Новая жизнь в волшебном мире.

— Чёрт-чёрт-чёрт. Я идиот. Дебил. Дурак. Тупица.       Именно с такими словами я сейчас ходил по кабинету зельеварения матеря себя, на чём свет стоит. Ну, вот кто мне мешал раньше сказать а? — Мистер Кенори хватит носиться по моему кабинету, у меня голова болит от вашего мельтешения.       С того момента как мы изгнали Локонса из школы прошёл месяц. Всех порадовало, как МакГонагалл публично отчитывала этого павлина в его не компетенции и вранье. Как нам потом рассказали, авроры провели расследование и узнали, что на самом деле Локонс присваивал себе чужие заслуги, а чтобы волшебники не проболтались он стирал им память. Так что теперь этот павлинчик сидит в Азкабане. Но я не об этом.       Два дня назад у Гарри украли дневник Реддла. Представляете? Почему я ничего не сказал Снейпу? Да потому что я кретин! — Мистер Кенори! — Простите профессор.       Кстати, Снейп может сколько угодно ворчать что устаёт, преподавая два урока, но я на сто процентов уверен, что он счастлив вести ЗОТИ. Хотя Снейп и не признается. — Что вы собираетесь делать? — спросил Снейп после минуты молчания. — Я не знаю. Буду ждать активации крестража чтобы найти где он и у кого.       И ведь я знаю у кого, но на магию духа не свалишь, не поверят. А в психушку я пока не тороплюсь. — Вам стоило сразу рассказать об этом мистер Кенори, а не тянуть до последнего. — Да знаю я, знаю. Не травите душу. — Говорите, это был чёрный дневник Тома Реддла? — спросил Снейп. Я просто кивнул. Сразу после этого Снейп встал со стула и подошёл к камину, бросив в него порох: — Люциус, есть разговор и очень срочный.       Через несколько секунд из камина, величественной походкой вышел отец Драко. — Здравствуйте лорд Малфой, — поздоровался я с ним, после того как оба бывших Пожирателя поприветствовали друг друга. — Раз здесь находится этот юный маг, чувствую разговор будет связан с ним, — проговорил Люциус, отвесив в мою сторону лёгкий поклон в знак приветствия. — Люциус, боюсь, у нас проблема. Помнишь ты рассказывал что у тебя украли артефакты? Так вот, кажется, мы нашли один из них, дневник Тёмного лорда.       Глаза Малфоя-старшего расширились от этой новости и он бы упал, если бы не стул на который его усадил Снейп. — Его дневник здесь? — Мистер Кенори его видел, и даже общался с душой лорда. Не смотри на меня так Люциус, я знаю что говорю, в этом дневнике часть души Волан-де-Морта. — Крестраж? Но каким образом он сюда попал и почему Дамблдор ничего не сделал? — У меня есть пара теорий, но не знаю насколько они жизнеспособны, — прервал я мистера Малфоя.       Сейчас Снейп и лорд Люциус сидели на стульях, возле стола, с бокалами наполненными Огневиски, а мне снова втюхали сок, мол, я мал ещё, чтобы пить виски. Вот гады а. — Рассказывайте уже Кенори, что-то подсказывает мне, это будет очень любопытно, — немного зло бросил Малфой. — Ну так вот, насчёт того, как именно этот артефакт сюда попал я не знаю точно, но думаю что его украли те, кто были связанны с Тёмным лордом, но не в качестве Пожирателей смерти. Если они смогли проникнуть в дом мистера Малфоя и вынести артефакты так, что сразу не заметили, они должны быть невероятно осторожны. Кстати я думаю что именно они и пытались проникнуть в Гринготтс летом прошлого года. А насчёт Дамблдора…       Тут я на минуту замолчал. Как бы мне не хотелось верить, но все факты на лицо. — Думаю Дамблдор прекрасно знает, что в школе действует осколок Тёмного лорда. Он был здесь пятьдесят лет назад когда открывалась Тайная комната, и прекрасно знает кто на самом деле открыл его. Если честно, то я не понимаю, как Министерство поверило, что Тайную комнату открыл Хагрид, он и с обычными-то заклинаниями справляется едва-едва. Дамблдор должен знать, кто на самом деле превращает студентов в камень, так как уже видел это, просто в этот раз он перестраховался от смертей. Так что я считаю, что Дамблдор изъял дневник, что-то сделал с ним, чтобы ослабить его действие, а потом вернул на место.       