Несовместимы

Август, 775 год.

      — Госпожа, подождите! — Люсия, в силе свое возраста, еле поспешала за маркизой, чья уверенная походка и не особо добрый взгляд страшили всех придворных, которые смели попасть девушке на пути. Глухой стук каблуков отдавался в стены длинного коридора. Заворот, еще заворот и долгожданная входная дверь поместья предстала перед глазами девушки. Дернув за входную ручку, двери распахнулись и в глаза ударил яркий солнечный свет. Девушка зажмурила глаза, дабы привыкнуть к свету. Моргнув несколько раз, Маринетт, придерживая края длинной юбки, начала спускаться по лестнице. Осознание того, что за ней последует гувернантка пришло не сразу. Резкий разворот на каблуках, заставил немного пошатнутся, но устоять на месте. Женщина стояла облокотившись на дверную раму. Ее красное от бега лицо и испуганные глаза вызвали у брюнетки сдержанный смешок. Еще немного и своими необдуманными действиями она вынудит Люсию доложить отцу о всех ее похождениях за пределами особняка, а ей это было ой как не надо. — Прости, Люсия, — выражение лица девушки заставило гувернантку немного успокоится. Маринетт старалась играть роль послушной маркизы, которая делает только то, что ей скажут, — мне нужно побыть одной. До обеда обязательно вернусь и сделаю все дела, которые остались на сегодня, — невинный взгляд и прикус нижней губы всегда срабатывал, и конечно, данный момент не исключение. Женщина потерла морщинистый лоб и тяжело вздохнула, все же, уследить за подростом всегда было тяжело. — Но только, чтобы до обеда обязательно вернулись! — притворно-злой голос гувернантки заставил девушку рассмеяться, — и Госпожа, будьте осторожнее, времена тяжелые. Нужно всегда быть на чеку. — Конечно, не стоит беспокоиться, — как всегда, своим невинно-детским голосом Маринетт пропела слова, словно текст какой-то заурядной песни. Быстро преодолев все ступеньки, девушка ступила на землю. Даже через мягкую подошву туфель ощущалось, насколько твердой является гранитная укладка. Внимательный взгляд небесных глаз прошелся по изысканному платью, не оставляя и места без присмотра. Убедившись в том, что никаких погрешностей нет, маркиза продолжила свой путь.

***

      Небольшое темное помещение, которое освещал только тусклый свет свечи, начинало наталкивать на мысль что это тюрьма. Место, из которого нельзя выбраться просто так, свободу нужно заслужить. Болезненный стон Адриана нарушал тишину помещения. Все тело гудело от боли, организм отзывался сильными позывами тошноты, голова кружилась от недостатка кислорода, заставляя делать резкие глотки воздуха. Очень сильно хотелось окунуться в воду с головой, перестать чувствовать всю боль. Блондин уже сбился со счета дней, с тех пор как оказался в этой тухлой камере. Но он в этом нуждался, как никто другой. Только в этом месте он мог спокойно все крушить, до того момента пока полностью не перейдет в следующую стадию своего злостного проклятья. Яркий луч солнца пробрался в помещение, из-за чего Адриан невольно скорчил лицо.        — Н-да, удосужилось же мне появится на этот свет, — усмехаясь над своей же судьбою, блондин оглядел свои ладони. Разбитые в кровь костяшки больно щипали, давая понять, что он еще являлся человеком. Отвращение от своей же судьбы, вынуждали думать о том, чтобы происходило бы, если он родился не в этой проклятой семье. Может он мог спокойно жить, не задумываясь о бремени своего происхождения. Он мог радоваться жизни, быть рядом с Маринетт. О Маринетт. Девушка, которая не давала ему возможности грустить и пропадать в самом себе. Эта молодая маркиза дала ему возможность почувствовать себя живым, радоваться мелочам, и быть просто самим собой. Но был ли он самим собой рядом с ней? Разделила ли она с ним его судьбу? Лишь богу это известно. Интересно, как она? Прошло уже несколько месяцев, как они с отцом покинули город, освоявшись в небольшой деревне, чьи жители покинули ее, после сильного наводнения. Может быть, она уже и позабыла его совсем, познакомилась с каким-нибудь герцагом, который частенько приезжал в небольшой город, который раньше он называл своим родным городом. Иль может, пошла по стопам своего отца, добившись славы в высшем обществе. Неприятный скрежет двери вынудил Адриана перестать размышлять о своих проблемах. Голова начала гудеть от ужасного звука, постанывая от дискомфорта, Агрест окинул взглядом вошедшего. — Как ты себя чувствуешь? — хоть голос отца и звучал слишком спокойно, нотки беспокойства можно было заметить в его словах. Единственный человек, который пытался помочь справиться со всеми нынешними трудностями, стоял прямо перед ним, как всегда осматривая своего единственного сына на наличие каких-то изменений и новых повреждений. — Лучше, чем пару дней назад, — кивнув, скорее самому себе, Адриан сжал ладони в кулаки, — Уже не особо чувствую боль, только неприятное чувство, — тяжелая ладонь опустилась на блондинистую макушку и слегка потрепала ее. — Потерпи еще немного, осталось пару ночей, — давно зеленоглазый не ощущал отцовской заботы, и вот, наступил этот момент, — Я знаю, ты справишься с этим.       Справиться, обязательно справиться. И вернется к своей чудной маркизе раньше, чем кровь в его жилах начнет кипеть от долгой разлуки.

***

      — Я ожидала твоего прихода, маркиза, — девушка со смуглым оттенком кожи стояла за барной стойкой и протирала стакан, продолжая рассматривать побледневшее личико девушки в прекрасном платье. — Есть какие-нибудь новости? — решив не затягивать разговор, Маринетт задала волнующий вопрос на прямую. Обреченный вздох и отрицательный кивок, заставили сердце Дюпен-Чен сжаться. Прошло четыре долгих месяца после пропажи ее дорогого Адриана. Не было даже письма, в котором он объяснял свой отъезд. Словно он хотел пропасть без вести, чтоб о нем позабыли. Но он не учел одного — Маринетт его никогда не забудет, как бы он не пытался. И именно из-за своей привязанности к этому пареньку, девушка не могла оставить все так просто. Чертов Адриан.