Бесявый

- Так Миша все еще с этим парнем? - А? - невнимательно отвлекся я, коротко взглянув на отца. - Ага.       Папаша хмыкнул себе под нос, не особо выглядя удивленным. Он не был против смены имиджа (точнее, пола) старшего сына, но за глаза все еще звал его Мишей. Да и в глаза, к возмущению того же Мишани, тоже.       С этим мы с ним были солидарны. Хотя до толерантности - или равнодушия - отца мне все еще было далеко, хотя, плюнув, я вроде как сдался. Вернее, давно забросил свою активную деятельность.       В мою активную деятельность протеста обычно входило и отпугивание потенциальных ухажеров (кому понравится, что твоего брата имеют в задницу), и сейчас, когда я перестал заниматься и этим, папаша изучающе покосился на меня, прекрасно осведомленный, вероятно, от мамы, об этом.       В очередной раз поймав прилипший взгляд бати, я не выдержал: - Что? - Свернул войну? - прямо поинтересовался тот, подергивая себя за хлипкую бородку. - Ничего я... не свернул, - буркнул я упрямо. - Ты не светишь своими фонарями и злобной рожей, как обычно, - оправдываясь, пожал папаша острыми плечами и, поежившись от сквозняка, затянул на животе пояс от халата.       Оторвав взгляд от маленького телевизора на кухонной тумбе, я опустил глаза в кружку с заварным супом из пакетика. Обнаружилось, что из нормальной еды в батином холодильнике есть только засохший хлеб, но его я уже успел съесть, ожидая, пока закипит чайник. Папаша оправдался тем, что все равно собирался идти в магазин. Его внешний вид, состоящий из одного шелкового пафосного вида халата и протертых тапочек, впрочем, утверждал обратное.       Подниматься обратно к себе домой, впрочем, желания не было, поэтому я продолжал сидеть здесь, обжигая язык заваренной хренью. - Просто устаю на работе, как собака, - наморщившись, пожаловался я, вытягивая ноги и шевеля пальцем сквозь дырку в носке. - Нет у меня времени в рожу получать от кого-то. - Зачем еще на одну устроился? - когда я поднял на мужчину глаза, он пожал плечами. - Федька сказал.       Ладно, это не было уж таким секретом. И я думал, что отцу все мама разбалтывает, а не Федос. - Хочу хату отдельную снять, - заявил я, немного поколебавшись.       Батя задумчиво потер подбородок. Поймав мой взгляд, он, прихлебнув дешевого кофе из кружки с отколотой ручкой, которую ему когда-то подарила мама (ручка, конечно, тогда была не отколота), шутливо ковырнул: - Захотелось свободы? - Тишины, - скривился я, вспоминая скрип пружин и мужские стоны двадцать минут назад, звуки которых до сих пор раздавались в моей голове. - Потому что Мишаня, судя по всему, переезжать не собирается, а этот долбоклюй у нас только не прописался еще.       Будто своего дома нет, где можно трахаться. Обязательно за соседней стенкой, вашу мамашу.       Папаша скривил в раздумье губы, опустив глаза. Через рекламу, которую я созерцал с легким раздражением, он неуверенно предложил: - Ты мог бы... у меня остаться, если хочешь. - Нет, я уже решил, что сниму квартиру, - уверенно отказался я.       Нет, ну правда. В чем смысл сбегать из одной обители разврата в другую. Нет, я против разврата ничего не имею, с тем лишь условием, что я сам должен быть вовлечен во все это. Наблюдать же вместо тошнотворных заигрываний брата за такими же тошнотворными заигрываниями отца - идите нахер. Мне нужны собственные блекджек и шлюхи.       Воспоминания о временах, когда у меня в последний раз был секс, заставили грустно вздохнуть в кружку. К Аринке на работе подкатить, что ли. Вряд ли она согласится на непринужденный перепихон в подсобке, зараза. Парень у нее есть, видите ли. - Так что, - помявшись, робко посмотрел на меня папаша, - долго еще сидеть собрался?       Я мысленно подсчитал, сколько в среднем может продержаться Костя, прежде чем кончит. По моим подсчетам, еще минут семь. - Минут через десять, - наморщив лоб, пожал я плечами, а словив все такой же полный надежды взгляд отца, вопросительно поднял брови. - Что? - Сходишь в магазин?       Вздох вырвался против воли. Не планировал я сегодня не то что из дома выходить - из кровати вылазить. Но, как обычно, все мои мечтания коту под хвост. - Ладно, - поморщившись, согласился я, без интереса отставляя грязную кружку в раковину. - Сдачу можешь себе оставить, - обрадовался папаша, вскакивая с табуретки.       Я только закатил глаза, хмыкая под нос.

