превратить любой металл в чистое золото. С его помощью также можно было приготовить эликсир жизни, который делал бессмертным того, кто выпьет этот эликсир. На протяжении веков возникало множество слухов о том, что Философский Камень уже создан, но единственный существующий в наше время камень принадлежит мистеру Николасу Фламелю, выдающемуся алхимику и поклоннику оперы. Мистер Фламель, в прошлом году отметивший свой шестьсот шестьдесят пятый день рождения, наслаждается тишиной и уединением в Девоне вместе со своей женой Пернеллой (шестисот пятидесяти восьми лет)». — Ты понимаешь, что это значит? — взволнованно прошептала она. — Прекрасно понимаю. Пёсик на третьем этаже охраняет философский камень, одно из самых важных изобретений волшебников. А попади оно в плохие руки, кто знает, чем это закончится. — Надо будет Гарри с Роном рассказать, — едва не подпрыгивая от нетерпения, прошептала Грейнджер. — Вот ты и расскажи, — ответил ей, вставая с кресла, и слегка махнул рукой. — А я пойду за учебниками и на завтрак. А то я что-то голоден сегодня как волк. Удачи, Гермиона. * * *       Дни потекли своим чередом, наполнившись напряжённой учёбой, тяжёлыми домашками и усложнёнными тренировками по записям Ланзо. Добавить к этому мои старые тренировки врождённых способностей, и походами к Пушку, и оказывается, что у меня совсем не остаётся свободного времени. Как впрочем, и у моих друзей. Гарри усиленно готовится к приближающейся игре в квиддич против Слизерина, Гермиона готовится к экзаменам, а Рон, ну если он и готовится, то только к приёму пищи. Рыжий очень ленивый, прям до ужаса. Иной раз чуть ли не пинками приходится заставлять его делать уроки. Чем занимается Блейз, я точно не знаю, но когда мы последний раз общались, он говорил, что попал под раздачу у Снейпа, и теперь почти каждый день до конца года, он находится на отработках.        Пушок кстати, уже привык ко мне. Если я ночую в той комнате, то теперь спокойно могу в наглую привалиться к его боку и уснуть. А что такого? Между прочим, очень тепло и удобно. Пушок, конечно, ворчливо рычит, но не прогоняет. В один из тренировочных дней, идя назад в гостиную, я встретил уставшего Забини. — Привет, Блейз. Отпустили, наконец, с отработок? Или ты теперь живёшь в кабинете зельеваренья? — Не смешно, Кенори. Эта мышь, летучая, кажется, назло задаёт всем такие зелья, что с трудом котлы очистишь потом. — А ты что думал, что в сказку попал? Это же Снейп, а он, если, ты ошибся на его уроке, будет мстить и очень жёстко. Ладно, пошли давай. — Куда это? — с удивлением посмотрел на меня Забини. — Как куда? К нам в гостиную. Отдохнёшь хоть немного, у меня есть ещё запас горячего шоколада, моя мама отменно готовит этот напиток. — Ага, меня, слизеринца, просто с распростёртыми объятиями ждут в вашей гостиной, — с сарказмом ответил мне слизеринец. — Не боись казак, атаманом будешь. Во-первых, ты со мной, а во-вторых, сейчас никого в гостиной нет. Так что хватит ерепениться и пошли. * * * — А у вас тут уютненько, — осматривая гостиную изрёк Забини спустя пятнадцать минут после того как мы тут уселись. — Что есть, то есть. Львы очень любят уют и тепло. — Прямо, как и ты, да? — Нее. Я волк, нам и уюта достаточно, а тепло можно самому добыть, — слегка философски заметил я. — Волк? Волки же вроде стайные животные.       Я тихо засмеялся. — Волки по натуре одиночные животные, а вот когда найдут свою стаю, тогда и остепеняются. — Ну да, точно. И когда наш школьный волк, наконец, остепенится? И учти, я не про друзей говорю, а про свадьбу с одной очень умной девчонкой.       Мля. Я аж подавился. Он опять что ли? — Блейз…. Ты опять за своё? — спросил я у него, когда откашлялся, наконец.  — Да я вроде и не прекращал, — слегка прикрыв глаза, с улыбкой произнёс Забини. — Так ты не ответил, когда свадьба? — Не дай Бог. Я ещё слишком молод для этого. — Между прочим, среди волшебников, принято рано заключать помолвки. Как у меня произошло, например. — И каково это, заранее быть обручённым с человеком, которого ты и в глаза не видел и не знаешь? — Ну почему не видел и не знаю. В том году мы с ней познакомились. Красивая девчонка, умная. Чистокровная. В общем, всё как надо, — мечтательно протянул Забини.       Как раз в этот момент портрет Толстой Дамы отодвинулся, пропуская в гостиную тройку учеников. И у всех троих синхронно открылись рты. — ≪Силенцио≫, — быстро произнёс я, достав палочку и наведя на своих друзей, так как все трое собирались закричать.       