Фух, выговорился, даже легче стало и чувствую себя лучше, а вот Снейп и Малфой-старший, кажется загрузились информацией. — Насчёт других людей вне круга, я не могу быть уверенным, — медленно проговорил лорд Малфой, — разве только те специалисты, которых иногда привлекал Тёмный лорд, могут быть теми людьми. — Специалисты? — Для наиболее опасных заданий, у Лорда были люди, способные справиться с очень могущественными магами. Хотя любопытно, почему он тогда не напал на Хогвартс? — Да что это Дамблдор удумал?! — громко крикнул Снейп ударив рукой по столу. — Как он может так играть с жизнями учеников, надеясь не известно на что?! Это просто глупо, использовать настолько опасный артефакт, только ради того, чтобы воспитать Поттера как какого-то магла солдата! В этом нет логики! — Для директора, Гарри просто свинья которую можно растить на убой. Я боюсь быть правым, но он может быть просто помешанным на том, чтобы победить Волан-де-Морта с помощью Гарри, причём именно под его руководством. Он сказал, что Николас Фламель на самом деле уничтожил философский камень, хотя это не так.       Проведя за разговорами ещё минут двадцать, мы разошлись. Лорд Люциус должен был заглянуть в архивы, чтобы узнать имена так называемых специалистов, так что время пока есть. Снейп отправил меня в гостиную Гриффиндора, сославшись на головную боль и то, что ему надо подготовить задания к понедельнику. Хоть бы больше ничего не случилось. * * *       Как известно, судьба та ещё стерва, и она очень любит подкидывать людям проблемы которые они хотят избежать. Так случилось и в этот раз.       Приближалась игра, Гриффиндор против Хаффлпафф, поэтому Оливер усилил тренировки по нашим с ним наработкам. Так как, хаффлпаффцы это вам не слизеринцы, то и тактика нужна будет другая. Гонял Вуд, не только, основную команду, но и замену, так что и мне приходилось летать. Б-р-р-р. И как только Гарри это нравится?       В свободное от тренировок и учёбы время я проводил со Снейпом, где постоянно огребал по полной программе, хотя по словам самого профессора, я слегка продвинулся в защите. И я говорю не только об Окклюменции.       Крестраж пока не активировался, значит не было и нападений, так что в школе снова восстановилось спокойствие, которые не нарушалось постоянными восхвалениями самого себя. Кто не понял, я говорю об Локонсе. Эх, каково ему там, в тюрьме, мухи не кусают?       Я смог хорошо продвинуться в трансфигурации и гербологии, но последнее это заслуга Невилла, вместе с которым мы уже много недель пыхтим над мандрагорой. Думаю, недельки через две мы приступим к варке зелий, жаль только испытуемых нет. Придётся всё испытывать на себе, как бы мне этого не хотелось.       В день начала игры я по тихому свалил в библиотеку, а то с Вуда станется напрячь меня и буду тогда торчать в раздевалке в полном обмундировании загонщика. Лучше я займусь тем, что поищу в книгах то, что поможет мне создать защиту от Авады. Я едва успел засесть за книги как мою голову пронзила боль. Бляха от сандалика, опять этот дурацкий крестраж действует, спасибо профессору Снейпу за уроки Окклюменции. — Алекс? А что ты тут делаешь? — вырвал меня из раздумий знакомый голос. — Тот же вопрос я хочу задать и тебе, Гермиона. Сейчас же игра начнётся, а ты в библиотеке торчишь. — Я просто, наконец поняла, что за голос слышит Гарри, и мне нужно подтверждение моей теории.       Гермиона взяла книгу про волшебных существ и быстро начала перелистывать, а я невольно залюбовался блеском в её глазах, и смотрел бы так дальше, если бы не громкий крик. — НАШЛА! Я НАШ… — Да тихо ты! — осадил я девочку осматриваясь. Мадам Ирма Пинс, наша строгая библиотекарша уже смотрела в нашу сторону. — Что ты такого нашла, от чего тебе нужно так орать? — Я нашла причину голоса который слышит Гарри. Читай, — прошептала она пододвинув ко мне книгу.       В этом вся Гермиона. Если нужно что-то найти, ищи в библиотеке. Стараясь не улыбнуться, я придвинул книгу поближе отыскивая момент на котором кричала девочка: »…из многих чудищ и монстров, коих в наших землях встретить можно, не сыскать таинственней и смертоносней Василиска, также ещё именуемого Король Змей. Сей гад может достигать размеров воистину гигантских, а срок жизни его — многие столетия. На свет он рождается из куриного яйца, жабой высиженного. Смерть же несёт путём диковинным, небывалым, ибо, кроме клыков ужасных и ядовитых, дан ему взгляд убийственный, так что ежели кто с ним очами встретится, тотчас примет кончину скорую и в муках великих. Особливо боятся Василиска пауки, сторонятся елико возможно, ибо он есть враг их смертельный; сам оный Василиск страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…»       Надо же, а девочка нашла причину окаменения. Но как же хочется её поддразнить. — Гарри змееуст, поэтому он слышит