***

      Подняв подушку с дивана, я молча просканировал пустое пространство под ней и с холодной яростью кинул обратно.       Где мой ноутбук? - Где мой ноутбук, - повторил я вслед за мыслями и, подумав, добавил: - Сука?       Проведя рукой по снова коротко остриженному черепу, я сосредоточенно нахмурился, в сотый раз обводя пространство взглядом. А, догадавшись, в какой комнате я еще не смотрел, помимо туалета, где совершенно не ловит вай-фай, я раздраженно заворчал себе под нос, решительно направляясь из зала к спальне брата.       Ладно, допустим, ноутбук был не моим, а общим, но так как в основном пользовался им я, то и по праву считал его своим. Разрешение бы хоть спрашивал этот пидор в юбке.       Впрочем, проходя мимо открытой двери на кухню, я, мельком глянув туда, остановился. Медленно вернулся, заглядывая более внимательно.       Взъерошенный Костя в мятой черной футболке и трусах сидел за столом спиной ко мне и хихикал над чем-то. Подозрительно прищурившись, я отклонился в сторону, а, увидев свой ноутбук, едва удержался от самоуничтожения своей задницы, которая по ощущением уже дымилась и начала обратный отсчет.       Насупившись, я неуклюже подкрался ближе, мстительно думая, в какое ухо зарядить этому очкодеру, из-за порнушных стонов которого я снова не выспался, но посмотрел за плечо парню на экран ноута и остановился. Несколько секунд я беззвучно стоял позади, пока Костя продолжал листать картинки и, подперев щеку рукой, посмеиваться. То и дело переводя скептический взгляд с экрана на макушку парня и обратно, я не выдержал: - Котята, блять?       Костя едва не подпрыгнул на стуле от испуга. - Господи! - выдохнул он, оглянувшись и наморщив лоб. - Иисусе! - более сердито добавил он, словно посчитав своим долгом. - Не подкрадывайся ко мне.       Я закатил глаза, машинально отходя в сторону и не удерживаясь от издевательского взгляда в сторону парня. - Я понимаю, ты бы еще кисок смотрел на моем ноутбуке, но котят? Ты отсталый, что ли? - Это ты отсталый, - буркнул Костик, явно смущенный. - Столько порнухи в жизни не видел у кого-нибудь на компе. Ты в курсе, что у тебя вирусняк один тут? - Да, - нахмурившись, огрызнулся я, демонстративно захлопывая крышку ноутбука перед носом у парня. - Я мог бы почистить тебе, - взглянул он на меня снизу вверх, и в отблеске солнечных лучей, проникающих через окно, в его зеленых глазах мелькнули золотые вкрапинки. - Если хочешь, - добавил он, заметив мой косой взгляд. - Не надо, - буркнул я, подхватывая ноутбук и выходя из кухни, даже если мне, допустим, очень хотелось принять помощь.       Во всех этих вещах я не особо разбирался, а то и дело всплывающие баннеры бесили меня похуже двойных смен в Старбаксе.       Закрывшись у себя в комнате, я устроился на своем лежбище поверх одеяла и открыл крышку ноутбука. А потом с демонстративным безразличием листал картинки с котиками еще минут пять, нехотя признавая, что, ну хорошо, все-таки они немного смешные.

