Новая жизнь в волшебном мире.

      Визг тормозов…крики…тяжёлый удар…странные звуки…чьи-то голоса… — Повреждён…го…зг… — …зия… Тяжёл…елом…бер… — …онно-эксте…отделах…       Голоса говорили, но слишком отрывисто и не понятно. Я не понимал эти слова, будто их говорили на инопланетном языке, хотя это было не так.       К голосам добавились новые, но в тоже время знакомые, вот только расслышать их я не мог. Их голоса как будто пытались пробиться через помехи, но у них никак не получалось. Потом раздался писк какой-то аппаратуры…       Пробуждение было резким. На часах уже семь часов, получается я проспал чуть больше чем обычно, что мне не свойственно. Как ни странно, проснулся я не один. Все, кроме Дина, тоже уже встали и даже оделись. — Уже проснулся? — спросил Гарри, оторвавшись от книги по зельям. — Как-то немного поздновато. — Да я сам удивляюсь. Обычно, когда просыпаюсь, вы ещё дрыхните как сурки, — усмехнулся я, одевая чёрные брюки и такую же рубашку, а, благодаря артефакту, на мне появился пиджак. С собой я взял школьную мантию, на всякий случай. Оставив ребят в комнате, спускаюсь вниз, где уже по обычаю на диване сидит Миона, только в этот раз, без книг. — Чем занимаешься? — решаюсь спросить у девушки. — Да так, играюсь, — повернулась ко мне Гермиона.       На обеих руках девушки были перчатки, почти такие же, как на ужине у Сириуса, только вот дело в том, что они были небесно-голубого цвета, и созданы магией. Вода так красиво переливалась на её ладонях, в утренних лучах солнца. — Не плохо. У меня подобного не получается. — Тренироваться надо, мой Волк, — прорычала с улыбкой девушка. — Вот оно как? Ай-яй-яй, какой же я плохой, — прижав ладони к груди ответил я, сделав скорбное лицо.       Миона тихо засмеялась, смотря на мою физиономию, а потом осмотрела меня. — Всё-таки решил не надевать всю школьную форму? — спросила она. — Конечно. Надеюсь, староста не будет за это снимать с меня баллы? — присев рядом с девушкой, прошептал это ей на ушко. — Пытаешься отвлечь меня, чтобы я тебе ничего поэтому поводу не сказала? Не получится Кенори. — И ничего я не пытаюсь, — куснул её за ушко. — Просто надеюсь, на небольшое понимание с вашей стороны, староста Гермиона. — Это…попытка соблазнить…представителя власти! — не сильно ударила меня по ноге девушка, продолжая улыбаться, и даже не пытаясь отодвинуться. — Хех, всё возможно, — тихо рассмеялся я, поцеловав её в щёчку, и встал с дивана, подойдя к доске объявлений.       Так, что тут у нас? Ага, дата первого похода в Хогсмид — это надо запомнить, расписание факультативов — это мне тоже надо. О, а это что?

ГРЕБИ ГАЛЕОНЫ ГРАБЛЯМИ!