то, чего не слышат другие, это укладывается в теорию о Василиске, — прошептал я. Шептать пришлось не только из-за мадам Пинс, но и ещё потому, что здесь было ещё несколько учеников. — А что насчёт того, что Василиск убивает тех на кого посмотрит, в то время как все пострадавшие окаменели? — Этого я не знаю. Должен быть какой-нибудь фактор или какая-то причина, почему они не умерли. — Хорошо, но змея таких размеров будет слишком заметной если появится в школе. Явно она не под мантией невидимкой скрывается, да и не помню я, чтобы у змей были способности к мимикрии. Во всяком случае, у Василисков. — Трубы! — прошептала Гермиона после того как на несколько минут задумалась. — В Хогвартсе есть трубы встроенные в стену замка. По ним он и передвигается.       За почти что два года, я не перестаю удивляться уму Гермионы. Я, конечно, тоже не глупый, не считая пары предметов таких как Астрономия, но всё же настолько быстро соображать как она, я пока что не могу. — Надо показать Гарри, — произнесла девочка схватив лист своими пальчиками, которые я быстро накрыл своей рукой, не давая вырвать лист. — Ты что, камикадзе что ли? — прошипел я. — Если мадам Пинс заметит, то нам обоим достанется, она книги как детей своих оберегает.       Только спустя минуту я понял, что держу её руку в своей. Кожа на руках Гермионы была нежной, чуть прохладной, по крайней мере для меня. Тряхнув головой, я отпустил её руку и захлопнул книгу. — Лучше пойдём и расскажем. Целее будем.       Не говоря ни слова я почти выбежал из библиотеки, закрыв за собой двери. В коридоре я снял капюшон и медленно пошёл, чтобы прийти в себя. Гермиона вышла спустя несколько секунд и догнала меня: — Сейчас будет игра, Гарри всё равно не сможет узнать о Василиске пока они не закончат. — Значит, пойдём на поле! — чуть резче, чем мне хотелось, ответил я.       На Гермиону я не смотрел, но чувствовал что она обиделась на то, каким тоном я ей ответил. Мы прошли совсем немного, когда мою голову пронзила просто адская боль, заставляющая меня упасть на колени и приглушённо вскрикнуть. — Что случилось? Что с тобой? Не молчи пожалуйста!       Голос Гермионы был еле слышен, мои руки сжимали голову, будто желая её сломать. Крестраж активирован и управляет кем-то, кто очень близко, разрывая при этом мой мозг на части. — Капюшон…одень…капюшон, — с трудом выговорил я, теряя способность к мышлению.       Я говорил, что Гермиона очень умная девочка? Так вот, я повторю это ещё раз. Не спрашивая, зачем я попросил её о такой странной просьбе, она быстро одела мой капюшон на голову, закрыв им глаза.       Боль не ушла, но слегка притупилась вот только как назло мне пришли в голову слова Снейпа: никогда не снимать плащ или капюшон. И боюсь он был прав, для меня не прошло всё бесследно, что-то поменялось, но что именно, я не могу понять. — Там что-то есть, — прошептала девочка, медленно подходя к углу стены, вытащив из кармана зеркальце. На одну секунду, я подумал, что девочки даже используя магию, будут носить с собой зеркало. — Слышишь, что-то шипит!       Игнорирую боль я прислушался, и правда там шипит, хотя вначале я подумал что это только у меня в голове… О нет, Василиск! — Гермиона, стой! — мне пришлось закричать, чтобы она хоть секунду помедлила.       Судя по внезапной тишине, услышала не только она, так как спустя несколько мгновений послышалось шуршание. Разум кричал разворачиваться и бежать, но я на автомате поймал Гермиону за руку, притянул к себе и укрыл плащом, активируя невидимость и задерживая дыхание. Мастер Кэйлих, надеюсь у вас всё получилось, иначе нам хана.       И тут появился ОН: огромный змей, с длинными острыми клыками вселяющими страх. Ледяные когти страха вплотную подобрались к сердцу, если бы я был один, может и смог бы медленно уйти, но рядом была Гермиона. Продолжая держать девушку одной рукой, и придерживая плащ другой, я тихо прошептал, расходуя половину кислорода: — Миона, не смотри на него и не дыши.       Страшно, очень страшно, но не за себя самого. Я не хочу чтобы эту девочку убили, я вообще не хочу чтобы кто-то умирал на моих глазах. Что-то отвлекло Василиска, когда мы с Гермионой уже еле сдерживали дыхание, и эта огромная змея уползла. — Уф, пронесло, — выдохнул я, и сделал ещё одну ошибку. Я глубоко вдохнул, не отпустив при этом Гермиону.       