***

- Почему ты вообще торчишь у нас все время? - прямо спросил я, не скрывая своего неудовольствия. - Ян! - возмутилась мама, собираясь рядом и на ходу выбирая, какие сережки ей на себя нацепить. - Очень гостеприимно.       Я только фыркнул. Конечно, она-то почти все свои ночи проводила у какого-то там Жорика и не слушала, как за соседней стенкой стонет ее сын. Когда же она была дома, Костя либо вообще не приходил, либо у них выдавались ночи-без-секса, потому что эти сукины дети имели совесть, только когда родительница была дома.       А я что, не человек, что ли.       Мишаня как раз отлучился в туалет, но вместо него влезла мама: - Не обижайся, Костик, это он не со зла, - душевно взглянула она на парня.       Тот только немного неловко пожал плечами, переведя глаза на меня. Не похоже, что он обиделся или что-то в этом роде. Я не стал скрывать своего интереса и, почесывая коленку и вскинув брови, повторил: - Ну так что? Ты в тачке живешь или что?       Костик рассмеялся, а я непонимающе нахмурился, потому что совсем не собирался шутить. - Что? - протянул я, сужая глаза и глядя на все еще улыбающегося парня. - Я серьезно. - Есть у меня дом. В гости напрашиваешься? - усмехнулся он, хитро прищурившись.       Я возмущенно поперхнулся, выражая все, что думаю, одним лишь выражением лица. - Напрашиваюсь, чтобы вы там были, - с вызовом пробормотал я, запинаясь в словах и поэтому раздражаясь. - В натуре, не хотите сменить декорации или что. Достали стонать, как в порнухе, каждую ночь. - Только не говори, что дрочишь на нас втихушку под покрывалом, - заменил Мишаня пост мамы, которая уже щебетала с кем-то по телефону в другой комнате.       Тут я настолько возмутился, что даже сердце запрыгало быстрее, а руки сами потянулись оправить футболку и провести по волосам. - Чего засуетился-то? - удивленно хмыкнул Миша, хлопнув нарощенными ресницами и подходя к электрическому чайнику. - Правда дрочишь, что ли? - Пошел ты! - рявкнул я. - Извращенец поганый. Не дрочу я на вас, придурков, - пробурчал я, опуская глаза, избегая тем самым случайно пересечься взглядом с Костей, который определенно пялился на меня.       Вот сука. Не дрочил я на них. Вот только терпение у моего хера не каменное, в отличие от него самого, отчего я страдаю раз через два, потому что - ладно, хорошо, - стоны всегда неприлично заводили меня, а дрочить на собственного брата с парнем - идите нахер. Я не моральный урод какой-то.       Костя с Мишаней переглянулись как-то слишком уж нехорошо и красноречиво, и я поспешил срочно увести их внимание в сторону: - Просто интересно, почему вы всегда торчите у нас. Я, может, тоже привести кого-нибудь хочу, - пробурчал я, колупая ногтем стол, - а вы тут херами в друг дружку тычите.       Миша фыркнул. Смотря на меня он, проигнорировав последнюю фразу, весело хмыкнул: - Кого, например? - Телку, - поднял я глаза на брата. - Телку, - повторил за мной Костя зачем-то, со знанием дела скривив губы в одобрительном жесте.       Я с досадой уставился на него. Миша, отпивая теплый чай, с теплой привязанностью бросил: - Да никто тебе не даст, Бесявый. - Отъебись, - возмущенно вернул я. - Да ладно, Маш, - протянул Костя, позабавленно глядя на меня, - телки любят таких... бесявых, - кашлянул он. - Ты тоже отъебись, - ровно посоветовал я.       Миша, вздохнув, закатил глаза. - Ладно. У Кости дома три кошки.       Я удивленно посмотрел на парня. - Ты че, блин, бабка, что ли? - хмыкнул я недоверчиво.       Костя состроил мину. - Ну люблю я кошек, чего привязался-то. - Ладно, ну и что? - снова посмотрел я на Мишу. - Кошаки вас выгоняют или что?       Мишаня уставился на меня, как на маленького сопливого придурка. - У меня аллергия на шерсть, алло, - произнес он с таким выражением, словно я должен был это знать. - А ты думал, почему мы не заводили собаку, когда ты так хотел ее, что тут в истерике бился? - Думал, что вы все суки, - нахмурился я, хотя уже забыл о чем-то подобном.       Сколько мне тогда было, шесть? Восемь? Я не помню, что на прошлой-то неделе было. - Так ты, значит, собачник, - заинтересованно наморщив лоб, заметил Костя, вертя в руках свой телефон. - Хуячник, - отрезал я, вставая из-за стула, чтобы закрыть за мамой, которая уже торчала в коридоре.       Заперев за матерью дверь, которая перед этим еще минут пять торчала у зеркала, поправляя макияж и прическу и заставляя меня закатывать глаза из-за этого, я машинально вернулся обратно на кухню. Миша с Костей, которые уже успели начать разговор о чем-то другом, удивленно перевели взгляды на меня. Я ответил им непонимающим вопросительным взглядом, потому что молчание как-то затянулось. - Ты чего приперся-то снова?       Я моргнул, сам не зная, зачем вернулся. - А что, нельзя? - вместо этого уперся я в штыки по привычке. - Да ладно, может, он поговорить с нами хочет просто, - пожал плечами Костик, перебивая уже открывшего рот Мишу.       Я вылупился на него. И глупо поднялся со стула, на который только что плюхнулся. - Больно надо, - пробурчал я, смешавшись, и быстренько ретировался из кухни.       И правда. Чего это я, приперся тут поболтать, как с закадычными друганами. Тьфу ты. Замотался совсем.