Приток карманных денег отстает от твоих расходов? Хочешь маленько разжиться золотишком? Свяжись через общую гостиную Гриффиндора с Фредом и Джорджем Уизли, готовыми предложить нетрудную и почти безболезненную работу с неполным рабочим днем (всю ответственность, однако, несет нанимающийся). — Ты это уже видела? — спросил я девушку, показывая на объявление. — Да, видела, — получил я ответ от Мионы, щёки у которой всё ещё были красными. — И? Ничего делать не будешь? — Вначале хотела…а теперь думаю, пусть этим занимаются ради своего будущего магазина. Только вначале, они должны будут получить у меня и Гарри, разрешение. — О как! Всё, уже боюсь, — поднял я руки, сдаваясь, и снова повернулся к доске.       Всякая мелочёвка, объявления от учеников, и... Боже, Храни Королеву! Всё, начались самые настоящие глюки. — Миона, подойди пожалуйста. Мне кажется, у меня проблемы с глазами. — В чём дело? — спросила Гермиона, встав сзади меня, и смотря мне через плечо. — Прочитай, пожалуйста, вот это объявление.       Девушка внимательно прочитала сообщение про себя, а потом начала говорить уже в слух, тоже не веря в то, что видит: — Они серьёзно? Они снова хотят открыть дуэльный клуб после рождественских каникул? Прошлого раза мало было? — Ну, я надеюсь в этот раз всё будет по-другому. Во-первых — вести клуб будет явно не Локонс, а это уже шаг вперёд, а во-вторых — я на сто процентов уверен, что это делается ради нас самих. А так как здесь пишется, что допускаются ученики с третьего курса, заклинания в клубе, будут достаточно сильными. — А тебе уже не терпится начать да? — прищурилась девушка. — Да не особо. Я…как бы это сказать…опасный дуэлянт, могу сильно задеть в тренировке.       Гостиная постепенно наполнялась учениками. Все как один, подходили к доске и вчитывались в объявления. По гостиной прошёлся не громкий гул, как реакция на новое открытие дуэльного клуба. Кто-то радовался, кто-то относился к этому скептически, вспоминая первый, и последний день дуэльного клуба три года назад.       В восемь часов, старосты собрали первокурсников, чтобы объяснить им расписание и отвести на завтрак в Большой Зал. Старшекурсники свалили на завтрак минут десять назад, в их числе и я. Во время завтрака в зал влетели совы, как обычно неся письма, забытые вещи, а кому-то и коробки с печеньями. А потом начались уроки…       История магии. Как я когда-то говорил, говорю и буду говорить, практически бесполезный урок, единственная польза которого, можно поспать или подготовиться к другим урокам. Этот монотонный голос приведения, доконает меня когда-нибудь, я прям на уроке его упокою. Из всего курса, только три ученика конспектировали слова призрака, среди которых была Гермиона.       Зельеварение это уже лучше. Во-первых, едва Снейп вошёл в кабинет и дверь закрылась, наступила такая тишина, что можно было услышать, как в голове у некоторых думаются мысли. На сегодня, нам задали за полтора часа сделать Укрепляющее зелье, но так как оно готовится в два этапа, между которыми проходит несколько дней, мы должны хотя бы первый этап сделать.       Получилось не у всех. Симус вновь умудрился поджечь своё зелье, но быстро исправился. И хотя высший балл ему не получить, удовлетворительно у него точно будет. Высшие баллы получили только наши старосты, у меня зелье вышло чуть темнее по цвету, чем нужно. Ну что, и я иногда ошибаюсь.       Нумерология, предмет с интересом выше среднего. Лично я против этого урока ничего не имею, но зато Рон буквально зажигался, когда приходил и садился за парту. В эти моменты он напоминал мне Гермиону, когда она в первые годы учёбы с жадностью впитывала все знания. Она и сейчас так делает, но уже гораздо спокойнее.       Больше всего меня удивило, что сюда пришла Лаванда. Она променяла прорицания на нумерологию? Что за фигня тут происходит? Хотя чему я удивляюсь.       