Теперь ребята были похожи на рыб, которых достали из воды, губы двигаются, а звука нет. Интереснее всех выглядела Грейнджер, она, как только поняла, что не может говорить, нахмурила брови и поджала обиженно губы, метая из глаз свои фирменные молнии. Загляденье. — Пока дело не дошло до смертоубийств, послушайте меня. Мы с Блейзом просто сидим и болтаем, ничего здесь такого. Нет Рон, — посмотрел я в сторону рыжего, который пытался орать что-то насчёт змей. — Я прекрасно знаю, что Блейз слизеринец, и как я говорил, мне глубоко на это по фигу. Лучше садитесь и вместе выпьем шоколада моей мамы. Ой, чуть не забыл. ≪Фините Инкантатем≫.        Обретя способность вновь говорить, Уизли пытался что-то сказать, но тут же получил, вроде бы не сильно, под рёбра от Пушистика. Правильно. Если рыжий что-нибудь начнёт нести, то я могу разозлиться, и тогда не видать Гермионе новых знаний. Так как я сидел слева от Блейза, Гарри сел, справа от него, что бы Рон ничего не натворил. Гермиона села слева от меня, а рыжий справа от Гарри. — Кенори, а откуда ты знаешь эти заклинания? — спросил меня Блейз, разряжая напряжённую тишину. — Их на первом курсе не преподают.        После этих слов я почувствовал, что слева, меня начали буравить любопытным взглядом. Мля, Забини. На хрен ты это сказал. Эта фурия лохматая, от меня теперь не отстанет. Бросив в сторону Блейза раздражённый взгляд, я догадался, что таким макаром он попытался отвести от себя внимание. Хотя ехидная улыбка показала, что не только по этой причине. — Прочитал в книгах, ну и обратился к учебникам за старшие курсы обучения, где же ещё, — обречённо ответил я, примерно догадываясь, кто, сейчас будет говорить. — Какие книги именно ты читал? — полюбопытствовала Грейнджер, продолжая буравить меня взглядом. К ней присоединились Гарри и Рон, а я сразу же стал чувствовать себя как товар в магазине, на который смотрят и решают, купить или нет. — Скажи. — Да просто начинай читать всё подряд и найдёшь, рано или поздно. — Кенори! — Я не помню названия книг, Грейнджер. — Вспомни, — судя по тону девушки, в переводе на женский, фраза означала: если ты, прямо сейчас не вспомнишь интересующую меня информацию, то следующую книгу, которую ты прочитаешь, будет медицинская карта. Я девочка слабая, поэтому собью тебя, как паровоз.       Наверно не совсем так, но проверять мне, как-то не хочется. — О Господи. Как вспомню, напишу список и отдам тебе. Но с условием. — С каким? — в голосе Гермионы проскользнули радостные нотки. — Рыжего ты сама будешь заставлять искать нужное. Если это буду делать я, то окончится смертью. Моей или его. — Эй, — слегка обиженно вскрикнул Рон. — Чего это сразу я рыжий? — Если кто-то скажет что ты не рыжий, пусть первый кинет в меня камень, — философски заявил Забини, допивая напиток. — Я сейчас в тебя чашку брошу, — замахнулся Рон, пролив на себя остывший шоколад, вызвав у всех тихий смех. — Ладно, ребят, я пойду, — вставая из кресла, сказал Блейз. — Мне нужно ещё отдохнуть перед завтрашними уроками. Был рад посидеть тут с вами, всем удачи.        После ухода Блейза, и нескольких упрёков в мою сторону о том, что я привёл сюда слизеринца, ребята начали обсуждать приближающуюся игру в квиддич. Главный вопрос в обсуждении, назначение Снейпа судьёй, друзья беспокоились, что это сделано для того, чтобы победа досталась Слизерину. — Я обязательно буду играть, — твёрдо заявил Гарри. — Если я не появлюсь на поле, все подумают, что я испугался Снейпа. Я им всем покажу. Я сотру с их лиц улыбки. — Разумеется, если, конечно, кому-нибудь не придётся соскребать с поля то, что от тебя останется, — пессимистично заметила Гермиона, переживая за нашего друга. — Хо-хо-хо. Какой ты кровожадный Гарри, когда дело касается квиддича, — добавил я. — А ты как думал, — с ухмылкой ответил Гарри. * * *       В день игры, проводив Гарри до раздевалки и пожелав ему удачи, я Рон и Гермиона пошли на трибуны, по пути, конечно, отметив, что ребята прячут в рукавах палочки. — Вы чего это удумали, изверги? — тихонько спросил я, взглядом указав на их рукава. — Гарри прикрывать будем, если нам хотя бы покажется, что Снейп хочет причинить ему вред, — ответил Рон, чтобы отвлечься от занудства Гермионы. — И чем вы его решили обезвредить? — Мы почти каждый день практиковались в заклинании Обезноживания. Должно сработать. — Подожди, ты это что, серьёзно? Кто это придумал? — Я, — вклинилась в разговор Грейнджер.       