Сильный запах ванили сбил меня, заставляя отпустить девочку и отшатнуться назад с растерянным взглядом. Мысли разлетелись как птицы, но времени собрать их вместе не было. — Гер… Миона…ты в порядке? — тихо прохрипел я, но ответа не последовало. Она продолжала стоять и не двигаться, от чего страх снова сковал меня. Неужели она…? Нет, только не это. — Гермиона? Гермиона, ау? Земля вызывает пушистика, ответь? — обойдя девочку я встал перед ней, щелкну пальцами перед глазами, потом взял за плечи, осторожно, но крепко встряхнул.       Никакой реакции. Это вызвало сильную панику, которая отпустила меня только тогда, когда я позволил слегка дотронуться до её руки. Кожа была тёплая, значит Гермиону не парализовало и не убило, просто в шоке была.       Взяв девочку за руку, я повёл её за собой в Больничное крыло, но пройдя несколько метров нам пришлось снова остановиться. На полу лежала девушка, кажется она была с Хаффлпаффа, возле неё лежало зеркальце, как и у Гермионы.       Желание побежать за преподавателем и страх оставить Гермиону одну, боролось друг с другом и я сделал то, на что способен двенадцатилетний парень, когда не знает как позвать кого-нибудь. Я взял с пола зеркальце и швырнул его в окно, разбивая.       Не прошло и несколько минут, как на звук разбитого стекла прибежала профессор МакГонагалл, а вместе с ней и профессор Снейп. — Мистер Кенори? Потрудитесь обьяснить, что здесь случилось и почему, на полу лежит студентка и почему разбито окно? — строго спросила декан Гриффиндора, пока зельевар осматривал девушку. — Профессор МакГонагалл, мы с Грейнджер выходили из библиотеки, когда наткнулись на студентку из Хаффлпаффа, лежащую на полу. А окно я сам разбил, что позвать вас, я не мог оставить Грейнджер или эту девушку одних. — Она тоже подверглась окаменению, — вставил свои пять кнатов Снейп, закончив осмотр и встав с пола, — точно так же как и остальные. Мисс Грейнджер, что вы скажете?       Гермиона всё также стояла, смотря в одну точку. — Понимаете профессор, — быстро проговорил я, не давая МакГонагалл начать беспокоиться за студентку, — мы с Гермионой собирались пораньше выйти из библиотеки, чтобы попасть на игру, но слегка задержались. Эта девушка вышла из библиотеки за несколько минут до нас. Грейнджер она… — я слегка запнулся, осознав что держу её за руку, но опускать не стал. Я сказал себе, что доведу её до Больничного крыла, и не остановлюсь. — Когда она увидела эту девушку, то просто впала в ступор, ведь если бы мы вышли раньше, то на её месте были бы мы.       Оба профессора посмотрели на нас, затем на пострадавшую. — Это плохо. Северус, пожалуйста доставьте девушек в Больничное крыло, а я пойду на поле, матч надо отменить. Мистер Кенори, а вы быстро идите в гостиную Гриффиндора и никуда не уходите. — Нет профессор, — твердо заявил я. — Я сам отведу студентку Грейнджер до Мадам Помфри.       Я старался настоять на своём, и судя по слабому кивку женщины, я своего добился. Снейп чарами левитации поднял студентку и все вместе мы двинулись в Больничное крыло, уже уходя я услышал голос профессора трансфигурации: — Пятнадцать баллов Гриффиндору. * * *       Уже в своей комнате, когда я лёг на кровать, я смог более-менее прийти в себя. До Выручай-Комнаты было дальше чем до гостиной, поэтому я туда не пошёл. И сразу в голову полезли мысли — почему я раньше не понял что запах ванили идёт от Гермионы, а не от цветов? С учётом того, что я знаю о цветах, и то что этот запах я в основном ощущал на улице, я считал, что где-то возле школы растёт Vanilla Bourbon с Мадагаскара, но оказывается это от волос Гермионы шёл такой запах.       Я проанализировал те моменты, когда я оставался с ней наедине. Таких моментов было мало, в основном мы всегда ходили вместе с остальными друзьями, а в те редкие моменты в гостиной между нами было, пусть небольшое, но расстояние. А запах ванили там всегда смешивается с запахами других учеников.       Я сжимал свою руку, в которой держал ладошку Гермионы, мысленно вспоминая, что если бы не она, то неизвестно чтобы случилось со мной, я ведь был в таком состоянии, что найди меня Василиск, либо убил бы, либо сожрал. Проще говоря, в любом случае я был бы убит. Надо будет сказать ей спасибо. — А заодно сказать, что она тебе нравится!       Ехидный голос заставил меня вздрогнуть и оглядеться. Никого постороннего не было, однокурсники спят, получается это просто глюк. Да, точно. Просто глюк от перенапряжения. Сейчас посплю, и всё станет на свои места. Я надеюсь.