А в конце дня, был первый в этом году урок ЗОТИ. Мда, давно я не видел такого ажиотажа. Все как один бежали на этот урок, обгоняя друг друга. Со звонком, все вошли в кабинет. Профессор Люпин встретил учеников с приветливой улыбкой, подождал, пока мы рассядемся, и начал урок. — Добрый день. Я рад снова вас всех видеть, — начал Ремус, но закончить ему не дали. Весь класс взорвался криками, среди которых можно было услышать слова: ≪Мы тоже рады вас снова видеть≫. — Тише, тише, — успокоил всех преподаватель. — Я хотел бы начать этот год не с практики, как это было в прошлый раз. Как вы уже знаете, наш мир сейчас стоит перед началом новой войны с тёмными силами. Министерство попросило меня, чтобы я донёс до вас всю опасность. Вы ещё очень юные, и не видели того, что происходило раньше.       Почти весь урок, Ремус рассказывал о войне с Волан-де-Мортом, иногда, кто-то из учеников поднимал руку, задавая тот или иной вопрос, и преподаватель отвечал. Больше всего вопросов было от Невилла, что не удивительно кстати. К концу урока, по выражению лиц присутствующих, можно было понять что они капитально охренели. Одно дело читать в книге, а другое узнать у участника тех боёв.       Вы можете спросить, а разве родители большинства учеников, не рассказывали об этом своим детям? А вы мне ответьте, на их месте вы бы рассказали о всех ужасах той войны? Или постарались опустить более кровавые подробности? Ремус правильно сделал, что сказал об этом, особенно если учесть, что в Хогвартсе слишком много учеников, которые находятся в таком возрасте, когда ими играют в основном гормоны и слишком большая жажда победить злодея и стать героями. Мы ведь дети, что поделать? — Профессор Люпин, можно вопрос? — поднял руку Артур Доил. — Конечно Артур. Спрашивай. — Вот вы говорили про инферналов. Объясните, а кто это такие?       На некоторое время Ремус замолчал, вспоминая то время, когда с этими тварями сражались почти каждый день. — Инферналы, это оживлённые трупы убитых, — ответил наконец Люпин. — При жизни, они могли быть как магами, так и маглами. Во время войны, Волан-де-Морт создал множество таких существ. — То есть, это мёртвые люди, которые снова начинают думать и действовать сами по себе? — прервал всех Симус. — Нет Симус. Эти существа уже не могут самостоятельно думать. Когда маг поднимает заклинанием инферналов, они становятся послушными рабами его воли. Как марионетки. — И с ними нельзя ничего сделать? — испуганно спросила Парвати Патил.       О как! А у нас началась настоящая дискуссия. — Ну почему нельзя? Как и все порождения мрака, инферналы боятся огня и света. Любое огненное заклинание, является самым действенным способом их победить. Люмос Солем, тоже отлично действует на них. — Чем-то похожи на зомби из фильмов, — не очень громко сказала Гермиона, но всё равно она была услышана.       Ремус слегка улыбнулся, и уже хотел было ответить, но я его прервал. Нечаянно, разумеется. — Думаю, всё не совсем так, Миона. Инферналы, это существа без души, полностью послушные воле мага, их оживившего. Тогда как зомби по определению, это мёртвые тела со слабым остатком души их уничтоженной личности. Как мне кажется, ими невозможно управлять так, как инферналами. — Всё верно, Алекс, — с улыбкой сказал Ремус, как и остальные, внимательно слушая мой небольшой монолог. — Десять баллов Гриффиндору.       