Strawberry Ice

Губ твоих привкус медовый я забыть до сих пор не могу. Ты приходишь ко мне ровно в полночь и молча уходишь к утру. Поздней ночью шепчу я в забвении о том, чего хочется мне: Прошу тебя, Лидия Мартин, приди ко мне, но не во сне.

      Стайлз проблемный. Он не ровня Лидии Мартин, но она почему-то всё равно приходит к нему почти каждую ночь, чтобы нашептать колыбельную. Лидия не умеет петь, зато умеет кричать.       Она приходит, когда за окном по земле ползет белый туман. Он оседает на её коже приятной прохладой и насквозь пропитывает одежду бодрящей свежестью. Стайлз не может уснуть, когда со спины его обнимает Лидия, но никогда ей в этом не признается, ведь тогда со спины его будет обнимать пустота. Он закрывает глаза и прислушивается, пытаясь разобрать слова, которые Лидия не произносит вслух. А вдруг... Стайлз проваливается в сон, всего за мгновение до падения успевая почувствовать, как Лидия невесомо целует его в затылок.       Она любит рассматривать руки Стайлза. Бледная кожа настолько тонкая, что кажется прозрачной и словно сотканной из тумана, который Лидия каждую ночь приносит с улицы. Она гладит выступающие вены кончиками пальцев, и ей кажется, что кожа Стайлза сияет изнутри, будто по венам вместо крови кто-то пустил светлячков. Но она даже не догадывается, что вместо крови по венам Стайлза в это мгновение течет электрический ток. Это напоминает ему казнь на электрическом стуле, медленную и мучительную, но Стайлз отдал бы всё, чтобы никогда не слезать с этого стула, чтобы по венам всегда бежал этот ток.       Стайлз почти не дышит ночью, отчего утром у него бывают сильные боли в груди, но колыбельная Лидии того стоит.       Стайлз проблемный, а ещё у него в животе живут бабочки размером с летучих мышей, а сердце каждую ночь пускается в дикие пляски под бой барабанов. Но Лидия приходит почти каждую ночь, чтобы послушать, как в его груди грохочут те самые барабаны.       Это больше, чем просто дружба хотя бы потому, что он любит её, а она знает об этом, но предпочитает не замечать, наивно надеясь, что его любовь, как и грипп, в скором времени пройдёт.       Но грипп даёт осложнения, как и его любовь.       Это меньше, чем любовь просто потому, что она видит в нём лишь друга и не забывает колоть себе вакцину, чтобы не дай Бог не подцепить пресловутый грипп вместе с его затянувшейся любовью.       И всё же она не представляет, какой была бы её жизнь, не будь под боком его, вечно болеющего гриппом и ею.       Она приходит почти каждую ночь. Она приходит...