***

      Ладно. Мне просто было одиноко. Да.       Я давно не виделся с пацанами, да и из-за двух работ особо с людьми не поболтаешь, кроме как по делу. А так как, придя с работы, я совершенно не хотел перемещаться где-то еще вне своей квартиры, то разговаривать, соответственно, приходилось только с теми, кто в этой квартире был.       Чаще всего там были мама, Миша и долбоклюй Костя. Именно поэтому мне приходилось разговаривать с последним, просто от дефицита общения с другими людьми.       Не то чтобы он был нормальным или что-то в этом роде. Но с ним, по крайней мере, можно было переброситься парочкой фраз. Или даже десятком парочек фраз, а иногда к нам присоединялся Миша, и тогда я с ужасом осознавал, что это все выглядит нормальным.       Да чтоб я по-человечески разговаривал с мудаками, парнями Миши!       Короче, мне правда было одиноко. Ну, может, еще я чуточку привык к нему. И он, похоже, ко мне, потому что находил в себе смелость даже шутить в моем присутствии. - Вы подружились, - с затаенным воодушевлением припечатал меня к стенке Мишаня однажды вечером, едва успев закрыть за Костей входную дверь. - Что? - едва не умер я. - Мы не... да он меня... да нихрена, короче, - закончил я хмуро. - Неправда, ты даже смеялся, когда он пошутил про ту бабу у себя на работе, - довольно заметил брат. - Я просто поперхнулся, - засопел я. - Ну да, - протянул тот, ни на йоту не проникшись. - А еще вы обсуждали твою будущую квартиру. - И что? - неудовлетворенно наморщился я. - Просто признай, что Костик нормальный.       Я молча продемонстрировал средний палец. - Вот это видел?       Миша небрежно оттолкнул мою руку, сидя рядом со мной на диване. - Да ладно, Янчик, - заканючил он своим особенно противно-тонким голосом. - Ты же прямо скучаешь по нему, когда он долго на кухню не выходит. - Нихрена я не скучаю, - повысил я голос. - Отъебись от меня вообще, пристал тут, хренасос местный. - Фу какой, - вздохнув, отстранился от меня брат. - Он обещал тебе принести пирог с мясом в следующий раз. - Пусть его себе в жопу засунет, - миролюбиво предложил я, хотя живот мой заинтересованно забурчал. - Его жопа и так один мясной пирожок, - заметил Миша, а я, скривившись, вынужден был встать с дивана и под довольный смех брата свалить к себе в комнату.       Больной, зараза, на голову.