Последние минуты урока прошли в тихом обсуждении того или иного существа, о котором говорил Люпин. Так что, когда урок закончился, все уходили с него пусть и немного ошарашенные тем, сколько монстров было у Волан-де-Морта, но разговоры о них всё равно продолжались. А как только класс опустел, мы тут же ломанулись к преподавателю. — Ремус, рассказывай давай! Почему сразу не сказал, что ты снова стал преподавателем в Хогвартсе?! — напал на него Гарри. — Тихо, тихо. Спокойнее, — усмехнулся оборотень. — Мы с Сириусом решили устроить небольшой сюрприз, поэтому и не сказали ничего вам. — Самые настоящие партизаны, — пробормотал я. — Как ты умудрился уговорить этого волкодава, чтобы он не проболтался? — Я? Это он сам предложил молчать, и пока что никому не говорить. — Но как вам удалось снова стать преподавателем, профессор Люпин? Дамблдор снова предложил вашу кандидатуру? — спросила Миона. — Я ведь уже говорил, Гермиона, в обычной обстановке называйте меня по имени.       Девушка ожидаемо смутилась. Она прекрасно помнила, что Ремус об этом просил, но всё-таки привычка была сильнее неё. — Но отвечая на твой вопрос, — продолжил Рем, — я скажу: Нет, мою кандидатуру предложил совсем не Дамблдор. У нашего директора была совсем другая просьба ко мне. — Какая? — спросил молчавший до этого Невилл. — Ну, он хотел чтобы я начал шпионить за оборотнями. Но я отказался — это выше моих принципов, сидеть в подполье и шпионить против своих собратьев. — А разве оборотни не шли за Волан-де-Мортом во время войны? Ведь если учесть, что он снова вернулся, они опять вольются в его армию! — воскликнул Рон. — Сейчас, оборотни ещё стоят в стороне от всего. Так что пока можем не волноваться. Но если они активируются…       Люпин, замолчал, и слегка оскалился, прежде чем продолжил. — …что же, я давно хотел поквитаться с Сивым за то, что он меня таким сделал. Пусть почувствует неотвратимость неизбежного, когда зубы того кого он создал, сомкнутся на его шее. — Э-э-э-м. Профессор…то есть, Ремус. Не слишком ли кровожадно? — Нет Гермиона. По сравнению с тем, что сотворил Сивый с множеством детей и взрослых, это так, лёгкая игра. Ладно, что-то мы заговорились, вам надо ещё уроки делать. Если хотите, приходите в выходные и я всё вам подробно расскажу. — Обязательно придём! — ответил за всех Гарри, потом бросил взгляд на наручные часы, и громко сказав ≪чёрт возьми≫, куда-то убежал, сверкая пятками. Опаздывает что ли куда? ***       Наконец-то. Вся домашка сделана, до того как можно лечь спать, ещё около часа, так что можно спокойно сесть на диване, напротив камина, закрыть глаза и отдохнуть, что я собственно и сделал. Спустя минут десять, я услышал как отодвинулся портрет Полной Дамы, а ещё спустя несколько секунд, рядом со мной сели, и я почувствовал знакомый и любимый запах. — Первый день, и уже устал? — съехидничала Миона. — Не все такие усидчивые на уроках, моя дорогая. Я только на определённых уроках такой. — Ну да, на трансфигурации, древних рунах, ЗОТИ и заклинаниях. Только на этих предметах ты спокоен и внимателен, а на остальных, будто шило в одном месте. — Ха. Ха. Ха. Очень смешно Миона, — ответил я с сарказмом, но тем не менее, всё же улыбнулся. Гермиона взяла меня за руку, и положила голову на плечо.       Эх, что ещё для счастья надо? Отдых, тепло, и чтобы рядом был дорогой тебе человек. В такие моменты я чувствую себя так, будто становлюсь целым человеком. В последние недели, у меня стало складываться ощущение будто во мне что-то ослабевает. Нет, не магическая сила, и не физическая. Не могу это объяснить точнее. Впервые это произошло в конце третьего курса, но только после того, как меня чуть не прикончил Реддл, это проявилось более тщательно. Хрень какая-то, вот и всё. Ой, кажется я засыпаю…       От размышлений (а заодно и от дремоты), меня отвлёк стук. Посчитав, что это скорее всего к Гарри прилетела Букля, я не вставая с дивана открыл телекинезом окно. Клевок в руку дал мне понять, что это была не Букля. — Ауч. Келетор? Я тебя уже три дня не видел, — обрадовался я, открыв глаза и увидев своего верного ястреба. К лапе птицы было привязано два письма. — И кто это тебе пишет? — спросила Миона, слегка прищурившись. — Любовницы и фанатки. С тех пор, как я стал участником Турнира Трёх Волшебников, я стал очень популярным. И до сих пор таким остаюсь, так что мне по статусу положено… Ох, — в конце предложения я громко охнул, от ощутимого удара локтём в рёбра. — Ещё одна такая реплика с места, и следующее письмо ты будешь писать ногой, — невинно сказала девушка.       