Она? Это ж как надо не любить Гарри, что пробовать склеить ноги человеку, который сидит на метле. — Oh mio Dio. Ладно, Рон, рыжий то почти не блещет логикой, но как ты в один-то момент, лишилась этой приятной способности человеческого разума? — чуть не заорал я. — Ничего я не лишалась. Если Снейп что-нибудь задумает, мы с Роном быстро склеим ему ноги. — Бляха от сандалика. Объясни, как ты собираешься отвлечь профессора Снейпа этим заклятием, если он всё время будет в воздухе, и о склеивание своих ног поймёт только тогда, когда спустится на землю? — Э-э-э-э…. Ну-у-у-у….       Кажется, зависла девочка. Не верится, что сама, нет, не так, САМА, Грейнджер, не продумала всё до мельчайших подробностей. Либо она сильно стукнулась, либо девчонка курит что-то запретное. Может попросить немножко? — Ладно, идём. Что-нибудь придумаем.       Рассаживаясь по местам рядом с Невиллом, мы заметили, что зельевар какой-то очень злой. Конечно, для всех учеников, причина его злости это присутствие Дамблдора, но судя по отсутствию Квиррелла на трибунах, думаю, его злит тот факт, что пока этот маг прощупывает защиту камня, профессор по своей дури оказался судьёй. Думать надо, товарищ Снейп. У меня, кстати, вопрос - почему Волан-де-Морт не додумался украсть камень именно тогда, когда директор находился на квиддиче? С учётом того, что игра может длиться днями, это самый оптимальный вариант.       А тем временем игра началась. Ну что я могу сказать со своей стороны. Игра вроде не плохая, игроки всё время в движении, такая игра должна развивать ловкость, меткость, хватку пальцев, но вот роль ловцов тут, сама дурацкая. Толк от того, что ты всю игру как дебил торчишь выше всех, и только когда замечаешь мелкий золотой мячик, как сумасшедший рвёшься за ним? И почему, как только снитч ловится, игра заканчивается? Что за тупой смысл? Это что, если мяч съе…. Э-э-эм, то есть улетит в далёкие дали, игра будет продолжаться? А как же учёба?        И что у Гриффиндора с тактикой? Какой дуболом придумал, что оба загонщика, носятся как сумасшедшие где угодно, но не там где охотник с квоффлом? Да и охотники как-то тупят, с учётом того как близко они друг от друга летают. Нет, надо поймать Вуда и с ним поболтать.        Боковым зрением, я заметил небольшую перепалку справа. Ну да, понятно, Малфой хочет повыёживаться и решил пристать к Рону с Невиллом. Конечно, можно ему врезать, но лучше чуть подождать, в открытую бить не хочется. Как раз в этот момент наша загонщица Кэти Белл, забила гол, и в числе многих других учеников, я поднялся с места, хлопая, заняв выгодную позицию. — Я стою десятка таких, как ты, понял? — пробормотал Невилл, вызвав у Малфоя, Крэбба и Гойла громкий смех.       Пора. Резко развернувшись, локтем врезал Драко прямо по его морде, и снова повернулся лицом к игрокам. Судя по внезапному затишью, и голосам телохранителей Малфоя, никто, кажется, не заметил удара. Чёрт, а рожа у этого придурка прочная, крови у него нет, а локоть у меня уже болит. — Драко, ты в порядке? — раздался голос Крэбба. — Что с тобой?       Под эти слова, закончилась игра, которая прошла всего минут десять. Вот что бывает, когда есть мотивация. * * *       Сразу после игры, мне удалось поймать Оливера Вуда, капитана сборной Гриффиндора, и буквально оттащить его в сторону для разговора по душам. — Привет, Оливер. Ты уж прости меня, но что это за хрень с твоей командой? — В смысле? — не понял Вуд. — Какой, прости за слово, тренер, придумал такую тупую тактику? — Между прочим, моя тактика приносит нам победу, и уже не в первый раз, — гордо ответил Оливер, выпятив грудь. — Победа это, конечно, хорошо, только побеждаем мы сейчас не из-за твоей тактики, а благодаря Гарри. — Гарри лучший ловец, который был за последние сто лет, но и другие игроки вносят свой вклад в победу.        Вот оно как? Ладно, пойдём ва-банк. — А что ж вы тогда делали последние шесть лет? Цветочки собирали или на облака смотрели? Вклад они вносят, да последние шесть лет выигрывает Слизерин, а последние два года, Гриффиндор вообще оказывается в полной жопе. Тебя случаем не подкупили, шпион хренов?       Оливер, кажется, обалдел, не ожидал наверно такого напора от первокурсника. Да и я, в конце перешёл почти на крик, и теперь вокруг нас стоят почти вся сборная, кроме Гарри и одного из близнецов. Никто не защищал Вуда, но и меня не поддерживали, но всё-таки было немного неудобно, что столько народа собралось. — Знаешь что, Вуд, если ты хочешь вырвать победу у этих змей, то задумайся над тактикой. Иначе в седьмой раз проиграем соперникам.