Усмехнувшись (блин, а неплохой у неё удар), я отвязал от лапы Келетора оба конверта. И все они были из Министерства, от чего у меня слегка задрожали руки от предвкушения. Первое письмо было коротким: — ≪Уважаемый мистер Кенори. Выполняю вашу просьбу, о которой вы говорили 12 августа нынешнего года. Я надеюсь, что вы оправдаете мою веру в вашу честь и ваши принципы, и надеюсь на дальнейшее сотрудничество. Удачи вам в ваших начинаниях. Амелия Боунс. Министр магии.≫ — Что за просьба ещё? — задала вопрос девушка, которая тоже читала письмо. — И почему это пишет новый министр магии?       Не ответив, я открыл второй конверт, которое я уже не мог открыть по нормальному (попробуйте сами, когда пальцы дрожат). Из конверта достал два листка. Первое было немного странным, и сразу я не понял что оно означало.       Только с четвёртого раза до меня идиота дошло (хотя если быть честным, это мне объяснил Адриан), что в нём было написано, о причислении меня к так называемым агентам-магам, и должен буду в течении месяца явиться в Министерство за подтверждением. Ладно, не совсем агент, а Невыразимец, но для меня это означает именно то, что я сказал.       А что? Об их работе тоже никому не известно, чем они занимаются также не известно. Так что, как видите, Невыразимцы, это тоже самое что агент спец служб. Я, видите ли, с детства оказывается обучался на эту должность, и сейчас достиг такого прорыва в обучении, что получил назначение раньше времени (судя по тому, что было написано).       И вообще, агент Алекс Кенори — звучит очень круто, а невыразимец Алекс Кенори — как-то тупо.       Второй лист обрадовал меня до глубины души. Разрешение от премьер-министра маглов на ношение и хранение оружия, разумеется, только с применением в крайних случаях и против тех, кто угрожает безопасности моей и моей страны. Пока я это читал, на моём лице появилась радостная, и в тоже время немного зловещая улыбка. — И что это означает? — А это означает то, моя Пантера, что дорогие моему сердцу игрушки, я могу с полным правом взять и носить с собой везде где хочу. — Игрушки? Что-то я не понимаю, если честно, — посмотрела на меня девушка, но отвечать я не стал. Я радовался как маленький ребёнок, который получил подарок на день рождение.       Поцеловав на радостях Миону в губы, которая продолжала недоумевать насчёт того, что тут вообще происходит, я побежал одалживать у Невилла пергамент и чернила, для написания письма маме и Блэку. Чёрт, поскорее бы мне всё пришло. ***       Шесть дней, вот сколько нужно было времени, чтобы я получил свои посылки. Мамочки родные, как же я извелся за это время, даже не замечал как уроки буквально пролетают. Во вторник, на уроке трансфигурации, Профессор МакГонагалл начала пугать нас приближающимися экзаменами СОВ. — Невозможно сдать СОВ, — сурово провозгласила профессор Макгонагалл, — без серьезной практики, без прилежания, без упорства. Я не вижу причин для того, чтобы каждый в этом классе не добился успеха на экзамене по трансфигурации. Итак, сегодня мы приступаем к Заклятию исчезновения. Оно проще, чем Чары восстановления, которые вам предстоит систематически изучать только при подготовке к ТРИТОН, но оно принадлежит к числу труднейших актов волшебства из всех, что входят в программу по СОВ.       Профессор как в воду глядела. С этим заклятием можно свихнуться, пока заставишь улитку исчезнуть. Гарри и Гермиона всё сделали уже минут через десять, ещё через пять закончил Невилл. Я оказался четвёртым, так как не мог нормально сконцентрироваться. Так что мы четверо были освобождены от домашки по трансфигурации, а остальные должны были отрабатывать это дальше, потому что завтра они продолжат сражаться с улитками.       На заклинаниях мы снова повторяли Манящие чары, а также изучили Депульсо — Отталкивающее заклинание. После этого мы получили такой объём домашней работы, что складывалось ощущение что мы его до седьмого курса делать будем       Среда и четверг порадовали меня моими любимыми древними рунами и трансфигурацией, и раздражали дурацким уходом за магическими существами. Хотя профессор Граббли-Дерг и была гораздо лучше этого недоделанного профессора Хагрида, мне этот урок всё равно сильно не нравится.       В пятницу последним уроком было зельеварение, где мы наконец должны были закончить наше зелье, которое настаивалось с понедельника. И хоть я и лажанулся в самом начале немного, в конце зелье получилось не плохим. Практически высшая оценка. — Мистер Кенори, задержитесь на минуту, — окликнул меня тихий голос Снейпа.       Я немного удивился, но всё-таки остался из-за своего природного любопытства, когда все вышли, профессор закрыл дверь и наложил на неё заклинания против подслушивания. — Думаю, вы знаете для чего я вас оставил? — Догадываюсь, профессор Снейп. Тёмный лорд? — Правильно. Из-за вас, часть его планов рухнула, а некоторые под угрозой срыва. Сейчас, ему приходится быть вдвойне осторожным, и собирать свою армию постепенно. Но главная проблема — это кровная связь между вами. — Тоже мне проблема, — усмехнулся я. — Поясните? — уставился на меня зельевар.       Мне пришлось сдерживаться, чтобы громко не рассмеяться от своей мысли. — Неважно профессор. Главное то, что через пару месяцев ему будет не очень приятно, с моей-то кровью в себе. — Почему, когда вы во что-то ввязываетесь, всё идёт шиворот-навыворот? — задал риторический вопрос Снейп, и тут же продолжил: — Через связь крови, Тёмный лорд сможет установить над вами контроль или читать ваши мысли, если сможет пробиться сквозь вашу защиту, а он обязательно будет это делать, причём постепенно. Будьте осторожны, и принимайте то зелье, рецепт которого я вам дал три года назад. — Как скажете, профессор. И спасибо за беспокойство, — сказал я, и только хотел убежать в гостиную, как кое-что вспомнил: — Э-э-э-м, профессор Снейп, можете дать мне разрешение, на посещение Запретной секции?       Зельевар вопросительно посмотрел на меня, но задавать вопрос не стал, сразу же подписав разрешение и выдавая его мне. Хех, наконец-то, теперь мне будет чем заняться. ***       Всю учебную неделю мы не контактировали со слизеринцами. Не потому, что не хотели, просто уроки не совпадали. Вроде, только Гермиона и Гарри виделись с Драко и Паркинсон, но это всего лишь два слизеринца. Мда, теперь всё нарушится, вся та, если не дружба, то приятельские отношения, которые были между слизеринцами и остальными, пропадут. Грёбанный Волан-де-Морт со своими Пожирателями.       В субботу, проснувшись как обычно в девять, я поплёлся на завтрак в Большой зал, зевая по пути. И то, что я увидел, заставило меня ошарашенно стоять в дверях, и тупо смотреть на столы.       Слизеринцы, которые по идее должны были снова сидеть за своим столом и быть как раньше изгоями от других, спокойно сидели в разнобой за соседними столами, общаясь со своими друзьями и приятелями (а кто-то сидел и со своими вторыми половинками), с других факультетов. — Чего стоишь в дверях? — толкнул меня Блейз, протискиваясь в Большой зал. — Батарейки что ли кончились? — А…А…А что тут происходит? — тупо спросил я. — Ух ты, ничего себе контузия у тебя. Завтрак здесь, вот чего. — Да я не об этом. Какого хрена, слизеринцы не сидят за своим столом? — Слушай, ты точно в порядке? — обеспокоенно спросил Забини, смотря на меня. — Блейз, Волан-де-Морт вернулся, а большая часть слизеринцев — это дети Пожирателей смерти, — тихо зашипел я. — Да любой другой сейчас бы отделился от всего мира, лишь бы не попасть под горячую руку родных, или самого Тёмного лорда. — А, так ты об этом, — хмыкнул парень и пошёл за гриффиндорский стол.       Мне не терпелось получить ответ на свой вопрос, поэтому я пошёл следом, тихо рыча на эту змею, под личиной человека. Вот же засранец, сразу сказать не может? — Видишь ли в чём дело, — начал Блейз, усевшись между Невиллом и Гарри. Я же сел между Роном и Гермионой. — Слизеринцы уже были изгоями, до твоего прихода в Хогвартс. Конечно, им не хотелось чтобы их такими считали, но сами змеи боялись измениться, а остальные в эту возможность даже не верили. Поэтому в школе и была, так называемая Холодная война между факультетами. — И что же случилось теперь? — спросил я, накладывая себе тосты и наливая кофе.       Спасибо дорогой Мадам Боунс, которая буквально потребовала от Дамблдора, чтобы детей не поили одним только тыквенным соком. Теперь на столах можно было найти кофе, чай, молоко и горячий шоколад (хотя моя мама всё равно готовит его лучше, чем тут). — Случился ты, — спокойно ответил Забини, уплетая завтрак. — Очень смешно, прям живот надорвал от смеха. — А я без смеха тебе говорю, дружище. И ещё год назад тебе говорил, а сейчас повторю: Ты показал этим детям, что нельзя жить также и с той же ненавистью к другим, как жили их родные. На Дафну посмотри, она же чистокровная волшебница, а уже год встречается с полукровкой из Хаффлпаффа, и она видела мнение своих родителей на этот счёт в гробу и в белых тапочках. — Разве с ней не может произойти то, что было с Драко? — задала вопрос Гермиона. — Её ведь могут выгнать из семьи! — Да фиг там. Во-первых — они этого не допустят, хоть и пытаются этим напугать Дафну, а во вторых — Эндрю с радостью примет её в своём доме, если такое случится.       Ничего себе! Я глянул на стол Хаффлпаффа, где Дафна сидела рядом с Эндрю, и узнать эту девушку, было очень тяжело. Холодное и надменное выражение лица, с которым та раньше ходила, пропало. Вместо неё, в глазах девушки была лёгкая грусть, но больше всего там было теплоты и любви к парню, который сидел рядом с ней. Вот что светлые чувства делают с людьми. Даже с такими.       Ближе к концу завтрака, зал заполнили совы, приносящие письма, но кое-что привлекло внимание всех. Небольшая делегация сов, под предводительством Келетора, залетела в зал и сбросила на стол передо мной две небольшие стопки книг, а мой ястреб бережно приземлился, принеся одну небольшую коробку. — Это что такое? Ты что, учебники с собой не взял? Хотя нет, ты с ними на уроках был, — раздался справа от меня голос Гермионы. — Это мои любимые игрушки, — прорычал я с улыбкой, и обратился к напарнику. — Вульф, мне нужна твоя помощь. — Какая на этот раз, Кенори? — Мне нужно, чтобы ты изучил все эти книги как можно быстрее. Нам надо засесть за защиту и создать ещё кое-какие вещи. — Постепенно изучим, не волнуйся. — Нет. С этого дня начинай изучать, будем делать это по сменам. Я утром, а ты по ночам. — Ты ё…лся? Ты себя изведёшь, идиот! — Мне глубоко по хрен. Мне! Нужно! Чтобы! Ты! Изучил! Их!       Напарник раздражённо буркнул, но согласился это сделать. Согласен, здесь очень много чего: книги по механике, устройству различных предметов, тёмные проклятия и ещё много чего другого.       А вот коробку и не надо было открывать мне, что понять что там лежит. Сверху лежали две рубашки, но на дне под ними, находился мой, так называемый теперь, агентский набор: Webley, Энфилд, Люгер и оперативная кобура. Чувствуется мне, что этот год будет очень напряжённым для меня.